МКОУ "СОШ с. Псыншоко"

МКОУ "СОШ с. Псыншоко"

Добро пожаловать на наш сайт!

Развод дети с отцом: Как при разводе оставить ребенка с отцом?

Яблоко от яблони: цена развода

В последние годы женщины по многим параметрам сравнялись с мужчинами. Они зарабатывают деньги, делают карьеру, тянут на себе семью. Все больше женщин принимают решение завести ребенка «для себя» и воспитывать его без отца. Рожать вне брака сегодня не боятся 30% матерей – вдвое больше, чем 10 лет назад. Количество разводов также возросло. Расторгнув брак, многие женщины воспитывают детей в одиночку, практически без поддержки бывшего супруга. В этих условиях актуальным становится вопрос: нужна ли вообще ребенку отцовская забота? Довольно часто современные женщины отвечают на него отрицательно. Правы ли они?

Психологи отмечают, что между отцом и младенцем быстро устанавливается зрительный контакт. Они по-особому смотрят друг на друга. Ребенок адресует папе свою улыбку, иногда даже самую первую в своей жизни. Это говорит о том, что он замечает отца. Кроме того, есть данные, что малыш может расслабиться на руках отца так же, как и на руках матери.

Отцы могут легко расшевелить детей – подбрасывают их, щекочут, смешат. И это очень полезно, так как маме сложно перестать быть серьезной со своим ребенком. Веселая возня с папой может пробудить в малыше интерес к игре и познанию мира.

Если мамы нет рядом, первостепенным по значимости объектом внимания становится отец. Ему отдается предпочтение перед другими родственниками. Это говорит о том, что ребенок ощущает близость второго родителя, хоть и не так сильно, как материнскую. Психоаналитики свидетельствуют: дети часто обращаются за утешением к отцу, а не к матери, очевидно, уже по опыту зная, что имеют больше шансов на сочувствие именно от отца.

Когда ребенок еще совсем мал, он может начать плакать в момент появления отца в помещении. Это, однако же, нормальный этап в развитии ребенка, когда он замечает кого-то еще и вдруг понимает, что на свете есть не только мама. Вначале это воспринимается негативно и вызывает плач, но вскоре отец начинает привлекать внимание.

И вот ребенок растет, развивается. У отца появляется интерес к разумному и говорящему существу, в котором он узнает себя и которому может что-то дать. Часто отец разрешает и прощает ребенку больше, чем мать, так как он (папа) более отстранен от жизни младенца и не столь сильно драматизирует происходящее. От этого у женщины может возникнуть ревность к мужу: я его (ребенка) воспитываю, ращу, стираю, мою, а он (муж) балует, дарит игрушки и все ему разрешает! Думает, воспитание так легко дается?! Если эти мысли регулярно приходят матери в голову и роль отца в воспитании со временем не меняется, то отношения между супругами потихоньку охлаждаются. При определенном стечении обстоятельств это может привести к разводу и сведению контактов ребенка с отцом к минимуму (например, дает деньги). Мать довольна: теперь ей не с кем делить внимание дочки или сына. Она-то счастлива, но счастлив ли ребенок?..

Не забывая о том, какую роль отводят отцам психоаналитики, а также руководствуясь собственным опытом практикующего психолога, ответственно заявляю: фигура отца имеет колоссальное значение, как для мальчика, так и для девочки.

Если отец отстранен либо вычеркнут из жизни ребенка, это значительно осложняет его воспитание и рождает множество трудностей в поведении. Лакмусовой бумажкой взаимоотношений ребенка с папой становится подростковый возраст. Вот тут-то ребенок и показывает в красках недостаток отцовского внимания, который проявляется в разнообразных формах отклоняющегося поведения, депрессиях, уходах из дома и так далее. Причинами для депрессий, безусловно, могут быть и другие факторы, однако взаимоотношения с отцом играют значимую роль во многих подростковых проблемах. Обращаясь за помощью к коллегам-психологам по поводу трудных подростков, часто слышишь от них один и тот же вопрос: «Какие взаимоотношения у него и его мамы с отцом?».

Хотелось бы упомянуть о разводах. Распространенная ситуация выглядит так: родители разводятся, ребенок остается с матерью, а отец после развода оказывается полностью отстраненным от воспитания. Многие матери оправдывают себя тем, что отец сам не проявляет инициативы – так зачем же я буду настаивать? Продолжение отношений с бывшим мужем или партнером кажется им ненужным, излишним. При этом присутствует обида, что сам он не горит желанием помогать ребенку. Именно так это обычно и преподносится детям – «Твой отец даже не удосужился помогать тебе после развода». Как думаете, какое представление об отце, о мужчинах вообще, порождает данное утверждение? Завершая отношения в качестве партнеров, супругам важно отделить личную неприязнь и недовольство друг другом от отношений с детьми. Ребенок, как правило, не является причиной разрыва, родители принимают это решение самостоятельно, без его участия. Однако сам ребенок имеет право на обоих родителей, независимо от того, дружат ли они друг с другом, любят они друг друга или нет. Соответственно, если отец, в силу накопившихся обид или собственной некомпетентности, не проявляет подобной инициативы, на мать в процессе развода ложится нелегкое бремя – просить о том, чтобы отец общался с детьми. Ведь это так для них важно!

Любому отцу приятно слышать, что ребенок скучает по нему, что он важен для ребенка. Иногда для того, чтобы между бывшим супругом и ребенком сложились нормальные дружеские отношения, требуется время, но, поверьте, это время не будет потрачено зря. Как результат, вы получаете счастливого ребенка, который проще найдет себе пару и встретит меньше трудностей в своем собственном браке.

Естественно, бывают случаи, когда потерю не восстановить, потому что отца больше нет на свете. В этом случае обязательно нужно рассказывать ребенку об умершем отце. Рассказывать о положительных чертах его характера, о том, как он его любил, показывать фотографии.

Итак, отец – это вторая половина родителей. И хотя его роль в воспитании не так заметна, как материнская, однако она весьма важна для ребенка. Не забывайте об этом, принимая решение о том, нужен или нет вашим детям отец.

А что происходит с родителями, так или иначе принявшими согласованное решение о распаде семьи? Кто-то испытает долгожданное облегчение, чувство освобождения от обременявшего союза и со всей ответственностью подойдет к решению возникших жизненно важных проблем. А кто-то будет чувствовать убийственное, всепоглощающее чувство вины, парализующее волю, ввергающее в отчаяние, вызывающее стыд и лишающее способности действовать разумно.

Чувство это настолько невыносимо, что от него во что бы то ни стало необходимо избавиться. В результате оно заставляет отрицать вину, перекладывать ее на другого, скрывать, замалчивать, недоговаривать…

Кто из нас не мечтает о счастливой и безоблачной семейной жизни? Но, согласно данным социологов, каждый третий брак в столице оказывается неудачным и со временем распадается, не оправдав ожиданий партнеров… Печальная статистика, отражающая суровую реальность современной жизни. Но еще печальней выглядит «крушение семьи» для самой пострадавшей от развода стороны – для ребенка. Боль, отчаяние, гнев, вина, стыд, страх потери любви – все эти чувства испытывает маленький человек, когда узнает страшную новость: самые любимые для него люди больше не будут жить вместе. Развод – это травма для ребенка, которая может оставить глубокие раны в его душе. Это его собственный развод с одним из родителей. Чаще всего, со своим собственным отцом.

Ничего удивительного нет и в нашей попытке убедить себя, что развод не так уж страшен для ребенка. Хотя на самом деле цена развода огромна. Прежде всего, это последующие неудачи в личной и семейной жизни наших взрослых детей. Эти последствия уже доказаны исследованиями, проведенными в США психологами Калифорнийского Института, в течение 20 лет наблюдавшими за жизненными успехами людей, чьи родители развелись, когда дети были маленькими, или сохраняли свой брак, находясь в «перманентном состоянии развода»: в постоянных ссорах, конфликтах друг с другом. Став взрослыми, дети из таких семей часто меняли партнеров, создавали новые неудачные союзы, имели неудовлетворительные отношения с собственными детьми и уже состарившимися родителями.

К неблагоприятным психологическим последствиям развода добавляются реальные трудности быта: денежные проблемы, отгороженность, а иногда и полная изоляция матери от окружающего мира, ее усталость от непомерных нагрузок, нехватка времени и сил на легкое, свободное, счастливое общение с собственным ребенком.

Как же справиться с ситуацией, разрешив её благополучно для всех трех сторон: папы, мамы и ребенка? И вообще, возможно ли это? Эти вопросы наиболее часто задают пары, находящиеся в пред- и пост-разводном состоянии. Многие из них не могут общаться друг с другом спокойно и уравновешенно, немедленно переходя на повышенные тона, а заодно срываясь и на собственного ребенка, делая его своеобразным заложником незавершенных супружеских отношений. Очень многие рекомендации по преодолению негативных последствий развода, которые психологи дают бывшим супругам, начинаются с «педагогической» приставки «не»: «не забывайте», «подумайте о… и не делайте…», «отцу и матери необходимо не…» и так далее.

Отмечу общие совместные цели, по достижении которых ребенок и родители смогут общаться друг с другом с уважением, пониманием и радостью.

Конечно, для того, чтобы пережить развод всем потребуется время. И это время может быть целительным – д я создания новых, поддерживающих отношений родителей с детьми, для установления понимающих и принимающих отношений между самими родителями. Самое главное – это понять суть проблемы, и эффективное поведение придет само собой. Вина приводит в действие внутреннее сопротивление, которое противодействует любому вмешательству извне, любому столкновению с больной темой. Но, сделав над собой усилие, вы сможете преодолеть все трудности.

Если родители, совладав с собственными эмоциями, постараются предметно и подробно объяснить ребенку, что как пара они расстаются, но как родители они всегда будут вместе заботиться о нем, сделают все, чтобы ему помочь, что они понимают и отвечают за последствия развода, это во многом поможет ребенку преодолеть чувство вины. Самая главная помощь в обуздании детских страхов и переживаний, вызванных разводом родителей, заключается уже в том, что взрослые воспримут их серьезно и с пониманием их обсудят, причем будут возвращаться к этому обсуждению не один раз. Сопереживать, чувствовать вместе, говорить об этом – вот что важно для ребенка сейчас! Только так он поймет, что хоть развод и заставил мир пошатнуться, но мир не упал, он – цел! Ведь для ребенка основное условие существования в этом мире – это любить и быть любимым. Как, впрочем, и для нас с вами – взрослых!

Еще один важный момент. Как правило, после развода ребенок остается с матерью. Он чувствует ее одиночество, усталость, подавленность, отсутствие поддержки… В результате может произойти обмен ролями, когда мать, отрицающая свою вину и не берущая на себя ответственность за то, что брак не сложился, начинает сама вести себя как ребенок, в то время как дети становятся критикующими взрослыми, у которых, среди прочего, есть право выносить решение о виновности. И это именно в тот момент, когда ребенок ни в чем так не нуждается, как в том, чтобы ему разрешили оставаться в своей истинной природной роли ребенка и не занимать взрослой позиции!

Очень важно предоставить ребенку возможность уважать другого родителя. Это даст ему чувство целостности, внутреннего спокойствия и уверенности в себе. Напротив, коалиция с дочерью или сыном против другого родителя угрожает внутреннему миру и спокойствию ребенка. Вспомните все то хорошее, что внес в вашу жизнь партнер. Ведь он дал вам самое главное и дорогое – вашего ребенка! Благодарность уравновешивает.

Расставание – это не только судьба тех детей, чьи родители разводятся. Оно постоянно присутствует в нашей жизни, определяет ее ход, развитие каждого из нас: это расставание с материнским телом, с материнской грудью; с родительским домом в связи с поступлением в школу или в институт, с переездом; с родителями – в совершеннолетие. Все эти разлуки имеют две стороны: они полны боли и оставляют рубцы в душе, но они же делают возможным наш рост, развитие. Но может ли развод – при всей его боли и всех неизбежных ранах – иметь и позитивные последствия? Так давайте же найдем в себе силы и посмотрим, что нового и положительного он привнесет в нашу жизнь? Какие новые возможности откроет? Какие надежды даст? Очень важно собственным примером показывать ребенку, как много хорошего появилось в вашей жизни после развода; собственными успехами в работе, в отношениях, в общении приносить радость в жизнь вашей семьи. Ребенок будет уверен: рядом всегда есть его мама и папа, есть поддержка и уважение, даже если родители расстались и не живут вместе.

 

Дети и родители — после развода

 Как разговаривать с ребенком о разводе? Как сохранить его отношения с родителями, которым по тем или иным причинам пришлось расстаться? В чем задача духовника? На эти и другие вопросы отвечает протоиерей Алексий Уминский.  

— «Что Бог сочетал, того человек да не разлучает…» (Марк. 10:9.)

— Да не разлучает. Человек разрушить может все. Человек не имеет права на это, но все равно делает безо всякого права. Это не в правах человека, но возможность есть.

— Что нужно говорить детям, когда в семье назрел развод?

— Конечно, детям нужно говорить правду. Но эта правда может быть искажена обидой, которая неминуемо присутствует при подобных семейных проблемах.

— У матери, даже если она смирилась, что от нее ушел муж, остается чувство обиды за детей и чувство вины перед ними, что не смогла сохранить семью.

— Без всякого сомнения, эти чувства неконструктивные, разрушительные. Чувство вины может и соприсутствовать, но не должно быть подавляющим все отношения. Когда чувство вины пытается компенсироваться на ребенке за счет чего-то важного, то ничего хорошего не будет.

—В разрушении семьи не может быть виноват только один человек. Причины разные — не разглядели сразу друг друга, не на том строили семейные отношения. Трудно нащупать ту грань, чтобы найти в себе мужество не решать вопросы, которые ты решить не в силах. Например, вопрос для матери — разрешить или не разрешить отцу общаться с детьми. Женщине необходимо обладать достаточно высокой духовной зрелостью, чтобы отличить в себе чувство мести и обиды от реальной заботы о детях.

— Бывает так, что неверующий отец в противопоставление верующей матери пытается разрушать духовный мир ребенка. Здесь важно, чтобы для ребенка в этом случае существовал еще какой-то авторитет. Встречается, например, подросток с отцом, и отец ему говорит: «Да ладно тебе! Да плюнь ты на все! Посмотри, как люди живут! Вот тебе деньги, купи себе то, что хочешь! Будь круче!»

Отец хочет видеть своего сына в рамках своих представлений, что такое хорошо и что такое плохо. Мать от этого в ужасе, но она ничего не может сделать, потому что отец сильнее. Ребенок, особенно мальчик, так тянется к отцу, что для него очень важно получить от отца какое-то жизненное наставление. И от разговоров с матерью у него возникает ощущение, что его лишают платформы под ногами, потому что от отца он слышит совсем другие вещи, и нужно подтверждение уже не от матери, а в другом месте, что же все-таки правильно?

И здесь духовник, если он есть, если он — авторитетен, то, конечно, он эту проблему берет на себя. Он спокойно, не осуждая отца, поговорит с ребенком, в отличие от матери, которая не сможет этого сделать, не выплеснув своей обиды, и тем самым ее слова тут же потеряют всякую ценность и значимость в глазах ребенка.

А отец в свою очередь может уничтожать авторитет матери: «Твоя мать ничего не понимает! Она тебя учит не тому!» И все!

