МКОУ "СОШ с. Псыншоко"

МКОУ "СОШ с. Псыншоко"

Добро пожаловать на наш сайт!

Последствия отказ от иска в арбитражном процессе: Суховское сельское поселение | Информационная система «Официальный сайт сельского поселения»

ВС разъяснил, когда арбитражный суд не вправе принять признание иска ответчиком | Российское агентство правовой и судебной информации

МОСКВА, 14 дек — РАПСИ. Арбитражный суд не принимает признание ответчиком иска, если это противоречит закону или нарушает права других лиц, в том числе не участвующих в деле, уточняет Верховный суд (ВС) РФ в проекте постановления Пленума. 

«Например, суд вправе не принять признание иска ответчиком в случае, если имеются основания полагать, что лица, участвующие в деле, намерены совершить незаконную финансовую операцию при действительном отсутствии спора о праве между ними», — поясняет ВС. 

Высшая инстанция отмечает, что признание иска может быть сделано как в виде отдельного письменного заявления, которое приобщается к материалам дела, так и в виде записи в протоколе судебного заседания, которая подтверждена подписью ответчика. При этом неявка ответчика в судебное заседание, ненаправление им возражений по существу спора не могут служить основанием для вывода о признании иска.

 

Отказ от иска 

В соответствии с частью 2 статьи 49 АПК РФ истец вправе до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу в арбитражном суде первой инстанции или в арбитражном суде апелляционной инстанции, отказаться от иска полностью или частично, напоминает пленум. 

«Частичным отказом от иска являются в том числе отказ от иска по отношению к одному из соответчиков, отказ от одного из требований, рассматриваемых совместно (например, отказ от требования о взыскании неустойки, рассматриваемого совместно с требованием о взыскании основного долга), отказ от одного из периодов взыскания задолженности», — следует из текста постановления. 

В документе также указано, что арбитражный суд должен проверить ходатайство об отказе от иска на предмет наличия противоречий закону или нарушений прав других лиц, в том числе путем оценки доводов и возражений сторон. 

«Отказ истца от иска противоречит закону в случае, если арбитражный суд установит, что отказ от иска, например, совершается истцом вследствие обмана, насилия, угрозы или под влиянием существенного заблуждения либо при отсутствии полномочий лиц, заявивших соответствующее ходатайство», — разъясняет ВС.

Бессмысленность разграничения институтов частичного отказа от исковых требований и их уменьшения

Недавно я опубликовал заметку с предложением толкования норм статей 10 АПК, 98 ГПК следующим образом: «В случае изменения размера исковых требований после возбуждения производства по делу при пропорциональном распределении судебных издержек следует исходить из максимального размера требований, заявленных истцом в ходе рассмотрения иска». 

Такая трактовка решает проблему злоупотребления правом при изменении размера исковых требований (подробнее: https://zakon.ru/blog/2018/10/11/spravedlivy_li_razli..)

Если вас заинтересовала тема этой статьи, прошу уделить свое время предыдущей заметке — они тесно связаны.

В ходе тех размышлений я обнаружил еще одно странное решение законодателя: 

Согласно п. 1 и п.2 статьи 49 АПК РФ, Истцу доступно два механизма уменьшения своих исковых требований: 

«1. Истец вправе при рассмотрении дела в арбитражном суде первой инстанции до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу, изменить основание или предмет иска, увеличить или уменьшить размер исковых требований.  
2. Истец вправе до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу в арбитражном суде первой инстанции или в арбитражном суде апелляционной инстанции, отказаться от иска полностью или частично». 

При этом, несмотря на абосолютную смысловую идентичность данных механизмов — уменьшение размера исковых требований — эти инструменты имеют принципиальные различия: 

1. Отказ от иска (в том числе и в части) влечет невозможность обращения с повторным требованием (ст. 150, 151 АПК РФ, Пленум ВАС РФ в п. 25 постановления от 18.07.2014 № 50). 

2. Отказ от иска — специальное полномочие, которое отдельно должно быть указано в доверенности для возможности его реализации через представителя (ч. 2 ст. 62 АПК РФ) 

3. Судебные расходы, понесенные ответчиком, в отношении которого прекращено производство (в связи с отказом истца от иска), подлежат возмещению истцом в силу необоснованного привлечения указанного лица к участию в деле (Информационное письмо Президиума ВАС РФ от 05.

12.2007 N 121).

4. Существует позиция, хоть и не полностью устоявшаяся, согласно которой отказ от иска по аналогии с мировым соглашением расценивается, как самостоятельная сделка, и должен оцениваться на предмет крупности, аффилированности, и недействительности (пп. 3 п.10 Информационное письмо Президиума ВАС РФ  №28 от 16.05.2014). И соответственно может влечь риск привлечения к ответственности за убытки для лица его совершившего. 

В чем смысл перечисленных функций? 
Очевидно, что невозможность обращения с повторным требованием (п. 1) обусловлена принципом процессуальной экономии, специальный характер правомочия и сделкоподобная природа (п. 2,4) — защитой прав третьих лиц (доверителя и участников общества-доверителя), а учет отказа от иска при распределении судебных расходов (п. 3) — принципом справедливого распределения судебных расходов, как частным примером принципа справедливости. 

Однако ни одна из данных функций не относится к уменьшению исковых требований: 
«Уточнение исковых требований в порядке части 1 статьи 49 АПК РФ не порождает последствий, предусмотренных законом в связи с отказом истца от иска. » (Определение ВАС РФ от 27 июня 2012 г. № ВАС 8025/12).

Таким образом, две юридических конструкции выполняют абсолютно идентичную функцию и при этом различаются крайне существенными юридическими последствиями. 

Однако, чем обусловлена эта разница?

Законодатель не устанавливает объективных критериев различия, оставляя квалификацию в на полное усмотрение истца. Как истец назовет свои действия тем они и будут.

Однако в публичном процессе мы не можем обуславливать выбор квалификации действий сторон между конструкциями с различными процессуальными последствиями, исходя лишь из его субъективной оценки этого действия самой стороны. 

В противном случае, все те функции, которые законодатель обоснованно предусмотрел для частичного отказа от иска (см. выше п. 1-4) попросту нивелируются и обесцениваются, так как Истец в любой момент может избежать для себя негативных последствий просто, назвав их не частичным отказом, а уменьшением исковых требований, и у суда не будет объективных критериев для переквалификации данных действий.

 

(Эту мысль я вывел, в том числе, из размышлений Романа Бевзенко: «Строительство «для себя» не может рассматриваться как юридическая категория. Я могу строить формально для себя, но в голове иметь в виду, что продам объект после окончания стройки»). 

Подобной логики придерживается и классический бесспорный принцип: «Суд при определении природы договора определяет его предмет и содержание, а не руководствуется названием » (Обзор судебной практики Верховного Суда РФ № 2 за 2003 год). Этот принцип существует именно потому, что для разных видов договора предусмотрены разные права и обязанности сторон, разные процедуры их реализации. 

Кстати, единственное из перечисленных следствий отказа от иска, которое в законе предусмотрено и для уменьшения исковых требований — это функция пропорционального распределения издержек, которая на практике должна работать через норму п. 5 ст. 49 АПК РФ, но не работает.

Возможность определения частичного отказа от иска, как уменьшения исковых требований, по сути, является обходом закона — реализацией формально правомерных действий с целью избежать правовых последствий применения истинного института частичного отказа от иска (еще тут доступна аналогия с притворной сделкой).

 

Как разрешить описанную проблему? 
Для этого необходимо просто квалифицировать уменьшение исковых требований как частичный отказ от иска со всеми вытекающими. К слову, такая мысль даже высказывалась в судебной практике, однако не нашла широкой поддержки:  

Вопрос степени внедрения такой квалификации зависит от поддерживаемого подхода к необходимости профессионального процесса в арбитражах и судах общей юрисдикции (сою). Я сторонник внедрения профессионального процесса в арбтиражах и патернализма в сою.

Поэтому считаю логичным такую квалификацию уменьшения исковых требований в АПК, а в ГПК думаю необходимо более выборочно и осторожно подходить к правовым последствиям, предусмотренным для отказа от иска.

UPD: 
Михаил Тимофеев попробовал нащупать объективный критерий в разграничении данных терминов: 

«При отказе от иска, полном или частичном, мы отказываемся от того материально-правового требования, которое заявляли изначально, при уменьшении же исковых требований (уточнении в терминологии законодателя) само по себе содержание требования не изменяется, как не меняется количество требований».

Я не имею принципиальных возражений против такого разделения, однако это не решает озвученной проблемы — юридические последствия для идентичных по смыслу действий различны. Поэтому, нам все равно необходимо было бы наделить уменьшение исковых требований последствиями частичного отказа от иска.

Это так же стало бы лишь промежуточным шагом, так как в результате этого у нас было бы два термина, но различия их, были бы не функциональные, а формальные. Я сторонник принципа бритвы Оккама и не вижу смысла сохранять разграничение терминов лишь из-за формальных различий, вследствие чего, с точки зрения логической экономии можно было бы свести их к единому термину «частичный отказ от иска», а последствия у них как мы уже решили, должны быть едины. 

 

 

Кто признается ненадлежащим ответчиком в арбитражном процессе? Каковы последствия предъявления иска к ненадлежащему ответчику?

28 июня 2019

В соответствии со ст. 27 Арбитражного процессуального кодекса РФ арбитражному суду подведомственны дела по экономическим спорам и другие дела, связанные с осуществлением предпринимательской и иной экономической деятельности.

Арбитражные суды разрешают экономические споры и рассматривают иные дела с участием организаций, являющихся юридическими лицами, граждан, осуществляющих предпринимательскую деятельность без образования юридического лица и имеющих статус индивидуального предпринимателя, приобретенный в установленном законом порядке, а в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом и иными федеральными законами, с участием Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований, государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц, образований, не имеющих статуса юридического лица, и граждан, не имеющих статуса индивидуального предпринимателя.

По общим правилам ч. 3 ст. 44 Арбитражного процессуального кодекса РФ в арбитражном процессе ответчиками являются организации и граждане, к которым предъявлен иск.

В силу ч. 1 ст. 47 АПК РФ, в случае если при подготовке дела к судебному разбирательству или во время судебного разбирательства в суде первой инстанции будет установлено, что иск предъявлен не к тому лицу, которое должно отвечать по иску, арбитражный суд может по ходатайству или с согласия истца допустить замену ненадлежащего ответчика надлежащим.

Следовательно, вышеуказанные положения не обязывают суд, рассматривающий дело, по своей инициативе производить замену ненадлежащего ответчика надлежащим, предоставляя ему лишь право осуществить такую замену с согласия или по ходатайству истца.

На основании ч. 4 ст. 47 АПК РФ о замене ненадлежащего ответчика надлежащим или привлечении надлежащего ответчика в качестве второго ответчика арбитражный суд выносит определение.

Если истец не согласен на замену ответчика другим лицом или на привлечение этого лица в качестве второго ответчика, арбитражный суд рассматривает дело по предъявленному иску (ч. 5 ст. 47 АПК РФ).

При этом предъявление исковых требований к ненадлежащему ответчику является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований.

Подготовлено подразделением по обеспечению участия

прокуроров в гражданском и арбитражном процессе

прокуратуры области

Вернуться к списку

Начал, так и закончу: прекращение арбитражных исков

Приведение в исполнение решения международного арбитража является вопросом применения Нью-Йоркской конвенции в национальных судах. Прекращение рассмотрения арбитражных исков, однако, усложняется.

В июне 2018 г. Конвенции Организации Объединенных Наций о признании и приведении в исполнение иностранных арбитражных решений исполнилось 60 лет. В соответствии с Конвенцией, подписанной 10 июня 1958 г., 159 государств-участников соглашаются с принципом, согласно которому иностранные арбитражные решения могут быть признаны и приведены в исполнение в свои собственные суды.

Прекращение арбитражных исков после их подачи не является темой, которой уделяется много внимания. Эта тема оказалась в центре внимания за последние шесть месяцев после того, как два дела, включающие 90 003 арбитражных иска, 90 004 были переданы в английские суды (и были отозваны) только для того, чтобы столкнуться с юридическими осложнениями в отношении того, должны ли они были это сделать, и расходы последствия этого.

Когда арбитражный иск может быть прекращен?

Один из вопросов, недавно рассмотренных судами, заключается в том, может ли кредитор по решению Нью-Йоркской конвенции отказаться от своей попытки принудительного исполнения в обстоятельствах, когда это исполнение было оспорено должником по арбитражному решению? Ответ, согласно августовскому решению английского апелляционного суда, почти всегда будет «да».

Этот важный вопрос привлек на удивление мало внимания судов в юрисдикциях Нью-Йоркской конвенции.

Stati v Kazakhstan  ясно разъясняет позицию английского права в решении, которое основано на международной судебной практике в отношении приведения в исполнение решений Нью-Йоркской конвенции и может повлиять на нее. Решение связано с попытками принудительного исполнения арбитражного решения в размере 500 миллионов долларов США, вынесенного молдавским бизнесменом против Республики Казахстан от 19 декабря 2013 года.В ходе разбирательства в Английском коммерческом суде суд установил, что имеются достаточные основания для того, чтобы позволить Казахстану утверждать, что решение было получено обманным путем. В феврале 2018 года, до начала судебного разбирательства по делу о мошенничестве в Англии, стороны Стати воспользовались своим правом прекратить рассмотрение существующего иска о принудительном исполнении и взяли на себя обязательство не добиваться дальнейшего исполнения решения в Англии .

Казахстан успешно подал заявку в об отмене уведомления о прекращении производства на том основании, что у него был «законный интерес» в возбуждении дела о мошенничестве и получении заявления о том, что решение было получено обманным путем, несмотря на то, что стороны Стати отказались их попытка применить его в Англии.

Однако Апелляционный суд в августе 2018 года отменил решение Арбитражного суда. Он постановил, что не было «законного интереса» в возбуждении дела о мошенничестве в Казахстане при обстоятельствах, когда основная попытка принудительного исполнения больше не проводилась, полагаясь на отношение дела по аналогичным фактам из Альберты, Канада: Karaha Bodas Company LLC против Perushaan Pertambangan Minyark Dan Gas Bumi Negara . Такой «законный интерес» возникал бы только при исключительных обстоятельствах, которых в данном случае не существовало.

Затраты на прекращение производства

Последствия успешного прекращения арбитражного иска были затем рассмотрены Коммерческим судом Англии в январе 2019 года в деле Koshigi Limited & Svoboda Corporation против Donna Union Foundation & Ulmart Holdings Limited . После того, как Лондонский международный арбитражный суд (LCIA) постановил, что истцы были обязаны приобрести акции Ulmart, принадлежащие Dona Union, по цене более 67 миллионов долларов США, они обжаловали решения в соответствии с разделом 68 Закона . English Arbitration Act 1996 , в котором утверждается о серьезных нарушениях и предвзятости со стороны суда.Впоследствии они прекратили иск.

Обычное правило состоит в том, что прекращающая сторона оплачивает расходы по прекращенному делу. Заявители по разделу 68 утверждали, что, несмотря на проигрыш в арбитраже, решение, вероятно, не имело законной силы в любом случае, поскольку выигравшая сторона не выполнила некоторые аспекты решения третейского суда. По этой причине суд не должен следовать обычному правилу и разрешать прекращение дела без каких-либо затратных последствий. Суд отказался сделать это на том основании, что невозможно было определить этот фактический вопрос при оценке заявления о возмещении расходов на прекращение производства. Более того, суд постановил, что судебные издержки будут взысканы с заявительницы, прекратившей производство по делу, на основе возмещения убытков, поскольку возражение по статье 68 было «очень слабым».

Извлеченные уроки

Эти решения являются предостережением для сторон, рассматривающих арбитражные иски в Англии и Уэльсе в отношении принудительного исполнения или обжалования арбитражных решений. Кредитор по арбитражному решению теперь может начать исполнительное производство, зная, что он не будет вынужден вести еще одну длительную судебную тяжбу, основанную исключительно на предполагаемой «законной заинтересованности» должника в том, чтобы его утверждения о том, что арбитражное решение было получено путем мошенничества, было заслушано в суде (даже если сохраняется исключительный риск привлечения к судебной ответственности по данному вопросу).Но Koshigi также заострил внимание на бремени расходов на прекращение арбитражных исков и нежелании суда отступить от обычных последствий расходов. Сторона может прекратить арбитражный иск, но она может заплатить за это цену.

Bryan Cave Leighton Paisner — Множественные иски в арбитраже: инклюзивный подход

Резюме

В решении, принятом ранее в этом году, Коммерческий суд Англии постановил, что в обстоятельствах, когда иск и встречный иск возникают из одного набора фактов, уведомление об арбитраже со ссылкой на «претензии» и «все споры, возникающие в связи с договором» последствия передачи как исков, так и встречных исков в арбитраж.

В международных коммерческих и торговых делах становится все более распространенным явление, когда множественные претензии перетекают туда и обратно между сторонами. При возникновении спора в контексте сложной сети договоров может возникнуть вопрос о том, какие требования и/или встречные требования могут быть переданы в арбитражный суд. Это поиск баланса между, с одной стороны, принципом согласия как основанием для арбитража, и, с другой стороны, необходимостью повышения эффективности и определенности результата.

В этом деле стороны заключили четыре отдельных фрахтовых контракта на погрузку угля, каждый контракт предусматривал оплату определенных сборов либо Ответчиком, либо Апеллянтом в зависимости от причины любой задержки, превышающей согласованную минимальную норму погрузки. .

Два арбитражных уведомления были отправлены Ответчиком Апеллянту:

  • В первом ответчик уведомил в письменной форме о начале «арбитражного разбирательства против [апеллянта] в отношении его требований по настоящему Контракту».В уведомлении содержалось назначение ответчиком арбитра и требовалось, чтобы апеллянт в свою очередь назначил арбитра. В ответ апеллянт назначил второго арбитра «по всем спорам, возникающим в связи с [контрактом]».
  • Во втором ответчик письменно уведомил о начале «арбитражного разбирательства против [Апеллянта] в отношении требований по настоящему Контракту» (в отличие от первого уведомления слово «их» не использовалось). В уведомлении содержалось назначение ответчиком арбитра и требовалось, чтобы апеллянт в свою очередь назначил арбитра. И снова апеллянт ответил, назначив второго арбитра «в отношении всех споров, возникающих в связи с [контрактом]».

К тому времени, когда апеллянт представил защиту и встречные иски в двух арбитражах, срок исковой давности для требований по контрактам истек, в результате чего два члена трибунала установили, что встречные иски были просрочены. Третий член трибунала не согласился, считая, что уведомления о начале арбитража включали как требования, так и встречные иски, и решение трибунала было обжаловано в Арбитражном суде как поднимающее вопрос права.

