МКОУ "СОШ с. Псыншоко"

МКОУ "СОШ с. Псыншоко"

Добро пожаловать на наш сайт!

Православие семья: Семья – это таинство рая — Общие дети, г. Воронеж

Читать онлайн «Православная семья» – ЛитРес

Составитель Наташа Квасова

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero.ru

***

Брак – чудо на земле. В мире, где все и всё идет вразброд, брак – место, где два человека, благодаря тому, что они друг друга полюбили, становятся едиными, место, где рознь кончается, где начинается осуществление единой жизни. И в этом самое большое чудо человеческих отношений: двое вдруг делаются одной личностью, два лица вдруг, потому что они полюбили и приняли друг друга до конца, совершенно, оказываются чем-то большим, чем двоица, чем просто два человека, – оказываются единством.

(Митрополит Антоний Сурожский)
***

От сердца произойдут добрые дела, когда будет доброе сердце, а без доброго сердца добрых дел не может быть, как и из гнилого источника не может не течь гнилая вода. Исправь сердце и волю твою, – и будешь добр, будешь истинный христианин, будешь новое творение. Всякий от воли и сердца добр или зол. Когда сердце и воля добры, то и человек добр; когда сердце и воля злы, то и человек зол.

(свят. Тихон Задонский)
***

Мы должны бороться со злом в своём сердце. Наиболее частое зло, которое нас посещает, это раздражение. В повседневной жизни нас раздражают все: начиная от голубей, которые гадят на подоконник, и до самых близких людей – родственников. А особенно нас раздражают старики (потому что брюзжат, ворчат, плохо слышат, упрямятся) и маленькие дети (потому что им надо сто раз повторить, чтобы они что запомнили, чему-то научились, а они ещё не слушаются с первого раза). Совсем не раздражаться у нас наверняка не получится, для этого в душе должна уже поселиться благодать Божия. А вот не показывать своё раздражение, сдерживать его, погашать его молитвой – это в наших силах, если захотеть. И мы должны это делать потому, что Богу угодно, чтобы люди не раздражались друг на друга, а любили.

(Архимандрит Борис (Долженко)
***

Молитва приносит радость, ибо это есть общение с Богом. Не будем копить в себе горечь обиды на ближнего, не станем вмешиваться в чужие дела. Ничто не должно нас отвлекать в нашей жизни. И не будем бояться. Не будем беспокоиться. Не будем страдать. Даже когда с вами поступают несправедливо, по страсти, не беспокойтесь, не хлопочите. Ваше счастье, удача не пропадает от этого, потому что мы ждём её не от людей, но от Бога.

(Схиархимандрит Эмилиан (Вафидис)
***

Только любовь даёт мудрость, только любовь даёт прозорливость, только любовь даёт прощение. Любящий получает способность смотреть на другого из него самого. Нас отделяет друг от друга стена себялюбия, своезаботливости, своекорыстия. Наш взор затемняет пристрастность нашего суждения и видения, мы всегда, думая и о другом, имеем в виду себя, чувствуем себя, но не его. Надо почувствовать его самого, и тогда откроются очи наши. И опытом любви даётся этот опыт мудрости, ведения другого, близкого своего, друга своего.

(Протоиерей Сергий Булгаков)
***

Мужчина – это воин, охотник и добытчик. А женщина является хранительницей мирного очага. Она всегда более сострадательна, чем мужчина, и всегда может помочь нуждающимся больше, чем мужчина. Она создана для того, чтобы родить ребенка, отдать ему свою любовь и научить его любить. Первая задача женщины – сделать свою семью источником любви. Мужчина должен приходить из страшного воинствующего мира и оттаивать в семье, там он должен согреваться любовью. Вот самое главное служение женщины, и переоценить это служение невозможно! Женщина должна являться светом, который умиряет, лечит раны, делает этот мир добрее.

(Епископ Пантелеимон (Шатов)

Бесплатный фрагмент закончился. Хотите читать дальше?

Со стороны у нас была образцово-показательная православная семья

Просмотры: 14 857

Повторяем текст 2019 года.

Текст из проекта «исповедь анонимной матушки».

***

Я бывшая матушка. Бывшая уже около пяти лет. Если спросить о моем отношении к религии, отвечу, что на данный момент я скорее агностик с уклоном в атеизм. Моя история потери веры в бога пересекается с историей потери веры в бывшего мужа и потери любви к нему.

Не могу утверждать, что будь у нас все хорошо, я бы оставалась верующей, но разочарование в нем, как в священнике, как в человеке, существенно подтолкнуло меня к размышлениям о православии и религии. Скорее всего, многие верующие скажут, что один священник не показатель и не надо судить о православии по одному человеку, да и по многим другим верующим, ведь главное в христианстве — это Христос и Его учение. Они будут правы и не правы одновременно, потому как в моем случае все это только явилось толчком к более глубокому анализу религии и веры как таковой.

Воцерковление 24/7

Родилась и выросла я в обычной советской семье, в которой из религиозного воспитания были только яйца и куличи на Пасху. В детстве и ранней юности не особо задумывалась о боге, но склонялась к тому, что все же бог есть, даже иногда пыталась молиться своими словами.

Все резко изменилось после окончания школы. Моя мама вдруг решила, что неплохо бы мне поступить в духовное училище. В то время православие было на подъеме, и мама им увлеклась, стала посещать службы, читать молитвы. Меня это практически никак не касалось, и в училище я не хотела, хоть и была тихая домашняя девочка, очень стеснительная и скромная, довольно строго воспитанная. Свободное время в основном посвящала чтению и общению с парой таких же тихих подружек. Мое вялое сопротивление было довольно легко сломлено доводами моей несколько деспотичной мамы. Тем более, что при посещении училище мне понравилось: приветливые воспитанницы и абитуриентки, с которыми я за несколько дней проживания успела сдружиться, с которыми я не чувствовала себя белой вороной, как это бывало в школе. Я послушалась маму и осталась.

С этого момента началось мое активное воцерковление в режиме 24/7.

Кто учился в семинариях и духовных училищах, знают, как там все устроено: молитвы, службы, посты, послушания и еще раз послушания. Хоть и было трудно, но о том времени вспоминаю тепло. Да, теперь я понимаю, что мне тогда активно промывали мозги, что было совсем не трудно с моим наивным 17-летним разумом. Я очень быстро впитала в себя все, чему меня учили, и приняла это без особых размышлений, просто поверила и стала жить так, как меня учили.

Я стала неофиткой, хотя могу признаться, что даже в тот момент не было у меня такого высокого горения к богу, чтобы желать уйти в монастырь. Я мечтала о христианской семье, о муже и детях, в общем, обычные такие мечты православной девушки. Конечно же я усердно молилась о даровании мне оного, и просимое не заставило себя долго ждать.

Замуж за галантного семинариста

В соседнем населенном пункте была семинария, и семинаристы частенько женились на девушках из нашего училища. Идеальная партия — матушка-регент или преподаватель закона божьего. Вот и я приглянулась одному из семинаристов, и он стал активно за мной ухаживать — очень галантно и красиво. Сравнивая его с обычными мирскими парнями, я не могла нарадоваться — не курит, не пьет, не ругается матом, хочет создать крепкую православную семью. До него я вообще никогда и ни с кем не встречалась, вскружил он мне голову быстро, тем более что-что, а красиво говорить он умел. Я воспылала к нему просто какой-то патологической любовью, ведь он первый, кто обратил на меня внимание. Я не могла поверить, что такой парень выбрал меня, ничем не примечательную серую мышь (за никакую самооценку отдельное спасибо маме, как говорится, многие наши проблемы родом из детства).

Встречались мы недолго, чуть больше года, да и то встречи были довольно редки и непродолжительны по времени. Как я теперь понимаю, узнать человека при таком формате общения практически невозможно, да и не принято было встречаться как-то иначе — чревато соблазном и грехом. После окончания семинарии он сделал мне предложение, и мы поженились.

Довольно скоро его рукоположили. Я горела желанием быть примерной матушкой, служить мужу и богу. Имея от природы довольно покладистый и спокойный характер, я довольно неплохо первое время с этим справлялась. Вслед за мужем я поехала в деревню. Начало семейной жизни было довольно радужным, я закрывала глаза на все чаще проявляющиеся по поводу и без гневные вспышки мужа, на его хамское и неуважительное ко мне отношение. Он довольно быстро остывал и всегда просил прощения, а я всегда прощала.

Деньги и власть священника

Вскоре нас перевели в город, он стал настоятелем прихода, появились деньги. Не могу сказать, что именно они его испортили, предпосылки были изначально, но теперь он получил власть над людьми. Все чаще мне становилось стыдно за его поступки и слова, за его отношение к простым людям. Хотя на публике он старался показать себя с максимально положительной стороны, и прихожане его любили. Он был довольно деятелен первое время; я не могу сказать, что изначально он был неискренен, думаю, он сам верил в то, что говорил с амвона, но все чаще его слова стали расходиться с делом, он постепенно деградировал как священник, как человек.

Деньги он тратил большей частью на себя и свои удовольствия. Это тоже началось не сразу, сначала по чуть-чуть, потом все больше. Например, он считал ниже своего достоинства проехать на общественном транспорте, ездил исключительно на такси, мог спустить месячную пенсию какой-нибудь старушки за ужин в ресторане — поесть он любил, и в этом себе не отказывал от слова «совсем», потому и набрал 50 кг лишнего веса за 3 года.

Я тоже волей-неволей пользовалась этими деньгами, ведь за них покупалась мебель в дом, машина и т. д. Если я считала, что мы должны жить скромно, то батюшка, наоборот, придерживался политики, что у него должно быть все самое дорогое и лучшее, ведь он священник, а «священство выше царства».

Наши отношения так же медленно, но верно деградировали. Рождение ребенка этот процесс, наверное, только ускорило. Муж быстро понял, что теперь я с ребенком никуда от него не денусь, что я от него зависима, и теперь можно расслабиться и вести себя как угодно.

Насилие, проклятия, разврат в образцовой православной семье

О помощи по дому и с ребенком я уже даже не заикалась. Он ни разу не вышел погулять с коляской: сначала потому, что коляска была не новая и «фу, я с такой не пойду на люди позориться», а потом просто «не пойду и все, сама все сделаешь», а просьба посидеть с ребенком — хотя бы пока я помоюсь в ванне, — оканчивалась потоком брани и проклятий в мой адрес, если я находилась там больше 15 минут.

Когда ребенку исполнился год, я поступила заочно в университет (на время сессий ребенок отправлялся к бабушке), а еще через год вышла на работу. Муж был резко против, он считал, что мое предназначение сидеть дома и ему прислуживать, но я отстояла это свое право, чему теперь несказанно рада. Ведь это помогло мне социализироваться и не бояться людей, я перестала материально зависеть от мужа, что тоже немаловажно, ведь он попрекал меня, что я сижу у него на шее и он меня содержит. Но первые годы после декрета, когда ребенок болел простудами, в мой адрес летели проклятия и обвинения, что я плохая мать, что из-за меня умрет ребенок и т. п.

А со стороны у нас была образцово-показательная православная семья, в нашем доме часто были гости, в основном заграничные и высокопоставленные. Понятное дело, готовка и уборка после застолий были на мне, да и сами мы частенько ходили по гостям, батюшка любил быть в центре внимания. Но на самом деле это был всего лишь фасад, а за забором все шло к упадку. Если в первые годы брака батюшка старался придерживаться поста, то со временем он полностью перестал поститься, молитвы уже давно не вычитывались ни утром, ни вечером, его вера приобрела некую весьма удобную для него форму «я верю, но не совсем так, как принято в православии».

Его вспышки гнева случались все чаще, и порой они напоминали припадки психически нездорового человека, от чего я находилась в постоянном стрессе и напряжении. Мне не хотелось с работы идти домой, меня там ждала гора немытой посуды, беспорядок в доме и вечно злой и недовольный всем муж. По сути я все больше погружалась в затяжную депрессию, в которой мне уже никак не помогали ни вера в бога, ни попытки осознать его промысл в этой ситуации и смириться. Мое разочарование в муже к тому моменту было полным, и мысль, что я должна буду провести с ним всю жизнь, угнетала.

Имея от природы довольно высокое либидо, муж с первого дня нашей совместной жизни не ограничивал себя в супружеской близости, ни праздники, ни посты он не соблюдал в этом плане в принципе, и с годами воздержаннее не стал, даже наоборот. О моем желании не спрашивалось, я не могла отказать в близости, он просто не давал мне спать, пока я не сделаю то, что он хочет. Были и насилие, и унижение. Я сама довольно темпераментна, и поначалу близость приносила мне удовольствие. Но со временем, когда чувства охладели, во многом благодаря его ко мне отношению, я перестала хотеть с ним близости. Плюс еще усталость, я одна справлялась с маленьким ребенком, большим домом и постоянными гостями, и еще работала с 8 до 5.

А муж, имея много свободного времени, которое он не нашел как с пользой потратить, подсел на просмотр порно, и его фантазии становились все изощреннее. Не буду вдаваться в подробности, но скажу, что именно это послужило последней каплей, переполнившей чашу моего терпения. То, что я не смогла ни принять, ни простить.