Здесь крайне важно, чтобы для ребенка был авторитет священника — доброго, мягкого, который сумеет так сделать, чтобы ребенок не потерял отца, не разочаровался в нем и не почувствовал, что его от отца пытаются отделить, что отца пытаются в его глазах очернить. Он не поверит, ему неприятно будет слышать, что, мол, твой отец плохой, злой, твой отец на пути к погибели. Священнику надо постараться как-то так тонко поговорить, чтобы и отца не осудить, и ребенка освободить от этого ложного пути. Это очень сложно, но только так можно решить проблему духовного развития ребенка.

— А возможно бывшим супругам договориться о едином воспитании детей?

— Если один из супругов неверующий, то это может быть довольно сложно. Если в отношениях родителей заложен конфликт, то он будет тянуться, и между родителями всегда будет непрерывное состязание. Сознательно или несознательно отец будет делать противоположные вещи в отношении матери, а мать подсознательно будет внушать сыну некую неуважительную мысль об отце.

И тут роль духовника совершенно необходима. Именно он сможет дать ребенку правильную ориентацию в жизни, наставить его на правильный христианский путь. Священник не даст разрушить отношения ребенка с отцом и отношения с матерью. Обычно, либо те отношения рушатся, либо другие. А часто и те, и другие… Дети не доверяют ни матери, ни отцу. С одной стороны говорят одно, с другой — другое, ребенок не знает, кому верить, и в итоге не верит никому.

Для матери требуется колоссальное мужество — не вмешиваться!

Сын возвращается после встречи с отцом и начинает:: «А папа мне сказал… А папа считает…» И тут у матери все поднимается изнутри, и она пытается сразу доказать, что все, что сказал отец ужасно, черно, что все это ложь, провокация и сатанизм.

Для нее будет удобным прикрытием христианская добродетель, что, мол, это по Закону Божию, но ребенка не обманешь, он хорошо чувствует, что за таким поведением стоит совсем не христианская мотивация.

А вот не ответить, промолчать, не вступить в заочную борьбу с отцом, не начать перетягивать ребенка на свою строну, — это очень большое мужество. Матери необходимо наладить отношения с духовником, тихонечко отправить к нему сына, не решая проблемы самой: «У тебя есть духовный отец, ты с ним поговори».

Матери надо именно так себя вести, надо уметь себя сдерживать, особенно, если это взрослеющий ребенок, если это подросток.

— Отец Алексий,  мальчики и девочки изначально отличаются по цельности и чистоте при взрослении? Это заметно на исповеди?

— Не могу сказать, что это так.

Все дети по-разному взрослеют. Эмоционально мальчики и девочки разные. Физиологическое развитие девочек опережает физиологическое развитие мальчиков. Многое зависит и от воспитания. Мальчики и девочки по-разному воспринимают мир, по-разному на него реагируют. У них разные потребности и желания самореализации. Это все эмоциональное, это там, где НЕ церковь. В церкви дети как бы в другом мире и поэтому эмоциональности житейской немного лишаются.

Проблемность исповеди детей, ее серьезность наступает уже почти во взрослом возрасте. Здесь духовничество не в том, чтобы ребенок смог что-то серьезное сказать, а чтобы ребенок сумел выслушать.

Обычно дети в отличие от взрослых мало что умеют о себе сказать, они не умеют себя анализировать. Это естественно и правильно.

Дети в этом смысле лучше взрослых, они не очень собой увлечены. И обычно их исповеди сводятся к формальным простым вещам, очевидным внешним ситуациям. Они исповедуют не помыслы, не движения души, а поступки, которые для них очевидно плохие. А причин этих плохих поступков они не видят.

При этом они могут быть способны просто выслушать от священника: «А как ты молишься? А не бывает ли такого у тебя?»

Когда священник не слушает, а говорит, — в этом заключается главное общение духовника и ребенка. И тут не имеет значения, есть у него папа или нет, полная у него семья или неполная. Много зависит от того, настроен ли ребенок слушать.

Если он настроен слушать, то какое-то даже простое слово священника может быть ему полезным. А что говорят дети, это почти не имеет значения, потому что они видят не себя, а поступки и то не все, а только некоторые. Именно священник может настроить ребенка на некоторые осмысления: «А когда тебе в последнее время было стыдно? А что тебя особенно расстроило?» И тогда на его слова что-то сказать. А просто выслушать, что сказал ребенок и над ним прочесть молитвы — это ровно ничего не значит.

А есть такие замечательные священники, у которых побольше сил и опыта, которые вместе с детьми выезжают куда-то, лагеря устраивают. Общие дела, поездки — это все сразу на свои места ставит. Священник выходит за рамки храма, становится другим, более доступным. Но и тут тоже важно, как ребенок может слушать и как священник может донести до него свое слово. Что говорят дети — почти неважно. Они говорят примерно одно и то же. Поэтому все дети одинаковые на исповеди — мальчики, девочки.

— Духовник должен быть один и у родителей, и у детей?

А как может быть по-другому? Иначе духовник не будет в курсе, что происходит в семье, не будет знать их проблемы. Это, на мой взгляд, будет не на пользу родителям.
Отдельный духовник может появиться, если мать не хочет заниматься ребенком. «Кому бы его передать? Я всего боюсь, я ничего не знаю! Батюшка все знает! Пусть батюшка им занимается!» Сродниться с ребенком не так-то просто. Это все происходит через общий контекст семьи. Духовника в семью вводит мать. Она приходит к священнику со своими духовными проблемами, и он вместе с ее проблемами берет всю семью на себя.

Ребенок никогда не раскроется перед каким-то взрослым незнакомым дядей. В данном случае духовник семьи не тот, с кем встречаются на исповеди, а который бывает в доме, которого приглашают на праздники или просто чаю попить. Это серьезные вещи. Духовник понимает атмосферу в семье, когда он приходит в комнату ребенка и видит, какие у него игрушки, книги, когда он общается с ним вне храма.

— А у Вас так получается?

Тяжело, конечно, но без этого невозможно. Важно, чтобы ребенок увидел духовника не в облачении, не с крестом в руках, а сидящим за столом, шутящим, кушающим суп, который приготовила его мама и говорящим, как прекрасно его мама готовит. Священник начинает общаться с ребенком как человек. Конечно, статус священника уже есть, но он отделен в сознании ребенка от реальности, он где-то далеко-далеко на небесах, а маленький ребенок вообще священника как Бога воспринимает. А здесь важно, чтобы священник стал земным, чтобы он пришел в дом, пошутил, поиграл, поинтересовался, мультфильмы посмотрел. Это может быть надо сделать всего один-два раза, но чтобы этот контакт установился. А потом, когда ребенок приходит к священнику в храм, то узнает его — как знакомого, домашнего, в том числе, и авторитета.

А иначе как? Иначе ребенку не по силам….

 

Беседовала Тамара Амелина

ВС объяснил, как быть, если после развода ни мать, ни отец не могут жить с ребенком — Верховный Суд Российской Федерации

Благополучие и интересы ребёнка, родители которого разводятся, должны быть первоочередной задачей при решении вопроса о том, с кем дальше он будет жить, отмечает Верховный суд РФ. Он подчёркивает, что суды в таких случаях обязаны узнать и учесть мнение самого ребёнка о том, с кем из родителей ему будет наиболее комфортно. 

При разборе непростой ситуации, сложившейся у бывшей семейной пары из Сочи, высшая инстанция также объяснила алгоритм действий в случаях, если после расторжения брака ни мать, ни отец не могут жить вместе с ребёнком.


Суть дела 

В суд обратился отец ребёнка, который просил после развода определить место жительства дочери вместе с матерью. Он пояснил, что у бывшей жены имеется трёхкомнатная квартира, в которой у девочки есть собственная комната, это жильё находится в непосредственной близости от общеобразовательной, музыкальной, художественной и спортивной школ, в которых она обучается. Таким образом, полагал истец, определение места жительства несовершеннолетней вместе с матерью будет полностью соответствовать интересам ребенка. Сам же отец, имеющий долю в этой квартире, не может в неё вселиться, так как у него новая семья, в которой ожидается пополнение.

Мать девочки обратилась в суд со встречным иском об определении места жительства дочери вместе с отцом, поясняя, что тяжело болеет, не работает и не в состоянии осуществлять надлежащий уход за ребенком. Она ссылалась на ранее достигнутую договоренность с бывшим мужем о том, что в случае расторжения брака дочь будет проживать с отцом, имеющим больше возможностей для ее воспитания и содержания.  

Опрошенная в ходе процесса девочка пояснила, что хотела бы жить с отцом, поскольку мать по состоянию своего здоровья не работает, не может о ней заботиться, готовить еду, провожать в школу и на тренировки, создавать условия для отдыха. Более того, в декабре 2018 года у нее с матерью произошел конфликт, после которого отец забрал ее к себе.

Представитель органа опеки и попечительства представил в суд заключение, в котором считает возможным определить место жительства девочки с отцом, но в квартире матери. 

Центральный суд Сочи определил место жительства ребёнка по месту фактического проживания матери. Апелляционным определением Краснодарского краевого суда это решение оставлено без изменения.

Мать в кассационной жалобе просила признать постановления незаконными и Верховный суд РФ с ее позицией согласился.

Мнение ВС

Разрешая спор и принимая решение об определении места жительства несовершеннолетней дочери с матерью, суд первой инстанции указал, что в этом случае у девочки будет возможность проживать в благоустроенной квартире, принадлежащей на праве собственности ее родителям, посещать находящиеся рядом общеобразовательную, спортивную, художественную и музыкальную школы, не менять привычный круг общения, не быть в разлуке с матерью и своей старшей сестрой. При этом суд принял во внимание пол и возраст ребенка, отсутствие у отца на момент спора постоянного места жительства и его категорический отказ вселиться в общую квартиру. Также суд учёл создание истцом новой семьи, в которой ожидается рождение ребенка. Суд апелляционной инстанции согласился с этими аргументами.

Однако Верховный суд РФ указал, что такие выводы суда нельзя признать правильными. 

Он напомнил, что во всех действиях в отношении детей независимо от того, предпринимаются они государственными или частными учреждениями, судами, административными или законодательными органами, первоочередное внимание уделяется наилучшему обеспечению интересов ребенка (пункт 1 статьи 3 Конвенции о правах ребенка). 

Семейный кодекс РФ регламентирует, что при решении спора о месте жительства детей суд учитывает привязанность ребенка к каждому из родителей, братьям и сестрам, возраст ребенка, нравственные и иные личные качества родителей, отношения, существующие между каждым из родителей и ребенком, возможность создания ребенку условий для воспитания и развития, род деятельности и режим работы родителей, их материальное и семейное положение и другое (пункт 3 статьи 65).

Также статьей 12 Конвенции о правах ребенка определено, что несовершеннолетнему, способному сформулировать свои собственные взгляды, должно быть обеспечено право свободно их выражать по всем затрагивающим его вопросам, причем взглядам ребенка уделяется должное внимание в соответствии с его возрастом и зрелостью. 

Это же право утверждено в российском законе: ребёнок вправе выражать свое мнение при решении в семье любого вопроса, затрагивающего его интересы, а также быть заслушанным в ходе любого судебного или административного разбирательства (статья 57 СК РФ).

В специальном постановлении пленума ВС РФ разъяснено, что, решая вопрос о месте жительства несовершеннолетнего при раздельном проживании его родителей (независимо от того, состоят ли они в браке), необходимо иметь в виду, что место жительства ребенка определяется исходя из его интересов, а также с обязательным учетом его мнения (пункт 5 и 6 постановления Пленума от 27 мая 1998 года №10).

«Таким образом, юридически значимым обстоятельством, подлежащим доказыванию при разрешении споров по данной категории гражданских дел, является выяснение судом вопроса о том, проживание с кем из родителей (матерью или отцом) наиболее полно будет соответствовать интересам ребенка. Именно исходя из интересов ребенка суд решает вопрос об определении места жительства несовершеннолетнего», — отмечает ВС.

Он считает, что эти требования закона в данном деле судом выполнены не были.

Высшая инстанция указывает, что определяя место жительства девочки с матерью суд не принял во внимание категорические возражения последней со ссылкой на состояние своего здоровья, а также на отсутствие какого-либо заработка.

Отец так же был против определения места жительства дочери с ним по причине создания новой семьи, в котором ожидается рождение ребенка. 

Таким образом, оба родителя несовершеннолетнего ребенка возражают против проживания несовершеннолетней дочери с каждым из них, но судебные инстанции при разрешении спора это обстоятельство не учли.

«Между тем, в случае, если в ходе судебного разбирательства будет установлено, что ни родители, ни лица, у которых находится ребенок, не в состоянии обеспечить его надлежащее воспитание и развитие, суд, отказывая в удовлетворении иска, передает несовершеннолетнего на попечение органа опеки и попечительства с тем, чтобы были приняты меры для защиты прав и интересов ребенка и был выбран наиболее приемлемый способ устройства дальнейшей его судьбы, о чем разъяснено в абзаце 3 пункта 6 постановления пленума ВС РФ от 27 мая 1998 года №10. Ни судом первой, ни судом апелляционной инстанций данные разъяснения пленума не были приняты во внимание, тем самым вопрос о судьбе несовершеннолетней разрешен судами не в интересах ребенка», — говорится в определении. 

Более того, отмечает ВС, суд первой инстанции обоснованно признал противоречивым заключение органа опеки и попечительства о проживании девочки с отцом, но в квартире матери, однако не устранил эти противоречия и не получил надлежащего мотивированного заключения органа опеки.

При таких обстоятельствах вывод суда об определении места жительства несовершеннолетней с матерью нельзя признать правомерным, считает он. 

В связи с чем ВС отменил состоявшиеся по делу решения и направил дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Алиса Фокс

Как детям пережить развод родителей — психолог — Караван

На злободневные вопросы отвечает алматинский психолог Анастасия СТЕБЛЯНКО.

– На самом деле развод родителей для ребенка – это катастрофа. Ведь до самого подросткового возраста они для него – боги. А их развод вовсе не выглядит так: договорились, подписали бумаги и разошлись. Чаще всего это сопровождается скандалами, непростым бракоразводным процессом, сложными чувствами утраты, страданий, горя по распаду семьи. И ребенок в этом – не какая-то отдельная единица. Если мама и папа для него – боги, а эти боги ссорятся, представьте, как рушится целый мир для ребенка. Этого нельзя недооценивать.

Когда я работаю с детьми, пережившими бракоразводный процесс родителей, то наблюдаю в них столько агрессии. И определяю это с помощью их рисунков, на которых появляются либо страшные монстры, либо сами рисунки становятся чрезвычайно мелкими. Последнее говорит о том, что ребенок чувствует себя беззащитным и сильно подавленным. В то время как картины монстров отображают его агрессивный настрой, при помощи которого ребенок пытается защититься и отстаивать одного из родителей перед другим.

Как в душе ребенка рождается злость

– На самом деле, тут трудно говорить об одной лишь злости. Чаще это смешанные чувства, – говорит психолог. – За злостью прячутся и обиды на родителей, и любовь к ним, и желание, чтобы они снова были вместе. Даже взрослые не всегда принимают тот факт, что любить и ненавидеть одновременно, – это возможно. А детям такое понять еще сложнее.

Бывает, что злость у ребенка выходит на первый план, тогда он хочет мстить.