Судья установил, что ссылка в уведомлениях на «претензии» и на «все споры, возникающие в связи с договором» означала ссылку на встречные иски об уплате сборов Ответчиком, а не только на требования об уплате сборов Апеллянтом, к арбитражам. В результате встречные иски не имеют срока давности. В частности, было отмечено, что:

  • Контекст был одним из контрактов, по которым задержка могла привести к возникновению денежных обязательств по обеим сторонам счета, при этом чистая сумма приходилась на оплату.
  • Коммерчески маловероятно, чтобы стороны предусмотрели, что оплата сборов Ответчиком и оплата сборов Апеллянтом будут разделены для целей ссылки на арбитраж, так что только одна, а не другая будет в ссылке, если только стороны были более явными, что обе были в пределах ссылки.
  • Тот факт, что на момент вручения уведомлений не было указаний на встречный иск, не повлиял на анализ.Если бы в уведомлениях упоминались «все иски и встречные иски» и к этому моменту не было указано ни одного встречного иска, арбитры, вообще говоря, обладали бы юрисдикцией в отношении встречного иска, когда он был указан позже.
  • На ответы Заявителей по данному делу, касающиеся «всех споров, возникающих по договору», уже не повлияло отсутствие указания встречного иска на момент вручения уведомлений.
  • В то время как ответ судьи на вопрос о праве основывался на фактах конкретного дела, основания ответа твердо указывали бы на тот же ответ в других договорных делах «балансового характера», когда двусторонние коммерческие отношения предполагает взаимозачет.

Это решение является хорошей новостью для пользователей арбитража. При рассмотрении вопросов права, касающихся юрисдикции арбитражных судов, английский суд продемонстрировал, что на него можно положиться при толковании арбитражного соглашения сторон с учетом коммерческой выгоды и эффективности. Поскольку ссылка на арбитраж была сделана в течение применимого материального срока исковой давности, маловероятно, что встречный иск, о котором было заявлено впоследствии, будет исключен из ссылки, в частности, если этот встречный иск возникает из того же набора фактов, что и основной иск, и приводит к возникновению баланса счетов.

Тем не менее, если вы являетесь ответчиком в арбитраже, вам все равно следует действовать с осторожностью, поскольку вопрос имеет нюансы. Ведущие комментаторы отмечают, что третейский суд не является «постоянным органом», уполномоченным рассматривать любой спор, возникающий между сторонами в любое время в течение срока действия контракта. Существуют необходимые ограничения и параметры юрисдикции арбитражного суда в зависимости от объема арбитражного соглашения и намерений сторон в отношении множественных требований. Сложности могут возникать, когда речь идет о разных национальных законах, поскольку в некоторых правовых системах проводится различие между встречными требованиями (которые могут возникать или не возникать в связи с дискретным набором фактов) и зачетом (который рассматривается как защита или «защита» от основного иска). требовать). Эти вопросы не были рассмотрены в судебном решении, потому что они не возникли в связи с фактами — они, безусловно, носят академический характер, но имеют очень реальные практические последствия для пользователей арбитража.

 

Тактика корпоративного арбитража имеет неприятные последствия в виде потока претензий В

Корпоративная Америка обрадовалась, когда Верховный суд разрешил им принуждать сотрудников соглашаться на арбитраж и отказываться от права подавать иски в спорах на рабочем месте.

Работодатели поспешили включить в контракты «отказ от коллективных исков».

Но теперь они могут переосмыслить этот подход, поскольку некоторые сотрудники доводят эти положения до крайности. С помощью юридических фирм они инициировали тысячи арбитражных разбирательств. Стоимость для работодателей может составить десятки миллионов долларов.

В Uber Technologies Inc. 12 501 водитель подали в арбитраж, начиная с августа 2018 года, заявив, что они были ошибочно классифицированы как независимые подрядчики и должны быть наемными работниками.Подобные доводы не увенчались успехом в суде. Но это не означает, что сотрудники не могут рассматривать эти претензии в качестве арбитра.

Затраты Uber на инициирование всех разбирательств с обязательным регистрационным сбором в размере 1500 долларов США составят более 18,7 миллионов долларов США. Каждый отдельный арбитраж обойдется в десятки тысяч долларов.

Критики высмеивают арбитражные оговорки как способ свести к минимуму голоса рабочих и лишить их возможности участвовать в суде. Но тактика массового арбитража может дать сотрудникам преимущество в разрешении споров или принуждении к урегулированию.

«Если это удастся, я думаю, что это творческий способ, которым юристы пытаются помочь людям на самом деле подтвердить свои претензии», — сказала арбитр и профессор права Университета штата Огайо Сара Рудольф Коул.

Это также может ускорить растущее нежелание некоторых фирм включать отказ от коллективных исков.

Случайный компромисс

Стратегия массового арбитража не была тем, чем адвокат Кент Уильямс изначально хотел заниматься. Оно выросло из необходимости.

Он является одним из немногих юристов, представляющих интересы сотрудников Chipotle Mexican Grill Inc. в серии судебных процессов, возбужденных в 2013 году. Сотрудники утверждают, что компания допустила многочисленные нарушения заработной платы и рабочего времени в магазинах по всей стране. По словам Уильямса, рабочих обычно просят выполнять уборку и другие задачи в нерабочее время, чтобы достичь нереалистичных целей по затратам на оплату труда.

Когда Chipotle столкнулась с потенциальным коллективным иском в масштабах всей компании в соответствии с Законом о справедливых трудовых стандартах, компания начала незаметно требовать от новых сотрудников подписать отказ от коллективных исков.

— Мы этого не знали, — сказал Уильямс. «Мы узнали, что они этого требуют, только год спустя».

Около 10 000 сотрудников приняли участие в коллективном иске, который вел Williams, а 2 814 человек были уволены за подписание коллективных исков. Но с этими сотрудниками, уже находящимися на борту, чтобы взыскать потерянную заработную плату, и их претензии уже проверены, Уильямс решил пойти дальше и рассматривать дела один за другим, как сказал Chipotle.

Если бы истцы еще не подали коллективный иск, стратегия массового арбитража, вероятно, была бы невозможна, сказал Уильямс.Каждый иск исчисляется сотнями долларов и, вероятно, не был бы достаточно прибыльным, чтобы привлечь скоординированную кампанию арбитражных исков.

Chipotle отказался от комментариев из-за продолжающегося судебного разбирательства.

Повреждение системы?

Ведутся массовые арбитражные кампании как минимум с четырьмя компаниями. Chipotle, Uber, Lyft и Buffalo Wild Wings получили сотни или тысячи арбитражных запросов.

Сотрудники Buffalo Wild Wings также инициировали арбитраж по спорам о заработной плате и часах после того, как их исключили из коллектива.Работники Uber и Lyft добиваются проведения арбитражных слушаний по поводу их классификации в качестве независимых подрядчиков.

Buffalo Wild Wings с тех пор урегулировала спор с истцами, чтобы избежать арбитража, но остальные три компании продолжают оспаривать требования арбитража в суде.

Массовое рассмотрение споров в четырех компаниях является «любопытным применением арбитража», — сказал профессор права Томас Э. Карбонно, директор Института арбитражного права и практики Пенсильванского государственного университета.

— Я не уверен, что юристы вершат правосудие в арбитраже, — сказал Карбонно. «Они не используют его должным образом. Они корректируют его, адаптируют и в какой-то степени искажают».

Юридические наблюдатели сообщили Bloomberg Law, что адвокаты, стоящие за массовым арбитражным разбирательством, на самом деле могут не намереваться рассматривать каждый иск в арбитраже. Вместо этого они получают рычаги воздействия, чтобы договориться об урегулировании для рабочих, а не выступать в качестве арбитра.

«Техника заключается в том, чтобы сказать: смотрите, мы собираемся подать только тонну индивидуальных заявлений о приеме на работу, и это заставит Uber или кого-то еще сесть за стол», — сказал Коул из штата Огайо.

Данные, опубликованные провайдерами арбитражных услуг JAMS и Американской арбитражной ассоциацией, показывают, что почти 75 процентов всех арбитражных исков по трудовым спорам заканчиваются мировым соглашением. Согласно анализу данных, проведенному Bloomberg Law, только около 10 процентов арбитражных исков по трудовым спорам приводят к решению арбитра.

Конечная цель — «всегда, всегда» добиваться урегулирования, потому что это дешевле, сказал Карбонно.

«Крушение поезда в замедленной съемке»

Компании, пострадавшие от массовых арбитражных исков, до сих пор не знали, как реагировать.

Адвокаты истцов Uber и Lyft подали ходатайства в федеральный суд о проведении арбитража после того, как обе компании не уплатили большую часть регистрационных сборов для инициирования арбитражного процесса.

Компания Chipotle неоднократно оспаривала арбитражное разбирательство в суде, но не смогла добиться отклонения исков или отстранения адвокатов истца от права представлять интересы.

Уильямс, адвокат по делу Chipotle, сказал, что наблюдать за реакцией компании на арбитражные документы было все равно, что смотреть крушение поезда в замедленной съемке.

«Я был озадачен их реакцией на все это», — сказал он Bloomberg Law. Он сказал, что компания ведет войну на истощение, надеясь, что сотрудники сочтут, что претензии больше не имеют смысла.

Затягивать ноги — ужасная стратегия, сказал Коул.

«Я не понимаю, как это будет работать, потому что я арбитр, и если кто-то не ответит, я в какой-то момент вынесу против него заочное решение», — сказала она.

Трудно воспроизвести

Даже если стратегия массового арбитража окажется успешной, ее может быть трудно воспроизвести.

Координация десятков, не говоря уже о сотнях или тысячах, арбитражных разбирательств – непростая задача. Юридическая фирма Keller Lenkner LLC стоит за 12 501 водителем Uber, подающим арбитражные иски, и 3420 водителями, подающими арбитражные иски в Lyft.

Очень немногие люди имеют опыт и капитал, чтобы участвовать в кампании массовых арбитражных исков, сообщил Bloomberg Law адвокат истца, знакомый с такими кампаниями.

Поиск сотен сотрудников, готовых инициировать арбитражное разбирательство с нуля, требует дорогостоящих рекламных кампаний и трудоемкой административной координации.

Массовый арбитраж является более привлекательной стратегией, когда групповые или коллективные иски уже находятся в процессе, сказал Уильямс, адвокат в процессе Chipotle.

Losing Steam

По мере того, как юристы открывают для себя стратегию массовых арбитражей, компании, возможно, уже разочаровываются в широком использовании арбитража и отказов от коллективных исков. Массовые иски могут усилить нежелание фирм полагаться исключительно на арбитраж.

Компании поспешили включить отказ от коллективных исков после решения Верховного суда от 2011 года в деле AT&T Mobility LLC v. Концепция, согласно которой Федеральный закон об арбитраже разрешает отказ от коллективных исков. Но пик арбитражных исков по трудовым спорам пришелся на 2015 год, и с тех пор их количество снижается, говорит Дуг Хасс, главный юрисконсульт Lifeway Foods и член Ассоциации корпоративных юрисконсультов.

Работодателям не нравится неопределенность, связанная с арбитражем. Существует ограниченная история дел, чтобы знать, как арбитр может принять решение, и если результат будет неблагоприятным, нет возможности обратиться за помощью или подать апелляцию. Угроза массового арбитража может ускорить уже начавшийся откат, сказал он Bloomberg Law.

«Все уходят немного недовольными», — сказал Хасс.

Арбитраж или отмена: иски о сексуальных домогательствах в соответствии с Разделом VII не должны рассматриваться в арбитражном порядке — The Journal of Gender, Race & Justice

Триггерное предупреждение : В этой заметке обсуждаются вопросы, связанные с сексуальным насилием и другими неправомерными действиями сексуального характера, которые могут вызвать у некоторых читателей срабатывание.

 

I. Введение

      Гретхен Карлсон жила личным кошмаром, но жила общественной мечтой. 1 Она была бывшей победительницей конкурса «Мисс Америка» и известной ведущей Fox News, но когда она впервые сообщила о сексуальных домогательствах на Fox News в 2009 году, ее соведущий сказал ей «молчать». 2 Она решила пожаловаться своему боссу, а затем и непосредственно генеральному директору Fox News Роджеру Эйлсу. 3 Г-н Эйлс в ответ предположил, что «сексуальные отношения» между ним и г-жой Карлсон все исправят и что г-жа Карлсон должна перестать быть «ненавистницей мужчин» и «обижаться».” 4 После ее жалобы Fox News переместил г-жу Карлсон с ее основного утреннего интервала на менее желательный дневной интервал в предполагаемом ответном шаге. 5 Мисс Карлсон проработала в Fox News одиннадцать лет и получила отрицательные рейтинги только после того, как Fox News перенесла свое шоу на дневное время, что впоследствии использовалось Fox News для оправдания увольнения мисс Карлсон в 2016 году. 6

     Было бы логично теперь думать, что г-жа Карлсон могла свободно выступить и добиваться справедливости в суде за повсеместные сексуальные домогательства, которым она подверглась.Действительно, г-жа Карлсон подала иск вместе с шестью другими женщинами, выдвинувшими обвинения в сексуальных домогательствах во время их карьеры в Fox News, и, в частности, против генерального директора Роджера Эйлса. 7 Можно было бы надеяться, что г-жа Карлсон сможет добиться справедливости и оправдания через судебную систему и показать миру непрерывную практику сексуальных домогательств в Fox News. К сожалению, история г-жи Карлсон не является историей справедливости. Вместо этого Fox News вынудила г-жу Карлсон передать иск из суда в арбитраж. 8 Г-жа Карлсон подписала арбитражное соглашение в рамках своего трудового договора, что часто требуется от сотрудников в качестве условия приема на работу. 9 Сотрудник, подписавший арбитражное соглашение, по договору соглашается передать «полный контроль над спором в руки третьей стороны», что в значительной степени лишает работника возможности подать иск в суд. 10 Арбитражное соглашение, которое подписала г-жа Карлсон, не позволило ей отстаивать свое право на свободу от сексуальных домогательств в суде и вынудило ее обратиться в частную арбитражную комнату для разрешения своих споров.

      Контракты сотрудников Fox News, содержащие арбитражную оговорку, не являются чем-то удивительным или ненормальным. Обязательные арбитражные соглашения охватывают более шестидесяти миллионов сотрудников в Соединенных Штатах. 11 Восемьдесят из ста крупнейших компаний Америки подписывают со своими сотрудниками арбитражные соглашения в качестве условия приема на работу, 12 , и история Гретхен Карлсон — это лишь одна из историй, которая представляет десятки миллионов людей, связанных арбитражными соглашениями. 13 Как и Fox News, компании навязывают эти арбитражные соглашения, потому что они предпочитают использовать арбитраж для разрешения споров, а не судебный процесс.

      Мисс Карлсон была частью движения #MeToo, которое охватило страну в 2017 году и позже. Это движение свергло влиятельных мужчин, поскольку женщины начали выходить вперед, чтобы поделиться своим опытом, и положило начало общенациональной дискуссии о сексуальных домогательствах, особенно на рабочем месте. 14 В иске г-жи Карлсон подробно описаны безудержные сексуальные домогательства и месть, которым она подвергалась на рабочем месте в Fox News. 15  Ее история также высветила еще одну проблему: хотя отвратительные сексуальные домогательства широко распространены на рабочих местах в Америке, часто суд не может защитить права жертвы из-за обязательных арбитражных соглашений.

      Палата представителей США и Сенат США признали эту несправедливость. 16 Обе палаты представили Закон о прекращении принудительного арбитража по делам о сексуальных домогательствах, который представляет собой двухпартийный законопроект, вносящий поправки в Федеральный закон об арбитраже, освобождающие иски о сексуальных домогательствах от арбитража. 17 Сенат и Палата представителей должны как можно быстрее принять эти законопроекты, чтобы предотвратить дальнейшую несправедливость, подобную той, что претерпела г-жа Карлсон.

      Раздел VII был предназначен для защиты и подтверждения прав сотрудников, включая право не подвергаться сексуальным домогательствам. 18 Тем не менее, Верховный суд истолковал Федеральный закон об арбитраже настолько широко, что он допускает рассмотрение в арбитраже исков о сексуальных домогательствах по Разделу VII. Арбитраж является неподходящим местом для рассмотрения исков о сексуальных домогательствах, потому что недопустимое сексуальное поведение занимает уникальное место в обществе и заслуживает особого внимания, а также отсутствие подотчетности и прозрачности, связанные с арбитражем, по сравнению с федеральным судебным разбирательством, неэффективно защищает права Раздела VII на сексуальные домогательства.Закон о прекращении принудительного арбитража по делам о сексуальных домогательствах освободит иски о сексуальных домогательствах от арбитража, что является важным шагом для эффективного подтверждения защиты от сексуальных домогательств, и, как следствие, Конгресс должен принять этот закон как можно быстрее.

      В Разделе II этой заметки будет подробно изложена краткая история сексуальных домогательств на рабочем месте, включая движение #MeToo, и краткая история Федерального закона об арбитраже (далее FAA). В Разделе III будет объяснено, почему Конгресс, исходя из государственной политики, должен принять Закон о прекращении принудительного арбитража по делам о сексуальных домогательствах.Это также объяснит, почему ни Конгресс, принявший FAA, ни современные Конгрессы не предназначали арбитраж для рассмотрения исков о сексуальных домогательствах, а также почему эти законопроекты правильно выделяют иски о сексуальных домогательствах для исключения.

II. Справочная информация

      В разделе «Справочная информация» сначала будут объяснены некоторые важные термины, которые будут обсуждаться в этом примечании. Затем будет дан краткий обзор как юридической, так и социальной истории сексуальных домогательств на рабочем месте, включая последствия движения #MeToo.Затем в этом разделе будет рассмотрена краткая история развития арбитража в Соединенных Штатах, в том числе намерения Конгресса, когда он принял FAA, краткий обзор соответствующей судебной практики, толкующей FAA, а также победители и проигравшие в арбитражном разбирательстве. Наконец, в этом разделе будут рассмотрены недавние попытки исправить сексуальные домогательства и арбитраж, включая федеральное регулирование и законодательные и исполнительные действия штатов.

A. Определения

      Конгресс впервые запретил дискриминацию по признаку пола в Разделе VII Закона о гражданских правах 1964 года. 19 Раздел VII запрещает дискриминацию «из-за личности [человека]. . . секс», но не определяет, что означают эти запрещающие слова. 20 Когда Верховный суд впервые интерпретировал дискриминацию по признаку пола, он обнаружил, что Закон о гражданских правах 1964 года запрещает две вещи: услугу за услугу и враждебную рабочую среду. 21 Суд пришел к выводу, что quid pro quo имеет четкое определение — как «если это, то это» — но суд должен был определить, что имеется в виду под «враждебной рабочей средой». 22 Суд постановил, что «для того, чтобы сексуальные домогательства влекли за собой иск, они должны быть достаточно серьезными или широко распространенными, чтобы изменить условия занятости [жертвы] и создать оскорбительную рабочую среду. 23

      Арбитраж – это альтернативный процесс разрешения споров, при котором стороны соглашаются на то, чтобы их споры разрешал частное лицо, принимающее решения. 24 Некоторые из преимуществ арбитража по сравнению с судебным разбирательством включают более быстрое разрешение претензий, меньшую стоимость и более легкий доступ к разрешению споров для более широкой группы людей. 25 Критики арбитража утверждают, что приватизация права и переход от публичных судов к частному разрешению влечет за собой «потерю прозрачности и гласности.” 26 Отсутствие подотчетности в результате приватизации закона является одной из причин, по которой критики утверждают, что истцы фактически теряют свои законные права, когда они подлежат обязательному арбитражу. 27 Арбитражные решения не публикуются, т.е. арбитражные разбирательства не подвергаются публичной критике и анализу. 28 Суды будут вмешиваться и пересматривать арбитражное решение только в ограниченном числе обстоятельств, например, если арбитр «явно проигнорировал» закон. 29 Этот стандарт означает, что даже если арбитр не знал закона или неправильно применил закон, суд все равно не будет пересматривать решение и будет вмешиваться только в том случае, если арбитр знал и умышленно игнорировал закон. 30 Десятый округ назвал стандарт «явного игнорирования» «одним из самых узких, известных закону». 31 Отсутствие судебного надзора и прозрачности повлияло на растущее число американских рабочих 32 , а использование американскими компаниями арбитражных соглашений резко возросло с 1990-х годов. 33

B. История и эволюция сексуальных домогательств на рабочем месте в США

      В 1975 году сторонники феминизма использовали термин «сексуальные домогательства» для описания того, что они испытали и пережили в течение своей жизни. 34 Они хотели подчеркнуть то, с чем женщины в Соединенных Штатах сталкивались с колониальных времен — необходимость отбиваться от сексуальных требований и заигрываний тех, кто имеет над ними власть. 35 Хотя сексуальные домогательства, безусловно, могут иметь сексуальную подоплеку, они часто «не имеют ничего общего с половым [половым актом]», но также включают в себя дискриминацию по признаку биологического пола женщины. 36 Сексуальные домогательства имеют долгую историю и настолько укоренились в повседневной жизни, что общество безразлично восприняло их существование. 37 Из-за своей распространенности и апатичного восприятия сексуальные домогательства «не считались проблемой», и до последних пятидесяти лет было проведено мало исследований. 38 Хотя сексуальные домогательства имеют долгую историю, необходимо понимание как их правовой истории, так и текущей общественной осведомленности о сексуальных домогательствах, чтобы полностью понять, как сексуальные домогательства развивались в последнее время.

