МКОУ "СОШ с. Псыншоко"

МКОУ "СОШ с. Псыншоко"

Добро пожаловать на наш сайт!

Судебная практика признание безвестно отсутствующим: Решение о признании безвестно отсутствующим

ВС рассказал, как признать гражданина безвестно отсутствующим

Как доказать отсутствие сведений?

Игорь Юсупин* в июне 2015 года ушел из дома и не вернулся. Предпринятые меры для его поиска результатов не дали. В апреле 2016 года следователь СО ОМВД России по Хасавюрту возбудил в отношении Юсупина уголовное дело за участие в незаконном вооруженном формировании (ч. 2 ст. 208 УК). Подозреваемого объявили в федеральный и международный розыск. Еще через полтора месяца в отношении Юсупина было возбуждено второе дело – за участие в деятельности террористической организации (ч. 2 ст. 205.5 УК). Стало известно, что мужчина находится на территории Сирийской Арабской Республики и принимает участие в боевых действиях против правительственных войск. 

ЗАЯВИТЕЛЬ: Ирина Юсупина*

СУТЬ ДЕЛА: О признании гражданина безвестно отсутствующим 

РЕШЕНИЕ: Принятые акты отменить, дело направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции

Спустя некоторое время появились сведения, что Юсупин погиб в Сирии. У него осталось трое детей. Супруга Ирина Юсупина* в 2018 году через суд попросила признать мужа безвестно отсутствующим, чтобы оформить пенсию по потере кормильца. Хасавюртовский городской суд Республики Дагестан отказал в удовлетворении заявления, Верховный суд Республики Дагестан с ним согласился. Они сочли, что заявительница не представила достаточных и убедительных доказательств отсутствия сведений о месте пребывания Юсупина. Апелляция также подчеркнула: объективных причин считать Юсупина погибшим, как и доказательств его смерти, не имеется. 

Тогда Юсупина обратилась в Верховный суд. Тот отметил: юридически значимым обстоятельством является выяснение вопроса о наличии каких-либо сведений о месте пребывания Юсупина за последний год. Для этого суд должен истребовать документы из соответствующих организаций и учреждений по последнему известному месту пребывания, а также информацию о результатах розыска из следственных органов. ВС указал: нижестоящие суды исходили из установленных в рамках уголовного дела обстоятельств, имевших место в 2016 году, тогда как заявление о признании Юсупина безвестно отсутствующим подано в 2018 году. Поэтому ВС отменил ранее принятые акты и направил дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции (№ 20-КГ19-1). Пока еще оно не рассмотрено.  

Суд должен запросить документы

Адвокат АБ Региональный рейтинг. × Любовь Ваганова рассказала: зачастую возможности заявителей по сбору доказательств отсутствия гражданина ограничены и сводятся лишь к обеспечению явки свидетелей. «ВС указывает, что в обязанности суда входит истребование сведений о гражданине из соответствующих организаций: налоговой инспекции, Пенсионного фонда, лечебных учреждений, правоохранительных органов, Росреестра, ЗАГС. При этом ВС подчеркивает: при отсутствии в деле подобной информации отказ в признании гражданина безвестно отсутствующим априори не законен», – отметила Ваганова. «Суд установил, что Юсупин отсутствовал по месту жительства, но не выяснил, есть ли сведения о его местонахождении, хотя этот факт играет определяющую роль. Соответственно, суд должен исправить свои ошибки», – считает руководитель GR-практики юркомпании Федеральный рейтинг. × Дмитрий Лесняк. Он сообщил: многие пользуются простотой признания гражданина безвестно отсутствующим, чтобы снять его с очереди, отнять право на недвижимость перед расселением или лишить родительских прав.

Управляющий партнёр юркомпании Региональный рейтинг. группа ВЭД/Таможенное право и валютное регулирование группа Налоговое консультирование и споры группа Разрешение споров в судах общей юрисдикции группа Корпоративное право/Слияния и поглощения группа Арбитражное судопроизводство Профайл компании × Владислав Варшавский напомнил, что ВС уже рассматривал аналогичные дела (№ 91-КГ18-6, № 15-КГ14-8). «В каждом из этих определений ВС указал, что гражданин может быть по заявлению заинтересованных лиц признан судом безвестно отсутствующим, если в течение года в месте его жительства нет сведений о месте его пребывания (ст. 42 ГК). Также ВС повторил: институт признания гражданина безвестно отсутствующим – это удостоверение в судебном порядке факта длительного отсутствия гражданина в месте его постоянного жительства, если меры по установлению места его пребывания и получению каких-либо сведений о нем оказались безуспешными», – говорит Варшавский.