Развращаясь все больше, он стал подозревать меня в изменах, его ревность стала выходить за рамки разумного. Я не могла без него никуда пойти или поехать, даже к маме, везде он видел моих «любовников», на работу я вышла тоже, «только чтобы искать любовников», все соцсети и переписки контролировались и перечитывались, телефон проверялся. Мне запрещалось кому-либо рассказывать о его неблаговидных поступках. Один раз, когда он узнал, что я поделилась этим с лучшей подругой, он схватил нож, сначала угрожал мне, а потом порезал мою дубленку. Угрожать ножом, душить или таскать меня за волосы стало регулярной практикой. Наносить более тяжкие телесные повреждения он не решался, опасался огласки.

Когда священник на приходе один, а дома другой

Приход наш был довольно хороший, это был второй храм в городе, мой муж был его первым настоятелем после долгого перерыва, храм много лет стоял закрытый. С энтузиазмом мы принялись его возрождать и ремонтировать, собрали довольно большую и дружную общину, во многом благодаря харизме мужа (его проповеди с умилением вспоминают до сих пор). Старый священник, который служил в другом храме города, имел репутацию человека, любящего выпить, подебоширить и погулять — конечно, на этом фоне мой муж очень выигрывал. Плюс он был образован и начитан (магистр богословия), а тот — обычный священник без какого-либо духовного образования. Выбор прихожан, как говорится, был очевиден.

Муж очень любил и просто жаждал власти, и тут она у него появилась. Если сначала он не злоупотреблял ею, то потом даже самые преданные прихожане стали замечать, что батюшка деспотичен. Он мог накричать на пономаря, отчитать как школьниц пожилых певчих, нахамить людям, пытался приказывать и командовать людьми в своих личных нуждах. Больше всего меня расстраивало его лицемерие: на людях он говорил одно, а в стенах дома вел себя противоположным образом, с амвона говорил о посте, а сам ехал домой и требовал курицу на обед, говорил о любви к ближнему, а сам издевался над женой.

В последние годы нашего брака я старалась уйти с проповеди, мне было просто стыдно перед людьми, стыдно, что я тоже принимаю участие в этом обмане, стыдно, что пользуюсь их деньгами, хотя сама работала и зарабатывала. Все финансы прихода полностью находились в руках мужа, и он тратил их по своему усмотрению. Мы жили не скажу, что богато, но довольно зажиточно, я не считала деньги от зарплаты до зарплаты, продукты (мясо, яйца, закатки, овощи, фрукты, спиртное, сладости) жертвовали прихожане, я порой просто раздавала их по друзьям и родным, чтобы не испортились. Многие вопросы решались по блату и без очереди, муж водил дружбу с власть имущими.

С архиереем тоже были хорошие отношения, даже, я бы сказала, теплые, поэтому козни благочинного не достигали результата. В целом жизнь моего мужа на приходе была сыта и спокойна. Он спал до обеда, служил несколько раз на неделе, в основном в субботу-воскресенье, плюс 1-3 погребения в неделю, все остальное время был свободен.

Как ревностные неофитки становятся атеистками

В первые годы неофитства, я, как, наверное, и большинство, смотрела на православие сквозь розовые очки, батюшки казались сплошь праведными и безгрешными, православное учение и православный образ жизни единственно верными.

Я старалась добросовестно все исполнять — службы, молитвы, посты, никакой косметики, платки и длинная юбка. Не могу сказать, что я была идеалом неофитки, я не читала «Лествицу» и не стремилась к аскетизму первых монашествующих, я даже в монастырь не хотела. Но мне нравились службы, нравилось молиться, хотя и не по расписанию, как нас заставляли в училище.

Но со временем, после пары лет брака, радость стала уходить из моей жизни, все больше было чувства вины, что я не так живу, как требуется по Писанию, что грехов меньше не становится, а даже наоборот. Молиться все больше в тягость, я не чувствую в этом даже потребности, искренняя молитва была все реже, службы не доставляли радости, исповедь превратилась в тягостную обязаловку, только чтобы причаститься, да и в самом причастии уже не чувствовала нужды — но как матушка я должна была причащаться.

Посты вызвали проблемы с желудком. После недели-другой поста у меня обострялся гастрит, приходилось практически постоянно пить антациды, а они, как оказалось, вымывают кальций. В 25 лет случайно узнала, что у меня истончены кости, еще немного и начнется остеопороз. С постами я завязала, хотя на людях делала вид, что пощусь. Тем более, что к тому времени я уже не видела особого смысла в этих бесконечных ограничениях.

Стала читать различную атеистическую и научную литературу: сначала, чтобы просто узнать мнение «из другого лагеря». И я нашла там ответы на многие мучавшие меня вопросы. В итоге я стала атеисткой, конечно, не за один день, на это ушло пару лет. Мое положение матушки стало очень меня тяготить, меня мучила совесть, что я обманываю людей, изображая из себя верующую. Я искала предлоги, чтобы реже появляться в церкви, меньше беседовать на религиозные темы, я была такой матушкой, которую на приходе практически не видно и не слышно.

Лет 7 из 10 лет брака я мечтала о разводе

Сначала даже мысль о том, что я могу развестись, не укладывалась у меня в голове по многим причинам. Первая — «священники не разводятся», «раз Господь нас соединил браком, то я должна смиряться, это мой крест»; вторая — при упоминании о разводе муж свирепел, угрожал облить меня кислотой, говорил, что отберет у меня ребенка, сделает так, что даже родители от меня отвернутся, заберет у меня все имущество и жилье (единственное, что он выполнил), или совершит самоубийство (один раз даже инсценировал его).

Я свято верила, что все друзья и даже родители от меня отвернутся. Все поверят ему, он же священник, он не может врать, я же никогда на него не жаловалась и не выносила сор из избы — мне было стыдно, даже мама моя думала, что у меня все хорошо. С уходом веры из моей жизни я стала понимать, что только я сама могу что-то изменить. От бесполезных молитв я перешла к действиям, и, как только представилась возможность, я сбежала от мужа к родителям в свой родной город.

Развод был долгим и тяжелым. Сначала муж пытался вернуть меня подарками и мольбами о прощении, обещаниями поменяться. Потом, когда понял, что я не передумаю по-хорошему, пытался очернить меня перед родителями, задавить безденежьем, лишил меня жилья, не платил алименты, пока я через суд их не стребовала.

Как ни странно, многие наши общие знакомые и прихожане не перестали со мной общаться, а некоторые даже заняли мою сторону. Муж перевелся на другой приход, в большой город-миллионник, где ведет довольно свободный для священника образ жизни, имеет связи сразу с несколькими женщинами, чем не забывает мне периодически хвастаться. Материально у него все так же хорошо, он приобрел себе еще одну квартиру, поднимается по карьерной лестнице. И развод никак этому не помешал.

Вера в бога — это приятный самообман

Я же начала новую жизнь, кардинально все изменив. Работаю на обычной светской работе, занимаюсь спортом. За годы после развода в церкви была один раз на Пасху, и то по просьбе мамы. В религии не вижу больше ничего сакрального и спасительного, ни в православии, ни в какой-либо другой.

Я видела Церковь изнутри больше 12 лет, и люди там ничуть не лучше, чем в миру, и зачастую даже хуже. Про богатые столы, дорогие машины, конвертики и жадных епископов не буду рассказывать, все это тоже видела своими глазами. Религиозное общество в массе своей больно, куча психических и психологических расстройств, с которыми предлагается бороться только молитвой и постом, ну и смирением. Рецепт на все случаи жизни.

Допускаю, что возможно что-то там есть, но это что-то скорее всего никак в нашу жизнь не вмешивается, а просто наблюдает со стороны, как энтомолог за муравейником. Да, нам, как взрослым детям, гораздо комфортнее и легче жить с мыслью, что есть бог, отец небесный, который нас любит и, если что, поможет и спасет, и мы не одиноки, наше существование имеет смысл, но как по мне — это приятный самообман, утешение в трудную минуту.

Иллюстрация: картина Оскара Рабина

Читайте также:

Если вам нравится наша работа — поддержите нас:

Карта Сбербанка: 4276 1600 2495 4340 (Плужников Алексей Юрьевич)


Или с помощью этой формы, вписав любую сумму:

Семья — мир, задуманный Богом

Как хочется в начале семейной жизни, чтобы все складывалось, как в сказках, и о своем браке можно было бы сказать: «Жили они долго и счастливо». Но получается так, к сожалению, далеко не всегда, а вернее сказать — довольно редко. Неужели современные люди совсем разучились хранить любовь? Почему два прежде любивших друг друга человека оказываются перед фактом развода? Ответ на вопрос, какими же должны быть отношения супругов для того, чтобы брак был долгим и счастливым, мы искали вместе с настоятелем храма в честь Преображения Господня в селе Пристанное, преподавателем и духовником Саратовской Православной Духовной семинарии, отцом пятерых детей протоиереем Владимиром Пархоменко.

У каждого своя роль

— Отец Владимир, что можно сказать о наиболее распространенных сегодня недугах семьи? Чего не хватает в отношениях современных супругов?

— Конечно, сложностей и проблем много. Но если выделять что-то главное, то в глаза бросается, в первую очередь, отсутствие понимания важности такого принципа в построении брака, как единоначалие. Брак, как мы знаем, задуман Богом таким образом, что муж в нем является главой, о чем очень хорошо говорит апостол Павел. Но происходит нарушение этого принципа через грех, который присущ всем нам, через непослушание. В современной семье жены не оказывают послушания мужьям. Живем в век эмансипации, и христианская модель брака воспринимается как противоречащая культу свободы. Но ведь в послушании самое важное — что мы отказываемся от проявления своей воли не просто потому, что так надо, а во имя любви, ради того, чтобы исполнить волю ближнего. Возьмем как пример условную тупиковую ситуацию — бытовой спор, в котором муж настаивает на своем, а жена, как это часто бывает, на своем. И такая ситуация может привести только к конфликту. Так вот в христианской семье все же жена, осознавая, что первейшая степень ответственности за семью перед Богом лежит на муже, в данной ситуации должна уступить.

Конечно, и мужчины порой безответственно относятся к браку, что связано с отношением к браку в обществе. И совсем не значит, что мужа-самодура нужно всегда слушаться, он имеет право эксплуатировать свое положение главы семьи и превращаться в деспота, не учитывая волю своих домашних. Но в христианской традиции все эти неизбежные сложности супружеской жизни преодолимы. Достаточно вспомнить прекрасный образ брака, данный апостолом Павлом. Как мы помним, он сравнивает союз мужа и жены с союзом Христа и Церкви. Удивительно мудро апостол говорит, что принцип отношения мужа и жены в семье — это образ отношений Христа и Церкви. Христос так любит Церковь, что отдал за нее себя, свою жизнь — и это образ любви мужа к жене. Любовь должна царствовать в семье, и тогда все сразу оказывается на своих местах. Жена пусть повинуется мужу, но обязательно по любви. Церковь почему повинуется Христу? Потому что любит его. Это основной принцип, из которого вырастает вся семейная жизнь.

Мне еще в годы службы на флоте попался в руки журнал «Смена». Там была перепечатка статьи из шведской газеты, в которой говорилось, что мужчины начинают пить тогда, когда жены перестают их слушать.

— Когда в семье царствует любовь, то тогда действительно все оказывается на своих местах, но всем приходилось слышать, как люди жалуются, что любовь прошла, и что тогда делать?

— К сожалению, сейчас уходит понимание того, что за любовь надо бороться. Путь христианской жизни — это борьба за любовь к Богу и ближним, которую пытается похитить диавол. Поэтому и бывает, что приходят к священнику молодые люди, которые прожили вместе всего три месяца и говорят: «А мы разлюбили друг друга». И разговаривая с ними, понимаешь, что люди совершенно лишены понимания, как нужно любовь хранить, и что такое любовь — не всегда представляют. Христианин должен любовь рассматривать не как проявление чувственного рефлекса, а как добродетель, без которой жизнь человека становится бессмысленной. Любовь — это для нас прежде всего состояние духа, образ бытия души, к которому мы должны стремиться, и которому мешает грех. Любовь действительно нужно уметь хранить, и за нее нужно бороться.

Люди венчаются и не всегда знают, что благодать, полученную в таинстве, нужно беречь, и одно из средств сохранения благодати — молитва. Супруги должны каждый день молиться: «Господи благодарю тебя, что ты дал мне такого супруга (или супругу), благослови меня дожить с ним (или с ней) ней до конца дней моих». Без этой молитвы благодать очень тяжело сохранить. И борьба с грехом непрестанно должна присутствовать. Люди очень часто изменяют друг другу на уровне мыслей, чувств. Господь не случайно про всех нас сказал: о, род неверный и развращенный! (Мф. 17, 17). Но христианин обязательно должен каяться, без этого с грехом бороться невозможно. И хотя культуры покаяния у нас, к сожалению, нет, но нужно покаянию учиться. Конечно, бывают случаи очень сильной страстной привязанности супругов друг к другу, и она спасает семью от распада, но это не панацея от всех бед. В браке обязательно должна присутствовать духовная составляющая.

Конфликт — семье не помеха

— Как бы не складывалась семейная жизнь, избежать конфликтов между супругами вряд ли получится. Как нужно относиться к ссорам в семье? Ведь часто люди очень расстраиваются и переживают от самого факта наличия ссор.