1. История права

      Юридическое понимание травм, связанных с сексуальными домогательствами, эволюционировало от исторического общего права до сегодняшней законодательной защиты. 39 Ранние судебные иски о сексуальных домогательствах изначально понимались как сексуализированный деликтный ущерб. 40 Однако, несмотря на то, что в общественном сознании, вероятно, существует мнение, что сексуальные домогательства связаны с сексуальным поведением, активисты настаивают на том, чтобы Раздел VII включал не только сексуальные домогательства, которые не всегда носят сексуальный характер, но и дискриминацию, которой не было бы «кроме» пола жертвы. 41 Заявления о сексуальных домогательствах олицетворяют собой сексуальные домогательства, когда мотивация носит сексуальный характер, но Верховный суд в деле Meritor Savings Bank также признал, что не все сексуальные домогательства имеют сексуальную мотивацию, когда поддержал иски о сексуальных домогательствах, которые не имели бы пол жертвы. 42 Понимание того, что сексуальные домогательства не всегда носят сексуальный характер, теперь считается одним из двух видов поведения, запрещенных Разделом VII. 43

      Поскольку Верховный суд признает, что сексуальные домогательства не всегда носят сексуальный характер, Суд требует, чтобы иски о дискриминации в связи с сексуальными домогательствами соответствовали критерию «но для», а не намерению дискриминации, как другие виды дискриминации. 44 Тест «если бы не» означает, что истец получит успешный иск о сексуальных домогательствах, если истец сможет доказать, что «если бы не» пол жертвы, домогательства не было бы. 45 Этот тест уникален, потому что Суд традиционно требовал намерения дискриминировать для других исков о дискриминации Раздела VII. 46 Например, Верховный суд требует, чтобы удовлетворенный иск о расовой дискриминации в соответствии с Разделом VII продемонстрировал намерение дискриминировать. 47 Когда суды анализируют заявления о сексуальных домогательствах, они спрашивают не о чувствах предполагаемого преступника к полу жертвы, а о том, произошло бы предполагаемое домогательство «если бы не» пол жертвы. 48 Этот стандарт «кроме секса», вероятно, исходит из формулировки Раздела VII, объявляющего его «незаконным». . . дискриминировать . . . потому что . . . секс», который Верховный суд включил в свое определение враждебной рабочей среды. 49 Тест «за исключением» также является важным развитием, вытекающим из феминистской теории о том, что сексуальные домогательства не всегда основаны на сексуальных мотивах, но происходят из-за пола жертвы и в первую очередь связаны с властью и контролем. 50

     Верховный суд прямо признал уникальность исков о дискриминации в связи с сексуальными домогательствами в деле Harris v. Forklift Systems . 51 Суд установил, что президент компании Harris Forklift Чарльз Харди нарушил Раздел VII, когда создал враждебную рабочую среду, подвергая свою сотрудницу Терезу Харрис сексуальным домогательствам в течение более двух лет. 52 Харди подверг Харрис сексуальным намекам, сказав ей, что ему нужен мужчина в качестве менеджера и что она «тупая задница», а также предложил им двоим договориться о повышении зарплаты в Holiday Inn. 53 Суд «отклонил [ред.] . . . отношение «мальчики будут мальчиками», 54 , и постановил, что «[когда] рабочее место пронизано« дискриминационными запугиваниями, насмешками и оскорблениями », которые« достаточно суровы или распространены, чтобы изменить условия трудоустройство жертвы и создание оскорбительной рабочей среды», нарушается Раздел VII». 55 Суд не задавал вопросов о сексуальных намерениях или мотивах, а сосредоточился на том, была ли создана «оскорбительная рабочая среда»; 56 Суд использовал критерий «кроме чего», хотя он не применяет этот критерий для других видов исков о дискриминации.

      То, как Федеральные правила доказывания относятся к преступлениям на сексуальной почве, является еще одним примером, показывающим, что Верховный суд и Конгресс признают непристойное сексуальное поведение серьезной и уникальной проблемой. 57 Федеральные правила доказывания находились под надзором Верховного суда и были приняты Конгрессом в качестве закона. 58 Правила разрешают обвинению использовать прошлые доказательства сексуальных преступлений в качестве доказательств, подтверждающих, что обвиняемый с большей вероятностью виновен в текущем деле. 59 И наоборот, Правила запрещают такое использование предыдущих плохих действий в качестве доказательства склонности к другим преступлениям. 60

      Комиссия по равным возможностям при трудоустройстве (EEOC) обеспечивает соблюдение Раздела VII, а также выпустила собственные правила и определения того, что она считает сексуальными домогательствами. 61 Руководство EEOC определяет сексуальные домогательства следующим образом:

[u] нежеланные сексуальные домогательства, просьбы о сексуальных услугах и другие словесные или физические контакты сексуального характера представляют собой сексуальные домогательства, когда (1) подчинение такому поведению прямо или косвенно является условием занятости лица, ( 2) подчинение или неприятие такого поведения со стороны лица используется в качестве основания для принятия решений о трудоустройстве, затрагивающих это лицо, или (3) такое поведение имеет целью или следствием необоснованное вмешательство в выполнение работы лицом или создание запугивающего, враждебного, или агрессивная рабочая среда. 62

      Руководящие принципы EEOC отражают развитие закона о сексуальных домогательствах, который запрещает действия, носящие сексуальный характер, а также сексуальные домогательства, которые не имеют сексуальной мотивации, но не произошли бы «если бы не пол» жертвы. 63

      Другие аспекты заявлений о сексуальных домогательствах, такие как защита и стандарты, также показывают уникальное место сексуальных домогательств в законе. 64 Виновные в сексуальных домогательствах часто заявляют, что жертвы «хотели этого» или что другое лицо добровольно участвовало в сексуальных домогательствах; однако, независимо от того, добровольно ли участвовала жертва, это не является защитой. 65 Верховный суд принял «нежелательный» стандарт, означающий, что даже если жертва участвовала добровольно, если поведение было «нежелательным», это было сексуальным домогательством. 66 Вопрос о том, является ли поведение «нежелательным», рассматривается с точки зрения жертвы. 67 Еще одним примером уникального места сексуальных домогательств является то, что «утрата работником материальных или экономических выгод от работы не является обязательным элементом» сексуальных домогательств. 68 Эти события еще раз показывают уникальное место, которое иски о сексуальных домогательствах занимают в законе, устраняя «добровольную» защиту и не требуя какого-либо материального ущерба. 69 Определение и понимание сексуальных домогательств изменились с тех пор, как Раздел VII впервые запретил их в 1964 году, но эти изменения бессмысленны, если истцы не могут эффективно предъявлять иски.

2. Осведомленность общества о сексуальных домогательствах

      Сексуальные домогательства являются серьезной и серьезной проблемой в обществе. 70 Недавний опрос, проведенный организацией Stop Street Harassment, показал, что восемьдесят один процент женщин сталкивались с сексуальными домогательствами в течение своей жизни. 71 Исследование Pew Research показало, что пятьдесят девять процентов женщин лично получали нежелательные сексуальные домогательства. 72 Исследование студентов колледжей показало, что шестьдесят два процента студентов колледжей подвергались сексуальным домогательствам. 73

      Сексуальные домогательства на рабочем месте являются настолько серьезной проблемой, что EEOC создала специальную рабочую группу по изучению домогательств на рабочем месте. 74 Целью Специальной оперативной группы было изучение причин, по которым через тридцать лет после У.S. Верховный суд признал сексуальные домогательства запрещенными в качестве дискриминации Разделом VII, домогательства на рабочем месте, включая сексуальные домогательства, по-прежнему широко распространены. 75 Отборочная целевая группа рассмотрела доступную стипендию и в 2016 году выпустила отчет, в котором, в частности, говорится, что от пятидесяти до семидесяти пяти процентов женщин подвергались сексуальным домогательствам на рабочем месте в той или иной форме, осознавали ли женщины это или нет. . 76 В отчете установлено, что в 2015 году от 44 до 45 процентов из примерно 90 000 жалоб КСРТ на дискриминацию при приеме на работу от всех работодателей были заявлениями о предполагаемых сексуальных домогательствах. 77 Хотя отчет КСРТ является важным показателем для измерения распространенности домогательств, он, по общему признанию, как недостаточно, так и чрезмерно включает истинные масштабы сексуальных домогательств на рабочем месте. 78 В отчете признается, что некоторые заявления, вероятно, не включают сексуальные домогательства, поскольку они могли не быть основным заявлением; и в отчете также признается, что «приблизительно 90% лиц, которые говорят, что они подвергались преследованиям, никогда не предпринимают официальных действий против домогательств, таких как подача обвинения или жалоба.” 79

      Эти научные выводы и данные опроса оказались в центре общественного обсуждения, когда движение #MeToo стало вирусным в октябре 2017 года. нападение, а в 2017 году движение стало вирусным после того, как актриса Алисса Милано написала в Твиттере #MeToo в ответ на разоблачение сексуальных домогательств Харви Вайнштейна. 81 Движение призвало женщин и мужчин поделиться своим личным опытом сексуальных домогательств, чтобы показать влияние и распространенность таких домогательств, и шлюзы открылись, когда люди поделились своим опытом. 82 Наиболее заметным эффектом движения стало падение влиятельных мужчин, обвиненных в сексуальных домогательствах, в том числе популярного телеведущего Мэтта Лауэра, 83 сенатора Эла Франкена, 84 и голливудского продюсера Харви Вайнштейна; 85 , но подавляющее большинство участников движения составляли обычные женщины и мужчины, делящиеся своим опытом. 86 Всего через несколько месяцев после начала движения #MeToo в октябре 2017 года рекордное количество женщин объявили, что баллотируются в Конгресс. 87

      Примеры социальных изменений, вызванных этим движением, включают более десятка штатов, рассматривающих возможность принятия нового законодательства, направленного на борьбу с сексуальными домогательствами, и создание фонда в размере 21 миллиона долларов, финансируемого за счет пожертвований, для поддержки Times Up Legal. Фонд защиты, целью которого является предоставление адвокатов пострадавшим женщинам, которые не могут позволить себе представительство. 88 Журнал Time даже объявил этих «нарушителей тишины» Человеком года 2017. 89 Кроме того, несколько крупных компаний, включая Microsoft, 90 Google, 91 Uber, 92 и Lyft, 93 , а также юридическую фирму 94, объявили об ужесточении своих правил по борьбе с сексуальными домогательствами. гигантов Сидли Остин, 95 Киркланд и Эллис, 96 и Мунгер, Толлес и Олсон, 97 , которые добровольно прекратили свою политику принудительного арбитража по искам о сексуальных домогательствах.

      Движение #MeToo высветило огромную проблему сексуальных домогательств, но не решило ее. 98 Впереди еще долгий путь; например, одна национальная горячая линия по вопросам сексуальных домогательств сообщила, что количество звонков увеличилось на тридцать процентов в декабре 2017 года по сравнению с декабрем прошлого года, что свидетельствует о росте проблемы по мере того, как все больше людей узнают о домогательствах и чувствуют себя комфортно, сообщая о них. 99 Одним из наиболее значительных результатов движения может быть то, что «труднее отвергнуть утверждения .. . женщины . . . [как] ложь». 100 Феминистские активистки стремились дать определение сексуальному домогательству женщин с момента основания Соединенных Штатов, и движение #MeToo показывает, что значительная часть женщин продолжает подвергаться сексуальным домогательствам и сегодня. 101 Движение #MeToo сыграло чрезвычайно важную роль в демонстрации распространенности сексуальных домогательств в Америке, но прекращение сексуальных домогательств по-прежнему требует дальнейших действий, включая поддержку и защиту со стороны закона и законодательных органов. 102

      Движение #MeToo не только привлекло внимание к распространению сексуальных домогательств, но также выявило «правовые препятствия, которые иногда мешают женщинам делиться своими историями о сексуальных домогательствах». 103 Например, только недавно общественность узнала о продолжающемся скандале с сексуальными домогательствами в Jared and Kay Jewellers — национальной ювелирной сети. 104 Жертвы первоначально подали иски в 2008 году в связи с инцидентами еще в 1990-х годах. 105 Почти десять лет назад пятнадцать женщин заявили о сексуальных домогательствах в магазине Jared and Kay Jewellers; однако никто из них не знал о других, а арбитражные соглашения юридически не позволяли потерпевшим узнать друг о друге. 106 Скандал завершился частным коллективным арбитражным разбирательством, и в настоящее время он охватывает 69 000 нынешних и бывших сотрудников, заявивших о сексуальных домогательствах, а также о других формах дискриминации, таких как гендерное неравенство в оплате труда. 107 Предполагаемая культура сексуальных домогательств в Jared and Kay Jewellers влекла за собой ощупывание и сексуальные намеки, а также льготы и продвижение по службе в зависимости от того, как женщины реагировали на сексуальные требования со стороны менеджеров-мужчин. 108 Jared and Kay Jewellers использует арбитражные соглашения, поэтому, как объяснил один из адвокатов потерпевшего, «[большинство] [потерпевших] не могли знать, что у других были подобные споры, потому что все это было сохранено. конфиденциально». 109 В то время как движение #MeToo привело к положительным социальным обсуждениям, оно также подчеркивает новые проблемы и постоянную необходимость позитивных действий, влияющих на дальнейшие изменения. 110

C. История и развитие арбитража в США

     Арбитраж получил широкое распространение в современном обществе; однако это готовое принятие было не всегда. 111 Арбитражное право претерпело медленную, но значительную эволюцию. 112 В этом разделе сначала обсуждаются намерения Конгресса при принятии FAA, а затем в этом разделе приводится краткий обзор важных решений Верховного суда, интерпретирующих FAA.Наконец, в этом разделе будут рассмотрены различные исследования, в которых анализируется, как истцы поступают в арбитраже по сравнению с тем, как бы они поступили в федеральном суде.

1. Намерение Конгресса

      Первоначально Соединенные Штаты «приняли английское правило общего права, согласно которому арбитражные соглашения не подлежат исполнению до вынесения окончательного решения». 113 Однако при поддержке деловых и профсоюзных организаций арбитраж набрал обороты в штатах, и Нью-Йорк стал первым штатом, принявшим арбитражный акт в 1920 году. 114 В Законе Нью-Йорка была предпринята попытка приравнять арбитражные соглашения к другим договорам. 115 Конгресс в значительной степени смоделировал FAA по образцу Нью-Йоркского закона об арбитраже 1920 года с той же целью уравнять арбитражные соглашения и другие контракты. 116 Один из главных составителей FAA Джулиус Генри Коэн объяснил, что «положения [Закона Нью-Йорка и FAA] во многом идентичны». 117 Вскоре после Нью-Йоркского закона и лоббистских усилий Коэна Конгресс принял Федеральный закон об арбитраже, и президент Кулидж подписал его в 1925 году. 118 Прямой целью FAA было поставить арбитражные соглашения в «равное положение с другими контрактами», что фактически законодательно отменило правило общего права, согласно которому арбитражные соглашения не подлежат исполнению до вынесения арбитром окончательного решения, и создало публичную политику, которая благоприятствовала просмотрены арбитражные соглашения. 119 Второй раздел Федерального управления гражданской авиации гласит:

[a] письменное положение в любой морской сделке или контракте, свидетельствующем о сделке, связанной с торговлей, для урегулирования в арбитражном порядке разногласий, возникающих впоследствии из такого контракта или сделки, или отказ от выполнения всего или любой его части, или соглашение в письменной форме для передачи в арбитраж существующего разногласия, вытекающего из такого контракта, сделки или отказа, должны быть действительными, безотзывными и подлежащими исполнению, за исключением таких оснований, которые существуют по закону или по праву справедливости для аннулирования любого контракта. 120

      Тем не менее, Конгресс принял FAA в 1925 году, когда «сделка, связанная с торговлей» не понималась как уполномочивающая пункт о торговле между штатами распространяться на малые предприятия, отдельных сотрудников или отдельных потребителей. 121

      Законодательная история FAA относительно ограничена, но имеющаяся небольшая история показывает, что Конгресс намеревался создать FAA узко. 122 Отсутствие законодательной истории отчасти связано с тем, что Американская ассоциация юристов и деловые круги в значительной степени написали FAA, и проекты этих групп интересов были «приняты.. . в закон с незначительными поправками». 123 Понимание Конгрессом силы торговли между штатами в 1925 году было основано на решении Hammer v. Dagenhart . 124 В соответствии с постановлением Hammer полномочия Конгресса по использованию Положения о торговле были крайне ограничены; например, Конгресс не мог использовать пункт о торговле, чтобы запретить пересечение границ штата продуктами детского труда. 125 Б.Х.Х. Пиатт, один из сторонников FAA, продемонстрировал ограниченность сферы действия FAA, когда он ответил на вопрос сенатора от Монтаны Томаса Уолша о том, будет ли FAA покрывать страховые случаи, заявив, что «этот законопроект не предназначен для покрывать страховые случаи. 126 Этот вывод был основан на утверждении Верховного суда о том, что «страховой бизнес не является коммерцией». 127 Таким образом, когда Конгресс принял FAA, он не верил, что арбитраж будет охватывать случаи страхования между штатами, не говоря уже о законных правах. 128

      Поскольку история законодательства «исключительно скудна», профессора Макнил и Драхозал утверждают, что для понимания намерений Конгресса необходимо понять намерения составителей Федерального управления гражданской авиации. 129 Джулиус Генри Коэн является автором первого проекта FAA и представил на слушаниях в Конгрессе длинную записку, объясняющую и защищающую FAA, которую ученые обычно считают «одним из наиболее важных аспектов законодательной истории [FAA]». 130 Как главный сторонник FAA, Коэн написал, что «если возникнут какие-либо споры относительно заключения контракта… . . рассмотрение этого вопроса судом. . . сохраняется». 131 Коэн также заверил Конгресс в способности защищать права людей, заявив перед Конгрессом, что «сторона, которая отказалась от арбитража, потому что она добросовестно полагает, что его соглашение не обязывает его обращаться в арбитраж, или что соглашение неприменимо к разногласию, защищен положением закона, которое требует, чтобы суд исследовал [the] . . . требовать.» 132 Ни составители FAA, ни Конгресс не предполагали, что FAA будет применяться к недобровольным, внеконтрактным претензиям. 133 Такое понимание главного составителя FAA и, по доверенности, Конгресса включает в себя узкую и ограниченную интерпретацию коммерческой власти, которая диктует возможности FAA, а также веру в то, что право на судебное разбирательство не будет утрачено, если права истца не были справедливо защищены. 134