Определение ВС имеет ключевое значение для формирования судебной практики по делам о признании гражданина безвестно отсутствующим.

Любовь Ваганова

По мнению Вагановой, особое значение имеет указание ВС на необходимость истребования информации о результатах розыска гражданина, в отношении которого возбуждено уголовное дело. Сам по себе факт объявления гражданина в федеральный розыск не является основанием для отказа в признании его безвестно отсутствующим. «Ранее суды отказывали в удовлетворении подобных заявлений, поскольку гражданин не безвестно отсутствует, а умышленно скрывается от правоохранительных органов с целью избежать уголовной ответственности. Такие решения оборачивались множеством проблем. В моей практике был случай, когда безвестное отсутствие гражданина полностью парализовало работу юрлица, учредителем которого он был. Поэтому ВС подчеркивает: основной целью признания гражданина безвестно отсутствующим является предотвращение негативных последствий для его близких и окружения», – сообщила Ваганова.

Ведущий юрист направления «Налоги и право» ГК Федеральный рейтинг. группа Корпоративное право/Слияния и поглощения × Василий Гавриленко считает: «Итоговое решение суда будет напрямую зависеть от той информации, которую предоставят уполномоченные органы, а именно от того факта, хватит ли предоставленной информации для вынесения положительного решения». По мнению Вагановой, шансы на удовлетворение заявления о признании гражданина безвестно отсутствующим при пересмотре дела очень высоки. Варшавский тоже уверен, что заявленные требования подлежат удовлетворению судом первой инстанции.

* – имя и фамилия изменены редакцией.

Судебная практика по делам о признании гражданина безвестно отсутствующим

Автор, вдохновленный фильмом «Во всем виноват енот» («Wakefield», https://youtu.be/sheJkkm9oFY), решил исследовать практику признания граждан безвестно отсутствующими. В предмет доказывания по делам этой категории входит факт заинтересованности заявителя, который должен указать, для какой цели ему необходимо  признать гражданина безвестно отсутствующим.

Анализируя проблемы заинтересованности заявителя, автор нашел парадоксальное апелляционное определение Ставропольского краевого суда, которым отменено решение о признании военнослужащего Оськина С.Н. безвестно отсутствующим по заявлению командира войсковой части. В апелляционной жалобе военный прокурор изложил позицию: признание военнослужащего безвестно отсутствующим в связи с самовольным оставлением войсковой части не влечет для командира войсковой части дополнительных прав и обязанностей, следовательно, командир войсковой части заинтересованным лицом не является, признание военнослужащего безвестно отсутствующим с последующим исключением его из состава воинской части приведет к невозможности привлечения его к уголовной ответственности по ч. 1 ст. 337 УК РФ, так как он перестанет быть военнослужащим. Суд апелляционной инстанции согласился с доводами военного прокурора и отменил решение по мотиву отсутствия у командира воинской части заинтересованности: признание Оськина С.Н. безвестно отсутствующим необходимо заявителю для исключения из списка воинской части, однако для заявителя это не влечет никаких правовых последствий, из чего следует, что у него отсутствует право на обращение в суд с таким требованием[1]. Полагаем, что командир воинской части не мог подать соответствующее заявление в суд как физическое лицо, а не как представитель воинской части. Заинтересованность воинской части в устранении неопределенности, вызванной отсутствием зачисленного в списки личного состава военнослужащего, сомнению не подлежит.

Помимо заинтересованности заявителя по делам о безвестном отсутствии следует доказывать факты места жительства отсутствующего; отсутствия в месте жительства сведения о месте пребывания гражданина в течение года. Как эти факты доказывать, как много доказательств следует представить в суд? По делу о признании безвестно отсутствующим Г. Никулинский районный суд г. Москвы исследовал документы, предоставленные 23 (!) органами и организациями: выписку из домовой книги и карточки учета, справку отдела адресно-справочной работы и информационных ресурсов УФМС России; сообщения об отсутствии сведения и обращений от Г. из Управления социальной защиты населения района, Управы района, отделения пенсионного фонда, управления Росреестра, военного комиссариата, Почты России, налогового органа; сообщения об отсутствии обращений за медицинской помощью из психоневрологического, наркологического диспансеров, двух городских поликлиник, клинико-диагностического центра, станции скорой и неотложной медицинской помощи, департамента по обеспечению деятельности государственных учреждений здравоохранения; сведения из УФМС России, ИЦ ГУВД по Московской области, ЗИЦ ГУ МВД России по г. Москве, ОМВД по району, БРНС ГУ МВД России по г. Москве, ЦОРИ УТ МВД России по ЦФО, отдела уголовного розыска ГУ МВД РФ по г. Москве[2]. Представляется, что в данном случае обязанность доказывания была исполнена с некоторой избыточностью.