— Понимаете, у нас есть некое искусственное отношение к браку: если брак счастливый, то, значит, там все проблемы решаются мирно и тихо. Но так в реальной жизни не бывает. Есть уникальная народная мудрость, например: «Ругаясь бранись, а за стол садись». А апостол Павел говорит, что ссора и вражда даже не должны называться так. Для христианина, если хотите, ссоры и конфликты — это вершина, видимая часть айсберга, а под этим всегда должна быть настоящая любовь. И если люди любят друг друга по-настоящему, они никогда из ссор трагедий делать не будут. В конце концов, всегда можно остановиться, если конфликт зашел далеко, попросить друг у друга прощения, исповедаться и жить дальше обычной жизнью. В семью диавол будет постоянно пытаться проникнуть и разрушить ее. Но если христиане понимают семейную жизнь духовно, они довольно спокойно это переживают.

Примирение — необходимое условие семейной жизни. Более того, без конфликтов невозможен духовный рост. Как ребенок учится ходить? Шаг — упал, шаг — опять упал. Отрицательный результат — это тоже результат. Падение должно учить твердо стоять на ногах. На ранней стадии брака конфликты всегда есть. Мы все люди гордые, со своими проблемами, и конфликты, конечно, неизбежно возникают. Но любовь должна все побеждать, поэтому нужно всегда мириться и помнить, что ничего страшного в самом факте наличия конфликтов нет.

Вы наверняка замечали, что известные люди в интервью часто говорят о том, что их родители жили душа в душу, без единого скандала. Но заметьте, что так говорят только дети. И я из своего опыта знаю, что погашенный в семье конфликт в сознании ребенка не запечатлевается. Если родители поссорились, но потом они при детях помирились, то дети не фиксируют в своем сознании эту ссору и даже не запоминают ее. Вспомним снова народную мудрость: «Милые бранятся — только тешатся». Дети страдают от нерешенных родителями конфликтов. Часто на исповеди родители говорят: «Мы ссоримся при детях». И я отвечаю: «Ну, тогда при детях же и миритесь, чтобы они видели, что конфликт исчерпан».

Радости брака

— Вот мы говорим с Вами о необходимости послушания в семье, о том, что брак — это труд, и за любовь надо бороться, о неизбежности конфликтов… Может сложиться впечатление, что в христианском браке нет места радости. А как на самом деле?

— Ветхий завет представляет брак примером высшей радости для человека в мирской жизни. Потому что, действительно, брачная любовь человека окрыляет, дарит ему ощущение полноты бытия. И если человек лишен ее, он часто места себе не находит, пребывает в состоянии, когда весь мир ему предстает в серых тонах, потому что способность к брачной любви вложена в саму природу человека.

Кстати, на примере брака построено одно из доказательств бытия Божия. С точки зрения биологии брак в принципе невозможен, ведь либидо должно толкать мужчину на гораздо большее количество связей. Но когда человек любит, он мыслит свой союз как единственный, вечный и нерасторжимый. Брачная любовь действительно дарит человеку блаженство здесь на земле, и этому масса примеров. Не случайно молодые люди интуитивно ощущают на уровне своих юношеских и девичьих переживаний, что брачная любовь может дать человеку блаженство, подлинный мир, радость, возможность совершенно по-новому осмыслить жизнь. И сколько потом горя и трагедий, если мечты и предощущения рушатся… Это о чем говорит? Богом вложено в человека понимание того, какой должна быть любовь между супругами, и к этому идеалу надо стремиться. Более того, брачная любовь должна быть основанием для воспитания детей. Сегодня даже современные христиане вступают в брак, а тот факт, что они станут отцом и матерью для них — некая далекая перспектива. Хотя на самом деле это должна быть первейшая перспектива, они собственно для этого и должны и вступать в брак, но понимания такого у молодых супругов часто нет.

То есть мужчина и женщина, решившие вступить в брак, должны понимать, что роли супругов и родителей неотделимы друг от друга?

— Да, это так. У нас в брак вступают чаще всего молодые люди и думают: «Мы полюбили друг друга и хотим жить вместе как супруги, а рождение детей можем отложить на неопределенный срок». Такой подход характерен только для современных людей, раньше, если люди заключали брак, то морально они уже были готовы к рождению детей. А сейчас даже в христианской среде не редкость мнение — брак отдельно, а дети отдельно. Это очень серьезный негативный штамп, который подогревается современной культурой. У нас сейчас культивируется европейский брак, в котором супруги — «равноправные партнеры». А с точки зрения христианства союз мужчины и женщины — не по-человечески партнерский, а освященный Самим Богом. Муж и жена создают особенный, Богом задуманный мир отношений, в котором должны рождаться и расти дети. И люди должны трудиться для того, чтобы стать талантливыми родителями, что мы тоже сегодня наблюдаем довольно редко. Ребенок целыми днями не видит маму, которая возвращается только вечером, и уже с детства формируется неверный образ матери. Конечно, девочка будет свою жизнь потом строить, сообразуясь с тем, что она видела в родительской семье. У нас сейчас в обществе женщину возвеличивают за то, что, она, например, талантлива в своей профессии, и это прекрасно. Но почему мы забываем о тех талантах, самых главных и самых важных, которые должны проявиться в семье? Если женщине ее профессиональный талант мешает быть хорошей мамой, то давайте зададимся вопросом: «А хорошо ли это?». И вопрос этот фундаментальный на самом деле. Хотя нам и говорят: «Ах, вы хотите женщину запереть дома». Но давайте спросим женщин, что им на самом деле больше нравится?

Конечно, каждая семья уникальна, и никаких шаблонов, навязываемых всем, быть не может. Церковь говорит об идеале, отход от которого ничего хорошего за собой не влечет. Я общаюсь с детьми, и очень многие из них страдают из-за того, что родители пренебрегли своей семьей как союзом, задуманным Богом. Например, детишки реально страдают, если нет братика или сестренки, а мама может вообще и не задумываться об этом.

— Но современные люди часто стеснены различными бытовыми проблемами и обстоятельствами.

— Понимаю, что читатель может меня упрекнуть и сказать: «Вы еще вспомните, как все было в XVII веке…». Конечно, в современных условиях женщина часто не может не работать. Но есть разные взгляды на проблему: можно принять стереотип, навязываемый обществом, а можно с ним бороться. Понятно, что мы мир не переделаем, но почему бы не попробовать вернуть традиционные нормы семейной жизни, по крайней мере, в нашу, христианскую среду? Люди, выбравшие путь следования за Христом, должны стараться строить свою жизнь так, как она задумана Богом. Если ребенок недополучает материнской любви в семье, то в той или иной степени это обязательно потом даст о себе знать в его жизни. Можно работать и быть талантливым специалистом в своей области, но давайте задумаемся, какой талант главней в глазах Бога? Наверное, все же материнский.

То же касается и проблемы современных отцов. В свое время советская идеология нанесла семье огромную травму. Она сделала отца безответственным. Он трудится во имя светлого будущего, мать тоже, а дети воспитываются советскими воспитательными организациями. А давайте вспомним, как прощались с главой семейства в XIX веке, когда он умирал? Собиралась вся семья, отец давал последние наставления, его слово было определяющим и воспринималось как воля Божия. Почему так было? Потому что отец имеет, между прочим, за семью особое ходатайство перед Богом. И ему свойственно чувствовать полноту ответственности за семью, детей, контролировать все происходящее в семье, это нормально. А женщине в свою очередь должно быть приятно видеть эти мужские дарования и таланты.

Семья — это творчество

— А какими добродетелями и талантами человек должен обладать, воспитывать их в себе, чтобы быть хорошим мужем или женой?

Таланты все эти изначально вложены Богом в человека, у каждого они есть. Но конечно, их нужно раскрыть. Например, талант отцовства. Родился ребенок в семье, мужчина гораздо позже, чем женщина, осознает, что теперь он отец. И часто только через 2-3 года он переживает уникальное чувство отцовства. Если мы живем по заповедям Божиим, стараемся, чтобы наша жизнь развивалась в соответствии с замыслом Бога о нас, то при соответствующих условиях и все наши таланты раскроются. Рождается в семье второй, третий ребеночек — и опять происходит качественный скачок, у супругов появляется совсем другое ощущение себя и своих детей. И человек детей начинает воспринимать именно как семью, и это тоже надо пережить, чтобы понять. Меняется отношение к жене, муж воспринимает ее уже как маму своих детей, начинает ею больше дорожить. Брачная любовь многогранна, она пронизывает все сферы жизни человека, но чтобы она развивалась, а вместе с ней и таланты, необходимые нам в семейной жизни, надо стараться жить по воле Божией. Ведь когда мы совершаем грех, мы сами для своего счастья и благоденствия ставим препону. Если поток течет, а ему перекрывают путь и ставят преграду, он пойдет в обход, круша и ломая все на своем пути. Так же и в брачной жизни. Таланты, которые необходимы и которые раскрывается в семейной жизни, могут быть и не заметны внешне, но они нужны самому человеку. Благодаря браку раскрывается все возможное богатство человеческих отношений, которое без воли Божией просто рискует не раскрыться, и человек может никогда и не узнать об этом богатстве. Как говорит святитель Иоанн Златоуст, брачная любовь постоянно совершенствуется, человек все полнее и полнее в браке познает другого человека.

— А можно обозначить какие-то основные правила, которых нужно стараться придерживаться, выстраивая свои отношения с супругом или супругой, для того, чтобы брак был благополучен?

— Здесь не может быть шаблонов. Человек в принципе свободен, и в семейной жизни тоже. Только для нас, христиан, свобода нужна не сама по себе, а для любви. Как самоцель для чего она нам? Поэтому и главные заповеди в Евангелии — о любви. Без нее все бессмысленно. Никто не собирается регламентировать жизнь супругов до мелочей, Церковь никогда этим не занималась. Мы не учим, во сколько нужно вставать, ложится спать, кто для кого должен приготовить еду или прибрать в квартире. Во всем этом супруги сами разберутся, если они правильно понимают принципиальные вопросы. Ведь каждый человек уникален, а каждый брак уникален вдвойне, потому что уникальность одного из супругов усугубляется уникальностью другого. Семейная жизнь — это творчество, здесь не может быть готовых схем. Но чтобы понять, что такое христианский брак и построить его, нужно стараться жить по Евангелию. Если для человека истина Христова — не путь в жизни, не главный ее принцип, то, конечно, убедить его в том, что в браке может быть великое счастье, будет сложно, если не невозможно. Но для общего духовного возрождения очень важно, чтобы мы, христиане, являли пример подлинной христианской семейной жизни.

Беседовала Юлия Семенова

Любовь и вера. Православная чета Смирновых о главном в семье | СЕМЬЯ

Сейчас частенько можно услышать, что россияне столкнулись с кризисом семьи. Большое количество разводов, проблемы с воспитанием детей. Но все же в некоторых семьях традиционные ценности нерушимы. И у них есть чему поучиться молодым.

Отдавать себя целиком

Чета Смирновых отпраздновала в этом году пятнадцатую годовщину свадьбы. Протоиерей Евгений – священник, настоятель Троицкого храма в городе Слободском, руководит Епархиальным отделом образования и катехизации. Его жена, матушка Ирина преподает в Воскресной школе и поет в храме.

Их взаимоотношения можно ставить в пример всем молодым семьям: здесь и любовь, и глубокое уважение, и умение отдавать себя другому человеку без остатка.

Отец Евгений и матушка Ирина. Фото: Вятская епархия

Секреты благополучия в их семье весьма просты.

«Семья – это и радость, и горести, — отмечает Ирина Смирнова. – Но в каждой семье должен быть стержень, который будет поддерживать. Для нас это православие».

А отец Евгений в свою очередь добавляет, что в современных семьях счастье убивает эгоизм, следствием которого являются и остальные грехи.

« Многие конфликты и ссоры в семьях возникают из-за того, что каждый тянет одеяло на себя. Слова «я» и «мне» звучат довольно часто. В христианстве напротив, Господь себя всем отдает и нас учит тому же. В семье это крайне важно: уметь себя отдать супруге и детям», — поясняет он.

Умению любить учат они и своих детей: а их в этой семье семеро. Двое приемных и пятеро своих.

Живое наследие

Семья Смирновых действительно поражает тем, насколько она велика. Но отец Евгений отмечает, что в этом нет ничего необычного: ведь раньше во всех семьях было много детей.

Своих детей у них пятеро: от мала до велика. Старшей дочери Александре 14 лет, младшему сыну Алексею – всего 3 года. Есть еще два сына: Коля и Серафим, и дочка: Люба. Приемные дети постарше, они попали в семью уже в сознательном возрасте. Мальчишек чета Смирновых встретила в школе-интернате, завязалось общение, ребята частенько заглядывали в гости. И в какой-то момент отец Евгений и матушка Ирина решили, что мальчишки им уже как родные. Так и получилось, что их семья пополнилась приемными сыновьями. Сейчас ребята уже взрослые. Один из них женился и покинул отчий дом.

Дети в семье Смирновых все разные, со своими увлечениями и интересами, но очень дружные. Например, Коля увлекается резьбой по дереву, а маленький Серафим любит богатырей. Но есть у них кое-что общее: заветы родителей помнят крепко-накрепко, старших уважают и любят.

Домашними делами ребята занимаются вместе. Фото: Вятская епархия

«Воспитательный процесс начинается не со слов, а с дела. Нужно, чтобы дети увидели эту любовь между родителями, любовь к ним, и тогда они и сами научатся любить», — отмечает отец Евгений.

Любить эти дети умеют. На все праздники дарят родителям подарки, сделанные своими руками, которые мама заботливо сохраняет в свою коллекцию.

«На Рождество Коля вырезал мне по дереву Казанскую икону Божьей Матери, — рассказывает Ирина Смирнова. – Столько времени ей занимался тайком, пропадал в мастерской».