2. Развитие Федерального закона об арбитраже в прецедентном праве

      Конгресс принял FAA в 1925 г., и он не внес существенных изменений или поправок в FAA с момента его принятия, таким образом, не успевая за изменениями в других областях закон, такой как введение личных законных прав, таких как Раздел VII. 135 Из-за отсутствия изменений судебная власть в значительной степени приняла закон, касающийся FAA, в отношении арбитража. 136 Профессор Хортон назвал это явление «тихим переворотом в системе гражданского правосудия США». 137 Некоторые из самых резких критиков судебной практики Верховного суда в отношении Федерального управления гражданской авиации выражают несогласие с самими судьями Верховного суда, включая резкое осуждение со стороны судьи Коннора, что «за последнее десятилетие Суд отказался от всех претензий на установление намерений Конгресса в отношении к Федеральному закону об арбитраже, строя вместо этого, от случая к случаю, здание собственного творения. 138 Профессор Карбонно лаконично отмечает, что «U.S. Политика Верховного суда в отношении арбитража была разработана на основе примерно сорока мнений за сорок лет». 139

      В одном из первых крупных дел о толковании FAA Верховный суд в деле Prima Paint Corp. против Flood & Conklin Mfg. Co. сделал «первый шаг в федерализации права арбитража и в установлении единого национального закона об арбитраже». 140 В Prima Paint Corp., Верховный суд рассмотрел заявление о том, что арбитражное соглашение, о котором идет речь, было заключено путем мошенничества при побуждении. 141 Отклонив это требование, Суд постановил, что арбитражные соглашения регулируются Федеральным управлением гражданской авиации. 142 Это решение проложило путь для Суда, чтобы установить, что FAA регулирует все арбитражные соглашения и упреждает закон и политику об обратном. 143

      В следующем крупном деле, рассмотренном Верховным судом и первым рассмотрев Раздел VII и арбитражные соглашения, Суд постановил в деле Alexander v.Gardner-Denver Co. , что обязательное арбитражное соглашение не может помешать истцам отстаивать свои законные права в соответствии с разделом VII. 144 Суд установил, что «от прав работника в соответствии с Разделом VII нельзя отказаться. . . [потому что] он отстаивает законное право, независимое от арбитражного процесса. . . [A]арбитражные процедуры. . . сделать арбитраж сравнительно неподходящим форумом для окончательного разрешения прав, созданных Разделом VII». 145 Суд постановил, что сотрудник, подписавший арбитражное соглашение, все еще может подать в суд свой иск о расовой дискриминации согласно Разделу VII. 146

      Однако Александр, , прожил недолго. Верховный суд изменил курс и постановил в деле Gilmer v. Interstate/Johnson Lane Corp. , что законные права могут регулироваться арбитражными соглашениями в соответствии с Федеральным управлением гражданской авиации, поскольку это «отражает «либеральную федеральную политику в пользу арбитражных соглашений». 147 Суд постановил, что сотрудник, заявивший о дискриминации по возрасту после того, как его компания уволила его, когда ему исполнилось шестьдесят два года, подпадал под действие арбитражного соглашения, которое он подписал, даже несмотря на то, что оно касалось охраняемого законом права. 148 Суд прямо не отменил Александр , но существенно сузил Александр до фактов. 149 Простой отказ Суда от одного направления в пользу другого является одним из примеров опасности принятия Верховным судом закона об арбитраже без какого-либо участия Конгресса. 150 Поскольку Верховный суд признал, что арбитраж может охватывать установленные законом права, Суд косвенно признал иное намерение создателя FAA, когда постановил, что арбитражные соглашения и установленные законом права регулируются широким современным пониманием торговли между штатами, а «не узкой концепцией [межгосударственных коммерция], действовавшая на момент принятия. 151 Судья О’Коннор подверг критике этот прямой сдвиг в судебной практике Суда, написав, что «Суд отказался от всех притязаний на установление намерений Конгресса в отношении Федерального закона об арбитраже, строя вместо этого, в каждом конкретном случае, свое собственное здание. творчество.» 152

      Суд в своей последней эволюции арбитражного права установил, что Федеральное управление гражданской авиации применяется в судах штатов, 153 , и имеет преимущественную силу как в законодательстве штата 154 , так и в публичном порядке. 155 Кульминацией этой серии решений стало решение по делу Epic Systems Corp. против Льюиса в 2018 году, в котором суд объединил три отдельных дела, в которых работодатели заставили своих сотрудников подписать арбитражные соглашения об отказе от права подавать коллективные иски. 156 Суды низшей инстанции постановили, что отказ от коллективных исков нарушил недобросовестную политику штата в отношении контрактов, а также Национальный закон о трудовых отношениях. 157 Верховный суд, однако, постановил, что Федеральное управление гражданской авиации допускает обязательные арбитражные соглашения для покрытия отказов от коллективных исков, что Федеральное управление гражданской авиации упреждает действия, противоречащие государственной политике и закону штата, и что Закон о национальных трудовых отношениях не спас Федеральное управление гражданской авиации. 158

3. Кто выигрывает и проигрывает в арбитраже

      Лица, участвующие в арбитраже, рискуют быть фактически аннулированными, потому что «[t]здесь почти нет защиты от невежества, некомпетентности или ошибок арбитров. ». 159 Арбитры подлежат минимальному судебному контролю и только тогда, когда арбитры «явно игнорируют []» закон. 160 Отсутствие гласности и опубликованных решений «затруднило для ученых сбор данных о совокупных размерах или последствиях арбитража в сфере занятости.. . случаи.» 161 В этом разделе будут рассмотрены основы арбитражного разбирательства и обсуждено, как эта арбитражная процедура может повлиять на то, кто выиграет, а кто проиграет в арбитраже. Наконец, в этом разделе будет проанализировано несколько эмпирических исследований результатов арбитражного и судебного разбирательств.

а. Арбитражный процесс

      Американская арбитражная ассоциация (далее ААА) является одной из ведущих организаций, предоставляющих арбитров и выступающих за арбитраж. 162 Типичное арбитражное дело между работником и работодателем начинается с подписания работником арбитражного соглашения по указанию работодателя либо в качестве условия приема на работу, либо после приема на работу. 163 После возникновения спора сторона, подавшая жалобу, подает жалобу в арбитраж, после чего выбирается арбитр. 164 Затем стороны проводят предварительное слушание, за которым следует период квази-раскрытия, а это означает, что раскрытие часто более ограничено, чем в суде, или вообще отменяется, если это отражено в арбитражном соглашении. 165 Затем арбитр проводит официальное слушание, и после получения любой дополнительной информации после слушания, которую арбитр или соглашение может разрешить или не разрешить, арбитр выносит решение. 166 Если сторона выигрывает арбитражное разбирательство, она получает окончательное решение о присуждении желаемой помощи, будь то денежная компенсация, восстановление на работе после увольнения, отклонение иска и т. д. 167

     ,], но не является конфиденциальной», 168 , что означает, что решения не являются публичными, а мнения не публикуются, но информация может стать общедоступной в ходе будущих судебных разбирательств или если сторона добровольно — и имеет юридические возможности — раскрывает информацию. 169 Это затрудняет изучение арбитража и выработку адекватного понимания того, кто выигрывает, а кто проигрывает, поскольку информация редко становится общедоступной. 170 Профессор Эстлунд молчаливо признает сложность изучения арбитражного разбирательства, написав, что «частный и договорной характер арбитража позволяет фирмам относительно легко предотвратить раскрытие практически любой информации». 171 Неотъемлемая конфиденциальность арбитража не только затрудняет изучение арбитражного разбирательства, но и предоставляет работодателям институционализированную выгоду. 172 Конфиденциальность арбитража допускает нежелательную деловую практику 173 или разрушительную деловую культуру, застой в развитии прецедентного права и лишает третьи стороны возможности узнать, что работодатель занимается незаконным поведением. 174

      Арбитр является частной третьей стороной, уполномоченной принимать решения по делу. 175 Арбитр получает компенсацию за счет гонораров, уплачиваемых сторонами. 176 Для сравнения, федеральные судьи имеют пожизненные назначения и получают зарплату по установленной шкале, выбранной независимой ветвью власти. 177

      В Верховном суде есть механизм, известный как «правило эффективной защиты», который пытается «не допустить, чтобы арбитражные оговорки [и процедуры] лишили истца способности обеспечивать соблюдение прав, установленных Конгрессом». 178 Этот механизм восходит к контрактам «желтой собаки» начала 1900-х годов, когда работодатели использовали их для запрета всех видов охраняемой деятельности, включая установленные законом меры защиты, в качестве условия найма. 179 В конце концов Конгресс запретил эти контракты «желтой собаки» посредством различных законодательных актов, принятых Конгрессом Нового курса. 180 Однако профессор Эстлунд утверждает, что арбитражные соглашения и процедуры, которые они реализуют, являются «современным эквивалентом «контрактов желтой собаки» до Нового курса. . . [потому что они] требуют от сотрудников отказаться от своих законных прав, чтобы получить работу». 181 Судья Гинзбург соглашается и утверждает, что Верховный суд возвращает эти контракты «желтой собаки» в форме арбитражных соглашений, потому что они фактически запрещают установленные законом права сотрудников. 182

б. Эмпирические исследования того, кто выигрывает и проигрывает в арбитраже

      Несмотря на то, что конкретные цифры найти сложно, профессор Аллейн обнаружил дисбаланс в результатах между арбитражным разбирательством по делу о сексуальных домогательствах и судебным разбирательством. 183 Он пишет, что дисбаланс между арбитражем и судебным разбирательством частично «из-за неадекватного… . . арбитражные средства защиты от сексуальных домогательств». 184 Далее профессор Аллейн пишет, что арбитражные соглашения могут «ограничивать [] .. . денежные средства для легко вычисляемых, суммированных, целые суммы. . . [и] [p] совокупные убытки практически неслыханны в . . . арбитражные дела, а также возмещение ущерба за боль и страдания, а также за эмоциональный стресс». 185 Например, одним из средств правовой защиты, которое профессор Аллейн нашел в изученных им арбитражных делах, был простой приказ о прекращении и воздержании, который «несомненно… . . неадекватно по сравнению с тем, что судья или присяжные могли бы присудить в сопоставимом деле Раздела VII». 186

      Профессор Ши завершил эмпирическое исследование результатов арбитражных разбирательств по сравнению с результатами судебных разбирательств по делам о сексуальных домогательствах в индустрии ценных бумаг, используя данные, доступные с 1991 по 1997 год, и обнаружил, что «письменные решения арбитров [не] допускают достаточный судебный пересмотр для обеспечить соответствие законодательным нормам.” 187 Профессор Ши проанализировал письменные арбитражные решения, и, поскольку арбитражные решения не требуется публиковать или писать, это еще больше скрывает арбитражные разбирательства и результаты. 188 Изучив результаты, профессор Ши обнаружил, что только в «всего лишь 4,55%» решений арбитры проводили содержательный юридический анализ и, по сравнению с решениями судов, адекватно отстаивали законные права истцов. 189 Он пришел к выводу, что сомневается «на основании наград.. . после пересмотра федеральные законы, запрещающие сексуальные домогательства и/или дискриминацию по признаку пола, продолжали выполнять свои корректирующие или сдерживающие функции». 190 По сравнению с судебным разбирательством, арбитраж не смог эффективно защитить охраняемые законом права истцов на свободу от сексуальных домогательств. 191

      Несмотря на сложность проведения эмпирического исследования арбитражных решений, профессор Александр Колвин завершил одно из наиболее полных недавних исследований общих арбитражных решений с использованием данных AAA в 2011 году. 192 AAA, возможно, является крупнейшим поставщиком арбитров, поэтому данные AAA предоставляют один из наиболее полных наборов данных; однако данные по-прежнему не включают все арбитражные разбирательства, поскольку они не охватывают все арбитражные разбирательства. 193 Эмпирическое исследование профессора Колвина является наиболее полным исследованием арбитражных решений на сегодняшний день, потому что в соответствии с последними правилами гражданского судопроизводства Калифорнии арбитражные провайдеры в Калифорнии, включая AAA, должны раскрывать определенную информацию о своих разбирательствах и решениях в штате. 194 ААА, стремясь полностью соблюдать правила штата Калифорния, сделала общедоступной обширную информацию о своих арбитражных разбирательствах по всей стране. 195 Таким образом, это правило сыграло важную роль в обнародовании более полных данных об арбитраже. 196

      Профессор Колвин проанализировал общенациональные данные ААА и обнаружил, что в период с 2003 по 2007 год 21,4% сотрудников выиграли арбитражные решения. 197 В ходе исследования работник считался выигравшим дело, когда он или она получили какое-либо искомое средство правовой защиты от арбитра, урегулировавшего их жалобы. 198 При сравнении с данными по судебным решениям профессор Колвин обнаружил, что существует «разрыв между арбитражем и судебным разбирательством», означающий, что сотрудники проигрывали в арбитраже чаще, чем в судебном процессе, и если истцы и добивались возмещения какой-либо суммы, то в арбитражном разбирательстве она была меньше, чем что истцы могли бы получить в судебном порядке. 199 В частности, профессор Колвин обнаружил, что «медианное вознаграждение в трудовых спорах примерно в пять-десять раз больше, чем медианное вознаграждение в трудовом арбитраже.” 200 Одна из возможных причин, по которой сотрудник, которого принуждают к арбитражу, может выиграть меньшую сумму денежной помощи, заключается в том, что арбитражные соглашения могут ограничивать убытки, в том числе штрафные санкции, которые суды потенциально могут назначить в ходе судебного разбирательства. 201 Если работодатель и работник соглашаются отказаться от штрафных убытков в рамках своего арбитражного соглашения, которое работник, вероятно, подписал в качестве условия найма, стороны могут сделать это, и суд, скорее всего, поддержит арбитражное соглашение как исполнительный договор. 202

      В другом исследовании профессор Эстлунд провел метаанализ как арбитражных, так и судебных исследований, в том числе с использованием данных, предоставленных в соответствии с законами Калифорнии, и дополнительных данных, независимо предоставленных ААА для ученых при условии, что они сохранят конфиденциальность и только опубликованы выводы в совокупности. 203 Профессор Эстлунд отметил, что «сотрудники что-то выиграли в 19,1% арбитражей AAA. . . [между] 2003 [и] 2013.Это сопоставимо с выводами других ученых о том, что истцы что-то выиграли в 29,7% федеральных дел о дискриминации при приеме на работу». 204 Более того, профессор Эстлунд обнаружил, что «сотрудники, которые что-то выиграли в арбитраже AAA, получили гораздо меньше, чем в судебном порядке: средняя сумма компенсации составила 36 500 долларов в арбитраже против 176 426 долларов в федеральных делах о дискриминации». 205

      Еще одна проблема, которая подчеркивает разрыв между арбитражем и судебным разбирательством по принципу «выигрыш и проигрыш», заключается в возможности предварительно выбрать арбитра, в отличие от того, что суд назначает судью и выбирает коллегию присяжных. 206 Это явление представляет собой проблему «повторного игрока», 207 означает «тенденцию арбитров отдавать предпочтение стороне, которая с большей вероятностью приведет к повторным сделкам», то есть работодателю. 208 Согласно исследованию профессоров Колвина и Гофа, арбитр выбирался предварительно примерно в двадцати пяти процентах случаев, а в других шестидесяти четырех процентах случаев арбитр выбирался через «список забастовок», когда стороны менялись взад и вперед в течение заранее определенный список арбитров, исключая тех, кого они не хотели, пока стороны не выберут одного. 209 Возможность предварительного выбора или управления процессом выбора усугубляет проблему «повторяющегося игрока». 210 В 2015 году New York Times опубликовала на первой полосе серию из двух частей о тайне арбитража и существующих потенциальных конфликтах интересов; отчет включал интервью с более чем тремя десятками арбитров, которые сказали, что «чувствовали себя обязанными компаниям». 211 Угроза потери бизнеса, поскольку компании проводят несколько арбитражных разбирательств, а у работника, скорее всего, будет только одно, является одной из причин, по которой арбитры чувствуют себя обязанными работодателям. 212 Один арбитр, Виктория Пинчон, признала, что истцам присуще невыгодное положение, спросив: «Почему арбитр должен обслуживать человека, которого они больше никогда не увидят?» 213

      Эмпирические данные подтверждают эти анекдотические описания проблемы «повторяющегося игрока». 214 Профессор Бингхэм проанализировал 203 дела о спорах между работниками и работодателями, предоставленных ААА, в результате которых было присуждено денежное вознаграждение либо работнику-истцу, либо компании-ответчику. 215 Анализ профессора Бингема выявил статистически значимую разницу, когда компания-ответчик была «повторным игроком». 216 Она пришла к выводу, что данные указывают на то, что «сотрудники проигрывают чаще, когда арбитром является тот, которого работодатель использовал хотя бы один раз раньше». 217 Одной из причин, по которой профессор Бингхэм предложил объяснить этот статистически значимый вывод, может быть наличие «неформальных постоянных отношений с действующими институциональными лицами», 218 подчеркивая стимул арбитров поддерживать отношения с клиентами для будущего бизнеса, стимул, который сами арбитры принят в New York Times . 219 Еще одна причина, по которой работодателям выгодно быть «повторным игроком», заключается в том, что «конфиденциальность арбитража неправомерно выгодна постоянным игрокам, позволяя им скрывать неблагоприятную информацию о своих дискриминационных действиях. . . и другие правовые нарушения», 220 , стимулируя работодателей возвращаться снова и снова, сталкиваясь с минимальным риском разоблачения. Повторные сделки являются экономическим стимулом в частной системе разрешения споров, в отличие от судебной системы.