Я встречала мальчика, папа которого оставил семью и с тех пор не появлялся в его жизни. И у ребенка возникло столько ненависти, что на приеме у меня он рассказывал, как строит планы расправиться с отцом. В первую очередь, это непростая история для мамы, которой мне пришлось объяснять: “Да, у вас не получились личные отношения, но вы, как родители, состоялись, поэтому есть обязательства отзываться друг о друге благопристойно. Не сливать грязь своих обид на ребенка, а самой идти к психологу и разбираться с этими обидами”.


Анастасия СТЕБЛЯНКО

Ситуация осложнилась тем, что и ребенок затаил довольно сильную обиду, а мама не смогла оказать ему поддержку, потому что сама очень злилась на мужа и обдумывала свои варианты мщения. Получается, главным источником злобы ребенка на отца стало ее настроение. Поскольку она не смогла простить бывшего мужа, то и ребенок, считывая ее состояние, стал выдавать его за свое. Его злость была связана с желанием защитить мать, и она буквально разрывала его изнутри.

Смысл работы психолога в такой ситуации – помочь ребенку принять сложившиеся обстоятельства: да, я сержусь и обижаюсь на своего родителя, но одновременно во мне живет любовь к нему. А поскольку воссоединение семьи в прежнем ее понимании нереально, то единственное, что можно сделать, – это отгоревать и принять сей факт.

Два лика злости

– Злость вообще – нечто очень важное в психике человека, – продолжает психолог. – У этого чувства два вектора. Первый – желание оттолкнуть, не видеть в своем окружении объект. А второй – притянуть его к себе как нечто очень важное. Злость у детей чаще всего – это желание вернуть своего родителя обратно в семью. Лишь в крайних случаях возникает желание оттолкнуть его, как это было в истории с одной мамой, страдавшей психическим расстройством. И при разводе в той семье дети остались с папой.

Вообще в нашей стране при разводе родителей дети чаще остаются с матерью. И здесь есть несколько объективных причин. Если ребенку меньше 4 лет, то есть такая физическая слитность его именно с мамой, поскольку он так долго был неразрывно соединен с ней во время ее беременности. И даже когда родился и отделился физически, то был в единении с ней эмоционально, когда она кормила его грудью, тискала, ласкала, целовала. Тут папы объективно остаются несколько отстраненными.

Ну и еще в нашей стране укоренилось такое понятие: папа – добытчик средств для семьи, а детьми занимается мама. Поэтому при разводе родителей я чаще наблюдаю, как ребенок более привязан к маме.

Определяю это, опять же, при помощи рисунков. Даю задание: нарисуй себя и свою семью, но не в виде человечков, а в виде растений. И смотрю, кого из родителей он рисует в первую очередь, как тот соотносится с размерами самого ребенка. Это показывает, кто для него больший авторитет, а к кому он ближе эмоционально.

Ну а папу дети выбирают, только если мама имеет какую-то зависимость или серьезно больна психически, чем причиняет им много боли. С такими ситуациями мне тоже приходилось сталкиваться. В одной семье родители развелись. Ребенок жил с мамой. А через некоторое время папа подал в суд на пересмотр его места жительства и привел ребенка ко мне на консультацию. Во время обследования семьи у меня возникло подозрение, что мама страдает психическим расстройством. Она периодически била ребенка, да так, что тот прятался от нее в кладовке. И там происходили какие-то ужасы. Я поставила перед членами семьи вопрос, что маму надо серьезно обследовать, но не у меня, как психолога, а у врача-психиатра. Для этого была назначена медико-психолого-психиатрическая экспертиза, которая выявила у мамы психическое расстройство и рекомендовала ей лечение. А место жительства ребенка определили с папой.

– Что происходит с детьми, которые при разводе родителей остаются с одним лишь папой?

– Переживания детей в этом случае такие же, как если бы они оставались только с мамой. Любопытнее другое: что происходит с папой? Ведь в нашей культуре отец семейства обычно зарабатывает деньги. А тут он становится еще и фигурой, которая должна заботиться о детях. Я знаю историю одного папы, который при разводе не отдал своих детей на воспитание бабушке и дедушке, а взялся за это сам. У него было двое детей: мальчик – постарше, а девочка – помладше. А мама, оставив деток, просто уехала в другую страну и построила семью с другим мужчиной.

Оставшись с двумя малышами, папа принял решение не создавать другой семьи до их совершеннолетия.

Между тем маленькой дочке еще требовалось менять подгузники, кормить с ложечки. И папа принял этот вызов! Это стало для него большим испытанием, поскольку прежде он никогда не нянчил малышей, не умел менять подгузники, ухаживать за маленькими девочками. Он приходил ко мне за консультациями и поддержкой, ведь было непросто войти в такой режим выполнения ролей и отца, и матери. Сейчас девочка уже подросла, ходит в начальную школу, мальчик вышел из подросткового возраста. А отец немного научился быть и за папу, и за маму, но до сих пор приходит ко мне на консультации.

Наживка в виде развлечений

– Как же разведенным родителям грамотно разобраться с любовью и нелюбовью к ним детей, когда один заманивает игрушками, а другому приходится думать о хлебе насущном?

– На самом деле, в первом случае речь идет вовсе не о любви, а о неких манипуляциях. Ведь, когда родители разводятся, у них невольно появляется чувство вины перед своим чадом. Чтобы загладить ее, они начинают злоупотреблять всякими, условно говоря, “плюшками”. Ведь при разводе ребенок остается жить постоянно лишь с одним из родителей. И если он старше 3 лет, то у него уже есть какие-то обязательства: ходить в детсад или школу, выполнять домашние задания, убирать за собой игрушки, слушаться старших. Безусловно, тут возникает проблема: один родитель, который живет с ребенком, занимается его воспитанием, а другой становится приходящим воскресным папой или мамой. Один наказывает, другой – балует. И тут ребенок начинает манипулировать: будешь ругать, уйду к папе. Побудет с папой, а когда тот тоже начинает выставлять свои требования, ребенок начинает и его пугать тем, что уйдет обратно, к маме. Четыре условия, которые помогут избавиться от крика и злости на своего ребенка — советы психолога

Единственно разумное, что могут сделать разведенные родители в этой ситуации, – сесть за стол переговоров и выработать единую стратегию воспитания. И тут я придерживаюсь правила: да, у них не сложились личные отношения, но они, как родители, всё же состоялись, поэтому обязаны выстраивать свои родительские отношения перед ребенком, договариваться о совместном воспитании и ставить ему одинаковые условия. Иногда ради этого, возможно, даже быть вместе. Во всяком случае, дать понять, что бегать от одного родителя к другому по собственной прихоти – не пойдет. Оба берут на себя функции – напоминать про его обязанности. Оба поощряют его интересным времяпровождением, угощениями и игрушками.

Когда папа и мама ведут себя равно, то и ребенок перестает ими манипулировать.

Безусловно, это далеко не самые драматичные истории. Я знаю женщину, которая, пережив в свое время развод родителей, приняла решение не рожать детей. Она отказалась от материнства, чтобы не травмировать чувства своего, так и не рожденного ребенка, поскольку не была уверена ни в одном мужчине. И просто устроилась работать воспитателем в детском саду. Другая женщина поведала, как после развода родителей и ухода отца в юном возрасте она взяла на себя роль папы. И, чтобы кормить своих 5 маленьких братиков и сестренок, стала зарабатывать деньги, занимаясь проституцией. Сейчас она испытывает много боли и злости в отношении своего отца, который бросил их, и матери, что не уберегла ее от таких опрометчивых поступков.

Но я знаю, какая мера помогла бы сохранять и укреплять семьи, – резюмирует психолог Стеблянко. – Государству стоило бы взяться за финансирование программ психологического образования молодых мужчин и женщин, чтобы они вырабатывали у себя умение морально поддерживать себя в трудных жизненных ситуациях. Тогда и количество разводов у нас сократится.

 

Роль отца после развода

Между двумя родителями отец, как правило, подвергается большей опасности, поскольку его отношения с детьми ухудшатся после развода. Матери чаще получают большую часть родительского времени при распределении родительских обязанностей. Поскольку матери, скорее всего, будут опекунами во время брака, суды часто выбирают мать в качестве основного родителя. Однако отношения детей с отцами также важны для их счастья и развития.Отцы, которые реже видят своих детей после развода, должны работать, чтобы оставаться активной частью их жизни:
  1. Защита прав родителей Время: Отец имеет равное право быть основным родителем своих детей после развода, если он может доказать, что проживание с ним отвечает их интересам. Если суд возлагает на мать основную ответственность за детей, отец все равно может бороться за большую долю родительского времени. Разделение родительского времени 60-40 дало бы ему дополнительный день каждую неделю со своими детьми, в отличие от разделения 70-30.
  2. Новые роли: Отец больше не может полагаться на мать, когда он проводит время наедине с детьми. Он является обоими родителями в одном лице, и у него есть родительские обязанности, с выполнением которых он может быть не знаком, например, быть опекуном, воспитателем, соблюдающим дисциплину или товарищем по играм.
  3. Быть отцом Рисунок: Отец может преподать своим детям уроки, которые мать не может. Самое главное, отец определяет, что значит взрослый мужчина для своих детей. Сыновья узнают, какими мужчинами они должны быть, когда вырастут.Дочери узнают, какие качества им следует искать в мужчинах, которых они впускают в свою жизнь во взрослом возрасте.
  4. Присутствие и доступность: Отцы должны относиться к своему времени, проведенному с детьми, как к большему, чем обязанность заботиться о них. Им следует найти способы взаимодействия со своими детьми, например, планировать веселые мероприятия. Отцы могут расширять свои роли, когда они не со своими детьми, поощряя электронное общение.
  5. Оставаться позитивным: Время, которое отец проводит со своими детьми, не должно включать в себя жалобы на мать или попытки выпытать у ребенка информацию о матери.Вместо этого отец должен сосредоточиться на своих отношениях со своими детьми и говорить об их матери только в той мере, в какой это связано с тем, что происходит в их жизни.

Защита отцовства

Никто не может повторить важность биологического отца в жизни своих детей. Адвокат по разводам округа Кейн в Van Larson Law, PC, может защитить ваши права как отца во время развода. Запишитесь на консультацию по телефону 630-879-9090.

Источник:

http://www.разводmag.com/blog/divorced-dads-stay-connected-to-kids

Чувство «покинутости» разведенного отца

Родители, не являющиеся опекунами, сталкиваются с трудным выбором, когда речь идет о балансе между воспитанием детей в соответствии с планом воспитания, изложенным в постановлении о разводе, получением зарплаты, заботой о себе физически, умственно, эмоционально и финансово, а также выплатой алиментов и алиментов.

Иногда одна или несколько из этих задач невыполнимы.Иногда приходится расставлять приоритеты, чтобы поддерживать жизнь для себя. Когда это происходит, дети, оказавшиеся в центре этой ситуации, могут в результате страдать.

Многие родители, не являющиеся опекунами, особенно отцы, могут упустить большую часть жизни своего ребенка. У некоторых работа отнимает много времени, и это правильно. Зарабатывать на жизнь означает поддерживать себя и своих детей в стабильном финансовом положении.

Однако это может создать дистанцию ​​на физическом и эмоциональном уровне, которая может усугубляться опытом развода.

Работа с расстоянием

Многие папы борются с дистанцией, которая была навязана из-за ситуации с опекой над детьми или других аспектов их жизни, которые отнимают у них время. Программа NBC TODAY в партнерстве с Fatherly опросила более 1200 отцов и обнаружила, что каждый пятый отец чувствует себя виноватым из-за того, что недостаточно «присутствует» со своими детьми.

Из опрошенных отцов 17 процентов заявили, что страдают от той или иной формы «отцовской вины» из-за большого количества работы.Это понятная борьба, с которой отождествляют себя разведенные, женатые и одинокие родители.

Разведенные родители, не являющиеся опекунами, должны иметь дело с запланированным временем воспитания, которое подходит для родителя-опекуна, а также со своим собственным графиком работы. Это может быть сложным балансом, который многие дети слишком малы, чтобы понять.

Расписания и разговоры

Может быть сложно убедить вашего ребенка, что вы работаете, а не избегаете его или пренебрегаете им, если вы активный и заинтересованный отец, который хочет быть рядом со своими детьми.Как и 86 % отцов, участвовавших в исследованиях Центра работы и семьи Бостонского колледжа, ваши дети являются для вас приоритетом №1 в жизни.

Вот почему восемь из десяти отцов говорят, что они хотят проводить больше времени со своими детьми в обычный рабочий день, по данным Pew Research Center.

Однако родители, не являющиеся опекунами, не могут позволить себе такую ​​роскошь. Они не могут проводить время со своим ребенком, когда хотят или когда позволяет их рабочий график. Им приходится работать по графику опеки, который иногда может противоречить рабочему графику.

Несмотря на то, что в большинстве штатов требуется, чтобы вы пришли к соглашению о графике опеки над детьми, который подходит обеим сторонам, случаются ситуации, которые могут потребовать внесения изменений от вас или вашего второго родителя без обращения к вашему адвокату и прохождения надлежащих юридических процедур. По словам адвокатов Cordell & Cordell, каналы для внесения этих изменений могут отрицательно сказаться на вашем графике содержания под стражей.

Сложные ситуации

Даже когда вы можете проводить время вместе во время воспитания, первые моменты могут быть неловкими, и иногда вы можете чувствовать определенную эмоциональную дистанцию ​​из-за времени, которое вы провели порознь.Разговоры об их прежних интересах могут пойти наперекосяк, когда они сообщат вам, что их больше не интересует то, о чем вы говорите. Эти типы барьеров иллюстрируют борьбу, через которую проходят многие родители, пытаясь быть родителем для ребенка, который дистанцируется в отношениях.

Когда ребенок возвращается в дом своего родителя-опекуна, вы, как родитель, не являющийся опекуном, вынуждены собирать осколки, пытаясь придумать лучшие способы связи с вашим ребенком.

Тем временем в жизни ребенка происходят вехи, связанные со школой, друзьями и занятиями, и она не сбавляет обороты. Это требует, чтобы родитель, не являющийся опекуном, сокращал расстояние на лету.

Совместное воспитание и общение

Один из самых простых способов сделать это — поговорить с вашим вторым родителем, несмотря на все, что могло произойти во время вашего брака, у вас все еще есть общий ребенок, и их благополучие имеет приоритет.

Cordell & Cordell предлагает советы по общению с другими родителями, в том числе по отношению к ним как к деловому партнеру и избеганию таких трудных разговоров перед вашими общими детьми.Хотя у вас могут быть обиды на эмоциональную дистанцию, которая может формироваться между вами и вашим ребенком, это не обязательно вина вашего бывшего супруга, если только не имеет место отчуждение родителей.

Они могут помочь, объяснив детали жизни вашего ребенка, которые ваш ребенок может не захотеть разглашать. Они могут объяснить, кто самые близкие друзья вашего ребенка или какие телепередачи они сейчас смотрят.

Cordell & Cordell понимает проблемы, с которыми сталкиваются мужчины во время развода.

Инициатива

Если ваш второй родитель не желает помогать, важно, чтобы вы взяли на себя инициативу и сами рассмотрели аспекты жизни вашего ребенка. Если вы знаете, что они занимаются спортом, свяжитесь с тренером и узнайте, когда и где проходят тренировки и игры. Если вы знаете, что они участвуют в клубах продленного дня, свяжитесь с учителем, ответственным за клуб.

Больше узнать о своем ребенке поможет вам преодолеть разрыв, так что, когда ваше родительское время и рабочий график позволяют вам проводить время с ребенком, вы можете легче общаться с ним. Вы можете показать им, что вы можете быть частью их жизни и что им не нужно дистанцироваться между собой и вами.