Дети вместе играют, вместе занимаются домашними делами, поют. Старшие помогают младшим и матери по дому. Семья живет в своем доме, так что ребята и на земле работают, не ленятся. А уж когда вся семья собирается за одним большим столом, чувствуется особое умиротворение.

И уже сейчас ребятишки думают пойти по стопам родителей. Через годы они заведут собственные семьи, научат этой непростой науке любви своих собственных детей и передадут маленькие секреты счастливых взаимоотношений. А значит, традиционные ценности в России продолжат жить.

Смотрите также:

ПензаИнформ — Чем крепка православная семья

В православной семье отца Алексея и матушки Натальи Горшковых шестеро детей. Всех малышей родители назвали по святцам.

«Когда на свет появились старшие дочери, назвать их по именам святых именно в день их рождения не было возможности, — рассказывает клирик храма Петра и Павла Алексей Горшков. — В этот день не было святых с женскими именами, только с мужскими.

Если так получается в день рождения девочки, то имя выбирают в следующий либо в ближайший день. Допустимо выбирать имя и среди тех, чья память празднуется на восьмой день от рождения, так как именно в этот день в древности нарекали именем. Если же ничего по душе родители найти не смогли, то можно посмотреть на 40-й день от рождения ребенка.

Мы на общем семейном совете решили назвать дочерей Анной и Екатериной».

«Аня родилась спокойным ребенком, — улыбается матушка Наталья. — Даже бессонных ночей не было. И первым ее словом оказалось «папа». А сейчас Анна уже взрослая — ей 22 года, она замужем. От других наших детей ее отличает стремление совместить несовместимое. Еще в детстве она мечтала быть монахиней и актрисой одновременно. ..»

Вторая дочь Горшковых Екатерина (ей 21 год) — девушка активная, эмоциональная и даже непредсказуемая. Хотя в детстве все было иначе: она любила тихонечко сидеть в уголочке в церкви, пока папа готовился к очередной службе.

Испытанием для родителей стал приход в этот мир третьей дочери, Тамары (ей исполнилось 17).

Она родилась слабенькой и в первый год трижды лежала в больнице. Но, слава Богу, все обошлось.

Как бы отец ни любил своих дочек, он мечтал о сыне. Чтобы молитва обрела еще большую силу, супруги отправились в Оптину пустынь — в знаменитый монастырь в Калужской области. Сотни раз за ночь здесь были прочитаны молитвы перед образами оптинских новомучеников иеромонаха Василия, иноков Трофима и Ферапонта, от сердца лилась и молитва преподобному Александру Свирскому — о рождении именно мальчика…

А через девять месяцев отец уже присутствовал при родах. «Помню, жена кричит от боли, а я еще громче читаю молитву «Отче наш…» Нас тогда вся больница запомнила», — вспоминает священник. Безграничная радость длилась всего несколько часов. Утром родителям сообщили, что их Васенька может не выжить — у него обнаружили воспаление легких.

«Но я знал, что Господь посылает только те испытания, которые мы можем выдержать. Тяжелее креста Он не даст. И мы окрестили малыша прямо в кувезе, — продолжает отец Алексей. — А затем кроху увезли в реанимацию».

Целый месяц Наталья провела с сыном в больнице. А теперь Василий — сущий ураган (пареньку уже 12). Если в квартире идет уборка, пиши пропало: мальчуган разбросает вещи быстрее, чем их положат на место.

Через три года в семье родилась Елена (сейчас ей 9 лет). Она совсем не похожа на других детей Горшковых — по натуре философ-созерцатель. А затем пришел черед Федора. Это всеобщий любимец, маленькое шестилетнее солнышко, объединяющее и детей, и взрослых.

«Таинство крещения подразумевает второе рождение человека, а именно духовное, — говорит отец Алексей Горшков. — Именно с именем он входит в лоно церкви и становится причастным к Богу.

В прошлом существовала традиция крестить ребенка с именем того небесного покровителя,

который праздновался в день его рождения. Святцы, или месяцеслов, — это церковный календарь с указанием праздников и дней памяти святых. Сегодня церковь ежедневно отмечает память многих святых — выбор имени для ребенка широк. Вновь становятся популярными такие имена, как Александр, Петр, Иван, Михаил.

Однако в святцах есть не все имена. Если родители дали ребенку такое имя, священник обычно переводит его в церковно-славянскую форму и крестит под этим именем, предварительно сообщив его родителям крещаемого или ему самому. Так, к примеру, Оксана становится Ксенией, Полина — Апполинарией, Егор — Георгием, Денис — Дионисием, Светлана — Фотинией, а Виктория — Никой.

Сейчас в свидетельстве о крещении указывается небесный покровитель и тот день в году, когда у человека празднуется день ангела, или именины. Если ребенок крещен Александром, это не значит, что он празднует именины всякий раз, как видит в календаре день памяти святого Александра, поскольку святых с таким именем очень много. Именинами является день памяти вполне конкретного человека, например святого праведного князя Александра Невского или Александра Свирского.

В день именин обязательно посетите храм, навестите родителей, помогите нуждающимся».

Диана Вейбер

«Молодой ленинец», № 15, 19 апреля 2016 г.

Почему православные священники могут иметь семью, а католические- нет?

Поделиться

Источник фото: http://www.orthedu.ru/

Источник фото: http://www.orthedu.ru/

Одним из основных отличий православных священников от католических является то, что православные священники могут пребывать в браке и иметь детей. А клирикам Римско-Католической церкви это делать запрещено. Да-да, католический священник, принимая сан, обрекает себя на пожизненное одиночество. Почему же в Православии правила личной жизни священника менее строги, чем у католиков? Для ответа на этот вопрос нам с вами придется обратиться к истории.

До 11 века Церковь была единой, православные и католики жили вместе в рамках одной традиции, согласно которой, священнослужители, если они не состояли в монашестве, могли иметь семьи. Впрочем, начиная с 7-го века на востоке безбрачие стало обязательным для епископов. Епископ — высшее служение в Церкви, на епископе лежит особая ответственность. Потому было решено, что совмещать семейную жизнь и пастырские заботы для епископа крайне сложно. Так с 7-го века на востоке епископы перестали быть женатыми. Обычным священникам и диаконам, как и прежде, дозволялось вступать в брак. Правда, до рукоположения. И брак для священника может быть только первым и единственным. Это правило действует до сегодняшнего дня. Если священник овдовеет, то повторно жениться ему будет нельзя.

На западе закон о безбрачии в Церкви был усилен. С 7-го века одинокая жизнь стала требоваться и от епископов, и от прочих священнослужителей. Если на востоке правило насчет одинокой жизни епископов четко соблюдалось, то на западе с безбрачием клириков имелись проблемы. Вплоть до 11 века то там, то тут появлялись епископы или священники, состоявшие в браке, имевшие, соответственно, жену и детей.

Епископские или священнические сыновья, благодаря протекции своих отцов впоследствии получали выгодные места для церковного служения. В 11 веке у руля Римско-Католической церкви оказался Папа Григорий VII Гильдебрандт, человек жесткий, но при этом строгих моральных правил. Он-то и решил положить конец вольностям в церковной среде и под страхом суровых наказаний запретил епископам состоять в браке. Под запрет на женитьбу попали и все прочие священнослужители Католической Церкви — священники и диаконы.

Данному запрету Папой Григорием было дано богословское объяснение. Священнослужитель символизирует собой Христа. Как Спаситель в течение жизни был одинок, то и священники должны вести одинокую, безбрачную жизнь. Православная Церковь никогда не соглашалась с западной традиций запрета на семейную жизнь для священников и диаконов. С точки зрения востока — брак является Богом установленным обычаем. Более того, как приходской священник может вести пастырскую деятельность и помогать решать, в том числе, семейные проблемы, если сам он ничего о семейной жизни не знает.

Путин и его семья — христиане.

Это главное | Статьи

Накануне визита президента Путина в Грецию в афинской газете «Страна» появилось интервью наместника Сретенского монастыря архимандрита Тихона (Шевкунова) корреспонденту газеты Михалису Меникосу. Приводим текст интервью. — Отец Тихон, действительно ли Владимир Путин, нынешний президент России, православный христианин? Это не праздный вопрос, очень многим в Греции действительно важно это знать. — В 1917 году в России прервалась почти тысячелетняя преемственность правителей страны, которые являлись бы православными христианами. И в этом смысле сейчас связь времен восстановлена в личности нынешнего президента. Владимир Владимирович Путин — действительно православный христианин, и не номинальный только, а человек, который исповедуется, причащается и сознает свою ответственность пред Богом за вверенное ему высокое служение и за свою бессмертную душу. Бремя задач, тяжесть проблем, мера ответственности, которые взял на себя этот человек, поистине громадны. Тот, кто по-настоящему любит Россию и желает ей блага, может только молиться за Владимира Владимировича, промыслом Божиим поставленного во главе России. — Как случилось, что ваши дороги с Владимиром Владимировичем пересеклись? — Очень просто: когда-то он пришел к нам в храм, поскольку наш монастырь расположен недалеко от прежнего места его работы. — Что заставило его прийти в храм? — Знаете, это очень личные вопросы. Конечно же я не смогу о них говорить. Должен сказать лишь то, что в последние десятилетия в России у множества людей произошел принципиальный духовный выбор. А выбор этот в основе своей прост (при всей сложности каждой частной судьбы) и стар как мир: кто-то ищет Бога и служит Ему, а кто-то служит мамоне. И тот и другой пути в последнее время открылись для людей во всей ясности. Огромное количество русских людей сегодня, после многих лет атеистической идеологии, познает для себя православие, познает совершенно новый мир. Это не значит, что президент, как горячий неофит, живет только этим: в его положении это было бы смешно. Владимир Владимирович — очень взвешенный, рациональный человек, в том числе в вопросах веры. — Президент как-то участвует в церковной жизни? — В первую очередь тем, что он и его семья — христиане. Это главное. Но, принадлежа к церковному телу, президент не может не чувствовать проблем, которые беспокоят всех православных. У нас, как и в Греции, существует очень тяжело переживаемый нами раскол. В нашем случае — с Русской зарубежной церковью. Будучи недавно в Америке, Владимир Владимирович встречался с представителем синода зарубежной церкви епископом Гавриилом и пригласил его и предстоятеля зарубежной церкви митрополита Лавра в Москву. Дай Бог, чтобы постепенно, пусть не сразу, эта рана общими усилиями в конце концов была бы исцелена. — Как вы думаете, какое значение сам президент придает религии, деятельности церкви? — Во время своего короткого отпуска летом нынешнего года президент посетил несколько северных монастырей. Когда он был в Валаамском монастыре, то в одной из бесед высказал мнение, что без православия не было бы и самой России. И в нынешнем возрождении России православная церковь призвана сыграть особую духовную роль, потому что наши корни именно в православии. Президент подчеркнул, что хотя Россия — многоконфессиональная страна и он испытывает уважение к людям, исповедующим другие религии, в то же время нельзя не сознавать, что культура России в первую очередь основана на традициях православия. И сильна была Россия именно вечными ценностями, которые исповедовало и несло православие. Это совершенно не унижает приверженцев других конфессий. Наоборот, в России много сотен лет поддерживался беспрецедентный межрелигиозный мир. Но гарантом его служило именно православие. — А семья Владимира Путина тоже православная? — Вся семья президента — православные верующие люди. Они этого не афишируют, это их органичная жизнь. И только потому, что в России люди отвыкли от таких правителей, этой теме уделяется столь пристальное внимание. — Сейчас часто вспоминают, что президент работал в ФСБ. Да и ваш монастырь расположен рядом с ФСБ на Большой Лубянке. — Ну что ж теперь сделаешь? Перевести монастырь на другую улицу? Но он 600 лет здесь стоит. Сегодня немало военных, в том числе и офицеры спецслужб, — это люди, живущие христианской жизнью. Слава Богу! Во все слои общества все больше, пусть и незаметно на поверхностный взгляд, проникают вера, милосердие, справедливость, Христова любовь к ближним — что же в этом плохого? — У вас лично были какие-то разногласия с ФСБ? — Я вступил в церковную жизнь самом начале восьмидесятых годов и сразу вышел из рядов комсомола, написав заявление с формулировкой: в связи с моими религиозными убеждениями. Но никаких репрессий лично ко мне по этому поводу не было. Были какие-то угрозы, вызовы в горком комсомола, но стоял уже не 1937 год — уже не было той страшной машины насилия. — А ваши родственники подвергались репрессиям? — Да, и многие, как, наверное, в большинстве семей в России. В конце 20-х годов многие из моих родственников — кстати, греков, из семьи Кузьмы Христофоровича и Кириакии Анастасовны Папандопуло, которые жили в Геленджике, на берегу Черного моря, — были репрессированы как кулаки. Поскольку у них была рыболовецкая шхуна. Бабушка, которая воспитывала меня в детстве, Сотира Кузьминична, была репрессирована позже, после войны, когда многих греков ссылали в Казахстан. Мой дядя — Георгий Иванович Мельников, один из создателей нашего зенитного оружия, — тоже какое-то время провел в тюрьме. Другой дядя — Лев Антонович Чешко, по учебникам русского языка которого мы учились в школе, — после немецкого плена провел, кажется, восемь лет в лагерях. Еще раз повторяю: это было обычной судьбой обычной семьи в XX веке. — Каково сегодня отношение между Греческой и Русской церквами? — Недавно в Москве был архиепископ Христодул. Он произвел на всех огромное впечатление — очень живой человек, духовный, умный, интересный. Мы были и раньше знакомы с его выступлениями, проповедями, а теперь смогли увидеть воочию его проповеднический дар, когда владыка Христодул обратился к православной молодежи на съезде с необыкновенно ярким словом. Для нас очень интересна православная жизнь в Греции, потому что мы сейчас переживаем период либерализации. И то, что называют демократией, зачастую подменяется произволом, и на поверхности оказываются самые грязные стороны западной жизни, которые разлагающе влияют на молодежь. И нам очень важно знать, как Греческая церковь пережила этот период. Для нас интересно, как в современной Греции сохраняют веру, духовные и национальные ценности, что необычайно важно для самосознания каждого народа. Я глубоко убежден, что опыт православной Греции будет еще серьезно востребован в современной России. — Что вы можете сказать по поводу места России в межрелигиозной ситуации в мире? — Я не специалист в политических вопросах и выскажу сугубо личное мнение. Мне представляется, что сегодня Россия вынуждена проходить между Сциллой и Харибдой: между ужасом исламского терроризма и не менее страшной силой тех, кто пытается воплотить в жизнь тотальную американскую гегемонию. Здесь нужна необычайная выдержка, глубокий анализ и продуманные решения. Но, слава Богу, в России существует огромный позитивный опыт сосуществования народов, исповедующих разные религии, в частности православие и ислам, и это не может не вселять надежды. Многие пытались и чеченскую кампанию перевести в религиозную войну, чему, кстати, успешно противодействовали и православная церковь, и представители большей части исламского духовенства. Но надо понимать, что существуют действительно могущественные силы, которые пытаются перевести и чеченский, и общемировой конфликты в межрелигиозное противостояние. Это очень опасно. — И последний вопрос. Отличается ли духовное общение или исповедь обычного человека и президента? — Душа всякого человека неповторима и бесценна перед Богом. Господь говорит, что все сокровища мира не стоят одной человеческой души. И велика молитвенная ответственность священника за всякую человеческую душу. Для меня очень важны слова одного из святых отцов: «Какая главная минута твоей жизни? Это та минута, которую ты сейчас проживаешь. А какая главная встреча в твоей жизни? Это встреча с тем человеком, с которым ты сейчас говоришь».