Д.Недавние попытки решить вопрос об обязательном арбитраже по искам о сексуальных домогательствах не увенчаются успехом

      На уровне штата и на федеральном уровне предпринимались как исполнительные, так и законодательные действия, направленные на противодействие широкому толкованию FAA Верховным судом. 221 На федеральном уровне в 2010 году «Конгресс принял поправку Франкена, которая запрещает Министерству обороны заключать контракты на товары или услуги на сумму более 1 миллиона долларов с организациями, которые предписывают арбитраж определенных претензий, связанных с занятостью», 222 , таких как заявления о сексуальных домогательствах. 223 В 2014 году президент Обама подписал указ о распространении аналогичного обязательного арбитражного запрета на все федеральные агентства. 224

      Кроме того, Конгресс принял Закон о гражданских правах 1991 г., который частично внес поправки в Раздел VII. 225 Конгресс принял этот закон в основном в ответ на несколько решений Верховного суда, которые ограничивали права работников подавать в суд на работодателей за дискриминацию, и поэтому Конгресс стремился подтвердить гражданские права работников и их право подавать иски о дискриминации. 226 Конгресс отметил в отчете Судебного комитета Палаты представителей, написанном как часть его поправок 1991 года к Разделу VII, что «любое соглашение о передаче спорных вопросов в арбитраж, будь то в контексте коллективного договора или трудового договора, не препятствует пострадавшему лицу добиваться судебной защиты в соответствии с положениями об исполнении Раздела VII». 227 В частности, в отношении претензий Раздела VII, таких как сексуальные домогательства, Комитет сослался на формулировку в деле Alexander v.Gardner-Denver , в котором говорится, что установленные законом права, такие как Раздел VII, не могут быть предметом арбитража, поскольку это «согласуется» с их точкой зрения на Раздел VII. 228 Один комментатор понял, что эта формулировка означает, что «Конгресс не представил плана ратификации арбитража по установленным законом жалобам в качестве исключительного форума». 229

      Конгресс также расширил положения Раздела VII о переносе пошлин, чтобы стимулировать истцов к подаче этих исков, указав на более широкую поддержку и поддержку установленных законом прав, которые защищает Раздел VII, в значительной степени в ответ на толкование Судом предыдущих отрывков Раздела VII. 230 Однако Девятый округ пришел к выводу, что, поскольку Верховный суд интерпретировал FAA настолько широко, что он недвусмыслен, Верховный суд не позволил округу даже рассмотреть законодательную историю и реальные намерения Конгресса. 231 Судья Рейнхардт, один из судей девятого округа, выразивших несогласие, заявил, что «большинство в Конгрессе, проголосовавшее за Закон о гражданских правах 1991 года, явно считало, что этот закон не позволяет работодателям принуждать своих работников…. . [утратить] свое право на суд присяжных в делах Раздела VII». 232 Но толкование Верховного суда вынудило Девятый окружной суд отменить свое решение по делу Даффилд, , где окружной суд постановил, что арбитражные соглашения не могут охватывать требования Раздела VII. 233 По сути, Девятый округ признал, что законодательная история Конгресса показывает намерение Конгресса, согласно которому требования Раздела VII не подлежат арбитражу, но широкое толкование Верховным судом FAA не позволяет судам рассматривать противоположное намерение Конгресса. 234

      Отдельные штаты также пытались рассмотреть иски о сексуальных домогательствах и арбитраж. 235 Тридцать два штата приняли некоторые законы, вдохновленные #MeToo, в том числе семь, нацеленные на соглашения о неразглашении информации, связанные с сексуальными домогательствами, а четыре штата приняли законы, ограничивающие или прекращающие использование обязательных арбитражных соглашений для исков о сексуальных домогательствах. 236 Неявно поддерживая эти законы, более 250 профессоров права по всей стране подписали открытое письмо, в котором призывают к принятию соответствующего и одного из наиболее эффективных способов борьбы с сексуальными домогательствами на рабочем месте. 237 Профессора права выступали за отмену обязательных арбитражных соглашений, касающихся дел о сексуальных домогательствах. 238 Кроме того, все пятьдесят генеральных прокуроров штатов, а также главные юристы округа Колумбия и главные юристы всех территорий Соединенных Штатов подписали письмо в Конгресс с призывом положить конец обязательным арбитражным соглашениям по искам о сексуальных домогательствах. 239

      Несмотря на то, что некоторые штаты предпринимают действия, направленные против интерпретации Верховным судом арбитражных соглашений, изменение остается маловероятным. 240 Одна из причин, по которой изменения, вероятно, неэффективны, заключается в том, что толкование Закона Федеральным управлением гражданской авиации и Верховным судом почти наверняка предвосхищает любые законодательные действия штата. 241 Поскольку штаты не могут предложить эффективные средства правовой защиты для сотрудников, а суды одобрили полное использование широких арбитражных полномочий, 242 в этом Примечании утверждается, что единственный практический способ защиты исков о сексуальных домогательствах от арбитража заключается в федеральном законодательстве.

III.Анализ

      В этом разделе приводятся доводы в пользу того, почему Конгресс должен принять Закон об прекращении принудительного арбитража по делам о сексуальных домогательствах в его нынешнем виде, чтобы немедленно начать оказывать помощь жертвам сексуальных домогательств. Во-первых, будет проанализировано, почему освобождение от требований о сексуальных домогательствах не будет противоречить намерениям Конгресса или первоначальным намерениям FAA. Далее будет объяснено, почему Закон надлежащим образом исключает сексуальные домогательства, в основном из-за уникальности сексуальных домогательств.Наконец, в этом разделе будет проанализировано, почему Верховный суд ошибается, разрешая рассмотрение исков о сексуальных домогательствах в арбитражном порядке. Он также будет разъяснять, почему с точки зрения государственной политики арбитраж является неподходящим местом для рассмотрения исков о сексуальных домогательствах. Из-за отсутствия гласности и прозрачности, институционализированного эффекта «повторного игрока», отсутствия надлежащего судебного надзора и важной государственной политики по эффективной борьбе с сексуальными домогательствами, арбитраж не может эффективно подтвердить защиту от сексуальных домогательств, предусмотренную Разделом VII.

A. Исключение сексуальных домогательств из арбитражных соглашений не противоречит намерениям Конгресса

      Верховный суд широко истолковал FAA, чтобы поставить арбитражные соглашения на один уровень с контрактами, даже если соглашения охватывают установленные законом права. 243 Верховный суд обосновал свои постановления тем, что иное толкование FAA противоречило бы намерениям Конгресса. Однако Верховный суд ошибается — исключение исков о сексуальных домогательствах из арбитражных соглашений не будет противоречить намерениям Конгресса или создателей FAA.

      Федеральное управление гражданской авиации не должно было наделять арбитражные соглашения полномочиями по рассмотрению исков о сексуальных домогательствах. Конгресс принял FAA в 1925 году и Раздел VII в 1964 году. 244 Основная разница во времени показывает, что создатели не могли предполагать, что FAA будет охватывать Раздел VII, поскольку его не существовало, когда Конгресс принимал FAA. Таким образом, составители Федерального управления гражданской авиации не могли рассматривать такие виды претензий. Кроме того, у составителей FAA было узкое понимание того, какие типы споров будут охватывать арбитражные соглашения. 245 Их понимание Оговорки о торговле было ограниченным — они не думали, что наделяют арбитражные соглашения правом регулировать межгосударственные договоры страхования, не говоря уже о законных правах. 246 Кроме того, законодательная история FAA показывает, что создатели явно намеревались сохранить право на судебное разбирательство и что арбитражные соглашения не отнимут право на судебный процесс. 247 Однако, согласно судебной практике Верховного суда, суды не могут даже учитывать это явное намерение первоначального Конгресса.

      Верховный суд признал, что законные и договорные права различаются. 248 В своем особом мнении судья Стивенс признал, что создатели Федерального управления гражданской авиации никогда не могли предвидеть, что арбитраж будет охватывать установленные законом права. 249 Создатели FAA понимали, что они поднимают арбитражные соглашения для договорных и трудовых споров и не могли иметь в виду также наделение полномочиями арбитража законных прав, поскольку их не существовало в то время. 250 Понимание законодательной истории FAA показывает, что создатели FAA предназначали Закон для регулирования договорных и трудовых споров, а не законных прав, таких как иски о сексуальных домогательствах Раздела VII.

      Создатели FAA не могли предусмотреть, что арбитражные соглашения будут охватывать иски о сексуальных домогательствах. Даже если создатели FAA предусмотрели, насколько расширится арбитражное соглашение, они ясно дали понять, что право на суд присяжных сохраняется. 251 Понимание этого должно информировать Суд о том, что намерение составителей не поддерживает расширение Судом арбитражного исполнения требований Раздела VII о сексуальных домогательствах. Суд вытеснил понимание создателями FAA торговли между штатами, распространил контроль FAA на права, которых не существовало, когда Конгресс принял FAA, и отклонил прямое резервирование создателями права на судебное разбирательство. Суд обосновал эти решения тем, что создатели FAA намеревались поставить арбитраж «на один уровень с другими контрактами.” 252 При этом Суд ошибочно полагает, что одно намерение создателей автоматически вытесняет другое выраженное намерение, хотя Суд признает, что договорные и статутные споры различны. Было бы ошибкой предполагать, что намерение создателей FAA является расчетом с нулевой суммой, потому что оба этих намерения могут существовать одновременно. Намерение приравнять арбитраж к договорам может существовать наряду с намерением сохранить право на судебное разбирательство или намерением сделать арбитражные соглашения применимыми только к договорным и трудовым спорам.Просто потому, что Конгресс намеревался возвысить арбитражные соглашения до уровня контрактов, это не дает арбитражным соглашениям почти всеохватывающей силы.

      Создавая впечатление, что он игнорирует проблемы, которые представляют намерения создателей FAA, Суд заявил, что ему необходимо современное проявление намерения Конгресса, чтобы изменить свое понимание FAA. 253 Помимо предложенных Конгрессом законопроектов об исключении сексуальных домогательств, были и другие случаи намерения Конгресса ограничить широкое толкование Суда.В 2010 году Конгресс принял поправку Франкена, которая запрещает Министерству обороны заключать контракты на сумму более 1 миллиона долларов с подрядчиками, требующими арбитража по искам о сексуальных домогательствах. 254 Конгресс в основном принял Закон о гражданских правах 1991 года в ответ на решение Верховного суда, ограничившее право работников подавать в суд на своих работодателей за дискриминацию и укрепившее право на судебное разбирательство в отношении этих установленных законом прав, защищающих работников от дискриминации. 255 В законодательной истории Закона Конгресс специально отметил, что подача этих исков о дискриминации в арбитраж не лишает сотрудников права на судебное разбирательство, и одобрил решение Александра о том, что арбитраж не запрещает истцу отстаивать свои или ее права по Разделу VII. 256 Кроме того, Конгресс расширил положения Раздела VII о переносе сборов, указав на дальнейшую поддержку этих законных прав. 257 Девятый округ даже признал, что эта законодательная история показывает, что Конгресс не намеревался проводить обязательный арбитраж для покрытия законных прав Раздела VII. 258 Однако, поскольку Верховный суд интерпретировал FAA широко и однозначно, суды не могут рассматривать ни один из этих примеров прямо противоположного намерения современного Конгресса.Это создает своего рода юридический парадокс, когда Верховный суд не изменится, если не будет продемонстрировано прямо противоположное намерение Конгресса, но не позволяет другим судам рассматривать любое такое намерение, поскольку он так широко интерпретировал FAA. Это создает основу, в которой только Верховный суд может изменить закон. Единственное другое действие, которое заставит Суд принять к сведению это прямое законодательство Конгресса.

      Верховный суд ошибочно рассмотрел намерение FAA как расчет с нулевой суммой и решил, что единственное намерение, имеющее значение, — это намерение FAA поставить арбитраж на один уровень с контрактами.Таким образом, Суд не нашел двусмысленности в ФАУ. Суды не могут учитывать противоположное намерение Конгресса, что противоречит цели установления намерения Конгресса. Единственный способ изменить точку зрения Верховного суда — это явное проявление намерения Конгресса путем внесения поправок в Федеральное управление гражданской авиации (FAA), чтобы исключить иски о сексуальных домогательствах из арбитража. Это важное законодательное действие является причиной того, что Конгресс должен принять Закон о прекращении принудительного арбитража по делам о сексуальных домогательствах.

B. Закон об отмене принудительного арбитража по делам о сексуальных домогательствах надлежащим образом освобождает от требований о сексуальных домогательствах, поскольку сексуальное непристойное поведение занимает особое место в законодательстве и в обществе

      Раздел VII устанавливает четкую государственную политику против сексуальных домогательств. 259 Закон об прекращении принудительного арбитража по делам о сексуальных домогательствах продвигает эту государственную политику, надлежащим образом исключая иски о сексуальных домогательствах из арбитражных соглашений. Распространенность и размах движения #MeToo является примером срочной необходимости положить конец сексуальным домогательствам и того, почему это вопрос государственной политики. Сексуальные домогательства занимают уникальное место в законодательстве, культуре и обществе, и этот Закон правильно понимает это, специально затрагивая эту проблему.

      Из-за уникальных аспектов сексуальных домогательств, которые требуют особого и деликатного рассмотрения, арбитраж не является подходящим форумом для разрешения этих претензий.Общество понимает серьезность сексуальных домогательств, о чем свидетельствует движение #MeToo, ставшее национальным движением за прекращение сексуальных домогательств. Одна из причин того, что сексуальные домогательства на рабочем месте уникальны, заключается в том, что эти случаи редко связаны с сексуальным удовлетворением, а скорее с властью и насилием, которые используют в качестве своей цели фундаментально уязвимую и личную часть человеческой идентичности. 260 Большинство дел о сексуальных домогательствах на рабочем месте «схожи по структуре власти с делами о домашнем насилии или уголовных преступлениях» 261 и, таким образом, содержат элемент безопасности и достоинства, в отличие от договорных или потребительских споров.Присутствие этой динамики силы, присущей дискриминации по признаку пола, выделяет ее как уникальную по сравнению со спорами о договорных формулировках. Дела о сексуальных домогательствах выходят за рамки простых споров о деньгах, имуществе или договорных разногласиях, которые больше подходят для арбитражного процесса; скорее они включают в себя элементы «власти, страха и принуждения», 262 , а также личного благополучия и безопасности. Из-за этих элементов дела о сексуальных домогательствах связаны не только с поиском подходящего средства правовой защиты в случае разрыва контракта, но и отражают то, как общество оценивает жертв сексуальных домогательств, которыми часто являются женщины. 263 Это делает сексуальные домогательства уникальными среди других споров, которые могут быть более подходящими для арбитража.

      Многочисленные другие примеры показывают, как общество признает уникальные признаки сексуальных домогательств и серьезные меры, необходимые для борьбы с ними. Недавнее принятие законодательными собраниями штатов множества законопроектов, направленных против сексуальных домогательств, генеральные прокуроры всех штатов, выступающие за освобождение исков о сексуальных домогательствах от арбитража, принятие Конгрессом поправки Франкена, юридический фонд в размере 21 миллиона долларов, созданный, чтобы помочь жертвам позволить себе представительство, финансируемое исключительно пожертвования, признание журналом Time «Нарушителей тишины» и движение #MeToo в целом демонстрируют осознание общественностью того, насколько важно бороться с сексуальными домогательствами и какой долгий путь обществу еще предстоит пройти. 264 Кроме того, несколько крупных компаний, включая Microsoft, Uber, Lyft и несколько крупных юридических фирм, признали уникальные аспекты сексуальных домогательств и прекратили свою политику принудительного арбитража по искам о сексуальных домогательствах. 265 Все эти примеры демонстрируют осознание обществом серьезности и уникального положения, которое сексуальные домогательства занимают в обществе.

      Суды также признают уникальные элементы сексуальных домогательств. Заявления о сексуальных домогательствах «остаются [] принципиально непохожими на другие заявления о дискриминации.. . [потому что] суды признают сексуальные домогательства без сопоставимых доказательств дискриминационных намерений». 266 Для исков о дискриминации суды обычно требуют наличия умысла на дискриминацию на основании определенного признака, но для исков о дискриминации в связи с сексуальными домогательствами суды не требуют наличия умысла на дискриминацию. 267 Вместо этого суды спрашивают только, имела ли бы место дискриминация «если бы не пол». 268 Сексуальные домогательства уникальны, и суды не требуют дискриминационного намерения, потому что «основной целью Раздела VII является .. . устранить барьеры, которые действовали в пользу . . . сотрудников-мужчин над другими сотрудниками». 269 Сравнение исков о сексуальных домогательствах по Разделу VII с исками о расовой дискриминации также показывает, как суды однозначно рассматривают иски о сексуальных домогательствах по Разделу VII. В то время как суд проводит только анализ «за исключением» дискриминации по признаку пола, суд требует наличия намерения дискриминировать требования о расовой дискриминации в соответствии с Разделом VII. 270 Суды требуют только «за исключением», а не намерения дискриминации, что подчеркивает, что сексуальные домогательства отличаются от других типов претензий Раздела VII.Таким образом, иски о сексуальных домогательствах требуют особого внимания и не должны рассматриваться в арбитраже, как типичная договорная травма.

      Система уголовного правосудия в целом также признает, что преступления на сексуальной почве занимают особое место в обществе. Федеральные правила доказывания позволяют обвинению использовать доказательства прошлых сексуальных преступлений подсудимого в качестве доказательства склонности в текущем деле, в то время как Правила запрещают такое использование прошлых «плохих действий» в качестве склонности к совершению всех других преступлений. 271 Правила доказывания являются примерами того, как Верховный суд и Конгресс подтвердили, что преступления на сексуальной почве уникальны и заслуживают особого отношения. Это различие в Федеральных правилах является еще одним примером того, что суды, Конгресс и общество понимают, что сексуально мотивированное непристойное поведение занимает особое место.

      Все эти случаи являются примерами того, что закон и общество признают, что сексуальные домогательства требуют особого внимания. Вот почему Закон о прекращении принудительного арбитража по делам о сексуальных домогательствах надлежащим образом выделяет сексуальные домогательства специально для освобождения от арбитража.Верховный суд видит и одобряет особое место, которое непристойность сексуального характера играет в системе уголовного правосудия, но, по-видимому, отказывается признать это в сфере гражданского правосудия. Это несоответствие не позволяет жертвам сексуальных домогательств отстаивать свои права Раздела VII в системе гражданских судов.

      Арбитражное разбирательство не должно отличаться от исков о сексуальных домогательствах. Дела о сексуальных домогательствах «не похожи на жалобы, обычно рассматриваемые в арбитражном процессе.. . [потому что] [т] неформальность и эзотерическая культура . . . арбитраж . . . сделать его непригодным для рассмотрения серьезных обвинений, связанных с сексуальными домогательствами. . . . Претендентам на сексуальные домогательства следует избегать. . . арбитраж . . . по всем претензиям, кроме очень незначительных». 272 Все стороны общества — от общественности до правительства и судов — признают, что сексуальные домогательства заслуживают особого внимания. Сексуальные домогательства нуждаются в особом подходе к рассмотрению этих видов исков из-за их серьезного характера, а арбитраж является неподходящим и неэффективным местом для таких исков.Закон о прекращении принудительного арбитража по делам о сексуальных домогательствах надлежащим образом выделяет сексуальные домогательства из арбитражных соглашений, и поэтому Конгресс должен как можно скорее принять его в качестве закона.

C. Арбитражное разбирательство является ненадлежащим местом для рассмотрения дел о сексуальных домогательствах как вопрос государственной политики

      Государственная политика поддерживает свободу подачи исков о сексуальных домогательствах в суд, а не арбитражное соглашение, заставляющее их рассматривать в отдельной комнате. Государственная политика должна быть «явной, четко определенной и доминирующей.Это должно быть установлено со ссылкой на законы и судебные прецеденты». 273 Раздел VII защищает общественность от дискриминации по признаку пола и сексуальных домогательств, поэтому прекращение сексуальных домогательств отвечает требованиям государственной политики и представляет собой четкую государственную политику. 274 Из-за этой государственной политики против сексуальных домогательств права, разработанные для продвижения этой политики, должны защищаться и отстаиваться, а не отменяться. Арбитраж позволяет работодателям уклоняться от публичной ответственности, ослабляет установленную законом защиту и влияет на то, кто выиграет, из-за потенциального будущего бизнеса для арбитров. Иски о сексуальных домогательствах менее успешны в арбитраже, и когда они успешны, результаты выдаются за меньшую сумму, чем часто присуждают суды. 275 Эти выводы показывают, что, несмотря на заверения Верховного суда в том, что «сторона не отказывается от материальных прав, предоставляемых . . . устав; он подчиняется только . . . решение в арбитражном, а не судебном органе», 276 права на сексуальные домогательства не могут быть эффективно подтверждены через арбитраж. Верховный суд утверждает, что арбитраж не влияет на основные права, а только на выбор суда; тем не менее Суд, по-видимому, противоречит сам себе, «признавая, что выбор инстанции неизбежно влияет на объем материального права, подлежащего защите.” 277 По-видимому, в глазах Верховного суда материальные права не утрачиваются в арбитражном контексте из-за смены суда, но в других случаях изменение суда неизбежно влияет на защиту законных прав. Из-за отсутствия подотчетности, в том числе приватизации системы правосудия, несправедливых стимулов, отсутствия действительно нейтрального лица, принимающего решения, и отсутствия судебного контроля жертвы сексуальных домогательств несут большее бремя в арбитражном суде, чем в суде.