Вы также можете спросить своего работодателя, могут ли они проявить гибкость в отношении вашего графика, если вы объясните им ситуацию, с которой вы столкнулись. Многие менеджеры могут с пониманием отнестись к вашему положению и изменить ваш рабочий график, чтобы он соответствовал вашему графику опеки.

Есть способы увеличить дистанцию. Важно сообщать о своей ситуации и своих чувствах, чтобы вы больше не чувствовали себя брошенным ребенком.Вы можете почувствовать себя активным родителем и важной частью их жизни.

Дэн Пирс — онлайн-редактор Lexicon, специализирующийся на вопросах, связанных с юридическими услугами клиентов, Cordell & Cordell и Cordell Planning Partners. Он написал бесчисленное количество статей на MensDivorce.com, подробно описывая бедственное положение мужчин и отцов, переживающих развод, а также проблемы, с которыми сталкиваются пожилые люди и их семьи на протяжении всего путешествия по планированию имущества на ElderCareLaw. com. Г-н.Пирс управлял веб-сайтами и помогал создавать контент, такой как информационный бюллетень о мужских разводах и серию YouTube «Обратный отсчет мужских разводов». Он также участвовал в подкасте Men’s Divorce Podcast и ElderTalk с TuckerAllen.

Г-н Пирс помогал в создании области практики Cordell Planning Partners, специально предназначенной для ветеранов, поскольку они разбираются со сложностями своих льгот при планировании на будущее. Он также помог создать Руководство по ресурсам для партнеров по планированию Cordell и Руководство для партнеров по планированию Cordell по альтернативным вариантам проживания, специально предназначенные для пожилых людей, у которых есть вопросы относительно их потребностей и условий проживания.

Связанные статьи

Как часто разведенные отцы видят своих детей

Работающему отцу достаточно сложно уделять время своим детям. Однако после развода сохранить отношения со своими детьми еще сложнее. Разведенный отец должен быть преднамеренным, особенно как родитель, не связанный с опекой. Последствия развода или раздельного проживания могут тяжело сказаться на всех вовлеченных сторонах, включая детей.Однако этот негативный эффект можно значительно уменьшить, если отцы или родители, не являющиеся опекунами, находят время, чтобы присутствовать и участвовать.

По данным исследований, каждый третий ребенок в домах-интернатах видит второго родителя не реже одного раза в месяц. Еще каждый третий ребенок контактирует с родителями, не находящимися под стражей, реже одного раза в месяц. В некоторых случаях такие контакты могут быть раз в год. Последняя треть не имеет контактов со своими родителями, не являющимися опекунами. Отцы, у которых есть дети вне брака, с большей вероятностью практически не контактируют со своими детьми.С другой стороны, разведенные отцы чаще поддерживают контакт.

С увеличением числа не состоящих в браке родителей соответственно увеличивается число детей, выросших без хотя бы одного родителя. На контакты между детьми и родителями, не являющимися опекунами, может негативно повлиять ряд причин. Например, дети в подростковом возрасте чаще теряют контакт с отсутствующими родителями. Родители с низким доходом, не связанные с опекой, также с большей вероятностью перестанут контактировать со своими детьми.

Эта неудача может быть связана с затратами на контакт, которые включают одежду, транспортные расходы, питание, проживание и многое другое. По мере роста числа детей, не имеющих доступа к своим отцам, последствия ущерба становятся более очевидными. Понимание причин потери контакта может пролить больше света на проблему и, возможно, предложить решение.

Почему у родителей, не являющихся опекунами, может быть меньше времени со своими детьми

Существует множество причин, по которым родители, не являющиеся опекунами, часто отцы, почти или совсем не контактируют со своими детьми после развода.Это прискорбная статистика, которой можно избежать почти в каждом деле об опеке в Оклахоме. Когда отцы или любой родитель, не являющийся опекуном, избегают следующих ловушек опеки, они почти наверняка будут проводить значительное количество времени со своими детьми после развода. По сути, отцы могут проводить со своими детьми столько времени, сколько они готовы посвятить своим детям в большинстве случаев развода.

Когда отцы страдают или вызывают следующие проблемы, они могут практически не контактировать с детьми после развода.В интересах ваших детей избегать следующих вопросов:

  • Родитель-опекун может плохо отзываться о родителе или отце, не являющемся опекуном. Дети, особенно маленькие, очень впечатлительны. Они, вероятно, в конечном итоге сами узнают, если один из родителей солгал им о другом родителе; однако отношения между ребенком и их родителем могут страдать, пока отношения не будут восстановлены.
  • Отсутствующий родитель может счесть бремя восстановления связи слишком тяжелым.Это может быть вызвано разными чувствами, включая глубокое чувство утраты. Это также может быть усугублено, если партнер-опекун вступает в повторный брак. Некоторые родители также боятся быть отвергнутыми своими детьми.
  • График посещений. Это может быть в форме строгих правил, которые не позволяют родителю, не являющемуся опекуном, действовать в качестве родителя или развивать глубокую связь со своими детьми. Это также может быть связано с неудобствами, связанными с соглашением о посещении.
  • Родитель-опекун уехал далеко вместе с ребенком, тем самым прервав контакт с родителем, не являющимся опекуном.
  • Родитель-резидент заблокировал любой доступ к посещениям и контактам с родителями, не связанным с опекой.

Права отца: влияние отсутствия отношений между детьми и отцами

Причины, вызывающие дистанцию ​​между родителями, не являющимися опекунами, часто отцами, и их детьми, могут сильно различаться. Тем не менее, влияние на отца и их детей, когда их отношения натянуты, невозможно переоценить. Если родителям, не осуществляющим опеку, отказывают в общении со своими детьми или отказываются от общения и связи со своими детьми, могут возникнуть следующие последствия:

  • Дети часто сильно скучают по своим отцам. По статистике, дети, потерявшие отца, реже страдают от последствий по сравнению с теми, чьи отцы решили прекратить общение. Это часто влияет на эмоциональную и психическую устойчивость детей.
  • Мальчикам часто требуется присутствие их отцов или фигуры отца для гендерно-ролевой идентичности.Отцы и сыновья связаны определенными видами деятельности так же, как матери и дочери. Эти действия могут формировать поведение и мировоззрение ребенка.
  • И мальчикам, и девочкам в жизни нужен отец. Отцы могут быть отличными образцами для подражания, учителями и предлагать любящую критику, чтобы направить их в нужное русло.
  • Дети, у которых отсутствуют отцы, с большей вероятностью будут хуже успевать в учебе. Это подвергает их еще большей критике со стороны учителей.

Заключение: роль отца в жизни детей

Отцы играют важную роль в социальном поведении.Девочки, выросшие без отцов, чаще ищут любовь не в тех местах. Мальчики будут искать другое мужское лидерство и влияние, если у них нет отцов. Дочери и сыновья нуждаются в обоих родителях, и если вы отец, которому грозит развод, для вас и ваших детей важно, чтобы вы боролись за сохранение отношений с ними. Мальчики и девочки, выросшие без отцов, часто склонны больше справляться с тревогой и беспокойством.
Свяжитесь с Cannon & Associates, чтобы защитить свои права на поддержание крепких отношений с детьми после развода в Оклахоме.Заполните КОНТАКТНУЮ ФОРМУ НА ЭТОЙ СТРАНИЦЕ СЕЙЧАС или ПОЗВОНИТЕ по телефону 405-300-1902 для бесплатной конфиденциальной оценки дела.

Автор Джон Кэннон

Помощь при разводе, опеке над детьми, алиментах, посещении и воспитании детей

Продвижение права ребенка на качественный доступ к обоим родителям

В настоящее время обслуживает отцов, матерей, бабушек и дедушек в Далласе / Форт. Ворт, Техас и Северная Америка через реферальную сеть профессионалов для продвижения основных семейных ценностей, которые стремятся к тому, «Что в наилучших интересах наших детей и внуков.»

Можете ли вы сегодня обнять своего ребенка?

Мы являемся первоначальной, первой и крупнейшей группой матерей и отцов в Северной Америке, обслуживающей семьи в основном в Техасе, с реферальной сетью консультантов и адвокатов по семейному праву для продвижения последовательных стратегий для:

«то, что в интересах наших детей».

FER была первоначально создана в 1974 году для помощи отцам, которые не могли видеть своих детей. FER теперь обслуживает матерей, бабушек и дедушек, которые также нуждаются в помощи.Наша организация обслуживает все социально-экономические уровни от бедных (не имеющих средств на юридическую помощь) до очень богатых, которые нуждаются в помощи юриста, лайф-коучей и консультантов для помощи в подготовке социальных исследований и психологических оценок. Участие FER и направления помогли более 500 000 семей улучшить качество жизни детей и продвигать «то, что в наилучших интересах» наших детей.

Организация «Отцы за равные права» предназначена для предоставления «непосредственного доступа и помощи» участникам, у которых есть вопросы по семейному праву.

Компания Fathers for Equal Rights, Inc. имеет различные типы членства:

Непосредственно Преимущества членства в Office:

Наш офис расположен недалеко от центра города  Даллас .

Часы работы с 8:00 до 16:00 с понедельника по пятницу. Наше базовое членство составляет 350,00 долларов США в год для одного человека. Мы предлагаем Семейное членство за 450,00 долларов США в год для супругов участников.

Наше членство в офисе Walk-In предлагает упрощенный доступ к более чем 25 адвокатам-добровольцам 5 дней в неделю.

Преимущества членства в сети Интернет:

  • Доступ к нашей библиотеке аудиокурсов по таким темам, как ограничение проживания в сравнении с переселением, оценка опеки над детьми (подготовка к социальным исследованиям), общая стратегия судебного разбирательства, показания, планы воспитания, права бабушек и дедушек, поведение в зале суда и многое другое.
  • Доступ к нашей коллекции часто задаваемых вопросов и ответов.

Интернет-членство стоит всего 50 долларов.

 

НОВИНКА: LifeCoaching доступен по цене 100 долларов США за сеанс через Zoom для тех, кто не может уйти с работы или не может прийти в офис лично.

Влияние развода на отношения родителей и детей

После развода на ваши отношения с детьми могут повлиять несколько факторов. Вы можете взять на себя новые обязанности, которых у вас никогда не было, или оказаться в необычной, второстепенной роли. Возможно, вам придется работать, чтобы защитить себя от претензий вашего бывшего супруга. Возможно, вам придется помочь ребенку адаптироваться в новом доме.

Даже когда супруги расстаются мирно, развод в Колорадо может привести к большому стрессу и душевной боли. Когда дети вовлечены, это может добавить дополнительный уровень беспокойства.

Развод может сделать одного из родителей основным

В процессе развода пары могут решить, как они планируют разделить родительские роли. В некоторых случаях мать или отец проводят больше времени с детьми из-за разделения опеки («время воспитания»).Хотя такое неравное распределение времени не всегда имеет негативные последствия, оно может повлиять на отношения каждого родителя с детьми.

Например, если отец видит своих детей только по выходным, ожидается, что он сохранит привязанность к маленьким кусочкам времени своих детей. В конце концов, дети могут начать чувствовать себя отчужденными и неудобными, когда им приходится проводить время со своим отцом, или они могут рассматривать его как веселого родителя. С другой стороны, ожидается, что мать в этой ситуации будет сама выполнять утренние, отход ко сну, ужин и домашние задания.Ей приходится брать на себя большую часть обязанностей по воспитанию детей, что может привести к тому, что она будет чувствовать себя измотанной и подавленной.

Развод может привести к выученной обиде

Во время бракоразводного процесса супруги часто испытывают негативные чувства друг к другу. Если эти чувства вербализуются детям или вокруг них, это может привести к тому, что дети начнут питать аналогичные негативные чувства по отношению к другому родителю. Несмотря на то, что развод — это период повышенных конфликтов, родители должны стремиться хорошо отзываться друг о друге в присутствии детей, чтобы способствовать установлению позитивных отношений как с матерью, так и с отцом.

Развод может потребовать новых родительских ролей

Когда одна семья делится на две, родители должны взять на себя новые роли, чтобы помочь своим детям перейти. Быть кормильцем и физическим опекуном может быть недостаточно. Стать эмоциональным резонатором не редкость, потому что многие дети борются с разводом. Некоторым родителям, возможно, придется помочь своим детям справиться с новыми эмоциями, чтобы сохранить старые отношения.

Мы здесь, чтобы помочь

Когда родители принимают решение расстаться, они должны работать вместе, чтобы создать новый тип семейной динамики на благо своих детей.Независимо от ситуации развода, может быть полезно работать со знающим адвокатом по семейным делам. Чтобы узнать больше, свяжитесь с юридической фирмой Susan Fuller & Associates, P.C. У нас есть многолетний опыт работы в области семейного права, и мы знаем, как уменьшить стресс, связанный с такими ситуациями, и помочь людям работать над их разрешением.

Вы можете позвонить нам по телефону 303-800-0474 или связаться с нами через Интернет. Мы предлагаем бесплатные первичные консультации и всегда готовы помочь.

Развод и опекунство | Энциклопедия.

com

История опеки над детьми после развода отражает изменение взглядов на детей и развитие отношений между мужьями и женами. В колониальный период и в раннюю республику дети рассматривались как экономические активы, чей труд был ценен для их родителей и других взрослых. В эту раннюю эпоху отец как глава семьи имел полное право на опеку и контроль над своими детьми как во время брака, так и в редком случае развода.В течение девятнадцатого века ценность ребенка как работника снизилась, и больше внимания стало уделяться его воспитанию и образованию. Была инициирована правовая концепция наилучших интересов ребенка . В соответствии с этим правилом матери пользовались благосклонностью, поскольку родители лучше справлялись с эмоциональными и заботливыми потребностями детей нежного возраста, и матери, вероятно, побеждали отцов в битвах за опеку после все более частых случаев развода. В конце двадцатого и начале двадцать первого веков отцы восстановили свои позиции в нынешнем обычном случае развода, когда женщины и мужчины боролись за равное положение перед законом. Больше нет четких правил в отношении того, что отвечает интересам ребенка, и психологи все чаще узурпируют большую часть полномочий судей в принятии решений об опеке.

Колониальная эпоха и ранняя республика: 1630–1830

В современную эпоху опека над детьми автоматически рассматривается в контексте развода, и, действительно, начиная со второй половины двадцатого века, развод стал основанием для подавляющее большинство судебных споров. Однако ранее в американской истории вопросы опеки гораздо чаще возникали в других случаях: смерть отца или обоих родителей, некомпетентность или финансовая неспособность родителей заботиться о своих детях и рождение внебрачных детей.В связи с этими событиями двумя основными соображениями при определении того, кто должен осуществлять опеку и контроль над ребенком, были трудовая ценность ребенка и способность взрослых должным образом содержать ребенка и присматривать за ним. Вдовы часто теряли опеку над своими детьми, потому что больше не могли их содержать. В эпоху, когда еще не было детских домов и официального усыновления, таких детей обычно отдавали в ученики или «отдавали» в другую семью, которая поддерживала их в обмен на их услуги. Ребенок, рожденный вне брака, был известен как filius nullius («ребенок без семьи»), и городской чиновник закона о бедных был уполномочен передать ребенка в семью.