В литературе подчеркивается необходимость разыскных мероприятий силами правоохранительных органов как до обращения в суд, так и в рамках рассмотрения дела о безвестном отсутствии[3]. Однако имеются случаи признания гражданина безвестно отсутствующим без такого розыска. Так, Гусиноозерский городской суд Республики Бурятия признал К. безвестно отсутствующим, указав, что необращение близких родственников в органы внутренних дел в установленном порядке с заявлением о его розыске, отсутствие розыскного дела по линии ОВД, не должно ущемлять права заявителя и ее несовершеннолетней дочери, претендующей на пенсию по потере кормильца. Розыскные мероприятия в отношении К. проводились только УФССП и были направлены на установлении места нахождения должника[4]. В судебной практике имеется и противоположный подход. Так, Серебряно-Прудский районный суд Московской области отказал в признании безвестно отсутствующим гражданина со следующим обоснованием: безвестное отсутствие является предумышленным, поскольку установлено наличие обстоятельств, дающих основание полагать, что гражданин может умышленно скрываться в связи с тем, что не желает выплачивать алименты на содержание ребенка. При этом заинтересованное лицо – судебный пристав-исполнитель поддержал требования о признании гражданина безвестно отсутствующим, подтвердив, что место его нахождение неизвестно, а мероприятия ФССП по розыску результатов не дали[5].

Так каково значение факта намеренного несообщения  гражданином места своего нахождения правоохранительным органам? Коминтерновский районный суд г. Воронежа признал гражданина безвестно отсутствующим, указав, что факт его нахождения в федеральном розыске не может служить основанием для отказа в удовлетворения заявления, так как признание в судебном порядке гражданина безвестно отсутствующим, в отличие от объявления гражданина умершим, не является основанием для прекращения исполнения приговора или для прекращения федерального розыска осужденного. С другой стороны, возможность приобретения несовершеннолетним ребенком, в интересах которого обращается заявитель, средств к существованию (право на пенсию по случаю потери кормильца), учитывая длительность отсутствия сведений о его отце, не может быть обеспечена иным образом, кроме как признания последнего безвестно отсутствующим[6].

Мы не считаем розыск силами именно органов внутренних дел предпосылкой для реализации процессуального права заинтересованного лица на обращение в суд, но не можем не отметить важности розыскных мероприятий. Искать гражданина, в отношении которого решается вопрос о признании его безвестно отсутствующим надо, и надо искать хорошо, что не всегда делается. Например, Покровский районный суд Орловской области отменил решение о признании безвестно отсутствующей Куликовой Е.А., из пояснений которой следует, что обратившаяся в суд с заявлением о признании дочери безвестно отсутствующей мать располагала сведениями о месте нахождении Куликовой, кроме того с самой Куликовой можно было поддерживать коммуникацию посредством социальной сети «ВКонтакте». Дела об отмене решений о признании безвестно отсутствующим зачастую подобно лакмусовой бумажке показывают недоработки, допущенные в особом производстве о признании гражданина безвестно отсутствующим.

В заключение отметим, что институт безвестного отсутствия является средством защиты не только самого отсутствующего, но и связанных с ним какими-либо правоотношениями лиц, а также общества и государства. В целях обеспечения баланса прав и интересов всех перечисленных субъектов, законодателю следует распределить риски неопределенности, вызванной фактическим отсутствием человека и неизвестностью места его пребывания.

Публикация по теме:

Шодонова М.Э., Дугарон E.Ц.  Проблемы института безвестного отсутствия // Семейное и жилищное право. 2018. № 3. С. 23-27.

 

[1] Апелляционное определение Ставропольского краевого суда от 16 апреля 2014 года по делу № 33-2116/2013.

[2] Решение Никулинского районного суда г. Москвы от 16 февраля 2012 года по делу № 2-528/12.