1. Отсутствие подотчетности

      В арбитражной системе отсутствует подотчетность. Поскольку система побуждает работодателей держать информацию о своих правонарушениях в тайне, публичный отчет отсутствует. Точно так же существует встроенный экономический стимул как для работодателей, так и для арбитров. Эта взаимовыгодная система не несет ответственности, поскольку арбитражная процедура часто не предоставляет практических средств правовой защиты или апелляции, если жертва сексуальных домогательств получает неблагоприятное решение.

а. Приватизация закона

      Арбитраж является частным, что означает, что арбитраж закрыт для общественности и мнения не публикуются. Эта конфиденциальность является «основным атрибутом арбитража», 278 , и, хотя он является отличительной чертой арбитража, она также позволяет работодателям избежать ответственности. Работодатели не сталкиваются с публичной информацией о том, что может происходить в их компании, и поэтому избегают внешнего давления с целью изменений. Сами арбитры также «не подотчетны широкой общественности.. . И нет законодательной арены, на которой можно было бы оспорить непопулярные тенденции принятия решений». 279 Без этой подотчетности мало что может сдержать полномочия арбитра по рассмотрению дел или сдержать токсичную корпоративную культуру. Арбитры только «подотчетны». . . частным назначающим органам», поэтому, хотя они могут применять закон, они подотчетны частным сторонам. 280 Перекладывание ответственности на арбитров приватизирует закон, правосудие и общественную подотчетность.Этот разрыв омрачает легитимность решений арбитров как прозрачных, справедливых, подотчетных и, в конечном счете, справедливых.

      Разрешение обязательных арбитражных соглашений с их способностью оградить компании от огласки и претензий, по сути, создает бесплатный страховой полис для работодателей. 281 Действительно, одно отраслевое исследование показало, что параллельно с усилением арбитражных соглашений Верховным судом использование обязательных арбитражных соглашений выросло с шестнадцати процентов до почти сорока трех процентов в период с 2012 по 2014 год. 282 Частный аспект арбитража в сочетании с обязательным арбитражем как условием трудоустройства позволяет работодателям уклоняться от публичной ответственности. Арбитражные соглашения, по сути, являются недорогими планами защиты от собственных правонарушений работодателя.

б. Стимулы для работодателей

      Работодатели также могут сохранять конфиденциальность заявлений о сексуальных домогательствах, что побуждает компании использовать арбитражные соглашения. В результате реальных изменений на рабочем месте не произойдет, поскольку работодатели редко несут реальную общественную ответственность. 283 Профессор Шмитц утверждает, что отсутствие общественной подотчетности является проблемой общественного здравоохранения, поскольку опасность повторных нарушений может нанести серьезный вред огромному количеству людей. 284 Недавнее сокрытие сексуальных домогательств, разрешенное обязательными арбитражными соглашениями в общенациональной ювелирной сети Jared and Kay Jewellers 285 и Fox News Corporation, подтверждает озабоченность повторных нарушителей из-за отсутствия публичной ответственности. 286 Шесть женщин из Fox News вышли вперед после того, как г-жаТеррор Карлсона о сексуальных домогательствах стал достоянием общественности, в то время как сотни женщин в Jared and Kay Jewellers выступили с обвинениями в сексуальных домогательствах. 287 Сколько женщин могли бы избежать ужасных сексуальных домогательств в Jared and Kay Jewellers или Fox News, если бы ранние жертвы имели доступ к государственной системе правосудия и судам? Нетрудно представить, что огласка дел не потребовала бы от этих компаний внесения изменений. Возможно, эти изменения предотвратили бы более поздние жертвы сексуальных домогательств на работе.Но этого не произошло. Обязательные арбитражные соглашения сохраняли конфиденциальность этих первоначальных требований и заставляли женщин, которые подвергались аналогичным домогательствам, страдать в одиночестве. Безусловно, попытка избежать кризисов общественного здравоохранения является вопросом государственной политики. Примеры Fox News и Jared and Kay Jewellers, где обязательные арбитражные соглашения позволили сексуальным домогательствам сохраниться и, вероятно, причинить вред большему количеству людей, чем если бы жертвы могли публично оспаривать свои иски о сексуальных домогательствах, демонстрируют риск для общественного здравоохранения, если позволить арбитражу контролировать сексуальные домогательства. претензии.

      В то время как некоторые сторонники арбитража по делам о сексуальных домогательствах утверждают, что не все женщины могут хотеть обнародовать свой опыт, эта критика пропускает решающий «обязательный» шаг. Будут ли женщины возбуждать судебный процесс по своим искам о сексуальных домогательствах, может быть их собственным выбором, но обязательный арбитраж не позволяет им даже иметь такой выбор. Если бы хотя бы одна женщина решила публично подать в суд на домогательства, имевшие место в Jared Jewellers, возможно, многим другим не пришлось бы молча страдать, но использование обязательных арбитражных соглашений не позволило ни одной из них публично сообщить о своих злоупотреблениях в систему правосудия.

г. Отсутствие нейтрального лица, принимающего решения

      Еще одна проблема, которую создают арбитражные соглашения для исков о сексуальных домогательствах и почему арбитраж является неподходящим форумом для их разрешения, заключается в том, что работодатели могут уклоняться от ответственности, сталкиваясь с действительно нейтральным лицом, принимающим решения. Проблема «повторного игрока» побуждает арбитров отдавать предпочтение стороне, которая представляет для них повторный бизнес, обычно работодателю. 288 Один арбитр откровенно признал, что проблема «повторного игрока» реальна, признав, что истцы изначально находятся в невыгодном положении, потому что «зачем арбитру обслуживать человека, которого они больше никогда не увидят?» 289 Это анекдотическое признание арбитра подтверждается эмпирическим исследованием профессора Бингхэма, показывающим, что работники проигрывают чаще, когда арбитром является тот, кого работодатель использовал ранее хотя бы один раз. 290 Этот неотъемлемый стимул отдавать предпочтение стороне, которая, скорее всего, приведет к дальнейшему развитию бизнеса, создает облако нелегитимности и неопределенности, которые ставят под сомнение, действительно ли была достигнута справедливость.

      Заявления о сексуальных домогательствах, которые рассматриваются судьей, не создают той же проблемы «повторного игрока». Одна из фундаментальных причин, по которой судебная система является отдельной ветвью власти, и почему федеральные судьи назначаются пожизненно, заключается в том, чтобы избежать даже видимости того, что судьи обязаны чему-то другому, кроме правосудия. 291 Создатели Конституции считали нейтралитет настолько жизненно важным, что лица, принимающие решения, даже не выглядели лояльными к чему-либо, кроме честности и справедливости, поэтому они создали отдельную ветвь власти и пожизненные назначения для изоляции судей. Верховный суд утверждает, что в арбитраже не теряются никакие материальные права, а только изменение места рассмотрения исков. 292 Если бы это было правдой, общество требовало бы от арбитров того же уровня подотчетности и прозрачности, что общество требует от судей, и лица, принимающие решения, не имели бы неотъемлемых преимуществ для повторных игроков.

д. Неравное игровое поле

      Это также противоречит государственной политике, когда компании могут «наклонить игровое поле в пользу корпоративных интересов и против уязвимых потребителей и сотрудников». 293 Суды принимают работодателей, заключающих для себя более выгодные арбитражные соглашения. Примеры того, как корпорации могут изменить правила игры с помощью арбитражных соглашений, включают «сокращение [ред] периода времени, разрешенного законом [,] . . . ограничение возмещения убытков или средств правовой защиты[,] .. . введение запретительных расходов или сборов [,] . . . [конкретное и неудобное] местоположение[,] . . . предполагаемый отказ от прав[,] . . . ограничение прав на обнаружение[,] . . . [и] конфиденциальность». 294 Профессор Стернлайт резюмирует эти стратегии, написав, что «существует практически бесконечное количество способов, которыми компания как сторона, составляющая проект, может попытаться использовать арбитражную оговорку, чтобы получить преимущество». 295 Цель этих различных механизмов «состоит в том, чтобы ограничить возможности .. . сотруднику подать иск и ограничить ущерб истца». 296 Способность составить соглашение в интересах одной стороны может быть отличительной чертой адвокатов, разрабатывающих договоры о сделках, но не должна быть таковой, когда речь идет о правах, охраняемых законом.

      Однако нет никакой реальной ответственности — помимо основных средств защиты контракта, таких как недобросовестные претензии, которые редко бывают успешными — считать эти арбитражные соглашения несправедливыми.В федеральном суде было бы немыслимо, чтобы ответчик диктовал, кто будет решать дело, где дело будет рассматриваться, возмещение убытков, которое им потенциально может потребоваться, или ограничения прав истца на раскрытие информации. Тем не менее, в арбитражных соглашениях о присоединении работодатель может эффективно делать все это. Склонять весы правосудия — это не правосудие. Предполагается, что правосудие слепо, но в сфере арбитража работодатели могут сфальсифицировать процесс в свою пользу, составив арбитражное соглашение с широко открытыми глазами за счет отдельного работника.Государственная политика борьбы с сексуальными домогательствами противоречит государственной политике, позволяющей работодателям создавать институционализированные неудобства, которые затрудняют подачу исков о сексуальных домогательствах.

эл. Отсутствие судебного надзора

      И последний способ, с помощью которого работодатели уклоняются от ответственности, заключается в отсутствии судебного надзора, доступного в арбитраже. Как только истец воспользуется всеми институционализированными преимуществами, которыми пользуется работодатель, пройдёт через сложную колоду правосудия и получит окончательное арбитражное решение, истец обнаружит мало возможностей для судебного пересмотра.Суды будут вмешиваться в арбитражное решение только в том случае, если арбитр продемонстрировал «явное пренебрежение» к закону, то есть арбитр знал закон и предпочел его игнорировать. 298 Верховный суд одобрил стандарт «явного игнорирования», который Десятый округ назвал «самым узким» стандартом, известным в законе. 299 Суды уже сталкиваются с таким узким стандартом отмены арбитражного решения, а поскольку арбитражные решения не публикуются и не пишутся, отсутствие заключения или протокола затрудняет рассмотрение дела судом, даже если суд рассматривает возможность отмены арбитражного решения. Отсутствие судебного пересмотра и такой узкий стандарт, согласно которому суды могут отменить решение арбитра, означает, что истец «фактически [имеет] право обращаться в суд». 300 Отсутствие какого-либо значимого судебного надзора эффективно завершает приватизацию закона, когда общественность не может привлекать работодателей к ответственности. Принуждение исков о сексуальных домогательствах к публичной сфере суда повысит подотчетность, прозрачность и справедливость — еще одна причина, по которой должен быть принят Закон о прекращении принудительного арбитража по делам о сексуальных домогательствах.

2. Неэффективная защита законных прав

     Арбитраж не обеспечивает эффективной защиты установленных законом прав, и в соответствии с государственной политикой Конгресс должен усилить защиту от сексуальных домогательств. В то время как Верховный суд имеет механизм «эффективной защиты» для защиты законных прав, судья Каган сетует на то, что суд, постановивший, что Федеральное управление гражданской авиации по существу предотвращает нарушение федерального закона, фактически уничтожил правило «эффективной защиты». 301 По сути, если федеральный закон дает право, а арбитражное соглашение приводит к другому результату, арбитраж выиграет, по существу поднимая FAA над федеральными законами защиты. 302 Для Верховного суда арбитражное соглашение не препятствует «эффективной защите» права, если соглашение прямо не отрицает это право. 303 Суд, однако, упускает момент «эффективного» оправдания. Действительно, судья Каган лаконично заключает, что Суд разрешил арбитражным соглашениям «[предотвратить] эффективную защиту федеральных законных прав». 304

      Необходимость отстаивать законные права гарантирует, что «арбитраж остается реальным, а не искусственным методом разрешения споров.. . . Без этого у компаний есть все стимулы для составления своих соглашений, чтобы добиться отказа от законных прав задним ходом». 305 Профессор Эстлунд и судья Гинзбург признают сходство между арбитражными соглашениями, препятствующими эффективной защите законных прав, и контрактами «желтой собаки» начала 1900-х годов. 306 Точно так же, как когда-то работодатели использовали контракты «желтой собаки», чтобы помешать работникам реализовать все свои законные гарантии, сегодня работодатели используют арбитражные соглашения, которые эффективно предотвращают защиту законных прав. 307

      Работодатели использовали эти контракты «желтой собаки», чтобы помешать работникам отстаивать свои права, пока Конгресс не запретил их. 308 Но судья Гинзбург прав, Верховный суд эффективно возвращает эти контракты «желтой собаки» через арбитражные соглашения. Разрешая арбитражным соглашениям охватывать законные права, такие как иски о сексуальных домогательствах по Разделу VII, Суд позволяет работодателям эффективно ослаблять законные права своих сотрудников.Неявное одобрение этих арбитражных соглашений противоречит государственной политике борьбы с сексуальными домогательствами. В соответствии с государственной политикой Суд должен укрепить эти установленные законом права, и принятие Закона о прекращении принудительного арбитража по делам о сексуальных домогательствах заставит суды поступить именно так.

      Кроме того, эмпирические исследования показывают, что арбитражные соглашения не защищают права в отношении сексуальных домогательств согласно Разделу VII. 309 Несмотря на то, что обсуждалась сложность эффективного изучения арбитражного разбирательства, поскольку оно остается окутанным тайной, имеющихся данных достаточно, чтобы понять, что истцы с исками о сексуальных домогательствах возмещают меньше в арбитражном разбирательстве, чем в судебном. 310 Самый простой показатель того, является ли место проведения или механизм действительно несущественным, — это то, насколько одно и то же требование действует в одном случае по сравнению с другим. Несколько независимых профессоров провели эмпирические исследования, изучающие этот вопрос. 311 Эти профессора изучали сексуальные домогательства и арбитражные иски в различных отраслях, в разные годы и с использованием различных данных. Хотя из-за неполноты данных может быть сложнее полагаться на отдельное исследование, при совместном рассмотрении эти исследования дают полную картину влияния арбитража на иски о сексуальных домогательствах. Все профессора пришли к выводу, что арбитраж не смог эффективно защитить законные права истцов. 312 Сравнение результатов рассмотрения аналогичных исков в двух разных инстанциях показывает, что Верховный суд ошибается. Похоже, что сотрудники отказываются от некоторых существенных прав, когда их принуждают к арбитражу. Арбитраж — это не просто изменение места рассмотрения спора; это не защищает права истца.

      «Промежуток между арбитражем и судебным разбирательством» показывает, что арбитраж не обеспечивает эффективной защиты законных прав, включая иски о сексуальных домогательствах в соответствии с Разделом VII, и ослабление этих мер защиты от сексуальных домогательств прямо противоречит государственной политике борьбы с сексуальными домогательствами.Конгресс принял Раздел VII, чтобы защитить граждан от сексуальных домогательств и установить государственную политику против распространения сексуальных домогательств. Сохранение этого «разрыва между арбитражем и судебным разбирательством» прямо противоречит этой государственной политике и противоречит тому, что Конгресс стремился сделать, принимая Раздел VII.

      В соответствии с государственной политикой Конгресс должен усилить, а не ослабить защиту от сексуальных домогательств. Это именно то, что сделал бы Закон о прекращении принудительного арбитража по делам о сексуальных домогательствах.Этот Закон освобождает споры о «дискриминации по признаку пола» 313 от обязательного арбитража и использует формулировку, которая явно отсылает к разделу VII «дискриминировать . . . потому что . . . язык секса. 314 Четкая ссылка на Раздел VII адекватно сообщает, что этот Закон освобождает от обязательного арбитража любой иск о дискриминации по Разделу VII по признаку пола. Поскольку запрет на дискриминацию по признаку пола в Разделе VII принят и понят, присоединение формулировок «дискриминации по признаку пола» Закона об прекращении принудительного арбитража по делам о сексуальных домогательствах к запрету в Разделе VII на дискриминацию «из-за .. . секс» ценен, поскольку стороны не будут тратить время или деньги на судебные разбирательства по поводу значения и действия новых терминов, если в этот Закон будут внесены существенные поправки. Принятие Закона о прекращении принудительного арбитража по делам о сексуальных домогательствах в его нынешнем виде 315 немедленно начнет защищать жертв и станет правильным первым шагом к борьбе с широко распространенной проблемой сексуальных домогательств, предоставив жертвам возможность подать в суд на виновных и компании, которые предоставляют им возможность, в открытом суде. . Закон об отмене принудительного арбитража по делам о сексуальных домогательствах укрепит государственную политику против сексуальных домогательств и немедленно поможет жертвам.

IV. Заключение

      Закон об отмене принудительного арбитража по делам о сексуальных домогательствах усилит меры защиты от сексуальных домогательств. Этот закон освободит иски о сексуальных домогательствах от обязательных арбитражных соглашений. 316 У истцов будет возможность подать иск о сексуальных домогательствах в общественном месте — в суде, который сможет эффективно защитить их законные права. Арбитраж может быть уместным для договорных споров, но не подходит для исков о сексуальных домогательствах, потому что арбитраж не обеспечивает действенного подтверждения законных прав жертв сексуальных домогательств.В Законе о прекращении принудительного арбитража по делам о сексуальных домогательствах сексуальные домогательства должным образом выделяются из-за того уникального места, которое преступления на сексуальной почве занимают в обществе и законе. Суды, Конгресс, система уголовного правосудия и общество в целом признают уникальную природу сексуальных домогательств, и, таким образом, выделение этих претензий является правильным первым шагом для защиты и защиты этих законных прав. Прекращение обязательного арбитража по этим искам также защитит будущих жертв сексуальных домогательств.Нетрудно представить, что могло бы быть по-другому в Fox News и Jared and Kay Jewellers, если бы эти первые жертвы смогли заявить о себе. Представьте, если бы у них была возможность обнародовать свой опыт, скольким последующим жертвам, возможно, не пришлось бы терпеть продолжающуюся культуру сексуальных домогательств в этих двух компаниях.

      Арбитраж не является подходящим местом для рассмотрения этих исков о сексуальных домогательствах. Отсутствие подотчетности, прозрачности и справедливости проявляется как в отдельных признаниях тех, кто работает в арбитражной системе, так и в эмпирических исследованиях.Верховный суд утверждает, что истцы не теряют никаких материальных прав в арбитраже, а вместо этого просто меняют место рассмотрения претензий. Если бы это было правдой, то не следовало бы ожидать существенной разницы в (1) суммах вознаграждения, (2) выиграют или проиграют истцы и (3) могут ли работодатели-ответчики изменить правила игры. Однако все это происходит в арбитраже.