В браке отцы имели полное право опеки и контроля над своими детьми. Замужние женщины считались в соответствии с общим правом femmes couvertes (буквально «покрытые женщины»), на которых распространяется личность и власть их мужа. Отец мог сдать ребенка в аренду за заработную плату или отдать в ученики в другую семью без согласия матери. В очень редких случаях развода отец обычно сохраняет свое законное право на опеку и контроль. Право на развод не было единообразно установлено в колониальной Америке, и поэтому существует несколько примеров решений об опеке после развода.Южная Каролина, например, не разрешала свой первый развод до 1868 года. Такие колонии, как Нью-Йорк и Вирджиния, следовали английской традиции, согласно которой полный развод был церковным делом и разрешался лишь изредка. Английское право до 1753 года сохраняло принцип канонического права, согласно которому брак не может быть расторгнут. В тех штатах, которые следовали английским традициям, развод можно было получить только по частному законопроекту в законодательном органе. В Новой Англии законы о разводе были более либеральными, поскольку брак подпадал под юрисдикцию гражданских судов и законодательных органов.Следуя тому, что они считали законами Бога, штаты разрешали развод (с правом на повторный брак), когда одна из сторон брака могла доказать, что другая пренебрегла фундаментальной обязанностью. Обычными основаниями для развода были прелюбодеяние, дезертирство и отсутствие в течение периода времени, установленного правительством.

Два наиболее подверженных разводу штата, Массачусетс и Коннектикут, достаточно хорошо изучены. Наиболее важным аспектом записей этих разводов является то, что дети вообще не учитывались. Ни в коем случае суды не говорят о наилучших интересах детей и даже не проявляют никакой заботы о благополучии детей.

Отсутствие споров об опеке над детьми до XIX века имеет как минимум два возможных, не исключающих друг друга объяснения. Во-первых, матери считали, что у них нет шансов получить опеку над своими детьми, и поэтому даже не продвигали это дело. Только отцы имели право на опеку и контроль над своими детьми, как и на все формы собственности.На самом деле есть неофициальные свидетельства того, что некоторые женщины избегали развода, потому что боялись, что их мужья заберут у них детей. Нэнси Шиппен Ливингстон, женщина из известной филадельфийской семьи, пережила брак без любви, в котором ее муж заставил ее передать ребенка на воспитание его семье. Поскольку она жила в Нью-Йорке, она могла получить развод только по частному законопроекту в законодательном органе, что было заведомо трудным подвигом. Она подумывала о том, чтобы нанять лихого адвоката Аарона Бёрра, чтобы тот представил ее дело в законодательном органе, но потеряла мужество, когда поняла, что, если она выиграет развод, ее муж получит полную опеку, и она больше никогда не увидит своего ребенка.

Вера женщин в то, что они не имеют законных прав на своих детей, была подкреплена английским прецедентом. В деле Rex v. DeManneville (1804 г.) мать сбежала от якобы жестокого мужа, но лорд Элленборо из королевской скамьи, подчеркивая первостепенное право отца на опеку над своими детьми, вернул ребенка ее отцу, хотя « она была младенцем у груди матери».

Второе объяснение отсутствия споров об опеке в колониальный период заключается в том, что матери часто получали опеку над детьми без боя.Женщинам чаще всего разрешали развод в случаях супружеской неверности или дезертирства, и маловероятно, что отец дезертировал с детьми на буксире. В текучей, расширяющейся колониальной Америке отец чаще всего «уходил на запад» в поисках новых возможностей и не мог послать за своей семьей. Более чем вероятно, что многие брошенные жены вообще никогда не обращались в суд.

Девятнадцатый век

Правовой и социальный статус ребенка изменился в течение первого века новой республики. Колониальный взгляд на детей как на помощников в экономике с дефицитом рабочей силы уступил место романтическому, эмоциональному взгляду на детей, которые больше не были юридически родственными слугами, находящимися под полным контролем своих отцов или хозяев, но вместо этого считались заинтересованными в своих интересах. собственный. Все чаще эти интересы стали отождествляться с кормящей матерью.

Причины этого сдвига сложны, отражая растущую культуру среднего класса, где образовательные и эмоциональные инвестиции со стороны родителей заменили экономическую ценность для родителей, которую раньше представляли дети.Недавно появившееся женское движение в середине века также восприняло право на опеку над детьми как важный элемент своей кампании за права женщин. Этот приоритет проиллюстрирован отрывком из Декларации прав и чувств Сенека-Фоллс 1848 года, основополагающего документа движения за права женщин:

Он [законодательная и судебная власть] так сформулировал законы о разводе, что должны быть надлежащими причинами, а в случае разлучения, кому будет передана опека над детьми, как совершенно независимо от счастья женщин — закон во всех случаях исходит из ложного предположения о верховенстве мужчины, и отдавая всю власть в свои руки.

Рост числа споров об опеке в девятнадцатом веке, скорее всего, отражал две тенденции: рост количества разводов и неопределенность законов, регулирующих опеку. В большинстве штатов стало легче получить развод, и ко второй половине девятнадцатого века многие люди воспользовались этой новой возможностью. Исследование Бюро переписи населения США показывает, что число разводов быстро растет. В то время как в период с 1867 по 1871 год было дано 53 574 развода, в период с 1887 по 1891 год эта цифра почти утроилась до 157 324.Примерно в 40 процентах разводов участвовали дети; еще от 20 до 40% не сообщили ни о наличии, ни об отсутствии детей. Эти цифры не учитывают пары, которые расстались, но так и не развелись. В культуре, где к разводу относилось сильное клеймо, разлученных пар было, вероятно, гораздо больше, чем тех, кто добивался расторжения брака в судебном порядке.

Судьи продолжали разрываться между применением общего права прав отца и более современной нормой наилучших интересов ребенка. В конце концов, однако, тенденция благоприятствовала детям. Наилучшие интересы ребенка, особенно для очень маленьких детей или детей женского пола, стали все больше ассоциироваться с матерью ребенка. Эта тенденция судов присуждать младенцев и маленьких детей их матерям позже стала известна как доктрина 90 268 нежных лет. При присуждении четырехлетнего мальчика его матери суд в чел. отн. Sinclair v. Sinclair заявил:

Природа возложила на мать заботу о младенцах и заботу о них в течение их нежного возраста, и в этот период такая забота для всех практических целей, при отсутствии исключительных обстоятельств, почти исключительно обязательна. ей.В такие периоды жизни суды, не колеблясь, возлагают на жену заботу и опеку над малолетними детьми в противовес первостепенному праву мужа, если жена показала себя порядочным человеком и способна полностью выполнять свои обязанности по отношению к ребенок.

Почти всеобщее исключение из растущего правила передачи детей нежного возраста их матери происходило, когда мать считалась непригодной. Очень высокие моральные стандарты, приписываемые матерям в девятнадцатом веке, позволяли судьям более позитивно относиться к ним в спорах об опеке, но это также означало, что судьи жестко обращались с ними, когда они отклонялись от общепринятых моральных стандартов.Двумя проступками, из-за которых женщины чаще всего лишались опеки над детьми, были супружеская измена и оставление мужей без уважительной, по мнению судьи, причины.

Начало двадцатого века

В 1890 году, дате, часто используемой для обозначения начала реформаторской прогрессивной эры, в Соединенных Штатах был 33 461 развод. В 1920 году, в конце эпохи реформ, было 167 105 разводов. Хотя эти цифры могут быть неточными, поскольку местные записи часто бывают неполными или отсутствуют, они предполагают, что произошло значительное увеличение числа пар, переживших развод.Не у всех этих пар были дети; на самом деле менее 50 процентов этих разводов связаны с детьми. Тем не менее, впервые число детей, потерявших родителя в результате развода, стало приближаться к числу детей, потерявших родителя в результате смерти. Более того, бесчисленное количество родителей просто дезертировали, не добиваясь развода, и многие пары жили раздельно без развода.

Для судов и законодательных органов ранее необычный случай развода теперь стал обычным явлением; опека над детьми перестала быть тайной и редко применяемой областью закона, и решения об опеке затрагивали жизнь тысяч детей и их родителей.Эти реалии ускорили тенденции, начавшиеся в девятнадцатом веке, такие как обязательство отца содержать своих детей без права опеки, для которых ранее не было прецедентов. Судебная власть по-прежнему играла ведущую роль в разработке правил разрешения частных споров между разводящимися парами, но законодательные собрания штатов все чаще кодифицировали эти правила, часто сужая пределы судебного усмотрения.

Дело мистера и миссис Хармон ( Harmon v.Harmon [1922]) дает представление об изменении взглядов «ревущих двадцатых» и показывает, что сексуальное поведение женщины больше не было полным препятствием для опеки. Две супружеские пары в Канзасе, мистер и миссис Хармон и неназванные муж и жена, объединились в одних социальных кругах и стали хорошими друзьями, вместе отправляясь в ночные поездки и проводя вместе большую часть своего свободного времени. Однажды мистер Хармон обнаружил, что миссис Хармон прелюбодействует с другим мужем. Он настаивал на том, чтобы она переехала жить к своим родителям и отказалась от опеки над их пятилетней дочерью.Оба мужчины заставили ее подписать письменное соглашение о признании ее вины и согласии на порядок опеки.

Затем мистер Хармон подал в суд на развод на основании супружеской неверности и добивался опеки над их дочерью. Суд согласился с тем, что муж поощрял супружескую измену. «Должно быть, он знал, до каких абсурдных пределов выросли экстраординарная близость, неформальность и нетрадиционность [с другой парой], это должно было достичь кульминации». Суд подтвердил отказ Хармонам в разводе, но предоставил временную опеку над дочерью матери, мотивируя это тем, что «за исключением временного увлечения ответчика своим любовником, она была хорошей матерью.

Другие суды согласились с этой оценкой, постепенно отказываясь от двойного стандарта моральной пригодности, который рассматривал сексуальные проступки матери как предосудительные, а проступки отца — как простительные. Ведущий трактат по семейному праву 1920-х годов, Кизер о законе о браке and Divorce, , устанавливает «новое» правило: «Когда дети нежного возраста, при прочих равных условиях предпочтение отдается матери в качестве их опекуна, особенно в случае девочек, и это, хотя она может иметь была виновна в правонарушениях в прошлом, но нет никаких доказательств того, что она была правонарушителем на момент рассмотрения дела судом.В деле Crab-tree v. Crabtree (1922) суд даже упустил из виду тот факт, что миссис Крэбтри чуть не убила мистера Крэбтри, перерезав ему горло бритвенным лезвием, перерезав ему пальцы и ударив ножом в спину. Суд пояснил: «Из этого не следует, что из-за того, что жена пыталась убить его в порыве гнева, у нее не было родительской привязанности к детям. Напротив, записи показывают, что она любила их и надлежащим образом о них заботилась». повседневной жизни; действительно, немногие домохозяйства не были затронуты вопросом опеки.Ребенок 1990 года рождения имел примерно 50-процентную вероятность попасть под юрисдикцию суда по делу о том, где и с кем он будет жить. Подавляющее большинство этих решений об опеке над детьми были результатом стремительного роста числа разводов.

В то время как количество разводов стремительно росло, правила, регулирующие опеку над детьми, становились все более запутанными. «Сам по себе тот факт, что вы мать, не указывает на способность или желание оказывать заботу такого качества, которое отличается от того, что может обеспечить отец», — заявил нью-йоркский суд в 1973 году, оспаривая почти столетнюю судебную презумпцию. в пользу матерей.Суд отклонил представление о том, что между матерями и их детьми существует особая связь, сославшись на авторитет социолога Маргарет Мид, которая однажды написала: «Это простая и тонкая форма антифеминизма, которую мужчины — под видом преувеличения важности материнства — привязывают женщин к своим детям крепче, чем это считалось необходимым с момента изобретения искусственного вскармливания и детских колясок».

Не все суды были столь откровенны в снижении важности матерей или в предположении, что материнская презумпция является мужским заговором.Тем не менее, презумпция того, что интересы ребенка нежного возраста лучше всего удовлетворяются под опекой матери, была законодательно отменена или понижена до «фактора, который следует учитывать» почти во всех штатах в период с 1960 по 2000 год.

Со старыми правилами Законодатели штатов и судьи обратились к социальным наукам, чтобы разработать новые руководящие принципы, которые помогут судьям принять это самое трудное решение. Две популярные психологические теории призваны поддержать две противоположные модели опеки. Первая модель предполагает, что один из родителей должен нести основную ответственность за заботу о ребенке, но этот родитель не обязательно должен быть матерью.Эта модель включает в себя единоличную опеку (с посещением) и предпочтение основного опекуна. Вторая модель подчеркивает важность обоих родителей в развитии ребенка и поощряет некоторую форму совместной или совместной опеки. Ни одна из моделей не отдает предпочтения матерям, и ни одна модель не учитывает возраст или стадию развития ребенка, как это имело место в доктрине раннего возраста.

Доказательства, подтверждающие этот субъективный критерий, могут быть получены только за пределами зала суда в виде свидетельских показаний непрофессионала или путем оценки сторон специалистами в области психического здоровья.Таким образом, эксперты все чаще привлекаются к рассмотрению дел об опеке над детьми и участвуют в каждом этапе судебного разбирательства; родители могут совместно обратиться за услугами консультанта по психическому здоровью, чтобы помочь им в частном посредничестве, или одна сторона, часто по совету своего адвоката, может нанять консультанта с целью урегулирования или, возможно, дачи показаний в суде. Все чаще сам суд или опекун ad litem (адвокат, иногда непрофессионал или психиатр, назначенный судом представлять ребенка) запрашивает психологическую оценку.Эти оценки, обычно проводимые судебными социальными работниками или психологами, предоставляют широкий спектр информации о родителях и детях, включая социальные и экономические данные, но особое внимание уделяется психодинамическим факторам.

В то время как эксперты по психическому здоровью играют важную роль в досудебных процедурах, где разрешается большинство споров, их присутствие также значительно увеличилось в тех делах, которые доходят до суда. Между 1960 и 2000 годами характер использования экспертов в суде резко изменился; резко возросло количество экспертов, и эти эксперты чаще назначались судом, чем родителями.Кроме того, характер экспертных показаний сместился с оценки вменяемости родителя (обычно матери) на наблюдения за отношениями между родителем и ребенком, и в значительном числе случаев эти эксперты свидетельствовали о предполагаемом сексуальном или физическом насилии.

За пределами зала суда среди социологов и ученых-бихевиористов бушует спор о том, какое влияние развод оказывает на детей. Этот вопрос имеет серьезные последствия для нации, раздумывающей над тем, следует ли активно продвигать брак и препятствовать разводу.Однако ученые не пришли к единому мнению. Некоторые исследования показывают, что развод имеет негативные последствия на всю жизнь для большинства детей. Другие настаивают на том, что большинство детей чувствуют себя хорошо, а наиболее пострадавшие чаще всего полностью выздоравливают.

В начале двадцать первого века можно с некоторой уверенностью сделать несколько замечаний: надлежащая роль социальных и поведенческих наук в вопросах содержания под стражей все еще является предметом споров, но их продолжающееся влияние является установленным фактом.Наконец, можно также сказать, что вопрос о том, что представляет собой «наилучшие интересы ребенка», является предметом постоянных споров.

См. также: Помимо наилучших интересов ребенка; Закон, Дети и.

библиография

Энтони, Сьюзен Б. и Ида Хастед Харпер, ред. 1902. «Конвенция о правах женщин Сенека-Фолс 1848 года, Декларация прав и чувств». В История избирательного права женщин, vol.1. Рочестер, Нью-Йорк.