[3] См, например: Юрченко А.К. Безвестное отсутствие по советскому гражданскому праву: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. Л. 1952. С. 17. Попова Ю.А. Признание граждан безвестно отсутствующими и объявление умершими в порядке гражданского судопроизводства: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. М. 1977. С. 9.

[4] Решение Гусиноозерского городского суда Республики Бурятия от 30 сентября 2015 г. по делу № 2-873/2015.

[5]  Решение Серебряно-Прудского районного суда Московской области от 19 сентября 2014 года по делу № 2-606/2014.

[6] Решение Коминтерновского районного суда г. Воронежа от 19 января 2012 года по делу № 2-108/12.

Признание должника безвестно отсутствующим

До настоящего времени судебная практика по признанию должников безвестно отсутствующими складывалась неоднозначно.

Согласно статьи 42 ГК РФ «гражданин может быть по заявлению заинтересованных лиц признан судом безвестно отсутствующим, если в течение года в месте его жительства нет сведений о месте его пребывания». Однако, несмотря на положение статьи 42 ГК РФ, судебные органы отказывали заявителю в признании должника безвестно отсутствующим в основном по причине не обращения в правоохранительные органы с заявлением об исчезновении и не проведения розыскных действий компетентными органами (органами полиции).

С внесенными изменениями ч.1 статьи 278 ГПК РФ теперь звучит в следующей редакции: «Судья при подготовке дела к судебному разбирательству выясняет, кто может сообщить сведения об отсутствующем гражданине, а также запрашивает соответствующие организации по последнему известному месту жительства, месту работы отсутствующего гражданина, органы внутренних дел, службу судебных приставов, воинские части об имеющихся о нем сведениях».

Также статья 65 ФЗ №229-ФЗ «Об исполнительном производстве» дополнена 16 частью, которая звучит: «Если после проведения исполнительно-разыскных действий по розыску должника по исполнительному документу, содержащему требование о взыскании алиментов, в течение одного года со дня получения последних сведений о должнике не установлено его место нахождения, судебный пристав-исполнитель, осуществляющий розыск, информирует взыскателя о результатах проведенных исполнительно-разыскных действий и разъясняет взыскателю его право обратиться в суд с заявлением о признании должника безвестно отсутствующим».

В целом, признание должника безвестно отсутствующим влечет следующие правовые последствия:

  • его имущество при необходимости постоянного управления им передается по решению суда лицу, которое определяется органом опеки и попечительства и действует на основании договора о доверительном управлении, заключенного с этим органом;
  • из этого имущества выдается содержание гражданам, находящимся на иждивении безвестно отсутствующего, и погашается задолженность по другим его обязательствам;
  • прекращается договор поручения, участником которого был безвестно отсутствующий;
  • прекращается действие доверенности, выданной им или ему;
  • супруг лица, признанного безвестно отсутствующим, вправе расторгнуть с ним брак в упрощенном порядке.

Данные поправки окончательно определили тождественность проведения разыскных мероприятий проводимых органами внутренних дел и Службой судебных приставов.

Резюмируя, можно отметить тот факт, что разыскники будут письменно уведомлять получателя алиментов о невозможности установить местонахождение должника через год поисков. При этом, для признания человека безвестно отсутствующим, не придется обращаться в полицию. Кроме того, данные поправки избавят семьи от необходимости ходить по судам, чтобы доказать свое право на получение пенсии.

 

Пресс-служба Управления Федеральной службы судебных приставов

по Московской области

Источник: http://inroshal.ru/informaciya/pravoporyadok/priznanie-dolzhnika-bezvestno-otsutstvuyushchim

Признание гражданина безвестно отсутствующим. Юридическая помощь

Человек в течение длительного времени может не появляться в месте постоянного проживания. При этом, он не перестает быть участником правоотношений, требующих его присутствия.

Чтобы избавить других участников от юридической неопределенности, требуется судебное признание пропавшего безвестно отсутствующим.

Процедура Сформированный порядок в ведении, рассмотрении определенного дела (примером может быть судебная процедура) осуществляется только в судебном порядке при определенных условиях и имеет конкретные последствия.

Условия признания

Алгоритм судебной процедуры

Последствия объявления безвестно пропавшим

Отмена судебного решения

Судебная практика

Условия признания

Ст. 42 ГК диктует: безвестно отсутствующий – гражданин, более года не появляющийся в месте постоянного проживания, не сообщающий о себе никаких новостей . Такой статус объявляется в судебном порядке.