      Верховный суд, похоже, не обеспокоен этим расхождением, придерживаясь рефрена о том, что Конгресс намеревался FAA поднять арбитражные соглашения до того же уровня, что и контракты, подлежащие исполнению.В этом примечании утверждается, что суд ошибочно истолковал FAA, потому что составители не могли понять, что они одобряют арбитраж в отношении охраняемых законом прав, и, вероятно, не согласились бы с этим, поскольку составители ясно дали понять, что истцы не потеряли своего права на судебное разбирательство и оправдание в судах. Даже если целью создателей FAA было охватить все споры о законных правах на работу, современные Конгрессы выразили противоположное намерение, которое Верховный суд проигнорировал и запретил себе и другим судам даже рассматривать.Конгресс прямо одобрил решение Суда в деле Alexander , в котором говорилось, что арбитражные соглашения не могут распространяться исключительно на требования Раздела VII, и утверждалось, что истцы не отказывались от своего права на судебное разбирательство в отношении прав Раздела VII, когда Конгресс принял Закон о гражданских правах 1991 года. Подробнее недавно Конгресс принял поправку Франкена, которая однозначно отклонила арбитраж по искам о сексуальных домогательствах для оборонных подрядчиков. Тем не менее, Верховный суд придерживается своей мантры о том, что арбитражные соглашения почти всегда подлежат исполнению, даже если он отменяет другие федеральные законы.Единственный способ прояснить ситуацию для суда — принять Закон об прекращении принудительного арбитража по делам о сексуальных домогательствах, внести поправки в Федеральное управление гражданской авиации и исключить иски о сексуальных домогательствах из сферы действия арбитражных соглашений.

      Верховный суд также ошибается в том, что изменение суда с судебного разбирательства на арбитраж не повлияет на материальные права, поскольку Суд признает, что выбор суда оказывает большое влияние на материальные права в других областях. Кроме того, Верховный суд ошибочно полагает, что намерение создателей FAA поставить арбитраж на один уровень с контрактами и их намерение ограничить арбитраж договорными спорами не могут сосуществовать.Прямое законодательство – единственный способ избавить Верховный суд от ошибок и исправить его арбитражную практику.

      Конгресс должен принять Закон об прекращении принудительного арбитража по делам о сексуальных домогательствах, поскольку защита прав в отношении сексуальных домогательств согласно Разделу VII является вопросом государственной политики как можно более энергично. Движение #MeToo показало, насколько широко распространена проблема сексуальных домогательств в этой стране, особенно на рабочем месте, и насколько еще предстоит продвинуться обществу, чтобы искоренить сексуальные домогательства. Принятие Закона о прекращении принудительного арбитража по делам о сексуальных домогательствах поможет этой стране продвинуться еще на один шаг к цели искоренения сексуальных домогательств.

%PDF-1.4 % 186 0 объект > эндообъект внешняя ссылка 186 69 0000000016 00000 н 0000002794 00000 н 0000002874 00000 н 0000002915 00000 н 0000002970 00000 н 0000003071 00000 н 0000003320 00000 н 0000003347 00000 н 0000003468 00000 н 0000003663 00000 н 0000004227 00000 н 0000004665 00000 н 0000004803 00000 н 0000005251 00000 н 0000005384 00000 н 0000005522 00000 н 0000005559 00000 н 0000006077 00000 н 0000006220 00000 н 0000006364 00000 н 0000006497 00000 н 0000006860 00000 н 0000007527 00000 н 0000007988 00000 н 0000008568 00000 н 0000009154 00000 н 0000009704 00000 н 0000010353 00000 н 0000010961 00000 н 0000011474 00000 н 0000011563 00000 н 0000011912 00000 н 0000012138 00000 н 0000012220 00000 н 0000033528 00000 н 0000033742 00000 н 0000034282 00000 н 0000056115 00000 н 0000056197 00000 н 0000069992 00000 н 0000070211 00000 н 0000070659 00000 н 0000070799 00000 н 0000070881 00000 н 0000089720 00000 н 0000089941 00000 н 00000 00000 н 00000 00000 н 00000

00000 н 0000096096 00000 н 0000096321 00000 н 0000096584 00000 н 0000096666 00000 н 0000096748 00000 н 0000111732 00000 н 0000111948 00000 н 0000112279 00000 н 0000112419 00000 н 0000112501 00000 н 0000124670 00000 н 0000124891 00000 н 0000125219 00000 н 0000127886 00000 н 0000127967 00000 н 0000137206 00000 н 0000137427 00000 н 0000137742 00000 н 0000138169 00000 н 0000001676 00000 н трейлер ]/предыдущая 246672>> startxref 0 %%EOF 254 0 объект >поток hb«`b«1A؀, 2؀RD4&*04501#Am9L3X)H0na8`[email protected]`Ɨ-,75|ƂH. ϗWhdKѴdA&r ` W>N hڸ 3]#HȚ_QprK;S \˄;IIɋT r:w

Арбитраж против судебного разбирательства: выбор имеет значение | Мичиганская юридическая фирма – адвокаты

В условия почти всех ваших контрактов включен пункт о разрешении споров. Хотя его часто считают «еще одним неважным шаблонным условием», от которого у вас затуманиваются глаза, это гораздо важнее, чем вы думаете. Требует ли ваш контракт с вашими клиентами (и, конечно же, с вашими поставщиками) разрешения всех споров в арбитраже (и на каких условиях), это может существенно повлиять на общий исход вашего спора.Вот почему важно учитывать как преимущества, так и недостатки арбитража по сравнению с традиционными судебными разбирательствами при заключении договоров поставки. Некоторые из ключевых факторов, которые следует учитывать, включают следующее.

Время завершения:

Одним из часто рекламируемых преимуществ арбитража является то, что он приводит к вынесению окончательного решения быстрее и эффективнее, чем судебное разбирательство. Хотя иногда это верно, это не всегда так.Насколько быстро будет завершено арбитражное разбирательство, зависит от ряда факторов, в том числе от агентства и его арбитражных правил, сложности дела, поведения другой стороны и арбитра.

Некоторые арбитражные агентства устанавливают сжатые сроки для завершения арбитражного разбирательства, иногда всего за шесть месяцев с момента начала разбирательства. Другие, однако, не будут навязывать какие-либо конкретные сроки и позволят растянуть дело на срок более года.Это делает время арбитража аналогичным времени традиционного судебного разбирательства, за исключением, конечно, значительного времени, которое процесс апелляции (который обычно не применяется в арбитраже) может потенциально увеличить судебный процесс.

В некоторых ситуациях из-за несколько иных интересов и мотивов арбитров и судей, как обсуждается ниже, судебное разбирательство в судебной системе может оказаться более быстрым и эффективным, чем арбитраж.

Стоимость:

Арбитраж обычно предполагает ограниченное раскрытие информации (т. е. опросы, показания и т.п.), с помощью которых каждая сторона получает информацию и документы от другой стороны, имеющие отношение к спору, что делает его более упорядоченным, чем судебное разбирательство, и считается более рентабельным, чем судебное разбирательство в судебной системе, где расходы на свободное раскрытие информации может быть огромным. Конечно, отсутствие надежного доказательства может быть существенным недостатком арбитража, поскольку стороны могут оказаться вслепую во время слушания.

И хотя существует потенциальная экономия средств в отношении раскрытия информации, важно помнить, что, в отличие от судебного разбирательства, арбитраж часто требует значительных регистрационных и предварительных административных сборов — обычно в тысячах или десятках тысяч — в самом начале, а также значительных ежедневных или почасовая оплата за время арбитра (или арбитров ).Таким образом, для вопросов, которые решаются на раннем этапе, арбитраж из-за его первоначальных затрат может оказаться гораздо более дорогостоящим, чем традиционное судебное разбирательство.

Кроме того, как обсуждается ниже, арбитраж иногда может занять больше времени и может быть дороже, чем судебный процесс, из-за различных движущих факторов арбитров и судей.

Лицо, принимающее решения:

Судья и арбитр принимают решения по-разному, что может изменить ход спора.Это может повлиять на сроки и общие расходы, связанные с работой над решением. При выборе между судебным разбирательством и арбитражем важно учитывать эти факторы.

Стороны обычно выбирают арбитра вместе или вносят существенный вклад в его назначение по своему делу. На самом деле, некоторые арбитражные соглашения включают точную квалификацию арбитров, чтобы обеспечить определенный уровень опыта и знаний. У арбитра может быть не только больше опыта в конкретной области, но и больше времени, чем у судьи, который может жонглировать гражданским, уголовным и семейным правом.Возможно, больший опыт и время, которое вы посвятите своему делу, должны привести к лучшему и более эффективному результату.

Однако это не всегда так. Поскольку большинство арбитров знают, что их решения, как правило, являются окончательными и обязательными, они, как правило, предоставляют сторонам больше свободы действий в отношении изменения своих требований и аргументов. до проведения окончательного арбитражного слушания (аналогично судебному разбирательству). Судьи, с другой стороны, обычно более склонны принимать такие решения и отклонять иски как можно скорее.В конце концов, колебания арбитра могут привести к тому, что стороны будут ждать дольше и тратят гораздо больше, чтобы получить решение.

Кроме того, в то время как большинство арбитров мотивированы достижением правильного результата, многие из тех, кому платят по часам или дням, имеют финансовую заинтересованность в продолжении работы над арбитражем и, в частности, в том, чтобы арбитражное разбирательство дошло до конца. заключительное слушание, на котором зарабатывается основная часть гонораров арбитра. Это может поставить их собственные интересы выше интересов сторон в достижении эффективного решения.

Конечно, существует также вопрос о том, кто в конечном итоге выступает в роли установщика фактов. В арбитраже арбитр не только заслушивает и решает вопросы и аргументы, поднятые сторонами до окончательного слушания, но также выступает в качестве лица, принимающего окончательное решение на последнем слушании. В судебном процессе, за исключением определенных обстоятельств, стороны, как правило, могут заслушать и принять решение присяжных, если они того пожелают. Суд присяжных может быть существенным преимуществом по сравнению с арбитражем, когда изложение стороной своего дела является более «дружественным для присяжных», поскольку оно понятно, апеллирует к эмоциям или понятиям фундаментальной справедливости.Если вопросы в деле сложные или технические, суд присяжных может быть неправильным вариантом. Таким образом, стороны должны попытаться заранее понять типы требований, которые могут возникнуть в их конкретной ситуации — те, которые они могут предъявить, и те, которые могут быть предъявлены против них, — при рассмотрении вопроса о том, соглашаться ли на арбитражную оговорку.

Процедуры:

Арбитраж – гораздо менее формальный процесс, чем традиционное судебное разбирательство.Мало того, что физическая обстановка арбитража (чаще всего конференц-зал) менее формальна, чем судебный процесс, таковы и применимые процедуры. В судебном процессе судьи ограничены правилами доказывания и, конечно же, прецедентом, основанным на предыдущих делах. Это помогает гарантировать, что судьи не подменяют своим мнением о том, что справедливо и справедливо, то, что разрешено или требуется законом, и способствует относительно последовательным (и предсказуемым) результатам аналогичных вопросов. Но это также может означать, что иногда релевантная и доказательная информация исключается из рассмотрения лицом, устанавливающим факты (т.е. судья или присяжные).

На арбитров не распространяются те же ограничения, что и на судей, а это означает, что арбитры не обязаны следовать прецеденту или исключать доказательства. Скорее, арбитры обладают значительной свободой действий в отношении того, какие доказательства могут быть представлены, и, таким образом, могут учитывать ключевую информацию, которая не может быть принята в суде. Они также могут по своему усмотрению принимать решения, не будучи связанными прецедентом, если они считают приемлемым другой исход.

Однако эти преимущества могут быть и недостатками. Неофициальные арбитражные процедуры и в значительной степени неконтролируемое усмотрение арбитра могут привести не только к увеличению времени и затрат, как обсуждалось выше, но также могут помешать сторонам оценить вероятный исход их дела.

Завершение:

В судебном процессе получение решения после вердикта присяжных или решения судьи не обязательно является концом вашего пути.Любая или обе стороны могут обжаловать решение суда первой инстанции или присяжных. Конечно, если вы проиграете решение суда первой инстанции или вердикт присяжных, то возможность подать апелляцию и добиваться другого результата является большим облегчением. Но, если вы довольны результатом на уровне суда первой инстанции, возможность того, что другая сторона может подать апелляцию, означает не только потенциально другой результат для вас, но и гораздо больше времени и затрат, поскольку рассмотрение дела может занять годы. свой путь через апелляционный процесс.

Однако арбитраж — это совсем другое. После вынесения арбитражные решения обычно являются окончательными и обязательными. Хотя арбитражное решение может быть оспорено в суде, решение будет отменено только в крайне редких и ограниченных обстоятельствах, например, когда решение было получено обманным путем или когда арбитр превысил свои полномочия. В подавляющем большинстве случаев суды приведут в исполнение арбитражные решения, даже если арбитр допустил серьезную юридическую ошибку.Таким образом, хотя арбитраж может предложить абсолютное решение после того, как арбитр вынесет свое решение, ему не хватает важной процедурной проверки усмотрения лица, принимающего решение, и исхода спора, который обеспечивает процесс апелляции.

Конфиденциальность:

В отличие от судебного разбирательства, арбитражное разбирательство закрыто для общественности, и поскольку арбитраж проводится по соглашению сторон, стороны могут и часто соглашаются сохранять конфиденциальность всего арбитража и всей связанной с ним информации и документов. Таким образом, в арбитраже стороны могут смягчить потенциальное негативное влияние, которое раскрытие информации о неблагоприятном исходе могло бы оказать на затронутую сторону.

С другой стороны, судебные разбирательства, как правило, не могут быть конфиденциальными для общественности и часто включают требующие много времени процедуры для обеспечения того, чтобы конфиденциальная информация и документы, относящиеся к спору сторон, были доступны суду, но не широкой общественности.

Учитывая, что споры в автомобильной цепочке поставок часто касаются строго закрытой и конфиденциальной информации и, что, возможно, более важно, могут иметь огромные последствия, если станут известны всей отрасли, конфиденциальность, предлагаемая арбитражем, является важным соображением, о котором следует помнить.

Правильный выбор:

Как видите, и у арбитража, и у судебного разбирательства есть свои плюсы и минусы. Предпочтение зависит от рассматриваемых деловых отношений, типа спора, который может возникнуть (или уже возник), и, что наиболее важно, от проблем, приоритетов и целей вашей компании. Прежде чем просто перейти к пункту о разрешении споров, проконсультируйтесь со своими юристами, чтобы определить правильный выбор для вас.

Международные эксперты по арбитражу обсуждают влияние COVID-19 на арбитраж в 2020 году и далее

Статья с комментариями, перепечатанная из майского выпуска Mealey’s International Arbitration Report за 2020 год.Copyright 2020, LexisNexis. Все права защищены. Перепечатано здесь с разрешения. Этот комментарий был обновлен 23 июня 2020 г. и теперь включает дополнительный ответ.

В отчете Мили о международном арбитраже недавно были опрошены эксперты и лидеры отрасли, что они думают о том, какое влияние новый коронавирус окажет на международный арбитраж. Мы хотели бы поблагодарить следующих людям за то, что поделились своими мыслями по этому важному вопросу:

  • Сара Рейнольдс, партнер, Mayer Brown, Чикаго
  • Чарли Лайтфут, сопредседатель практики международного арбитража и управляющий партнер, Jenner & Block, London
  • Джерри Рот, партнер, Munger, Tolles & Olson LLP, Сан-Франциско
  • Рауль Манон, партнер, Squire Patton Boggs (US) LLP, Майами
  • Лука Мисетич, партнер, Squire Patton Boggs (US) LLP, Нью-Йорк
  • Лиза Уссьер, директор, McKool Smith, Хьюстон
  • Энди Муди, партнер, Baker & McKenzie LLP, Лондон
  • Ричард Молсворт, старший юрист, Baker & McKenzie LLP, Лондон
  • Ариф Али, партнер, Dechert, Washington, D. С.
  • Кимберли Тейлор, старший вице-президент, главный юридический и операционный директор, JAMS, Ирвин, Калифорния
  • Альберт Бейтс-младший, партнер, Pepper Hamilton LLP, Питтсбург
  • Дэвид Ли, партнер, Appleby, Большой Кайман

Mealey’s: Какое влияние, по вашему мнению, окажет новый коронавирус на международный арбитраж?

Рейнольдс: Жизнь, какой мы ее знали, изменилась с глобальной вспышкой COVID-19.Некоторые изменения временные. Заказы на укрытие на месте будут сняты, и экономика в конечном итоге снова откроется. Но некоторые изменения переживут текущая пандемия.

Как и следовало ожидать, COVID-19 приостановил практику, когда очные слушания по доказыванию с участием арбитров, адвокатов и свидетелей со всего мира были нормой. Только не долго. После нескольких недель скремблирования, многие вопросы были восстановлены и запущены, полагаясь на дистанционные технологии для продолжения слушаний. Давняя зависимость от этих технологий для процедурных конференций позволила международным арбитражам погрузиться в глубь окончание полностью дистанционного разбирательства. Этим разбирательствам способствовало обнародование многочисленных руководств о том, как эффективно использовать такие технологии и передовой опыт для обеспечения процессуальной справедливости. См., например, https://svamc.org/technologyresources-for-arbitration-and-mediation-practitioners/ для сборника таких руководств.

Учитывая коллективно растущий уровень комфорта и наличие руководств по принятию передовых практик, более широкое использование удаленных технологий в международных арбитражах, вероятно, сохранится. Экономия средств для клиентов и удобство для арбитров, адвокатов и свидетелей вызвало интерес к более широкому внедрению удаленных технологий еще до COVID-19. Но приведение в исполнение рискует получить арбитражное решение, вынесенное полностью дистанционным разбирательством, сдерживающим фактор расширения использования удаленных технологий в окончательных слушаниях по доказыванию, может быть навсегда уменьшен вирусом. Национальные суды, как правило, не применяли удаленные технологии ни в какой форме, и эти суды владеют важная задача исполнения арбитражных решений. Опасения заключались в том, что такие суды сочтут дистанционные слушания по доказыванию категорически несправедливыми с процессуальной точки зрения. Но COVID-19 оказал здесь выравнивающий эффект. Отечественные суды, как большинство из нас были вынуждены использовать удаленные технологии, чтобы поддерживать работу своих счетов во время этого кризиса.

Лайтфут: Пандемия коронавируса представляет собой беспрецедентную глобальную проблему для всех форм разрешения споров, включая международный арбитраж.Но кризис — это еще и возможность ускорить технологический процесс. инновации, уже используемые в арбитраже. В более широком смысле последствия коронавируса неизбежно приведут к росту числа международных арбитражей не только из-за возможности возникновения спорных ситуаций в результате пандемии. но потому, что, поскольку некоторые государственные судебные процессы останавливаются, международные арбитражи могут и будут продолжаться.

Запреты на поездки повлияли на международные арбитражные разбирательства, учитывая местонахождение сторон и их адвокатов.Просмотр печатных документов, получение свидетельских показаний и личное общение любого рода — все это более сложно. сейчас. Но широкое использование информационных технологий дает реальное преимущество перед традиционным судебным разбирательством. Виртуальные слушания уже стали обычным явлением для процессуальных вопросов, и свидетели часто дают показания по телефону или по видеосвязи. Арбитражные учреждения также быстро приняли меры, чтобы свести к минимуму сбои: например, ICC оцифровала запросы на арбитраж, LCIA создала виртуальную платформу для подачи заявлений, стороны, регулируемые правилами ICSID, рекомендуется подавать заявления в электронном виде, и многие арбитражные органы опубликовали руководство по онлайн-слушаниям. Проблемы, конечно, остаются — технологические сбои, разница во времени, проблемы виртуального перекрестного допроса, и т. д. — но гибкость международного арбитража делает его особенно удобным для адаптации к новым нормам.