Гроссберг, Майкл.1985. Управление очагом: закон и семья в Америке девятнадцатого века. Чапел-Хилл: Издательство Университета Северной Каролины.

Хизерингтон, Э. Мэвис и Джон Келли. 2002. К лучшему или к худшему. Нью-Йорк: В.В. Нортон.

Мейсон, Мэри Энн. 1994. От собственности отца к правам детей: история опеки над детьми в Соединенных Штатах. Нью-Йорк: Издательство Колумбийского университета.

Мейсон, Мэри Энн. 1999. Войны за опеку: почему дети проигрывают судебные баталии и что мы можем с этим поделать. Нью-Йорк: Основные книги.

Мид, Маргарет. 1954. «Некоторые теоретические соображения о проблемах разлучения матери и ребенка». Американский журнал ортопсихиатрии 24. В State ex rel. Уоттс против Уоттса, 350 N.Y.S.2d. 285 (1973).

Морланд, Джон В., изд. 1946. Кизер о законе о браке и разводе, 3-е издание. Индианаполис: Боббс-Меррилл.

О’Нил, Уильям. 1967. Развод в прогрессивную эпоху. Нью-Хейвен, Коннектикут: Издательство Йельского университета.

Валлерстайн, Джудит С. 1980. Пережить разрыв. Нью-Йорк: Основные книги.

Валлерстайн, Джудит С. 1989. Второй шанс. Нью-Йорк: Тикнор и Филдс.

Mary Ann Mason

Инновации в реформе опеки над детьми

Abstract

Развивающийся культурный «сценарий», связанный с отцовством, способствовал тому, что многие отцы столкнулись с несоответствием между общественными ожиданиями и социальными/структурными барьерами. Эта двусмысленность может быть особенно острой для разведенных отцов.В ответ были предложены различные законы, касающиеся опеки, которые предназначены для удовлетворения потребностей отцов и семей после развода. Две инициативы, рассматриваемые в настоящее время в законодательном органе Мичигана, служат микрокосмом для текущих дебатов об опеке в США. Эти предложения подчеркивают вопросы родительских прав и родительских обязанностей. В этой статье рассматриваются вопросы, связанные с этими предложениями, а также представлена ​​третья альтернатива, которая более полно подтверждает желаемое социальное поведение вовлеченного отцовства.

Ключевые слова: участие отца после развода, опека над детьми, совместная физическая опека, планы воспитания.

  1. Автор хотел бы поблагодарить В. Майкла Флеминга и Дэниела Р. Мейера за их ценный вклад и комментарии к предыдущему варианту этой статьи, а также Надин Ф. Маркс за ее ценную поддержку.

  2. Джеймс Д. Ламберт является докторантом кафедры детских и семейных исследований Университета Висконсин-Мэдисон, 1430 Линден Драйв, Мэдисон, Висконсин, 53706.


 
Социальный и культурный «сценарий» для отцов сегодня очень отличается от даже несколько лет назад. Ожидается, что отцы, будь то в разведенных или полных семьях, будут более активно участвовать в жизни своих детей. Однако отцы также могут испытывать противоречие между представлением о том, что они должны быть более вовлеченными, и существованием социальных и структурных барьеров, поддерживающих их маргинализацию как отцов (Daly, 1994). Неопределенность, связанная с тем, что значит быть разведенным отцом, особенно остра (Arendell, 1995; Kruk, 1991, 1992). В то время как отцов призывают быть более активными в воспитании своих детей, нынешние тенденции опеки над детьми гарантируют, что многие дети не живут вместе со своими отцами. Исследователи предполагают, что не только юридический процесс получения развода играл центральную роль во влиянии на отношения между родителями-нерезидентами и их детьми, но и исход опекунства (Arditti, 1992a; Dudley, 1991).

Нынешняя дискуссия в Мичигане вокруг инициатив по опеке над детьми служит микрокосмом для растущих дебатов, связанных с опекой, происходящих в Соединенных Штатах.Эти дебаты отчасти вызваны предполагаемой неадекватностью действующих законов об опеке для отражения меняющихся культурных норм и ожиданий современных отцов и семей. Утверждалось, что законы об опеке над детьми носят реактивный характер, имеют политическую подоплеку и редко отражают вполне реальные потребности семей, которым они призваны служить (Tompkins, 1995). В частности, нынешние законы об опеке, хотя и эволюционировали, чтобы включить теоретически нейтральную в гендерном отношении терминологию и принципы, такие как совместная опека, стандарты «наилучших интересов ребенка» и стандарты «основного опекуна», по существу привели к таким механизмам опеки, при которых мать остается основным опекуном. родитель (Walters & Chapman, 1991; Weitzman, 1985).До недавнего времени казалось, что этот прочный стандарт содержания под стражей пользуется почти всеобщим признанием. Однако по мере того, как родители, не являющиеся опекунами/не проживающие в доме, — обычно отцы — все больше желают продолжать участвовать в жизни своих детей, и поскольку общество все больше ожидает от них такого участия, голоса, призывающие к новой эволюции закона об опеке над детьми, стали громче (Хетерингтон). и Стэнли-Хаган, 1997). При постоянном акценте в определении опеки над детьми на единоличной физической опеке матери и ограниченном взаимодействии отца и ребенка отцовство после развода может иметь больше общего с традиционными представлениями об отцовстве, чем с современными.В то время как некоторые могут утверждать, что в юридическом определении опеки нет предвзятости по признаку пола (Chesler, 1991), разведенные отцы ясно видят состязательную правовую систему, которая способствует конфликту и создает препятствия для поддержания прочных отношений со своими детьми (Arditti & Allen, 1993; Arendell, 1995; Dudley, 1991; Hetherington & Stanley-Hagan, 1997; Kruk, 1992).

В настоящее время в Мичигане есть два отдельных законодательных предложения, призванных удовлетворить реальные потребности семей, переживших развод.Первый предложенный законопроект призывает к принятию закона, который внесет поправки в действующие законы об опеке, чтобы создать презумпцию в пользу совместной опеки. Эта точка зрения подчеркивает вопросы справедливости и защиты прав обоих родителей на поддержание постоянного контакта с ребенком (Folberg, 1991; Hillary, 1993; Maccoby & Mnookin, 1992). Второе законодательное предложение выступает за реализацию таких инициатив, как планы воспитания детей и посредничество в вопросах опеки, которые призваны свести к минимуму судебное вмешательство в решения об опеке.Эта точка зрения пытается сместить акцент, связанный с вопросами опеки над детьми, с сохранения родительских прав на выполнение родительских обязанностей (Buehler & Gerard, 1995).

Целью данной статьи является изучение вопросов, связанных с этими недавними нововведениями в области опеки над детьми, а также представление дополнительных предложений по оказанию помощи современным семьям в реорганизации их ролей и обязанностей. Чтобы прояснить потенциальные последствия каждого из этих предложенных законодательных актов, предоставляется краткая предыстория, резюмирующая, как текущие дебаты подошли к этому моменту.

Краткая история

Законы об опеке над детьми претерпели множество изменений на протяжении всей истории. В свете нынешних дебатов интересно отметить, что до девятнадцатого века отцы (или их семьи) почти всегда получали опеку над детьми (Mason, 1994; Roth, 1977). Это патриархальное предпочтение коренится в английском общем праве, которое наделяло отцов правом и обязанностью поддерживать, защищать и воспитывать своих детей (Grossberg, 1985; Roth, 1977).Однако в девятнадцатом веке доктрина «нежных лет», предполагающая, что маленьких детей лучше всего держать с матерями, стала преобладающей точкой зрения при принятии решений об опеке. Единственный способ, с помощью которого отец мог получить опеку, заключался в том, чтобы доказать, что мать не способна воспитывать ребенка (Emery, 1994). Исследователи и историки обычно связывают этот философский сдвиг со специализацией женских и мужских ролей в результате промышленной революции, а также с развитием теорий о развитии ребенка и материнской привязанности, в которых был обнаружен или создан «материнский инстинкт». (Боулби, 1982; Гроссберг, 1985).Утверждая, что материнское предпочтение не было ни случайным, ни неизбежным, Гроссберг (1985) предположил, что выбор матери в качестве опекуна «исходит из культа домашнего уюта, который пронизывал американскую культуру девятнадцатого века» (стр. 209).

К 1960-м годам презумпция единоличной материнской опеки, основанная на доктрине раннего возраста, прочно утвердилась в прецедентном праве практически в каждом штате. Однако в последующие 15 лет явно выраженная презумпция опеки в пользу матерей начала ослабевать (Roth, 1977).Вопросы, касающиеся родительских и семейных ролей женщин и мужчин, а также роста числа разводов, побудили некоторых привести доводы в пользу стандарта, не предполагающего, что женщины предрасположены к тому, чтобы быть опекунами (Coltrane & Hickman, 1992; Kelly, 1994). С 1970 года все 50 штатов фактически отвергли доктрину раннего возраста и приняли прецедентное право или законы в пользу стандарта «наилучших интересов ребенка» (Buehler & Gerard, 1995; Kelly, 1994). Однако важно отметить, что, хотя стандарт наилучших интересов был предназначен для продвижения гендерной нейтральности, во многих случаях он рассматривался как еще одно выражение допущения материнского предпочтения (Weitzman, 1985).В 1970-х и начале 1980-х годов более 90% разводов заканчивались тем, что мать получала опеку над детьми (Walters & Chapman, 1991; Weitzman, 1985). Эта тенденция начала несколько замедляться в 1980-х годах с появлением убеждения, что детям может быть полезно поддерживать отношения после развода с обоими родителями (Coltrane & Hickman, 1992; Thompson, 1994). Некоторые утверждают, что дети лучше адаптируются после развода, когда оба родителя активно участвуют в воспитании детей (Ардитти, 1992а; Чапанский, 1991).Это убеждение в сочетании с тем, что группы по защите прав отцов используют аргумент о равенстве полов и ролей, привело к толчку к совместному присуждению опеки.

СОВМЕСТНАЯ ОПЕКА

Совместная опека – это относительно недавняя правовая политика, предназначенная, по крайней мере частично, для облегчения отношений между отцом и ребенком после развода. Было высказано предположение, что правовая система оказала большое влияние на установление контекста отношений между отцом и ребенком после развода. Крук (1991, 1992) сообщил, что отцы, которые «уходят» от контактов со своими детьми после развода, считают, что адвокаты, участвующие в разводе, а также состязательная судебная система в целом значительно затрудняют их отношения с детьми.Судебный процесс может также снизить надежды отцов в отношении отношений с детьми после развода и создать антагонистическую атмосферу между супругами. Отцы часто называют эти продолжающиеся конфликтные отношения с бывшим супругом еще одной основной причиной недостаточного участия в жизни своих детей (Dudley, 1991). Таким образом, переход от традиционных процедур опеки к предпочтительной совместной опеке рассматривается некоторыми как способ обойти негативное влияние правовой системы на отношения отца и ребенка.

Предпосылка совместной опеки состоит в том, чтобы сделать жизнь ребенка после развода максимально похожей на его/ее жизнь до развода (Felner and Terre, 1987; Scott, 1992; Wallerstein & Blakeslee, 1989). Термин «совместная опека» относится как к совместной физической опеке, так и к совместной юридической опеке. Физическая опека касается того, с кем из родителей в основном проживает ребенок. При совместной физической опеке, которая не предполагает жесткого разделения места жительства 50 на 50 и часто варьируется в зависимости от потребностей родителей и детей, оба родителя сохраняют право на попечение по месту жительства (Kelly, 1994).Термин «совместное воспитание» часто используется как синоним совместной физической опеки (Ellis, 1990; Hillery, 1993; Ritner, 1992). Юридическая опека относится к полномочиям принимать важные решения от имени благополучия ребенка. Совместная юридическая опека диктует, что оба родителя сохраняют это основное право и ответственность родительства.

В штате Мичиган законы штата определяют совместную опеку как как проживание «поочередно в течение определенных периодов с каждым из родителей», так и совместное «полномочия по принятию решений в отношении важных решений, влияющих на благополучие ребенка» (MCL 722. 26). Однако наиболее распространенным определением опеки над детьми в Мичигане, опять-таки отражающим тенденцию в большинстве Соединенных Штатов (Buehler & Gerard, 1995; Maccoby & Mnookin, 1992; Meyer & Bartfeld, 1993), является совместная юридическая опека при сохранении единоличной опеки. попечительство над одним из родителей — обычно матерью.

Растущая точка споров вокруг закона об опеке над детьми сосредоточена вокруг совместной физической опеки. В то время как совместная юридическая опека была предложена в качестве жизнеспособного решения, чтобы отцы могли продолжать чувствовать, что они участвуют в воспитании своих детей (Bender, 1994, Buehler & Gerard, 1995), все большее число отцов-нерезидентов разочаровываются в этом механизме.Причина их недовольства в том, что одной законной опеки недостаточно. Томпсон (1994) утверждает, что законодательство, которое игнорирует потенциальную важность взаимодействия отца и ребенка, но в то же время подчеркивает финансовые обязательства мужчин, посылает мощный сигнал отцам. Келли (1994) предполагает, что большинство отцов, добивающихся совместной физической опеки, возражают против того, чтобы быть «гостями» в жизни своих детей, и что многие разведенные отцы хотят, чтобы их дети жили с ними хотя бы часть времени.Таким образом, хотя договоренности о совместной физической опеке все еще сравнительно редки, в настоящее время наблюдается растущее движение групп по защите прав мужчин и некоторых отцов, призывающих к презумпции совместного воспитания (Bender, 1994; Hillery, 1993; Ritner, 1992).

Предложение 1: Презумпция совместного воспитания

Совместная физическая опека в качестве презумпции требует, чтобы эта альтернатива рассматривалась в первую очередь, и предполагает, что такой порядок опеки отвечает наилучшим интересам ребенка.Родитель, запрашивающий единоличную опеку над ребенком, должен будет доказать обратное. В восьми штатах в настоящее время действует законодательство, включающее заявленную презумпцию совместной опеки или совместного воспитания детей, в то время как в нескольких других штатах такая договоренность допускается только при согласии родителей (Buehler & Gerard, 1995). В Мичигане совместная физическая опека или совместное воспитание разрешены в качестве варианта в большинстве случаев и являются презумпцией только в тех случаях, когда оба родителя согласны на это соглашение. Законодательное предложение, рассматриваемое в настоящее время в Мичигане (сенатский законопроект 33), создаст презумпцию совместной опеки (т.д., ребенок должен проживать с каждым родителем в течение определенного периода времени) и совместные полномочия по принятию решений во всех случаях, за исключением случаев, когда родители совместно представляют альтернативный план воспитания. Этот законопроект был принят Сенатом штата подавляющим большинством голосов и в настоящее время находится на рассмотрении Судебного комитета Палаты представителей. Интересно, что это предложение было недавно пересмотрено и заменено фразой «совместная родительская ответственность» на термин «совместная опека». с формулировками, которые призваны способствовать постоянному участию обоих родителей, например, «родительская ответственность» и «время воспитания» (Ellis, 1990; McWhinney, 1995; Tompkins, 1995).