Инстанция проверяет, не было ли в действиях пропавшего умысла – он мог скрываться, совершив правонарушение или преступление, в силу личных причин. Признать кого-либо безвестно отсутствующим может только суд.

Необходимо соблюдение двух главных условий:

  1. Человек не появлялся в месте постоянного проживания более 1 года.
  2. Исчезновение не связано с определенным умыслом, участием пропавшего в преступлениях.

Суд обращает внимание и на следующие обстоятельства исчезновения:
  1. У пропавшего не было причин уехать, не сообщив близким об отъезде, длительном отсутствии, своем новом местонахождении.
  2. Безвестное отсутствие ребенка – несовершеннолетнего, малолетнего.
  3. Пропажа беременной женщины.
  4. Исчезнувший не страдал от заболевания, чреватого скоропостижной смертью, потерей памяти, дезориентацией в пространстве.
  5. Наличие в месте постоянного нахождения пропавшего денежных средств, документов, без которых нельзя обойтись при длительном отсутствии.
  6. Пропажа сотрудников правоохранительных органов, занимающихся делом исчезнувшего лица, совершение преступлений в их адрес.
  7. Исчезновение человека вместе с собственным автотранспортом, продажей личной недвижимости и иного ценного имущества.
  8. Несообщение близкими родственниками информации о пропаже человека в правоохранительную структуру. Либо слишком позднее или чрезмерно раннее заявление.
  9. Пропавший гражданин взял с собой ценности, редкие предметы, которые могли привлечь внимание злоумышленников.
  10. Наличие в жилище отсутствующего, на его личных вещах следов возможного преступления.
  11. Острые, хронические конфликты в семье, близком окружении исчезнувшего.
  12. Наличие угроз в адрес пропавшего, его участие в незаконных махинациях, путанные, нелогичные объяснения лиц, контактировавших с ним незадолго до исчезновения.
  13. Свидетельские показания, дающие право подозревать совершение преступления в отношении пропавшего.


Учитывается и такое обстоятельство, как нелогичные, необъяснимые действия истцов. Например, решение ими вопросов, которыми занимаются лишь при твердой уверенности, что исчезнувший не вернется.


Алгоритм судебной процедуры

Инициировать процесс объявления лица безвестно отсутствующим полномочны заинтересованные лица. Законодательство не определяет четкий их список. Подразумевается лишь, что между истцом и пропавшим должна проходить материально-правовая связь.

Подать иск могут члены семьи пропавшего, его иждивенцы, прокуратура, органы опеки, налоговая служба, представители местной власти и проч.

Алгоритм признания человека безвестно пропавшим примерно следующий:

  1. Подача заинтересованными гражданами искового заявления районному суду по своему месту жительства. В документе обязательно прописывается цель признания кого-либо безвестно отсутствующим. Бумага подкрепляется всевозможными (разрешенными законом) доказательствами отсутствия.
  2. При соблюдении правил составления иска документ принимается – назначается дата судебных слушаний.
  3. Если у заявителя нет возможности самостоятельно узнать сведения о возможном местонахождении пропавшего, поисками занимается суд. Делаются запросы по последнему месту жительства (регистрации), по последнему месту труда. При неуспехе розысков суд обращается к органам внутренних дел, воинским частям.
  4. На заседании рассматриваются доказательства пропажи, предоставленные истцом, заслушиваются свидетельские показания.
  5. Если суд сочтет приведенные доказательства достаточными, выносится решение о признании лица безвестно отсутствующим.
  6. Судебные представители обращаются к системе опеки и попечительства о назначении доверительного управляющего имуществом исчезнувшего.
  7. По вступлению постановления в силу собственность пропавшего находится под ответственностью лица, с которым заключен договор доверительного управления.

Если гражданин отсутствует по месту постоянного проживания, не сообщает о себе в течение 5 лет, заинтересованные лица могут повторно обратиться к суду – уже с иском о признании пропавшего умершим.

При удовлетворительном решении дела в книги ЗАГСа вносится запись о смерти исчезнувшего лица.

На основании судебного постановления открывается наследственное производство в отношении имущества пропавшего. Собственность переходит из-под контроля доверительного управляющего во владение законных наследников.