В более широком смысле влияние коронавируса, несомненно, приведет к увеличению числа международных арбитражей во всех секторах бизнеса, не в последнюю очередь в страховании. Будут претензии, вытекающие из государственных мер по борьбе с пандемией, форс-мажорными обстоятельствами претензии, претензии MAC и споры в цепочке поставок.Многие строительные и производственные проекты были сорваны, отложены или отменены, а глобальные транспортные сети серьезно пострадали. Крах нефти и сырьевых товаров цены дестабилизировали энергетические рынки, что приведет к спорам, в том числе по поводу ценовых ожиданий. Путешествия и туризм по существу прекратились, что нанесло ущерб авиационной отрасли. Масштабы экономического спада по-прежнему можно увидеть, но она уже глубокая, и споры, несомненно, будут возникать из-за механизмов финансирования, создавать проблемные ситуации и влиять на финансовые учреждения.

Международный арбитраж с присущей ему гибкостью будет играть важную роль в борьбе с последствиями коронавируса в ближайшие месяцы и годы.

Roth: Много было написано о влиянии COVID-19 на международный арбитраж, обычно подчеркивая гибкость процесса. И это точно. Арбитражные учреждения и отдельные арбитры возможность корректировать сроки, предоставляя дополнительное время и отсрочки, когда это необходимо, а также проводить предварительные слушания и даже слушания в режиме онлайн.Все это требует технических возможностей, но адвокаты, их фирмы и арбитры показали себя на вызов. Слушания представляют наибольшие трудности, учитывая, насколько сложно может быть проведение перекрестного допроса по видео; использовать документы, физические экспонаты и диаграммы; и разрешить сторонам и их консультировать возможность консультироваться в частном порядке. Но опыт показывает, что там, где есть воля, есть и способ — и при наличии терпения можно справиться даже с изнурительным крестом и сложными визуальными эффектами.

Откровенно говоря, вызов для арбитража возникает, когда НЕТ воли — и под этим я подразумеваю, когда одна из сторон решает использовать эти чрезвычайные обстоятельства в своих интересах. Например, у обвиняемых больше возможностей воспрепятствовать и затягивать разбирательство, сопротивляясь простым решениям, настаивая на личных показаниях, ссылаясь на трудности со своевременным получением свидетельских показаний или документов. Некоторые из этих возражений справедливы — для некоторых это может оказаться трудным. свидетели для удаленного присутствия или поиска каких-либо документов, когда сотрудников нет на месте, но часто они носят тактический характер.У некоторых сторон могут быть законные причины настаивать на проведении личного слушания, даже если такие слушания отсутствуют. планируются в данный момент, но другие могут усмотреть в возможности опираться на свои права как способ отсрочить нежелательный результат или получить другое стратегическое преимущество. Аспекты этих подходов можно считать хорошим консультированием, другие аспекты, как умение вести игру, но независимо от их характеристики, арбитры вынуждены принимать решения по вопросам справедливости и целесообразности, когда стороны не могут или не хотят прийти к соглашению сами.Все, что сказал, Гибкость арбитража в отношении судебных разбирательств только усиливается в свете коронавируса.

Настоящим вызовом может стать решение юридических вопросов, поднятых вирусом, от толкования положений о форс-мажоре до трудовых обязательств и последствий неизбежных банкротств. Миру международного арбитража нужны чтобы показать, что он может разработать последовательный подход к одним и тем же вопросам, возникающим в тысячах арбитражных соглашений по всему миру. Обеспечить некоторое чувство последовательности и справедливости во многих случаях нелегко. когда слушания проводятся конфиденциально, а прецедент является направляющей, но не контролирующей силой, и когда нет апелляции в вышестоящую инстанцию. Но я ставлю на то, что это сарафанное радио среди юристов, арбитров и клиентов; обмен информации, даже если она неполная; и публичные судебные разбирательства по исполнению или обжалованию решений приведут к принятию достаточно последовательной совокупности решений, чтобы обеспечить необходимую определенность — или то, что французы называют «безопасным». juridique» или правовая безопасность — чтобы успокоить воду и защитить верховенство закона.

Манон и Мизетич: Пандемия COVID-19 потенциально может внести кардинальные изменения в международный арбитраж, ускорив некоторые тенденции, которые уже развивались. Хотя государства, несомненно, обязаны действовать в интересах своего народа в ответ на COVID-19 мы ожидаем значительного увеличения споров между инвесторами и государством, связанных как с краткосрочными, так и с долгосрочными мерами государства. Эти дела станут проверкой предела государственной власти в обстоятельствах такого не было с момента создания нынешней системы урегулирования споров между инвесторами и государством (ISDS).Учитывая поток новых случаев и влияние пандемии на национальную экономику, вполне вероятно, что государства и критики УСИГ система найдет точки соприкосновения для проведения фундаментальных реформ, когда-то считавшихся радикальными. Одним из примеров являются недавние призывы авторитетных аналитических центров ввести мораторий на все новые претензии инвесторов к государству, даже если они не связаны между собой. к COVID-19; « постоянное ограничение» «в отношении требований инвесторов к государству, связанных с государственными мерами, «направленными на здравоохранение, экономические и социальные аспекты» пандемии COVID-19; и отзыв согласия государствами в соответствии с положениями УСИГ, содержащимися в существующих инвестиционных договорах.

С положительной стороны, пандемия также принесет долгожданные изменения: снижение затрат и оптимизация процесса. Поскольку социальное дистанцирование становится «новой нормой», пользователи международного арбитража ищут способы рационализации процесса, проведение виртуальных слушаний и иной переход от когда-то бумажного и личного процесса к онлайн-платформам. Хотя, без сомнения, будут проблемы и уроки, которые нужно усвоить, дни давно прошли. когда все слушания были в личном присутствии.Практически каждое крупное арбитражное учреждение ввело в действие протоколы о проведении виртуальных слушаний в международном арбитраже. С виртуальными слушаниями происходит значительное снижение затрат (например, как расходы на место проведения слушания, транспортные расходы и расходы на всю логистику и материалы, необходимые для слушания) и продолжительность разбирательства (виртуальные слушания устраняют иногда невыполнимую задачу поиска общих дат на котором стороны, их адвокаты и трибунал могут присутствовать в одном месте).

Houssiere: Международный арбитраж долгое время был предпочтительным методом для опытных сторон для разрешения трансграничных споров, потому что, среди прочего, он по своей природе гибкий, а арбитражные решения намного легче исполнить во всем мире, чем решения национальных судов. Возможно, более чем когда-либо преимущества международного арбитража очевидны, поскольку арбитражные учреждения работают удаленно, и многие арбитражные суды просили что стороны выбирают либо отсрочку слушания по существу, либо организацию проведения слушания по существу посредством видеоконференции.Конечно, одним из выводов из пандемии COVID-19 является то, что арбитражное разбирательство не обязательно должно происходить лично, что может стать стимулом для проведения будущих слушаний в виртуальном формате, особенно в отношении менее важных и менее сложных споров.

Кроме того, пандемия COVID-19, несомненно, спровоцирует лавину трансграничных споров в странах с крупными финансовыми рынками, связанных с нарушением международных цепочек поставок, расторжением контрактов и прекращением строительные проекты, чтобы назвать несколько. Рост арбитражных разбирательств может занять некоторое время, чтобы материализоваться в следующем году, учитывая, что компании в основном сосредоточены на поддержании операций и избегании дальнейшего финансового напряжения. чем отвлечение ресурсов на разрешение споров. Экономические последствия, с которыми столкнутся многие компании в результате пандемии, окажут сопутствующее влияние на приведение в исполнение арбитражных решений. Исполнение арбитражных решений в отношении многонациональным компаниям будет сложно ориентироваться в постпандемической среде, потому что, если должник по присуждению не соглашается выполнить постановление суда о выплате компенсации, кредиторам по присуждению присуждения придется принять решение о возбуждении дела о признании и принудительном наложении ареста на имущество должника по арбитражному решению для удовлетворения арбитражного решения.Такое исполнительное производство может затянуться, учитывая накопившуюся задолженность по делам в национальных судах. суды в обозримом будущем. Что еще более важно, у многих должников по присужденным решениям будет меньше активов для взыскания, если они вообще будут, в результате экономического кризиса и рыночной нестабильности. Некоторые должники по присуждению могут попытаться уклониться от выполнения своих обязательств путем отчуждении или ином растрачивании своих активов, что может предоставить тайным должникам по присужденным премиям возможность причинить вред.

Пандемия COVID-19 подчеркивает необходимость активной глобальной стратегии правоприменения, включая потенциальное наложение ареста на активы до вынесения арбитражного решения для защиты кредиторов и окончательного взыскания активов. Международные арбитражные практики и арбитры, безусловно, столкнутся с проблемами после пандемии как в ближайшем будущем, так и в будущем, но у них будет множество возможностей и извлеченных уроков. для арбитражного сообщества. Оглядываясь назад, можно сказать, что пандемия, вероятно, станет переломным моментом, поскольку адвокаты, стороны и арбитражные учреждения призваны находить творческие и эффективные решения при проведении международного арбитража. случаи. Уроки, извлеченные из этих решений, покажут, как будет решаться поток трансграничных споров после пандемии.

Moody and Molesworth : В краткосрочной перспективе коронавирус, вероятно, приведет к всплеску споров в отраслях, где международный арбитраж особенно распространен: морские перевозки и страхование являются двумя примерами, и споры в энергетическом секторе также, вероятно, усилятся, учитывая идеальный шторм с падением цен на нефть.Поставщики товаров столкнутся с особыми проблемами, поскольку цепочки поставок замедляются или полностью останавливаются, что почти неизбежно приведут к ложным претензиям о возмещении ущерба со стороны других участников цепочки поставок. Также уже возникают споры между страхователями и их страховщиками по поводу ответственности за убытки, связанные с COVID-19. Большое количество этих споров скорее всего будут арбитражными.

Как и при любом серьезном экономическом кризисе, мы ожидаем увеличения количества споров в целом по мере того, как стороны приспосабливаются к последствиям кризиса.Мы считаем вероятным, что из-за неопределенности, закрытия судов и задержек, больше сторон выберет арбитраж; это вне государственной бюрократии. Арбитраж по своей природе является гибким, и основные арбитражные учреждения остаются открытыми и хорошо адаптируются. Вероятно, будет сокращено количество международных поездок и процедурная гибкость арбитража хорошо подходит для удовлетворения необходимости преодоления физического расстояния. Видеоконференцсвязь уже много лет широко используется в арбитраже, и институциональные правила часто прямо наделяют трибуналы право проводить слушания удаленно — например, статья 19. 2 Правил LCIA. Крупные арбитражные учреждения также опубликовали рекомендации, чтобы обеспечить эффективное и надлежащее рассмотрение дел: в частности, Руководство ICC и Сеульский протокол KCAB по видеоконференциям. Мы ожидаем, что эта гибкость повысит относительную привлекательность арбитража по сравнению с национальными судами, поскольку стороны будут размышлять о способность различных форумов по разрешению споров адаптироваться к быстрым изменениям обстоятельств.

Али: Изменение вызвано как обстоятельствами, так и выбором. По иронии судьбы обстоятельства экономических, социальных и политических потрясений, неизбежно возникающих в результате пандемии COVID-19, предоставляют уникальную возможность для международный арбитраж, чтобы перезагрузить, реформировать и переделать себя.

Пользователи международного арбитража в течение некоторого времени заигрывали с использованием технологических инструментов для снижения затрат и повышения эффективности разрешения международных споров. Несмотря на некоторый прогресс, решения были лишены воображения и ограничены. Режим самоизоляции, меры по самоизоляции и социальному дистанцированию, а также ограничения на международные поездки создали новую динамику в использовании видеоконференций, обмена документами, кибербезопасности и других технологий, а также сделали более удобным процессуальное использование этих инструментов арбитрами и адвокатами. Это будет продолжаться по мере распространения новых процедурных передовых практик, а арбитражные учреждения реагируют на рыночные обстоятельства, изменяя правила и руководящие принципы для виртуальных слушания.

Новая парадигма пандемии, вероятно, приведет к росту числа международных коммерческих судов, большему вниманию к многостороннему договору о признании и приведении в исполнение гражданских судебных решений, а также к возрождению посредничества для облегчения более быстрое и дешевое разрешение споров. Реструктуризация глобальных цепочек поставок и фрагментация глобализации увеличат скорость принятия более региональных корпоративных и коммерческих решений, что, в свою очередь, приведет к к более локальному разрешению споров.На арбитражный рынок выйдут новые адвокаты, региональные арбитражные институты станут более актуальными, появятся новые центры слушаний, расширится и диверсифицируется пул арбитров.

Пандемия повлияет на потоки иностранных инвестиций из-за надвигающегося мирового экономического кризиса и повышения политических рисков. Хотя арбитражные споры между инвесторами и государством, возникающие в связи с предпандемическими обстоятельствами, могут не утихнуть, маловероятно, что произойдет всплеск арбитражных разбирательств между инвесторами и государством, связанных с пандемией, поскольку инвесторы могут опасаться потенциального усиления арбитражного уважения к мерам государственного регулирования, последствий глобального экономического спада для возмещения убытков. расчеты, а также негативное общественное восприятие, связанное с судебными исками против тех, кто борется за охрану общественного здоровья и безопасности.

Финансовый кризис 2008 года привел к значительному росту финансирования международных арбитражей третьими сторонами. Финансовые трудности, с которыми предприятия столкнутся в результате пандемии, скорее всего, приведут к росту такого финансирования, как хоккейная клюшка. а также при покупке и продаже претензий. До сих пор самые известные спонсоры получали капитал из стран с развитой рыночной экономикой и базировались в них. Но мы, вероятно, увидим новых участников из Китая, Ближнего Востока и Восточная Европа, где богатые наличными инвесторы пришли к пониманию того, что доходы от возмещения урегулирований споров могут быть такими же многообещающими, как и от других форм инвестирования в проблемные активы.

Тейлор: COVID-19 вызвал сбои и неопределенность во всем мире, и будут различные политические, экономические, социальные и экологические последствия, которые, несомненно, повлияют на международный арбитраж в годы вперед. COVID-19 уже вызвал сбои в цепочках поставок и добавит дополнительную напряженность в договорные отношения, что, вероятно, приведет к увеличению числа дел в международном арбитраже в краткосрочной и среднесрочной перспективе. перемена.Арбитрам, вероятно, будет сложнее выбирать «победителей» и «проигравших» в невыполнении контрактов, связанных с COVID, и, вероятно, посредничество будет расширяться. быть включены, поскольку стороны признают необходимость гибких результатов.

Поскольку суды по всему миру будут бороться со своими задолженностями, арбитраж и другие формы альтернативного разрешения споров окажутся бесценными, и поскольку стороны продвигаются вперед в использовании технологий, трудно представить, что люди будут регулярно летать большими группами по всему миру на слушания, которые они испытали на лучших альтернативах, таких как слушания в режиме видеоконференции.Адвокаты по международному арбитражу приспособятся к защите интересов удаленно, на экране и представлению доказательств в электронном формате.

Bates: A. Как повлияет вспышка COVID-19 на незавершенные международные арбитражные разбирательства?

Для тех сторон, которые находятся в разгаре международного арбитражного разбирательства, ниже приведены возможные последствия ограничений на поездки, приказов оставаться дома и других ограничений, наложенных вспышкой COVID-19:

  • Po stponements — Наиболее очевидным влиянием вспышки COVID-19 на незавершенные строительные споры является то, что многие очные слушания были отложены.Это относится не только к слушаниям, запланированным на время проведения государственных и местных ограничения остаются в силе, но также и для слушаний, запланированных через несколько месяцев.
  • Удаленные арбитражные слушания — Арбитражные учреждения и многие арбитры призывают стороны сохранять даты слушаний с помощью дистанционных/виртуальных слушаний. Арбитражные учреждения и другие арбитражи группы также разработали протоколы, руководящие принципы, типовые процессуальные приказы и другую полезную информацию, облегчающую дистанционное проведение слушаний.Однако многие юристы и их клиенты неохотно принимают виртуальные слушания вместо личных слушаний. Я ожидаю, что концепция виртуальных слушаний со временем получит более широкое признание в международном арбитражном сообществе. Кроме того, учитывая ограничения на поездки и другие ограничения, я также ожидаю увидеть заметное увеличение удаленного присутствия свидетелей в режиме реального времени во время личных слушаний по представлению доказательств.
  • Более широкое использование посредничества и повышенные расчетные ставки — В условиях COVID-19 краткосрочные потребности в денежных потоках, по-видимому, приобретают все больший приоритет как с точки зрения сохранения денежных средств, так и с точки зрения минимизации расходы, включая судебные издержки. Следовательно, наблюдается очевидный рост дистанционных медиаций и других форм упрощенного производства по урегулированию, а также заметное увеличение скорости урегулирования споров.

B. Как вспышка COVID-19 повлияет на международные арбитражные разбирательства, которые будут поданы в ближайшее время?

  • Переполненные календари арбитров — Когда вспышка COVID-19 утихнет, арбитры ожидают увеличения числа новых дел в результате воздействия пандемии COVID-19 на проекты, которые находились в стадии реализации во время действий правительства, а также проекты, которые были отложены или отменены из-за экономических последствий пандемии.Кроме того, многие арбитражные разбирательства, которые планировалось провести в 2020 году, были перенесены на 2021. В результате доступность арбитра может стать серьезной проблемой после постепенного возвращения к новым нормам после пандемии. Таким образом, разумно ожидать, что арбитражное разбирательство будет возбуждено в ближайшем будущем рассмотрение дела может занять больше времени, чем в противном случае.
  • Более широкое использование виртуальных слушаний — Несмотря на то, что трудно предсказать уровень или степень приемлемости, разумно ожидать, что использование виртуальных слушаний (или частей слушаний, проводимых виртуально) расширяться по мере того, как арбитры, стороны и адвокаты знакомятся с дистанционными видеотехнологиями для международных арбитражных слушаний и принимают их.
  • Сторонние и другие альтернативные механизмы финансирования — Учитывая, что краткосрочные потребности в денежных потоках приобретают все больший приоритет как с точки зрения сохранения ликвидности, так и минимизации расходов, разумно ожидать более широкого использования сторонних или других альтернативных механизмов финансирования важных международных арбитражных дел.

Lee: Пандемия COVID-19 и ограничения для борьбы с ней неизбежно уже оказали некоторое влияние на текущие арбитражные разбирательства, и трибуналы и суды должны действовать определенным образом. который учитывает текущую ситуацию.Со временем, несомненно, возникнет значительный объем арбитражных разбирательств по вопросам, вызванным и/или не затронутым пандемией. Однако одним из первых направлений Практика, в которой будет ощутимо существенное воздействие пандемии, — это правоприменение. В дополнение к ограничению возможности должников по присуждению ненадлежащим образом использовать текущую ситуацию, практикующим специалистам уже необходимо ориентироваться в изменившейся среде правоприменения — должники по присужденным решениям, которые ранее располагали достаточным количеством доступных активов, которые можно было легко привлечь к исполнению, теперь могут иметь меньше активов.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты:
<a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>