семей и Православная церковь

«А вы, отцы, не раздражайте детей ваших, но воспитывайте их в учении и наставлении Господнем».

– Ефесянам 6:4

«Семья» в Православной Церкви – это не просто домашнее хозяйство. В каком-то смысле жизнь во Христе неизбежно связана с «семьей», говорим ли мы о сакраментальной супружеской жизни, жизни прихода или монашеской жизни монаха или монахини. Это все типы православных семей, и они могут быть взаимозаменяемыми или переходить от одного к другому.Все рассматриваются с равным статусом в Церкви. Монашеская жизнь не лучше и не хуже супружеской семейной жизни, поскольку обе идут к одной цели: спасению и общению со Христом. И, конечно, ни один монах не рождается таким: он сначала воспитывается в домашней семье и семье приходской жизни.

Дети и церковь

Как православные христиане, то, что мы делаем за пределами храма, так же важно, как и наше богослужение в нем. Православных детей принимают в Церковь младенцами и сразу причащают.С момента их получения они являются полноправными членами Церкви. Поэтому очень важно, чтобы родители поощряли, поддерживали и давали возможность своим детям расти и созревать в вере по мере роста семьи. Именно семья растет вместе к большему общению во Христе, а не только дети. Дети играют такую ​​же важную роль в раскрытии Божественной Истины взрослым, как и взрослые в обучении детей.

Воспитание детей в вере

Наставление в вере для семей – это не набор формальных уроков.Как и само крещение, это полное погружение. Дети размышляют и реагируют на то, что они испытывают. Семья, которая регулярно молится вместе и читает Священные Писания, покажет своим детям важность этих вещей. С другой стороны, как можно ожидать, что ребенок примет Святое Причастие, если он не видит, как его родители делают то же самое? Здесь важно отметить, что не только биологические родители играют значительную роль в воспитании детей в Православной Церкви. Крестные родители необходимы как другие значимые взрослые в жизни ребенка, настолько, что в Православной Традиции крестные родители считаются сакраментальными членами семьи ребенка в самом полном смысле.

Домашняя церковь

В вере и практике нет разделения между тем, как семья ведет себя в храме и дома. Православная Церковь есть Единая Святая Соборная и Апостольская Церковь, существующая везде и во все времена в тварной и нетварной вселенной! Во всех православных домах есть место для семейной молитвы, которое обычно находится в углу комнаты, где находятся семейные иконы. Наряду с иконами Иисуса Христа и Марии Богородицы («Богоносицы») обычно встречаются иконы святых покровителей семьи.В верных православных семьях семья обычно собирается два раза в день в уголке с иконами, в начале дня и перед сном детей. Семья возносит молитвы поклонения, заступничества и благодарения. Хотя эти времена молитвы непродолжительны, они являются определяющей чертой православного христианства. По мере взросления дети могут зажигать свечи, кадить иконы, читать некоторые молитвы или читать из Библии. В конце концов, они полноправные члены Церкви. По традиции самый старший взрослый (или взрослый, который дольше всех был православным в семье) благословляет всех в доме в конце этих коротких периодов молитвы, если только нет священнослужителя.

Домашнее христианство

Существует множество способов, которыми жизнь Церкви просачивается в жизнь дома. Опять же, «пожилой» взрослый по традиции произносит благодать во время еды… и да, есть ожидание, что семья, как домашняя община церкви, собирается хотя бы раз в день, чтобы разделить общую трапезу! В занятых семьях иногда очень сложно организовать общее время приема пищи, поэтому для некоторых семей это является чем-то, к чему нужно стремиться. Другие распространенные церковные дела, выполняемые дома, включают приготовление просфоры (хлеба, который станет Святым Причастием) и приготовление коливы (блюдо из орехов, семян и фруктов, подносимое во время панихиды в храме по умершим).Праздники продолжают отмечаться дома, как и периоды поста. Дети не должны поститься до подросткового возраста, и то только под руководством своего духовника.

На самом деле это служит лишь небольшим введением в то, как Православие просачивается во всеобщность семейной жизни. Христианство влияет на всю нашу жизнь, не в последнюю очередь в наших домах и в наших семьях.

 

 

Христианский брак и семья в православной перспективе • The European Times News

В преддверии Международной недели брака, которая проводится ежегодно с 7 по 14 февраля, наша редакция предлагает серию материалов о религиозных аспектах семьи и брака.

С 7 по 14 февраля Международная неделя брака будет отмечаться более чем в 25 странах мира – Англии, Германии, Чехии, Словакии, Румынии, Сербии, Италии, Бельгии, Ирландии, Швейцарии, Норвегии, США, Новой Зеландии, Австралия, Нидерланды, Венгрия, Украина, ЮАР, Албания, Филиппины и другие. Неделя брака празднует здоровый брак — добровольный союз между мужчиной и женщиной, которые взяли на себя взаимные обязательства друг перед другом на всю оставшуюся жизнь.

Здоровая, любящая семья заслуживает уважения, так как она обеспечивает детям безопасность и личное счастье, а также позволяет им полноценно развиваться. Всем нужны стабильные отношения. Исследования во всем мире показывают, что брак — самый верный способ добиться этого. Социальные науки доказывают, что мужчины и женщины, состоящие в браке и продолжающие поддерживать близкие отношения, живут дольше, имеют лучшее здоровье и более довольны жизнью. Брак улучшает эмоциональное, физическое и финансовое качество жизни всех членов семьи.

Несмотря на увеличение количества браков на 37 процентов, в период 2012-2019 годов количество разводов практически не изменилось. ** Более трети браков заканчиваются разводом. В то же время 86% молодых людей в возрасте от 18 до 29 лет рассчитывают, что их брак продлится всю жизнь. Иногда решение о расставании принимается чрезвычайно быстро, а последствия бывают серьезными как для партнеров, так и для детей. Неделя брака стремится противодействовать этим проблемам, как и Школа успешного брака.Он призван помочь нынешним и будущим супружеским парам приобрести знания и навыки, которые сделают их отношения здоровыми и успешными.

Сегодня психологи и социологи анализируют безрадостную семейную жизнь и обеспокоены нестабильностью брака и той болью, которую эта нестабильность причиняет как супругам, так и детям. Это потому, что изначальный смысл брака сегодня людям непонятен. Многие рассматривают институт брака просто как частный договор и придают ему утилитарный характер.Некоторые рассматривают брак с чисто общественно-государственной точки зрения. В нем семья становится маленькой частицей, клеткой государственного организма, нагруженной большим весом, часто не по средствам.

Однако психология и социология, исходя из своих областей, которые ограничены постановкой проблем и направлениями изучения, не могут достичь той полноты брака и его назначения, как это обнаруживается в опыте Церкви.

Руководствуясь своей спасительной миссией в мире, Церковь отводит браку особое место, дает мужчинам и женщинам, вступающим в брак, особое благословение, именуемое «таинством», и таинством, по выражению св.Николай Кавасила – это дверь, через которую снова возвращается Христос. пребывать в Его Церкви. Исходя из этого, таинство есть не религиозная форма «регистрации», а живое общение со Христом.

Смысл брака как таинства заключается в прославлении молодоженов и их потомков в Царствии Божием. Церковь благословляет молодоженов на рождение детей и умножение рода человеческого, что является заповедью, данной прежде всего прародителям, но и видит в них прославление перед Богом: «И будут оба одна плоть.Тайна сия велика, но говорю о Христе и о Церкви» (Еф. 5:20-33). Вот почему святой апостол Павел называет брак тайной, ибо брак сохраняется в Царстве Вечности. Поэтому в Святом Таинстве Брака, во-первых, есть переживание реальности Царства Божия в Святой Евхаристии, а во-вторых, биологические отношения, которые складываются в результате любви между мужчиной и женщиной в семье, направляющей и сопровождает их в настоящем. их жизнь в вечность.

В эти биологические отношения Церковь вмешивается, чтобы дать истинные измерения половой любви, освободить силу любви в человеке от ее подчинения природной необходимости и раскрыть образ Церкви и дар новой жизни в единстве мужчины и женщины.

Православие учит, что единственное место, где половой акт может совершаться физически ради добра и целесообразности, — это моногамная (μονογαμία), гетеросексуальная, блаженная и супружеская жизнь.Поэтому брак требует исключительной и полной приверженности двух людей друг другу.

Брак гетеросексуален, потому что Бог «сотворил их мужчиной и женщиной» с явной целью иметь потомство, «порождать и умножать» (Быт. 1:28), то есть продолжать Свое творческое дело, соединяя две жизни в единое целое. общее любовное единство, союз, являющийся новым творением, делающий двоих «одной плотью». Поэтому любовь из эротической и страстной должна превратиться в ἀγάπη (самоотверженную, самоотдающую любовь), объединяющую любовь и вовлекающую душу в вечное общение с Богом.Через взаимное отречение от личной воли и принятие воли другого единство мужчины и женщины начинает строиться не на естественных основах полового влечения, а на основах церковного общения, предполагающих самопреодоление. и самопредложение. Брак складывается не из естественных уз, а из уз в Царстве Небесном. Таким образом, христианская семья становится «малой церковью». Сексуальные отношения вне брака не могут достичь своей первоначальной цели, и сегодняшнее супружеское сожительство развращает брак и не является «даже началом брака.

Для того, чтобы стать одной плотью в данном Богом смысле, мужчина и женщина должны принять в своих отношениях такой же вид и качество верности и самопожертвования, какие Христос принял для Своего народа, т.е. в подобии креста и спасительной любовь. Христа. Супружеская жизнь изображает союз между Христом и Церковью. В браке между мужчиной и женщиной в семье строятся отношения любви, которые ведут их и сопровождают в настоящей жизни к вечной.

Согласно православной традиции, целью брака является сам брак. Дети являются ее неотъемлемой частью, а не целью. Супруги могут по каким-то причинам не иметь детей или потерять их, поэтому люди должны собираться в семью, чтобы прожить свою жизнь во взаимной любви, т. е. в преодолении своего индивидуализма и эгоизма, в расширении границ личности и подготовке к вечной жизни.

Брак — явление динамичное, вся его сила в движении, целеустремленности, в универсальном его явлении.Брак также является символом мученичества, а мученик — это тот, кто свидетельствует всему миру о какой-то ценности — в данном случае о любви, справедливости, истине, красоте — и не останавливается ни перед чем, чтобы принести свое свидетельство тем, кто в нем нуждается. ему. Вот почему Церковь призывает каждую невесту и жениха верить в любовь, верить друг в друга с такой силой, чтобы свидетельствовать — чего бы им это ни стоило — о любви, о единстве, о том, что истинная любовь может победить все.

Однако сегодня общий вывод состоит в том, что современный человек сильно секуляризован, даже в современном европейском и американском обществе говорят о постхристианской культуре, старые ценности заменяются новыми и современный человек стремится больше производить и потреблять больше, как материального, так и духовного. продукты. Это влияет на отношения между мужчинами и женщинами, брак и их влияние на детей. Разводы, торговля людьми с целью сексуальной эксплуатации и производство порнографических материалов за последние десятилетия принесли их создателям миллиарды долларов годового дохода. Легкий доступ к ним через Интернет дополнительно формирует образ потребительского отношения к мужчинам и женщинам и утраты личностного отношения к ним. Неверность (прелюбодеяние) считается нормой, а разводы, вызванные эгоизмом, становятся фактом, имеющим тяжелые последствия, особенно для детей и их психики.