Последствия объявления безвестно пропавшим

Признание кого-либо безвестно отсутствующим ведет за собой строго определенные последствия:
  1. Имущество пропавшего. Структура Состоит из совокупности устойчивых связей объекта, которые обеспечивают его целостность и тождественность. С ее помощью сохраняются основные свойства при наличии различных внешних и внутренних изменений опеки и попечительства по поручению судьи назначает управляющего данной собственностью. Суд должен утвердить эту кандидатуру. С этого момента ответственность за имущество исчезнувшего несет данный человек.
  2. Погашение всех обязательств исчезнувшего гражданина за счет его личного имущества.
  3. Назначение пенсии иждивенцам. Если на попечении пропавшего гражданина были нетрудоспособные граждане, им начисляется ежемесячная пенсия по утере кормильца. Выплата носит заявительный характер – требуется подача соответствующего заявления в Пенсионный Фонд, МФЦ.
  4. Временная отмена регистрации. Собственник жилья, в котором был прописан пропавший, правомочен обратиться к местному отделению ФМС, чтобы временно снять с учета безвестно отсутствующего. Это позволит сэкономить на оплате коммунальных услуг.

По заявлению супруга(и) пропавшего ЗАГС может зарегистрировать развод с безвестно отсутствующим.

Факт В банковском деле подтверждение полномочий или авторства лица, предъявляющего электронный документ, карточку либо самого себя. Обычно разделяют А. электронных документов, А. магнитных или процессорных карточек и собственно пользователей банковской системы непосредственно по их физическим параметрам (отпечатки пальцев, рисунок кисти руки и т.п.). А. электронных документов с помощью некоторых цифровых параметров самого документа, а также индивидуального секретного числа, принадлежащего автору, получила широкую известность как цифровая (электронная) подпись наличия общих, несовершеннолетних детей тут не имеет значения.

Отмена судебного решения

Нередки случаи, когда признанный безвестно отсутствующим объявляется по месту проживания, каким-либо образом сообщает о себе. В такой ситуации требуется отмена ошибочного судебного решения:
  1. Человек объявляется по месту жительства. Гражданин В гражданском праве — субъект гражданского права, один из видов участников гражданских правоотношений самостоятельно подает заявление в суд.
  2. О местонахождении пропавшего узнали заинтересованные лица. Данные граждане обращаются к суду с иском, где указывают, когда, кем, где был обнаружен безвестно отсутствующий.

Судебное решение в пользу истца имеет за собой следующие последствия:
  1. Отмена постановления о признании человека безвестно отсутствующим.
  2. Восстановление объявившегося человека в правах, возвращение ему личного имущества из доверительного управления.
  3. Восстановление обязанностей пропавшего, приостановленных в связи с его исчезновением.

Расторгнутый в связи с исчезновением гражданина брак может быть восстановлен ЗАГСом при наличии желания обоих супругов. Однако если муж, жена пропавшего успели вступить в новые официальные семейные отношения, их нельзя обязать вернуться к объявившемуся партнеру.
Судебная практика

Наша клиентка обратилась с проблемой: после крупного семейного конфликта в 2017 г. ее муж ушел из дома, взяв с собой личные вещи, собственные сбережения.

С тех пор гражданин не объявлялся по месту жительства, не отвечал на звонки, никаким образом не сообщал о себе. Женщина приняла решение снять пропавшего мужа с регистрационного учета в своей квартире, расторгнуть с ним брак.

Для этого требовалось признание гражданина безвестно отсутствующим. Наши юристы помогли составить исковое заявление. Собрали свидетельские показания соседей по квартире – люди уверены, что не видели мужа истицы в доме с 2017 года.

Утрату связи с пропавшим подтвердили близкие родственники, друзья семьи.

Были собраны бумаги, подтверждающие, что женщина обращалась к сотрудникам правоохранительных органов с просьбой о розыске мужа спустя 15 дней от его пропажи. Все произведенные поисковые мероприятия не дали результатов.

Суд признал предоставленные обстоятельства достаточными.

На основании вынесенного постановления гражданка смогла оформить развод, выписать бывшего мужа из своей квартиры.

Судебное признание пропавшего лица безвестно отсутствующим – длительная и энергозатратная процедура.

Нужно собрать доказательства отсутствия человека по постоянному месту жительства в течение года, найти свидетелей, подготовить документы, подтверждающие проведение его розысков, составить иск с учетом всех требований законодательства.