Сторонники предполагаемой совместной опеки — или совместного воспитания — утверждают, что разрешение совместной опеки только в качестве варианта (например, оставление решения об опеке на усмотрение суда) обычно приводит к неявному допущению материнского предпочтения (Hetherington & Stanley-Hagan, 1997). ; Уолтерс и Чепмен, 1991). Сторонники предполагаемого совместного воспитания детей выступают за то, что родительское право защищено Конституцией (Hillary, 1993; Maccoby & Mnookin, 1992).Выступая за совместную физическую опеку, Хиллери (1993) утверждала, что, среди прочего, совместное воспитание детей способствует распространению идеи о взаимной ответственности в воспитании детей, повышает вероятность того, что обязательства по содержанию будут оплачены, и расширяет права и возможности женщин, поскольку мужчины распределяют более поровну. в воспитании детей. Некоторые защитники прав женщин также поддерживают совместную физическую опеку из-за возможности освобождения матерей-одиночек от некоторых обязанностей, связанных с детьми, и предоставления им возможности трудоустройства или получения образования (Чапанский, 1991). Сторонники также отмечают, что законы о презумпции практически всегда можно опровергнуть, что позволяет принимать альтернативные решения в случаях, когда презумпция не отвечает интересам ребенка, например, когда в прошлом имело место жестокое обращение.

Неудивительно, что вокруг презумпции совместной физической опеки ведутся серьезные споры Оппоненты считают, что законодательство, позволяющее навязывать совместную опеку тем, кто этого не требует, является принудительным, и предостерегают от неизбирательного применения такой договоренности ко всем семьям — особо конфликтные семьи (Brown, 1994; Elkin, 1987; Flynn, 1991; Schwartz, 1994).Беспокойство также отчасти связано с практичностью договоренности, которая требует постоянного взаимодействия между людьми, чья склонность к разногласиям достигла такой степени, что привела к разводу (Johnston, Kline & Tschann, 1989; Maccoby & Mnookin, 1992). Кроме того, опасения критиков сосредоточены вокруг разрушения и финансового напряжения жизни в двух семьях, а также возможности усиления родительских конфликтов из-за увеличения взаимодействия (Donnelly & Finkelhor, 1992; Flynn, 1991; Melli & Brown, 1994). Было высказано предположение, что сторонники совместной физической опеки, возможно, переоценивают способность разводящихся пар сотрудничать даже в интересах своих детей (Furstenberg, 1988). Некоторые также утверждают, что этот порядок опеки на самом деле не отражает отношения, существовавшие до развода, для большинства семей, и что совместная опека может использоваться некоторыми отцами в качестве переговорного инструмента для уменьшения суммы алиментов (Felner & Terre, 1987; Weitzman, 1985). ).

Наконец, дополнительная критика предложений о совместной опеке была высказана теми, кто утверждает, что акцент в законах о разводе и инициативах по опеке над детьми должен быть смещен с вопросов родительских прав на акцент на родительских обязанностях (Ellis, 1990; Hallmark, 1997; Hetherington & Stanley-Hagan, 1997; Томпкинс, 1995).Одной из альтернатив предполагаемой совместной опеке, предложенной сторонниками родительской ответственности, является разработка планов воспитания.

Предложение второе: Планы воспитания детей

Это предложение, которое в настоящее время также рассматривается Судебным комитетом Палаты представителей штата Мичиган (законопроекты 4399 и 4400), призывает к пересмотру действующего Закона об опеке над детьми (MCL 722. 23; MSA 25.312), чтобы обеспечить представление плана воспитания, который поможет в разрешении дел о разводе для пар с несовершеннолетними детьми.Этот закон направлен на то, чтобы отодвинуть определение опеки от судебного вмешательства и поощрить ответственность родителей, требуя от разводящихся родителей несовершеннолетних детей разработать план или соглашение о воспитании. Этот план потребует, чтобы родители удовлетворяли различные потребности (например, физические, эмоциональные, жилищные, образовательные) своих детей, а также разработали альтернативный план разрешения споров, отличный от судебного разбирательства, например посредничество. В то время как в некоторых штатах есть возможность требовать представления планов воспитания в оспариваемых делах об опеке или когда родители запрашивают совместную опеку, Вашингтон и Луизиана являются единственными двумя штатами, которые в настоящее время требуют наличия плана воспитания для всех процедур опеки.

. Сторонники планов воспитания утверждают, что они обеспечивают способ подчеркнуть существенную ответственность родителей по отношению к своим детям, а не относиться к детям как к собственности или призу, который должен быть «присужден» «победителю» или родителю-опекуну (Hallmark, 1997). ; Томпкинс, 1995). Планы воспитания также могут служить основой для поддержания содержательных отношений обоих родителей со своими детьми (Thompson, 1994). Чапанский (1991) предполагает, что планы воспитания должны как минимум учитывать такие вопросы, как место проживания детей, определение полномочий между родителями по принятию решений и план разрешения споров.Можно перечислить и распределить конкретные задачи, например, кто будет физически ухаживать за ребенком, отводить ребенка к врачу, посещать конференции учителей, покупать одежду и водить ребенка на уроки. Разграничение различных родительских обязанностей подчеркивает важную работу по воспитанию детей (Чапанский, 1991). По словам Келли (1994), решение родителей о частной опеке приносит как психологические, так и экономические выгоды. Родители, которые понимают потребности своих детей и согласны с ними, часто могут сделать это без чрезмерных экономических трудностей.Соблюдение родительских соглашений также может свести к минимуму вмешательство правительства и признать, что подавляющее большинство спорящих и не спорящих родителей признают, что стабильный, известный график и уменьшение конфликтов будут служить наилучшим интересам их детей (Buehler & Gerard, 1995).

Однако потенциальный недостаток законопроектов палаты представителей 4399 и 4400 — в отличие от потенциально принудительного характера законопроекта 34 Сената — заключается в том, что он может не зайти достаточно далеко. Потенциальная проблема заключается в том, что, хотя планы воспитания могут способствовать повышению родительской ответственности, сами по себе они могут сделать немногим больше, чем поддерживать статус-кво.Свидетельства из штата Вашингтон, который внедрил положения плана воспитания детей, аналогичные тем, которые были предложены в Мичигане, показывают, что, хотя этот тип законодательства, по-видимому, поощряет более пристальное внимание к совместному воспитанию детей, в большинстве планов воспитания сохраняются традиционные механизмы опеки; например, мать остается единственным опекуном и проживающим родителем (Ellis, 1990). Утверждается, что подавляющее большинство родителей может не располагать достаточной информацией, чтобы принять обоснованное решение относительно того, какие меры после развода им доступны или наиболее полезны для их детей (Kelly, 1993). Во многих случаях единственные предоставляемые судом информационные или образовательные услуги для разводящихся пар существуют в рамках служб посредничества при разводе, и они, как правило, требуются только в тех случаях, когда родители демонстрируют высокий уровень конфликта и / или когда оспаривается право опеки. По этой причине Келли (1993) предположил, что большинство планов воспитания, скорее всего, будут получены в результате стандартных процессов, а не информированного и вдумчивого рассмотрения. Таким образом, чтобы родительские планы были полезными, важно, чтобы оба родителя были полностью осведомлены о своих возможностях и чтобы посреднические услуги были доступны для всех родителей, которые просто нуждаются в помощи, а не только для тех, у кого высокий уровень конфликтов (Kelly, 1993). , 1994).

Третье предложение: комплексный, многогранный подход

Потенциальные ловушки вышеупомянутых законодательных предложений открывают путь для третьего варианта: такого, который не только не предполагает универсального менталитета предполагаемой совместной опеки но также избегает принятия семантически иного законодательства, которое лишь увековечивает статус-кво. Тем не менее, предпосылки, лежащие в основе как предполагаемой совместной опеки, так и предложений по плану воспитания, действительно обеспечивают важную основу для создания альтернативы.Например, стремление к совместной физической опеке в качестве презумпции отражает растущую культурную веру в то, что в целом отцовство является ценным поведением. Buehler и Gerard (1995) утверждают, что одной из жизненно важных функций закона является подтверждение желательного социального поведения, и что следует принимать во внимание законодательные предложения, которые способствуют развитию совместного воспитания детей. Кроме того, в положениях плана воспитания неявным образом признается, что контакты с правовой системой могут усугубить враждебное поведение и отношение, которые часто приводят к отчуждению отца, а также к более плохим результатам для ребенка.Таким образом, законодательство должно также пытаться свести к минимуму государственное вмешательство (а также сократить расходы для отдельных лиц и общества), предоставив родителям возможность разрабатывать свои собственные механизмы воспитания детей, приемлемые для обоих родителей (Buehler & Gerard, 1995; Kelly, 1993).

Существует еще один важный вопрос, который неявно рассматривается в предыдущих предложениях и который должен быть явно рассмотрен в любой инициативе по опеке: исследования неоднократно показывают, что способность родителей сдерживать чувство гнева и вины и успешно оказывает значительное влияние как на успешную реализацию совместных родительских договоренностей, так и на участие отца после развода (Johnston et al., 1989; Крук, 1991, 1992; Маккоби и Мнукин, 1992; Пирсон и Тоэннес, 1988). Родительский конфликт после развода положительно и значимо связан с отчуждением отца от своих детей (Kruk, 1992) и может быть полезным объяснением различий в благополучии детей (Amato, 1993; Emery, 1994). Привратник — когда мать вмешивается в отношения отца и ребенка (Ahrons & Miller, 1993; De Luccie, 1995; Jordan, 1995; Seltzer & Brandreth, 1994) — может быть более выраженным в случаях сильного родительского конфликта.Дадли (1991) обнаружил, что продолжающиеся конфликтные отношения с бывшим супругом часто назывались отцами основной причиной их отчуждения от своих детей. Конфликт будет проявляться во вмешательстве в организацию посещений или в очернении отца по отношению к детям со стороны матери. Короче говоря, совместные родительские договоренности лучше всего работают в ситуациях с низким уровнем конфликтов или в ситуациях, когда конфликты ограничены. Создание совместных форумов, которые минимизируют конфликты и подчеркивают ответственность обоих родителей за отделение личных чувств от потребностей детей, должно быть центральной целью инновационных инициатив по опеке над детьми (Emery, 1994; Hetherington & Stanley-Hagan, 1997).

Любая законодательная альтернатива, которая пытается утвердить отцовство как ценное социальное поведение, избежать потенциально враждебной судебной системы и подчеркнуть ответственность родителей за прекращение конфликтов после развода, должна быть усилена комплексными, многогранными политическими инициативами. Эти инициативы, вытекающие из накапливающегося объема литературы о разводе и опеке, включают обучение разводам, посредничество при разводе и опеке, а также юридическую профессиональную подготовку.

ОБРАЗОВАТЕЛЬНЫЕ ПРОГРАММЫ РАЗВОДА

Для родителей несовершеннолетних детей, которые разводятся, обучение родителей может повысить способность родителей «иммунизировать» своих детей от негативных последствий развода (McLanahan & Sandefur, 1994). Например, штаты могут потребовать от родителей, находящихся в бракоразводном процессе, пройти образовательную программу, которая разъяснит влияние конфликтов, связанных с разводом, на детей и способы сведения к минимуму их последствий (Национальная комиссия по городским семьям Америки, 1993).Образовательные программы по разводам могут также включать компонент, предназначенный для предоставления ресурсов родителям, желающим предотвратить развод.

Обучение разводу должно информировать родителей о различных доступных способах опеки и воспитания, а также о том, что такое посредничество и как оно работает (Lehner, 1992; Thompson, 1994). Хотя важно, чтобы все разводящиеся родители, имеющие несовершеннолетних детей, участвовали в этих программах, участие особенно важно для родителей, оспаривающих опеку до обращения к медиации (Kelly, 1994). В настоящее время, хотя обучение разводам доступно во многих штатах и ​​существующие программы кажутся многообещающими, их использование ограничено, а их общую эффективность еще предстоит определить (Kelly, 1994; LeFebvre, 1990).

ПОСРЕДНИЧЕСТВО

Пожалуй, наиболее часто обсуждаемой политической инициативой, связанной с опекой, является обязательное посредничество (Kelly, 1994; Kitson, 1992). Посредничество рассматривается многими как успешный альтернативный форум для принятия решений об опеке (Emery, 1994) и как инструмент для успешной реализации договоренностей о совместном воспитании детей (Thompson, 1994) из-за потенциальных последствий родительского конфликта для родителей после развода. расположение.Айхингер-Толлман, Пэсли и Бюлер (1993) утверждали, что именно то, как разрешается родительский конфликт, а не конфликт как таковой, сдерживает участие отца после развода. Посредничество при разводе стремится помочь родителям урегулировать споры об опеке в наилучших интересах ребенка за пределами ожесточенной атмосферы зала суда. Таким образом, такая альтернатива, как посредничество, которая может уменьшить состязательный характер бракоразводного процесса и побудить родителей к сотрудничеству, является неотъемлемой частью поощрения и поддержания позитивных отношений после развода (Arditti, 1992b; Dudley, 1991; Emery, 1994; Emery, Мэтьюз и Уайер, 1991).Дела о разводе, которые рассматриваются в судебном порядке, часто приводят к меньшему взаимодействию отца и ребенка, чем дела, связанные с внесудебным урегулированием споров (Dudley, 1991; Kruk, 1992). Посредничество также снижает вероятность того, что родители вернутся в суд для повторного судебного разбирательства (Emery, 1994; Maccoby & Mnookin, 1992). Кроме того, физическое и финансовое участие отцов в жизни их детей может усиливаться в зависимости от того, насколько посредничество позволяет отцам сохранять ощущение влияния на жизнь своих детей (Braver et al., 1993).

Одним из преимуществ посредничества в вопросах опеки является то, что оно помогает большинству родителей решить вопросы, связанные с опекой над детьми, причем в некоторых исследованиях уровень урегулирования достигает 75% (Emery et al. , 1991; Emery, 1994). . Кроме того, посредничество обычно приводит к тому, что многие из этих дел длятся не более пары часов судебного времени (Depner, Cannata, & Simon, 1992; Emery et al., 1991). Таким образом, посредничество также может оказаться экономически выгодным, если рассматривать большее количество дел, экономя при этом судебные ресурсы и время суда (Arditti & Kelly, 1994).В то время как другие оспариваемые вопросы, такие как обвинения в жестоком обращении, могут потребовать больше времени и оценки (Kelly, 1994), посредничество часто является эффективным вмешательством даже в этих более сложных вопросах (Depner et al., 1992).

Критики предположили, что из-за неравенства, присущего нашему обществу, посредничество ставит женщин в невыгодное положение (Kelly, 1994). Однако и мужчины, и женщины выражают высокую степень удовлетворенности процессом посредничества (Kelly & Duryee, 1992). На самом деле, женщины сообщают, что посредничество дало им возможность выразить свое мнение и уверенность в том, что они могут постоять за себя (Kelly & Duryee, 1992). Кроме того, обе стороны, участвующие в посредничестве, часто сообщают о том, что чувствуют себя «победившими» в достижении соглашения, что снижает количество озлобленности и повторных судебных разбирательств (Kelly & Duryee, 1992). Тем не менее, как критики, так и сторонники посредничества выражают законную озабоченность по поводу влияния домашнего насилия на способность женщин вести переговоры (Эмери, 1994), а некоторые утверждают, что никогда не следует пытаться посредничать, если есть подозрения на насилие в семье.

Профессиональное обучение. Дополнительные разногласия вокруг посредничества касаются того, кто должен иметь право предоставлять посреднические услуги (Emery, 1995).Учитывая потенциальное положительное влияние медиации на семейные отношения после развода, важно, чтобы юристы и специалисты в области психического здоровья, желающие оказывать эту услугу, прошли надлежащую профессиональную подготовку. В то время как некоторые вопросы, связанные с посредничеством и разрешением конфликтов, все чаще становятся частью профессиональной подготовки юристов (Emery, 1995), не существует систематических руководств по обучению тех, кто желает оказывать посреднические услуги.