Однако Православная Церковь считает неразлучность одним из существенных свойств брака: «Что Бог сочетал, того человек да не разлучает» (Мф. 19:6). Расторжение брака происходит само по себе, когда между супругами разрушена основа брака — любовь. Поэтому церковные власти брак не расторгают, а лишь юридически устанавливают тот печальный факт, что законный брак утратил свою основу. [5]

Развод — одна из величайших и самых распространенных трагедий, которые могут постигнуть современного человека. Он представляет собой не только конец любви, обусловившей брак, но и конец надежд на всю жизнь, полную радости, глубины и смысла.

Почему доходит до того, что два человека, до недавнего времени любившие друг друга, вдруг обнаруживают, что их любовь иссякла и что им остается только расстаться? Причина в том, что слишком много браков заключают незрелые люди, которые не защищают и не заботятся о своем браке. В таком браке мы находим дух индивидуализма.Вот почему мы, православные христиане, признавая, что человеческое сердце жестоко и черство (Мф. 19:8), твердо и непоколебимо верим в возможность развода, хотя и воспринимаем его как одну из величайших трагедий нашей современной жизни. Более того, мы берем это на себя, потому что за разводы отвечает и вся Церковь, то есть мы, христиане, должны воспитывать людей не только словом и проповедью, но прежде всего примером.

А что касается современного понимания допустимости аборта, то это уже само по себе говорит о поразительной нечувствительности человека и общества в целом к ​​жизни отдельного человека. Дико и бесчеловечно думать, говорить о святости самой человеческой жизни и в то же время допускать и узаконивать убийство, именуемое абортом. И действительно парадоксально, что в стране, где аборты легальны, никто, начиная с правительства и заканчивая простым гражданином, не имеет права говорить, что человеческая жизнь священна, потому что аборт — это убийство.

Брак, в котором дети нежелательны, основан на поврежденной эгоистичной и похотливой любви. Давая жизнь другому, человек подражает творческому акту Бога, а отрекаясь от этого, он не только отвергает своего Творца, но и искажает собственную природу, ибо, не желая подражать Творцу жизни и Отцу, человек ни в чем не перестает .быть «образом и подобием Божиим».

Аборт, совершенный супружеской парой или женщиной, зачавшей нежелательного ребенка и желающей от него избавиться, является не чем иным, как преступлением – умышленным убийством. Женщины, сделавшие аборт, не знают, какие будут последствия – как психические, так и физиологические.

Однако бывает, что человек одумается, придет в себя (Луки 15:17) и после того, как мы совершили грех, мы все равно должны исправлять этот грех. Зло, которое мы причинили другим, можно сгладить, но лишить жизни живого существа — это невосполнимая потеря.Единственное, что мы можем сделать, это попросить Бога дать вечный покой этой душе, которой мы не дали возможности реализоваться и быть живым человеком – будь то по легкомыслию, нечестности, по причине какой-то душевной или физической жадности.

С абортом семья лишается величайшей радости иметь детей и воспитывать их, что есть благословение Божие. Не бывает христианского брака без чистого и горячего желания обоих родителей обладать этой радостью и делиться ею друг с другом.

Как мы видим, перед современной семьей стоит множество вызовов, на которые мы должны ответить соборным голосом Церкви. Мы должны подчеркнуть перед обществом абсолютную уникальность брака и то, что через Святую Евхаристию любовь в браке проецируется в вечное Царство Божие. Это значит, что мы, православные, не можем согласиться с тем, что брак существует только до тех пор, пока смерть не разлучит нас, но мы верим в его вечность, потому что это брак славы и чести во Христе Воскресшем, истинном Боге и истинном Человеке.

Мы обязаны свидетельствовать, что в таинстве брака человеческое естество, не теряя полноты человеческого естества, причащается высшей реальности Святого Духа. Человечество становится еще более человечным и выполняет свое исключительное предназначение быть священником и посредником между Богом и творением, что является даром новой жизни в единстве мужчины и женщины.

Семейное дело · CNEWA

  • Архиепископ Иаков приветствует кардинала Джона О’Коннора на литургии по случаю 50-летия кардинала в качестве священника, декабрь 1995 года.(фото: Крис Шеридан, Экуменическая комиссия, Архиепископия Нью-Йорка)
  • Дети, одетые как персонажи классической Греции, приветствуют высокопоставленных лиц на ежегодном Параде независимости Греции в Нью-Йорке. (фото: Карен Лагерквист)
  • Архиепископ Иаков возглавляет молящихся в соборе Святой Троицы в песнопении во славу Бога. (фото: Карен Лагерквист)
  • В храме Спаса, Ржи, Н.Y., Мелаина Патапис улыбается в камеру во время крещения преподобным Теодоросом Багланеасом. (фото: Эндрю Патапис)
  • Мощи святителя Николая покоятся в ковчеге Архиепископского собора Святой Троицы в Нью-Йорке. (фото: Карен Лагерквист)
  • Приходская молодежь празднует свое наследие. (фото: Карен Лагерквист)

«Мой муж говорит, что среди греков в Соединенных Штатах может быть только 20 или около того семей, — заявляет миссис Лагерквист.Никки Стефанопулос, сотрудник по связям с общественностью греческой православной архиепископии Северной и Южной Америки, базирующейся в Нью-Йорке. «Мы все родственники!»

Действительно, семья Стефанопулос является примером сплоченной греко-американской семьи, превозносимой госпожой Стефанопулос как секрет успеха Греческой православной церкви в Соединенных Штатах. Ее муж, преподобный Роберт Г. Стефанопулос, является деканом архиепископского собора Святой Троицы на Манхэттене и адъюнкт-профессором восточно-христианской мысли в Университете Св.Университет Джона. Их дочь вступила в православную общину в северной части штата Нью-Йорк. Как сестра Анастасия, она поехала в Иерусалим, чтобы жить с русской общиной монахинь в монастыре на Елеонской горе. А их сын Джордж, советник президента Билла Клинтона, «мог бы стать священником, если бы не страсть к политике», — с гордостью говорит его мать.

Хотя идея общего семейного происхождения может показаться преувеличением, сохранение греческой идентичности, охватывающей культуру, историю, язык и религию, укрепляет большую греко-американскую семью, которая является сердцем Греческой Православной Церкви в США. .С.

Интересно, что греко-американская община этой страны, насчитывающая 1,5 миллиона человек, не является однородной. Большинство из них являются потомками иммигрантов из самой Греции. Тем не менее, многие эмигрировали из греческих общин на Балканах, Кипре, в Египте и Турции, землях, которые остались частью империи турок-османов после обретения Грецией независимости в 1830 году. И хотя они говорят по-гречески, едят греческие блюда и претендуют на классическую и византийскую кухню. Греческая история как их собственная, опыт этих иммигрантов отличается.

Греки давно эмигрировали к берегам США. Сначала большинство из них были неквалифицированными рабочими-мужчинами, покинувшими небольшие деревни на Пелопоннесе в поисках лучших экономических возможностей. Греция была обедневшей страной, которая медленно восстанавливалась после столетий экономического спада. Эти иммигранты, однако, были слишком немногочисленны и непостоянны, чтобы влиять на американскую сцену. Только в конце прошлого века греки иммигрировали в достаточном количестве, чтобы установить постоянное присутствие.

Эти цифры резко возросли после двух травмирующих событий: погромов, уничтоживших большие армянские, ассирийские и греческие общины Османской империи во время Первой мировой войны, и изгнания более миллиона греков после поражения Турции от вторгшейся греческой армии в 1922 году. (Греция ответила тем же, изгнав со своей земли большую часть своих турецких граждан.)

греческих иммигрантов поселились в основном в текстильных городках Новой Англии и промышленных городах Иллинойса, Огайо и Пенсильвании. Как и большинство сельских жителей Европы, они сосредоточили свою жизнь на праздничных циклах церкви, образу жизни, сложившемся в византийские времена и оставшемся относительно нетронутым османами. Оказавшись в Новом Свете, эти иммигранты продолжили эту модель, хотя и поселились в городах.Сначала они ходили на литургии в любой из уже существующих поместных православных храмов. По мере увеличения числа греческих иммигрантов росло и давление с целью создания грекоязычных приходов, которые, по их мнению, сохранят их обычаи и традиции.

Вдохновленные этой идеей, лидеры kinotis, или общины, взяли на себя инициативу, пообещав средства и рабочую силу для создания и поддержки этнических греческих приходов. Как только будет собрано достаточно денег, лидер кинотиса запросит священника либо у Вселенского Патриархата в Константинополе (переименованного в Стамбул после создания Турецкой Республики в 1922 году), либо у Священного синода Православной церкви Греции.

В 1890-х годах греко-американские общины в Нью-Йорке, Чикаго и Лоуэлле, штат Массачусетс, основали национальные приходы. На рубеже веков количество приходов увеличилось. Отец Стефанопулос пишет, что 60 процентов из более чем 550 приходов, входящих в настоящее время в состав Греческой православной архиепископии Северной и Южной Америки, были твердо установлены к 1920 году.

Священники, посланные в эти молодые греко-американские приходы, были плохо подготовлены к ритму американской жизни и культуры.Набранные из греческих деревень, эти священники, светские и духовные лидеры общины, получили образование в строгой византийской монашеской традиции. Они враждебно отнеслись к более свободному американскому образу жизни и последующей ассимиляции многих иммигрантов. Были созданы классы, часто со священником в качестве учителя, чтобы обучать студентов современному греческому языку и прививать чувство греческой культуры и традиций.

Этническая привязанность оставалась интенсивной. Культурные и политические события в старой стране подпитывали эту напряженность, тем самым разделяя греко-американское сообщество.Усложняет вопрос распространение в 1908 году полномочий Священного Синода Элладской Православной Церкви на все греческие приходы в США

.

Православная церковь Греции, установленная церковь Королевства Греции, была тесно связана с политикой Королевства. Во время Первой мировой войны между королем Константином I (1863–1923) и главой могущественной Либеральной партии Элевтериосом Венизелосом (1864–1936) разгорелся спор относительно роли Греции в войне. Каждый заручился поддержкой определенных епископов в синоде.Отречение Константина от престола в 1917 году и вступление Венизелоса на пост премьер-министра разделили церковь. Это оказало разрушительное воздействие на греко-американское сообщество, в частности на церковь.

В 1918 году митрополит Афинский архиепископ Мелетий Метаксакис совершил поездку в США и учредил Синодальный совет Греко-Американской Церкви. Однако митрополиту Мелетию, которого назначил Венизелос, было приказано вернуться в Афины и заменить епископом-роялистом, когда Константин восстановил престол в 1920 году.

Мелетий, однако, вскоре вернулся в США и, утверждая свое положение законного главы Элладской церкви, взял на себя власть Элладской православной церкви в США. Он созвал первый съезд духовенства и мирян в 1921 г. за официальное присоединение Архиепископии Северной и Южной Америки в Нью-Йорке в 1922 году.

Пока Мелетий работал над созданием администрации Греко-Американской церкви, епископ, посланный королем Константином, отправился в США.С. восстановить контроль Священного Синода. Присутствие двух соперничающих иерархов, представителей восстановленного короля и свергнутого премьер-министра, разделило церковь и общину по одним и тем же основаниям.

По словам Чарльза К. Москоса-младшего, профессора социологии Северо-Западного университета, в этом расколе была различимая закономерность. Более ориентированные на традиции греческие общины рабочего класса Северо-Востока встали на сторону Священного Синода и лагеря роялистов. Ассимиляционистский средний класс, особенно на Среднем Западе, встал на сторону Мелетия и Либеральной партии.

В январе 1922 года при драматическом повороте событий митрополит Мелетий был избран Вселенским Патриархом, духовным лидером православного мира. В марте того же года Мелетий IV вернул Греческую православную архиепископию Северной и Южной Америки под юрисдикцию Вселенского Патриархата, где она остается и сегодня.

Несмотря на эти сбивающие с толку семейные распри, в которых участвовало множество личностей по обе стороны Атлантического океана, Греческая православная церковь в США процветала.

Число греческих иммигрантов резко сократилось после середины 1920-х годов, когда Конгресс принял закон о национальных квотах 1921 года, а затем ввел еще более жесткий контроль над иммиграцией в 1924 году. Между тем, по крайней мере половина тех, кто прибыл в пиковые годы иммиграции, вернулись в старую страну. Сообщество стабилизировалось через несколько десятилетий, когда политика родины перестала нарушать греко-американскую жизнь.

Архиепископ Афинагор, избранный архиепископом Северной и Южной Америки в 1930 году, работал над установлением мира в греко-американской общине.Он посещал приходы, утвердил роль мирян, основал Крестовоздвиженскую богословскую школу и основал благотворительное женское общество Филоптох.

В 1948 году этот неутомимый поборник церковного единства был избран Вселенским патриархом. Преемник Афинагора, архиепископ Михаил, мягко направил свою общину в современную послевоенную эпоху, создав Управление информации и связей с общественностью и обратившись к молодежи, создав Греческую православную молодежь Америки.