Анализ судебной практики Приморского края о признании гражданина безвестно отсутствующим или объявления гражданина умершим Текст научной статьи по специальности «Право»

АНАЛИЗ СУДЕБНОЙ ПРАКТИКИ ПРИМОРСКОГО КРАЯ О ПРИЗНАНИИ ГРАЖДАНИНА БЕЗВЕСТНО ОТСУТСТВУЮЩИМ ИЛИ ОБЪЯВЛЕНИЯ ГРАЖДАНИНА УМЕРШИМ

© Путилов С.В.*

Владивостокский государственный университет экономики и сервиса

г. Уссурийск

В данной статье рассматривается судебная практика Приморского края о признании гражданина безвестно отсутствующим или объявления гражданина умершим.

Ключевые слова: судебная практика о признании гражданина безвестно отсутствующим или объявления гражданина умершим.

В условиях развития современного общества проблема признания гражданина безвестно отсутствующим или объявления гражданина умершим является особенно актуальной, поскольку ежегодно исчезает огромное количество граждан.

Роль и значение данного института резко возрастает в экстремальных ситуациях. Так, в современных условиях известны многочисленные факты захвата заложников, похищение людей и торговля ими, их длительное и насильственное удержание и использование в качестве рабов.

Актуальность изучения данного института так же состоит в том, что в случае объявления гражданина безвестно отсутствующим необходимо принятие мер по защите его прав и законных интересов. Так, имеющееся имущество у такого лица может быть по решению суда передано в доверительное управление.

В случае объявления гражданина умершим не менее актуальным становится вопрос об открытии наследниками наследства. Законодательно выделяется день открытия наследства по достоверному, условному или предполагаемому дню смерти. Для каждого случая применяется свой срок принятия наследства.

Безвестное отсутствие — удостоверенный в судебном порядке факт длительного отсутствия гражданина в месте его жительства, если не удалось установить место его пребывания [4, с. 203].

Объявление гражданина умершим — судебное признание умершим гражданина, о котором в месте его постоянного жительства нет никаких сведений в течение установленного законом срока [4, с. 204].

Гражданин может быть по заявлению заинтересованных лиц признан судом безвестно отсутствующим, если в течение года в месте его жительства нет сведений о месте его пребывания.

* Специальность Юриспруденция.

Имущество гражданина, признанного безвестно отсутствующим, при необходимости постоянного управления им передается на основании решения суда лицу, которое определяется органом опеки и попечительства и действует на основании договора о доверительном управлении, заключаемого с этим органом. Из этого имущества выдается содержание гражданам, которых безвестно отсутствующий обязан содержать, и погашается задолженность по другим обязательствам безвестно отсутствующего [1].

В случае явки или обнаружения места пребывания гражданина, признанного безвестно отсутствующим, суд отменяет решение о признании его безвестно отсутствующим. На основании решения суда отменяется управление имуществом этого гражданина.

Гражданин может быть объявлен судом умершим, если в месте его жительства нет сведений о месте его пребывания в течение пяти лет, а если он пропал без вести при обстоятельствах, угрожавших смертью или дающих основание предполагать его гибель от определенного несчастного случая, -в течение шести месяцев.

Военнослужащий или иной гражданин, пропавший без вести в связи с военными действиями, может быть объявлен судом умершим не ранее чем по истечении двух лет со дня окончания военных действий [3].

В случае явки или обнаружения места пребывания гражданина, объявленного умершим, суд отменяет решение об объявлении его умершим. Независимо от времени своей явки гражданин может потребовать от любого лица возврата сохранившегося имущества, которое безвозмездно перешло к этому лицу после объявления гражданина умершим, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 3 статьи 302 ГК РФ [1].

Лица, к которым имущество гражданина, объявленного умершим, перешло по возмездным сделкам, обязаны возвратить ему это имущество, если доказано, что, приобретая имущество, они знали, что гражданин, объявленный умершим, находится в живых. При невозможности возврата такого имущества в натуре возмещается его стоимость.

Заявление о признании гражданина безвестно отсутствующим или об объявлении гражданина умершим подается в суд по месту жительства или месту нахождения заинтересованного лица.

Судья при подготовке дела к судебному разбирательству выясняет, кто может сообщить сведения об отсутствующем гражданине, а также запрашивает соответствующие организации по последнему известному месту жительства, месту работы отсутствующего гражданина, органы внутренних дел, воинские части об имеющихся о нем сведениях.