Медиаторы — не единственные специалисты, нуждающиеся в специальной подготовке.Ссылаясь на все больше свидетельств того, что юридические процедуры, связанные с разводом, могут негативно повлиять на детей, Шварц (1994) выступает за обучение юристов вопросам, связанным с развитием ребенка и правами детей. Ссылаясь на потенциальное влияние юристов и судей на определение отношений после развода, а также на тот факт, что семейная политика часто не информирована, Ардитти и Келли (1994) предположили необходимость «интерфейса» между профессиональными юристами и семейными врачами.Интересно, что в большинстве штатов специалисты по семейному праву не обязаны проходить сертификацию по семейному праву. Келли (1994) особо подчеркнула важность юридического образования в отношении основных концепций развития ребенка, таких как привязанность, непрерывность отношений и влияние развода на результаты ребенка. В то время как некоторые судьи могут получить специальное прецедентное право и процессуальную подготовку при переходе в судебную коллегию по семейному праву, большинство из них не получают информацию, соответствующую их развитию. Учитывая широкий спектр возможностей, предоставляемых судьям в соответствии с законами о наилучших интересах детей, значение таких концепций для принятия судебных решений становится чрезвычайно важным (Kelly, 1994).

Резюме

Очевидно, что существует множество смягчающих факторов, влияющих на успешность родительских договоренностей после развода. Эта сложная, многогранная проблема требует комплексной и многогранной политики. С этой целью следует рассмотреть следующее предложение по определению опекунства над детьми:

  • Важнейшей отправной точкой является требование об обучении родителей разводящихся пар с несовершеннолетними детьми. Это положение позволит учитывать и планировать возможные негативные последствия развода.Он также проинформирует обоих родителей о тонкостях правовой системы и прояснит для них их права и обязанности. Ответственность родителей, разрешение конфликтов, юридическая и физическая опека, алименты и посещение — вот лишь некоторые из вопросов, которые необходимо решить.
  • Следующим шагом будет побудить разводящуюся пару разработать собственный план или соглашение о воспитании детей. Этот процесс позволит парам выбрать для себя условия опеки, а также обеспечит финансовую экономию как для отдельных лиц, так и для общества.
  • Если супружеские пары не могут самостоятельно разработать план воспитания, то необходим короткий период посредничества. Опять же, есть достаточно доказательств, чтобы предположить, что — с небольшой помощью — большинство пар смогут прийти к какому-то соглашению.
  • В тех случаях, когда разводящаяся пара не может направить взаимный запрос, каждый родитель может быть обязан отдельно представить предложение плана воспитания с условием, что будет принят наиболее реалистичный и «справедливый» вариант.Таким образом, при отсутствии объяснения причин суд может издать распоряжение о предложении, обеспечивающем максимальный контакт и участие обоих родителей.
  • Наконец, поскольку неизбежно будут дела, которые будут просачиваться через систему, крайне важно, чтобы как адвокаты, так и судьи, работающие в сфере семейного права, проходили профессиональную подготовку. Важно, чтобы эти люди, которые в короткие сроки должны принимать решения, которые могут повлиять на семьи на всю жизнь, получали соответствующую информацию, необходимую для принятия обоснованных решений.

Это предложение, если оно будет реализовано полностью, будет наиболее близко к а) подчеркиванию прав и обязанностей разводящихся пар как родителей; б) утверждение желательного социального поведения, при котором оба родителя участвуют в воспитании детей; c) предоставление образовательных и посреднических услуг, направленных на снижение пагубных последствий родительского конфликта; и d) допущение возможности того, что родители разработают договоренность об опеке (совместную или единоличную, юридическую или физическую), которая им наиболее удобна.Эта альтернатива обеспечивает промежуточный стандарт, который может помочь избежать потенциального принуждения предполагаемой совместной опеки, но не оставить решение об опеке на усмотрение судебной системы, которая исторически способствовала созданию реальных и предполагаемых барьеров, с которыми сталкиваются разведенные отцы, пытаясь построить и сохранить сильные отношения. отношения со своими детьми. Утверждалось, что «мужское отцовское поведение является продуктом как ожидаемого, так и возможного» (Brooks & Gilbert, 1995, с.266). Необходимо, чтобы новаторские инициативы по опеке, такие как предложение, описанное выше, отражали меняющиеся ожидания от отцовства и делали возможным тип отцовского поведения, которого все больше ожидают как общество, так и сами отцы.

Ссылки

Ahrons, C.R., & Miller, R.B. (1993). Влияние отношений после развода на участие отца: лонгитюдный анализ. Американский журнал ортопсихиатрии, 63, 441-450.

Амато, PR (1993). Приспособление детей к разводу: теории, гипотезы и эмпирическая поддержка. Журнал брака и семьи, 55, 23-58.

Ардитти, Дж. А. (1992a). Факторы, связанные с опекой, посещением и поддержкой детей для разведенных отцов: объяснительный анализ. Журнал разводов и повторных браков, 17, 23–41.

Ардитти, Дж. А. (1992b). Различия между отцами с совместной опекой и отцами без опеки. Американский журнал ортопсихиатрии, 62, 186-195.

Ардитти, Дж. А., и Аллен, К. Р. (1993). Понимание восприятия проблемными отцами правового и родственного неравенства после развода. Обзор семейных и примирительных судов, 31, 461–476.

Ардитти, Дж. А., и Келли, М. (1994). Взгляд отцов на их отношения с родителями после развода: последствия для семейной практики и правовой реформы. Семейные отношения, 43, 61-67.

Аренделл, Т. (1995). Отцы и развод. Ньюбери-Парк, Калифорния: Сейдж.

Бендер, В.Н. (1994). Совместная опека: вариант выбора. Журнал разводов и повторных браков, 21, 115-131.

Боулби, Дж. (1982). Привязанность и потеря. Том. 1: Приложение (2-е изд.). Нью-Йорк: Основные книги.

Braver, S.L., Wolchik, S.A., Sandler, I.N., Sheets, V.L., Fogas, B., & Bay, R.C. (1993). Продольное исследование родителей без опеки: родители без детей. Журнал семейной психологии, 7, 9-23.

Брукс, Г. Р., и Гилберт, Л. А. (1995). Мужчины в семьях: старые ограничения, новые возможности.В RF Levant & WS Pollack (Eds. ), Новая психология мужчин (стр. 252–279). Нью-Йорк: Основные книги.

Браун, К. (1994). Влияние развода на семьи: опыт Австралии. Обзор семейных и примирительных судов, 32, 149-167.

Бюлер, К., и Джерард, Дж. М. (1995). Закон о разводе в Соединенных Штатах: акцент на опеке над детьми. Семейные отношения, 44, 439-458.

Чеслер, П. (1991). Матери под судом: уязвимость женщин в условиях содержания под стражей. Феминизм и психология, 1, 409-425.

Колтрейн С. и Хикман Н. (1992). Риторика прав и потребностей: моральный дискурс в реформе законов об опеке над детьми и алиментах. Социальные проблемы, 39, 400-402.

Чапанский, К. (1991). Добровольцы и призывники: борьба за родительское равноправие. UCLA Law Review, 38, 1415-1481.

Дейли, К. (1994). Неопределенные термины: социальная конструкция отцовства. В М. Л. Дитц, Р. Прус и В. Шаффир (ред.), Делая повседневную жизнь: этнография как человеческий жизненный опыт (стр.170-185). Торонто: Копп Кларк Питтман.

Де Люччи, М.Ф. (1995). Матери как привратники: модель материнских посредников участия отца. Журнал генетической психологии, 156, 115-131.

Депнер, К., Канната, К., и Саймон, М. (1991). Построение единой системы статистической отчетности: Краткий обзор работы калифорнийских судов по семейным делам. Обзор семейных и примирительных судов, 30, 169–184.

Доннелли, Д., и Финкельхор, Д. (1992). Улучшает ли равенство в опеке отношения между родителями и детьми? Журнал брака и семьи, 54, 837-845.

Дадли, младший (1991). Последствия бракоразводного процесса для разведенных отцов. Журнал разводов, 14, 171–193.

Элькин, М. (1982). Недостающие звенья в законе о разводе: новое определение процесса и практики. Журнал разводов, 6, 37-63.

Эллис, Дж. В. (1990). Планы, защита и профессиональное вмешательство: инновации в реформе опеки при разводе и роль юристов. Журнал правовой реформы Мичиганского университета, 24, 65–188.

Эмери, Р.Э. (1994). Пересмотр семейных отношений: развод, опека над детьми и посредничество. Нью-Йорк: Гилфорд.

Эмери, RE (1994). Посредничество при разводе: заключение соглашений и пересмотр отношений. Семейные отношения, 44, 377-383.

Эмери, Р. Э., Мэтьюз, С., и Уайер, М. М. (1991). Посредничество и судебные разбирательства по вопросам опеки над детьми: дополнительные доказательства различных взглядов отцов и матерей. Журнал консалтинга и клинической психологии, 59, 410-418.

Фельнер, Р.Д. и Терре, Л. (1987). Распоряжения об опеке над детьми и адаптация детей после развода. В Л. А. Вейторн (ред.), Психология и определение опеки над детьми (стр. 106–153). Линкольн, Небраска: Университет Небраски Press.

Флинн, CP (1991). Переосмысление совместной опеки: вариант или презумпция? В EA Anderson & RC Hula (Eds.), Реконструкция семейной политики (стр. 203–216). Нью-Йорк: Гринвуд Пресс.

Фольберг, Дж. (Ред.) (1991). Совместная опека и совместное воспитание (2-е изд. ). Нью-Йорк: Гилфорд.

Фюрстенберг, Ф.Ф. (1988). Уход за детьми после развода и повторного брака. В Э. М. Хетерингтон и Дж. Д. Арастен (ред.), Влияние развода, одинокого и приемного родителя на детей (стр. 245–261). Хиллсдейл, Нью-Джерси: Лоуренс Эрлбаум.

Гроссберг, М. (1985). Управление очагом. Чапел-Хилл. Северная Каролина: Университет Северной Каролины Press.

Hallmark, LS (1997, апрель). Сообщение председателя. Журнал семейного права штата Мичиган, 24 (4), 1–3.

Хетерингтон, Э.М. и Стэнли-Хаган, М. М. (1997). Влияние развода на отцов и их детей. В ME Lamb (Ed.), Роль отца в развитии ребенка (3-е изд.) (стр. 191-211). Нью-Йорк: Уайли.

Хиллери, А. (1993). Дело о совместной опеке. В книге Д. Л. Леви (ред.) «Лучший родитель — оба родителя: руководство по совместному воспитанию детей в 21 веке» (стр. 29–55). Норфолк, Вирджиния: Хэмптон-Роудс.

Айхингер-Толлман, М., и Пэсли, К., и Бюлер, К. (1993). Разработка теории среднего уровня участия отца после развода. Журнал семейных проблем, 14, 550-571.

Джонстон, Дж. Р., Клайн, М., и Чанн, Дж. М. (1989). Продолжающийся конфликт после развода: влияние на детей совместной опеки и частого доступа. Американский журнал ортопсихиатрии, 59, 576-592.

Джордан, П.Л. (1995). Роль матери в поощрении отцовства. В Дж. Л. Шапиро, М. Дж. Даймонд и М. Гринберг (ред.), Стать отцом: современные, социальные, развивающие и клинические перспективы (стр. 61-71). Нью-Йорк: Спрингер.

Келли, Дж. Б. (1993). Разработка и реализация планов воспитания детей после развода: имеет ли значение форум? В CE Depner & JH Bray (Eds.), Нежилое воспитание детей: новые перспективы семейной жизни (стр. 136–155). Ньюбери-Парк, Калифорния: Сейдж.

Келли, Дж. Б. (1994). Определение опекунства над ребенком. Будущее детей, 4, 121-142.

Келли, Дж. Б., и Дьюри, Массачусетс (1992). Взгляды женщин и мужчин на посредничество в условиях добровольного и обязательного посредничества.Обзор семейных и примирительных судов, 30, 34–49.

Китсон, GC (1992). Портрет развода: приспособление к распаду семьи. Нью-Йорк: Гилфорд.

Крук, Э. (1991). Разрыв отношений между отцом и ребенком до и после развода: новые данные о разлуке с отцом. Журнал разводов и повторных браков, 16, 195–228.

Крук, Э. (1992). Психологические и структурные факторы, способствующие расставанию неопекунских отцов после развода.Обзор семейных и примирительных судов, 30, 81–101.

ЛеФевр, Дж. (1990). Воспитание детей после развода: отчет об оценке. Мэдисон, Висконсин: Расширенный университет Висконсина.

Ленер, Л. (1992). Образовательные программы для родителей-посредников в семейных судах Калифорнии. Обзор семейных и примирительных судов, 30, 207–216.

Maccoby, EE, Mnookin, RH (1992). Разделение ребенка: социальные и правовые дилеммы опеки. Кембридж, Массачусетс: Гарвард.

Мейсон, Массачусетс (1994).От прав отца к правам детей: история опеки в США. Нью-Йорк: Издательство Колумбийского университета.

Макланахан, С.С., и Сандефур, Г.Д. (1994). Взросление с одним родителем: что болит и что помогает. Кембридж, Массачусетс: Издательство Гарвардского университета.

Маквинни, Р.Л. (1995). «Синдром победителя-проигравшего»: изменение моды в определении «опеки» над ребенком. Обзор семейных и примирительных судов, 33, 298-307.

Мелли, М.С., и Браун, П.Р. (1994). Экономика совместной опеки: разработка справедливой формулы для двойного проживания. Houston Law Review, 31, 543-584.

Мейер, Д. Р., и Бартфельд, Дж. (1993). Дела, имеющие право на получение алиментов в Висконсине, 1980–1990 годы: сводка дел в базе данных судебных протоколов штата Висконсин. Мэдисон, Висконсин: Институт исследований бедности.

Национальная комиссия по делам городских семей Америки (1993 год). Семья превыше всего. Вашингтон, округ Колумбия: Национальная комиссия по городским семьям Америки.

Пирсон, Дж.и Тоннес, Н. (1988). Поддержка детей после развода: влияние опеки на уровни поддержки и выплаты. Семейное право Ежеквартальный, 22, 319-339.

Ритнер, Г. (1992). Этика освобождения отцов: целостная этическая защита активного заботливого отцовства. Лэнхэм, доктор медицины: University Press of America.

Рот, А. (1977). Презумпция раннего возраста в спорах об опеке над детьми. Журнал семейного права, 15, 423-461.

Шварц, Л.Л. (1994). Предоставление детям возможности выиграть при разводе.Обзор семейных и примирительных судов, 32, 72-83.

Скотт, Э. С. (1992). Плюрализм, родительские предпочтения и опека над детьми. Калифорнийское юридическое обозрение, 80, 615-672.

Зельцер, Дж. А., и Брандрет, Ю. (1994). Что отцы говорят об отношениях с детьми после развода. Журнал семейных проблем, 15, 49-77.

Томпсон Р.А. (1994). Роль отца после развода. Будущее детей, 4, 210-235.

Томпкинс, Р. (1995). Планы воспитания: концепция, время которой пришло.Обзор семейных и примирительных судов, 33, 286–297.

Валлерстайн, Дж. С., и Блейксли, С.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты:
<a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>