Период наибольшего роста Греческой Православной Церкви в США.С. совпадает с 37-летним пребыванием архиепископа Иакова на посту главы Архиепископии Северной и Южной Америки. Новые приходские церкви, отражающие как растущее благосостояние, так и мобильность греческой общины, были построены в богатых пригородах, особенно в Калифорнии, на юге и юго-западе. Школы литургического искусства, особенно иконописи, участвуют в амбициозных программах в церквях и святынях Архиепископии. За исключением тех районов, где проживает значительная община иммигрантов, Божественная литургия совершается на английском языке.

По словам г-жи Стефанопулос, значительное число негреков вступает в Греческую Православную Церковь. Большая часть этого роста отражает брачные тенденции общества; смешанные браки перестали быть табу. По мере того, как греки уезжают из старых иммигрантских кварталов в пригороды, шансы выйти замуж за православного супруга уменьшаются. Тем не менее значительная часть негреков вступает в общение с церковью в основном благодаря жизненности таинств.

«Литургия — наша самая большая сила», — отмечает она.

священников американского происхождения в настоящее время превосходят числом священников иностранного происхождения, которые продолжают приезжать в США для работы с растущим числом недавних иммигрантов.

Семинария Святого Креста в Бруклине, штат Массачусетс, была реорганизована и теперь является полностью аккредитованным богословским учреждением. Hellenic College, основанный в 1968 году, функционирует как школа бакалавриата совместно с семинарией.

Возможно, самое значимое событие в Православной Церкви в США можно отнести к решимости архиепископа Иакова: создание в 1960 году Постоянной конференции канонических православных епископов Америки, SCOBA.

Этническая и политическая напряженность остановила рост Православной Церкви в диаспоре, особенно в США. Более 1600 православных приходов, 75 архиереев, пять духовных семинарий и более дюжины монастырей принадлежат семье православных церквей в США. живые учреждения разделены между несколькими юрисдикциями. SCOBA под председательством архиепископа Иакова стремится наладить общение между церквями и объединить богатые и разнообразные ресурсы Православной Церкви.

Греческая православная церковь, начавшая свое второе столетие активного служения в Соединенных Штатах, взяла на себя «более заметную роль в политической, экономической и общей жизни Америки», — пишет отец Стефанопулос.

Надеемся, что по мере того, как большая греко-американская семья продолжает углублять свою приверженность вере и церкви, эта приверженность, в свою очередь, укрепит нашу страну, наши общины и наши церкви.

Майкл Ла Чивита является редактором журнала Католический Ближний Восток .

Путешествий в Православие | Православная церковь Святого Креста

«От Южного Тенесси до Южного Ханаана»

от отца Мартина Ватта


Я родился в семье методистов и баптистов в середине 1960-х годов. Я родился в Ноксвилле, штат Теннесси, но вырос в Джексоне, штат Теннесси, недалеко от Мемфиса.

Меня крестили в методистской церкви при рождении. Насколько мне известно, я имею честь быть единственным человеком, который провалил класс подтверждения.

Когда я впервые прошел курс конфирмации, примерно в 11 лет, мой отец, который был баптистом на половине моего воспитания, хотел убедиться, что я знаю, что решение быть принятым в Церковь было моим решением, но что я должен быть готов сохранить это решение на всю оставшуюся жизнь. Это был его способ подчеркнуть индивидуальную природу решения принять Христа. Я решил отказаться от подтверждения. В следующем году меня приняли в методистскую церковь.

У меня был вариант перекрещивания, и я выбрал этот вариант, опять же под влиянием отца.Меня крестили, обливая голову водой.

На следующий год мои мама и папа решили, что лучше всего они могут служить Христу в баптистской церкви. Мы все пошли, и вместе с мамой я крестился погружением в воду, что стало моим третьим крещением. Надеюсь, один из них «взял».

В раннем подростковом возрасте я почувствовал призвание к полновременной церковной работе. Свою первую проповедь я произнес в возрасте 15 лет в баптистской церкви в воскресенье, посвященное лидерству мирян. Это был жалкий, но милый провал.

Я поступил в колледж в Государственном университете Среднего Теннесси после работы на AM-радиостанции в моем родном городе и стремился стать инженером звукозаписи. На первом курсе я узнал, что лучшие инженеры звукозаписи живут за чертой бедности. Я быстро решил, что мне нужна новая профессия. У меня был друг, который учился на третьем курсе Гарвардской школы права и рассказывал о своих собеседованиях на должность клерка. Я был очарован.

Я написал другу семьи, который был судьей окружного суда и корпоративным юристом, и попросил его совета.Он посоветовал взять все возможные отчеты, что я и сделал.

В колледже я перестал ходить в церковь. Баптистская церковь находилась в разгаре раскола между консерваторами и умеренными; раскол, который был довольно неприятным. Веры я не терял, но связь с Церковью потерял.

После окончания колледжа мне надоело быть бедным и учиться в школе, поэтому я принял предложение о работе и начал свою карьеру вместо того, чтобы учиться на юридическом факультете. В 1987 году я женился на своей школьной возлюбленной, а в 1989 году устроился на работу в небольшой горный городок Кингспорт в Восточном Теннесси.Наша дочь родилась в 1991 году.

В том же году меня перевели в Форт-Лодердейл, штат Флорида. Мы с женой начали страдать от культурного шока. Чтобы смягчить шок, мы решили поискать единственную знакомую нам вещь на юге Флориды и присоединились к небольшой баптистской миссионерской церкви.

Мы получили удовольствие от этого опыта, однако я начал тосковать по более благоговейному опыту. Я начал искать то, что, как я позже узнал, называлось «литургическим» поклонением. Я также стремился узнать, что должно было произойти после опыта спасения в баптистской церкви.Они не предлагали никаких рамок для роста, и рост не был особо подчеркнут.

Мой брат потерял слух во время службы на флоте, и мы использовали компьютерное средство связи, чтобы поддерживать связь. В этой компьютерной системе также проводились круглые столы для обсуждения, и я присоединился к круглому столу по религии и философии, чтобы исследовать различные религии. Меня особенно интересовало то, как вера практиковалась на личном уровне, в отличие от доктринального или «официального» уровня.

Я не мог примириться с монархической моделью католической церкви, и как епископальная, так и лютеранская церкви переживали расколы, подобные тем, которые изгнали меня из баптистской церкви. Однако была группа из четырех человек, которые составляли восточно-православный круглый стол. Они терпеливо отвечали на мои вопросы и мягко помогали мне в том, как они видели взаимосвязь между верой и жизнью. Первый опыт православного богослужения я получил на праздник Трех Святителей 30 января 1994 года.

Мне посчастливилось найти группу бывших евангелистов, обратившихся несколько лет назад. Они смогли помочь мне приблизиться к вере, поскольку они тоже начали идти по этому пути.

Моя жена, дочь и я были приняты миропомазанием в православную веру в октябре 1995 года после 18-месячного оглашения в Иоанно-Богословской (Антиохийской) церкви в Мемфисе, штат Теннесси. Вскоре после рождения нашего сына Джонатана мы переехали в Дейтон, штат Огайо, и присоединились к приходу святого апостола Павла (ПЦА). После завершения программы диаконского призвания, предложенной Коламбусским благочинием в 2007 году, я был рукоположен в диаконы в церкви св. Павла в Дейтоне приснопамятным архиепископом Иовом в октябре 2008 года.

В это время я был консультантом по здравоохранению и руководителем, проводя время в поездках по стране. Обычно я уезжал в воскресенье вечером и возвращался домой в пятницу вечером. Я действительно начала скучать по своей семье и искала возможности, чтобы мы могли быть вместе.

В начале 2010 года, после шести лет странствий, я оставил свою карьеру руководителя здравоохранения и начал получать степень магистра богословия и возможное священство в Свято-Тихоновской семинарии. Я выбрал Свято-Тихоновский собор из-за богатства литургических служб, испытанных в монастырском храме. Я всегда твердо чувствовал, что академическая подготовка может быть достигнута во многих местах, но литургическая подготовка, столь необходимая для христианской жизни, наиболее полно находится в монастырская обстановка.Свято-Тихоновский позволяет мне добиваться обеих целей.

В праздник Преображения Господня 2012 года в храме Свято-Тихоновского монастыря архиепископом Тихоном был рукоположен во иерейские саны.

И история продолжается…

 

«Культура и семья»

Сем Алексис Болдуин


С раннего возраста мои родители учили меня важности двух очень важных фактов: двух переживаний, которые мы пережили. Этими двумя реальностями были культура и семья.

Я вырос в дельте Миссисипи; Северо-западная часть штата Миссисипи. Это очень бедный район, но, как и многие места на юге, он богат культурой. Фестиваль блюза в дельте Миссисипи проходил буквально через дорогу от нашего дома. Я помню, как шел к нему в чистом поле. Все группы играли музыку, и многие люди пришли послушать их. Это был настоящий культурный опыт, часть жизни народа. Как и в случае с добротой, быть нежным и заботиться о других — часть местной культуры.Мы помогали нашим соседям, а они помогали нам. Несмотря на то, что мы были с севера — мой отец из Чикаго и моя мать из Индианаполиса, штат Индиана — люди приветствовали нас, и мы приветствовали их. Они относились к нам так, как будто мы были там. Мы были семьей для них, и они были семьей для нас.

Реальность семьи — это еще одна вещь, которую мы пережили. Мы были тесно связаны. Семья была важна для нас. Мы даже много раз ездили в Индианаполис, чтобы увидеть нашу семью и родственников — теток, дядей, двоюродных братьев, бабушек и дедушек.Я был воспитан ревностным номинальным католиком. Это было частью как семьи, так и культуры. Это было то, что мы сделали как семья. Все в семье были католиками, и мы тоже. Это была встреча семьи и культуры для меня, когда я рос.

В преддверии последнего года обучения в старшей школе мы переехали в Феникс. Со своей будущей женой Вероникой я познакомился в молодежной группе католической церкви. Я закончила и устроилась на работу. Мы с моей будущей женой решили поступить в католические университеты, чтобы получить степень бакалавра.Я учился во Францисканском университете Стьюбенвилля в Огайо, а она — в Университете Дюкен в Питтсбурге. Мы выпустились и вернулись в Финикс. Я переехал к папе. Мы поженились через полгода. Сосед моего отца был французским шеф-поваром на пенсии из Франции, и мой отец спросил меня, не хочу ли я найти работу. Я сказал «да» и начал работать на шеф-повара Бернарда. Он научил меня готовить. (Сейчас я повар в Свято-Тихоновской семинарии и готовлю всех семинаристов) Два года работала у шефа.После того, как мы с женой поженились, мы стали оглашенными в Православной Церкви, а затем крестились в православии.

Впервые я познакомился с православной церковью в университете. У меня был друг, который стал моим наставником; старый джентльмен, которого я встретил там по имени Тодд. Он рассказал мне о Православной Церкви, Богословии Православной Церкви, патристике, св. Григории Паламе и каппадокийских отцах. У меня никогда не было опыта общения с Православной Церковью. Православные храмы в Миссисипи есть, но их немного, и поэтому мало кто знает о тамошней православной церкви.Меня в детстве ничему не учили о Православной Церкви. У меня был небольшой опыт Божественной Литургии и Православной Духовности до поступления в университет, потому что я посетил несколько византийских/греко-католических церквей, но это не была полнота Православной Церкви. Тодд познакомил меня с Православной Церковью, но для меня это было еще только интеллектуальное знание Православия, а не полнота. Пока я учился в университете, мы с будущей женой подъезжали к греко-католической церкви в Северном Огайо.Я искал больше. Не скажу ничего плохого о католицизме, но если быть честным с самим собой, я бы сказал, что попаду в ад как католик по многим причинам. Православная церковь — Христос спас меня. Я искал большего, для культуры. Я искал Православную Церковь, чтобы испытать ее.

Культура — это не просто то, чем вы занимаетесь. Я хотел жить в христианской культуре. Мы делаем это как православные христиане. Мы произносим наши утренние молитвы и наши вечерние молитвы.У нас в домах есть уголки для икон. Мы живем в соответствии с нашими традициями, нашей верой. Наша Вера – это наша пережитая христианская культура. У нас есть культура во Христе. Церковь – это наша Семья. Это то, что я искал; чего я жаждал. Мы с женой пытались жить православной верой и духовностью, не будучи православными, и мы стали православными, потому что поняли, что нельзя быть православным, не будучи в Церкви.

 

Каминг-аут в моей греческой православной семье: Отвержение бесполых гетеросексуалов

Телевидение — это Америка.Америка — это секс. И секс, конечно, самый большой грех из всех. Это были причины, по которым родители запретили мне смотреть «Улицу Сезам» в нашем доме. Меня воспитывали в церкви мои ультраортодоксальные родители, и я помню, как с юных лет чувствовал конфликт с религией моих родителей.

Ограничения греческого православия строги, а правила поведения, установленные для меня, еще более жесткие. Ожидание, которое так сильно связывалось со мной при моем вступлении в этот мир, было следующее: я должен быть не только гетеросексуальным, но в то же время и бесполым.

Этот идеал бесполой женщины занимает центральное место в гречности, поскольку религия и культура — одно и то же.

Фото: Церковь Марс-Хилл, Сиэтл. Под лицензией Creative Commons 2.0.

Но я была слишком любопытна, слишком непокорна, слишком заинтригована своим телом, чтобы когда-либо быть тем тихим гетеросексуалом, который разносит кофе мужчинам после церкви и мечтает когда-нибудь о собственной свадьбе. Еще до того, как я узнал о своей гомосексуальности, я знал, что доставлю неприятности своим родителям, и не ошибся.

Реакция моих родителей на сексуальную природу внешнего мира внушила мне негласное понимание того, что сексуальность в ее тотальности неверна. Я помню, как телевизор выключался при малейшем упоминании о сексе, при самом целомудренном из поцелуев. В такие моменты мне говорили, что это не «настоящая жизнь».

Но для меня это было реально. Отрицая существование сексуальности в мире, мои родители смогли оградить от нее меня и моих братьев и сестер, но не смогли оградить нас от самих себя.Я всегда осознавал свое сексуальное «я». С юных лет я чувствовал себя неправильным, ущербным и сломленным; не просто потому, что я был геем, а потому, что я вообще чувствовал желание.

Неудивительно, что моим половым воспитанием была книга, которую поспешно сунули мне под подушку, чтобы отметить начало месячных в 11 лет. Она называлась Girls Talk . Я понятия не имел, что происходит с моим телом. До этого момента все, что я знал о менструации, я черпал из книги . Ты здесь, Боже? Это я, Маргарет , и часы, которые я тратил, пролистывая семейный словарь, пытаясь найти какие-нибудь обрывки информации, какие только мог.

Было очень волнительно получить наконец такую ​​книгу, как Girls Talk . Я взял его с нетерпением. — Не читай девятую страницу, — быстро сказала мама, избегая моего взгляда. На девятой странице был невинный акт демистификации: осмотр влагалища с помощью ручного зеркала.

Одного намека на риск самоисследования было достаточно, чтобы вызвать непропорциональную реакцию моей матери, и я отреагировал на это с вызовом. Первое, что я сделал, это перешел прямо на оскорбительную страницу.

В тот же вечер я села перед зеркалом, широко расставив ноги. Я не мог полностью понять реакцию моей матери или почему мое тело должно бояться. Несмотря на то, как меня воспитали, я никогда не боялся своего тела. Его секретность и запрещенный статус только усилили мое любопытство.

В контексте такого негативного отношения к сексуальности любого рода каминг-аут оказался для меня особенно сложным. Свидания — это то, о чем я бы никогда не заговорил со своими родителями, если бы был натуралом.Это то, о чем мои гетеросексуальные братья и сестры никогда не будут говорить с ними. Однако, как лесбиянка, я оказалась в неудобном и нежелательном положении, когда мне пришлось вести с ними этот разговор.

Открытие моей греко-православной семье было не просто вопросом: «Я здесь, я гей, берите меня или уходите». Это также было признанием того факта, что я сексуальное существо.

Благонамеренные союзники и друзья постоянно убеждали меня стиснуть зубы и жить по-настоящему, признаваясь.Они не понимали, что гей-фактор — это только половина проблемы. Отвращение и табу самой сексуальности были для них чужды.

Мои друзья не могли этого понять, в то время как их неэтнические, нерелигиозные родители говорили им: «Никаких свиданий, пока тебе не исполнится 16», мои родители – мои этнические родители, которые отправили меня в школу с долмадой и мусакой и запретили мне ночевки и майки с бретельками — сказал мне, что я не могу встречаться с , пока не выйду замуж за . Заявляя, что я сексуален, что у меня есть сексуальность, я нарушаю тот самый кодекс поведения, с которым я вырос.

Несмотря на это, я вышел. Моим родителям становилось все более очевидным, что я веду двойную жизнь. Я написал им письмо. Это защитило меня от необходимости быть свидетелем воздействия моего заявления: «Стыд». Боль. Быстрая и неизбежная вспышка боли и разочарования в глазах моих родителей.

Я заплатил цену за свою смелость и продолжаю платить цену за отказ от ожидаемой от меня роли. Моя сексуальность и мое решение встречаться до брака в моей семье считаются позором.Об этом не говорят, вместо этого прикрывают ложью, секретностью и клеймом.

Для целей семейной жизни я не женат. Я иногда путешествую между штатами, так как мой партнер переехал по работе. Всякий раз, когда я приезжаю в гости, придумываются различные отговорки в пользу членов расширенной семьи.

Ужасная нескончаемая тревога все еще сохраняется. Хотя я больше не прячусь от самых близких мне людей, в остальном мало что изменилось.

Я нахожу утешение в том, что даже если бы я был честным, я все равно сталкивался бы с препятствиями.Я бы не оправдала ожиданий моих греческих родителей, что я буду вести бесполый гетеросексуальный образ жизни, о котором они мечтали, и никогда не встречаться, пока не выйду замуж за мужчину. Может быть трудно жить в отказе от этого, но я всегда знал, что так будет.

Мне 22 года. Я вышел. И все же я продолжаю претендовать на свою семью. Когда мои женатые кузены говорят мне, что однажды я найду любовь, я улыбаюсь и молчу. Когда мама спрашивает меня, будем ли мы с моим партнером жить в одном доме, в одной постели, я мягко отвечаю.

«Нет. Нас не будет».

Исмена учится на последнем курсе права и языков. Ей еще предстоит посмотреть «Улицу Сезам».

ПОДПИСАТЬСЯ НА ЖУРНАЛ ARCHER

Очаровательная семья принца Филиппа: русская царица, греческая православная монахиня, изгнанный король и многое другое

династии. Как отметила его биограф Ингрид Сьюард в книге «Принц Филипп разоблачил », в его жилах «течет больше голубой крови, чем в его жене, королеве.

Среди родственников и предков герцога Эдинбургского были люди, которые наделили его независимостью, упрямством и сильным чувством долга, а также чувством юмора — все это сделало его уникально подходящим для того, чтобы быть принцем-консортом дольше всех Британская история.

Прапрабабушка: принцесса Алиса, великая герцогиня Гессенская и Рейнская

Третий ребенок королевы Виктории и ее возлюбленного Альберта, принцесса Алиса родилась в 1843 году. В детстве она была известна как добрый миротворец в ее большая семья, интеллектуалка с меланхоличной жилкой мученика.По словам Джеррольда М. Паккарда, автора книги « Дочери Виктории », Алиса часто пыталась разорвать свои «золотые цепи», навещая жильцов в их коттеджах в королевских поместьях и однажды убегая от своей няни в церкви, чтобы посидеть в саду. скамьи простолюдина.

Будучи подростком, Элис ухаживала за своим отцом Альбертом на смертном одре в 1861 году. Друг семьи прозвал ее «ангелом в доме». Также считалось, что она спасла опустошенную Викторию от полного безумия. .1 июля 1862 года Алиса вышла замуж за красивого и довольно незамысловатого Людовика Гессен-Рейнского и отправилась начинать новую жизнь в консервативный Дармштадт (ныне часть Германии).

Удивительно прогрессивная для своего времени Алиса была полна решимости встряхнуть все в своем новом доме. «Если никогда не видеть бедности и всегда жить в этом холодном кругу придворных, — многозначительно писала она матери, — у человека иссякают добрые чувства, и мне хочется ходить и делать то малое добро, что в моих силах.

Часто встречаясь со своей героиней Флоренс Найтингейл, принцесса Алиса взялась за радикальное преобразование системы здравоохранения в Гессене. Со временем она откроет госпиталь Алисы и женскую гильдию принцессы Алисы, готовящую медсестер. Она также продвигала права женщин (к большому огорчению многих аристократических женщин) с Дармштадтским женским днем ​​​​и пригласила к себе домой либерального теолога Давида Фридриха Штрауса, что привело к тому, что ее свекровь, императрица Августа, назвала ее «полной атеисткой». !”

Королеве Виктории также угрожала ее прогрессивная дочь, которую она называла «резкой и величественной и желающей все делать по-своему».По словам Виктории, Алиса осмелилась расспросить сестер об их сексуальной жизни и гинекологическом здоровье, к большому ужасу их матери. После случайной смерти ее любимого сына Фритти в 1873 году ее меланхолия усилилась. «Я хотела бы умереть, — писала она, — и, вероятно, скоро я доставлю маме это удовольствие».

Принцесса Алиса умерла от дифтерии 14 декабря 1878 года, став первым ребенком Виктории и Альберта, умершим. У нее осталось пятеро живых детей — Виктория, Ирэн, Эрнест и обреченные Элла и Аликс, убитые во время русской революции.Подробнее об Элле читайте ниже.

Великая бабка: Великая княгиня Елизавета (Элла) Российская

Канонизированная Русской православной церковью как святая, Великая княгиня Элла Российская окажет огромное влияние на ее семью. Нежная, сострадательная и энергичная, Элла была безответной любовью своего двоюродного брата, будущего кайзера Вильгельма II, который сложил меч достаточно долго, чтобы написать стихи в ее честь.

В 1884 году Элла вышла замуж за гораздо более старшего и чрезвычайно замкнутого великого князя Сергея, московского губернатора.Светская звезда, именно Элла поощряла роман между своей болезненно застенчивой сестрой Аликс и будущим царем Николаем II. Но веселая жизнь Эллы, состоящая из балов, катания на санках и благотворительных мероприятий, закончилась в 1905 году, когда ее муж был убит революционерами. По словам Роберта К. Мэсси, автора книги Николай и Александра :

О Православии | Русская Православная Церковь Рождества Пресвятой Богородицы

В более широком богословском смысле «Православие — это не просто тип чисто земной организации, которую возглавляют патриархи, епископы и священники, несущие служение в Церкви, официально именуемой «Православной».Православие есть мистическое «Тело Христово», Главой которого является Сам Христос (см. Еф. 1:22-23 и Кол. 1:18, 24 и след.), и в его состав входят не только священники, но и все, кто истинно верующие во Христа, вступившие в основанную Им Церковь, живущие на земле и умершие в Вере и в благочестии».


Великий раскол между восточной и западной церковью (1054 г.) стал кульминацией постепенного  процесса отчуждения востока и запада, начавшегося в первые века христианской эры и продолжавшегося в средние века.Лингвистические и культурные различия, а также политические события способствовали отчуждению. С 4 по 11 век Константинополь, центр восточного христианства, был также столицей Восточной Римской, или Византийской, империи, в то время как Рим, после варварских нашествий, попал под влияние Священной Римской империи Запада , политический соперник. На Западе богословие осталось под влиянием св. Августина Гиппопотамского (354-430) и постепенно утратило непосредственную связь с богатой богословской традицией христианского Востока.В то же время Римский престол был почти полностью захвачен франками.


Богословские разногласия, вероятно, могли бы быть улажены, если бы не было двух разных концепций церковной власти. Рост римского первенства, основанный на концепции апостольского происхождения Римской Церкви, претендовавшей не только на титул, но и на юрисдикционную власть над другими церквами, был несовместим с традиционной православной экклезиологией. Восточные христиане считали все церкви церквами-сестрами и понимали первенство римского епископа только как primus inter pares среди своих братьев-епископов.Для Востока высшим авторитетом в разрешении доктринальных споров никоим образом не мог быть авторитет одной Церкви или одного епископа, а Вселенский Собор всех сестринских церквей. С течением времени Римская Церковь приняла различные неверные учения, не основанные на Предании, и, наконец, провозгласила учение о непогрешимости Папы, учащего ex cathedra. Это еще больше увеличило пропасть между христианским Востоком и Западом. Протестант

общин, отколовшихся от Рима в течение столетий, еще более расходились с учением Святых Отцов и Святых Вселенских Соборов.


Из-за этих серьезных догматических различий Православная Церковь не находится в общении с римско-католической и протестантской общинами. Одни православные богословы вообще не признают церковный и спасительный характер этих западных церквей, а другие признают, что Дух Святой в определенной степени действует внутри этих общин, хотя они и не обладают полнотой благодати и духовных дарований, как Православная Церковь. Многие православные богословы придерживаются мнения, что между 9000 г.

Православия и инославных конфессий, особенно в сфере духовного опыта, богопонимания и спасения, существует онтологическое различие, которое не может быть отнесено просто к культурному и интеллектуальному отчуждению Востока и Запада, но является прямым следствием постепенного отчуждения священного предания иноверных христиан.

 

Во время раскола 1054 года между Римом и Константинополем члены Восточной Православной Церкви были распространены на Ближнем Востоке, Балканах и в России с центром в Константинополе, столице Византийской империи, которая также была под названием Новый Рим. Превратности истории сильно видоизменили внутренние структуры Православной Церкви, но и сегодня основная масса ее членов проживает в одних и тех же географических районах. Однако миссионерская экспансия в Азию и эмиграция на Запад помогли распространить присутствие Православия по всему миру.Сегодня Православная Церковь присутствует почти во всем мире и несет свидетельство истинного, апостольского и святоотеческого Предания всем народам.


Православная Церковь известна своим развитым монашеством. Непрерывная монашеская традиция православного христианства прослеживается в египетских пустынных монастырях 3-го и 4-го веков. Вскоре монашество распространилось по всему Средиземноморью и Европе: в Палестине, Сирии, Каппадокии, Галлии, Ирландии, Италии, Греции и славянских странах.Монашество всегда было маяком Православия и оказывало и продолжает оказывать сильное и длительное влияние на православную духовность.


Православная Церковь сегодня представляет собой бесценную сокровищницу богатой литургической традиции, унаследованной от первых веков христианства. Ощущение сакрального, красота и величие православной Божественной литургии делают присутствие рая на земле живым и насыщенным. Православное церковное искусство и музыка играют очень функциональную роль в богослужебной жизни и помогают даже телесным чувствам ощутить духовное величие тайн Господних.Православные иконы – это не просто прекрасные произведения искусства, выполняющие определенные эстетические и дидактические функции.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты:
<a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>