Решение суда о признании гражданина безвестно отсутствующим является основанием для передачи его имущества лицу, с которым орган опеки и попечительства заключает договор доверительного управления этим имуществом при необходимости постоянного управления им.

В случае явки или обнаружения места пребывания гражданина, признанного безвестно отсутствующим или объявленного умершим, суд новым решением отменяет свое ранее принятое решение. Новое решение суда является соответственно основанием для отмены управления имуществом гражданина и для аннулирования записи о смерти в книге государственной регистрации актов гражданского состояния.

Необходимо отметить, что дела о признании гражданина умершим или безвестно отсутствующим не редкость. Так, за 2012 год судами общей юрисдикции Приморского края было рассмотрено 264 дел о признании граждан умершими и безвестно отсутствующими. В Приморском крае также наблюдается число лиц, находящихся в розыске. Если в 2009 году их было 2093, то в 2013 году уже 2871 человек.

Приведем примеры из судебной практики.

При рассмотрении гражданского дела по заявлению М.А. Хрулевой о признании безвестно отсутствующим ее мужа А.А. Хрулева заявитель в обоснование своих требований указала, что с Хрулевым много лет состояла в зарегистрированном браке, от которого имеют двоих взрослых детей. За три года до исчезновения произошел разрыв семейных отношений, и в августе 2010 г. муж исчез из дома безо всякого предупреждения. На протяжении длительного времени она предпринимала попытки розыска мужа, интересовалась у родственников его судьбой, однако местонахождение определить не представилось возможным. В последующем в связи с тем, что ей необходимо было решать вопросы, связанные с продажей либо обменом совместной квартиры, стала разыскивать его через органы внутренних дел. Данный розыск также не принес результатов. Для получения возможности распорядиться приватизированным жильем обратилась в суд с заявлением о признании мужа безвестно отсутствующим. Доводы заявителя в суде нашли свое подтверждение, в связи с чем ее требования были удовлетворены в полном объеме. При этом в судебном заседании были допрошены свидетели и родственники пропавшего, подтвердившие факт длительного отсутствия Хрулева по месту его жительства; представитель Пенсионного фонда РФ по Уссурийскому городскому округу Приморского края, который пояснил, что за время исчезновения Хрулев не получал пенсию и не обращался за ее переводом в другое место; затребованы сведения из ГОВОД, в заключении прокурор района также полагал необходимым удовлетворить заявленные требования [5, с. 25].

В деле по заявлению Ф.У Закирьяновой о признании безвестно отсутствующей ее родной сестры Ф.У Лукмановой в обоснование своих требований заявитель указала, что является опекуном несовершеннолетних детей Ф.У Лукмановой, так как отец детей умер, а мать пропала без вести и место нахождения ее неизвестно. Последний раз Ф.У Лукманову видели в середине апреля 2011 г. в селе Анучино Приморского края, где она проживала с детьми в доме своего отца. Позже она уехала, оставив детей, к ним больше не

возвращалась, детей воспитывал отец, после смерти которого опекунство над ними оформила заявитель. Сведений о Лукмановой не было длительное время. Она и родственники предпринимали меры по ее поиску, обращались в милицию, но результаты розыска ничего не дали. В настоящее время дети проживают в семье заявительницы. Установление данного факта необходимо для оформления на детей пенсии по случаю потери кормильца. В судебном заседании были допрошены заявитель, ее представитель, свидетели, которые подтвердили факт безвестного отсутствия Лукмановой; представитель органа опеки и попечительства, полагавшего, что заявление должно быть удовлетворено, поскольку это соответствует интересам несовершеннолетних; с этой же позицией выступил и прокурор. С учетом всей совокупности исследованных по делу доказательств суд пришел к выводу о наличии оснований для признания Лукмановой безвестно отсутствующей [5, с. 26].

Бурик Н.Е. обратилась в суд с заявлением о признании безвестно отсутствующим Р.М. Бурик, указав, что она является матерью, Р.М. Бурик, который до ДД.ММ.ГГГГ постоянно проживал по адресу: <адрес>.

ДД.ММ.ГГГГ Р.М. Бурик ушел из дома в лес с целью сбора грибов и больше не вернулся. ДД.ММ.ГГГГ Н.Е. Бурик, обратилась в отделение полиции № 11 МОМВД России «Арсеньевский», с заявлением о безвестном отсутствии её сына Р.М. Бурик, <данные изъяты>, вследствие чего в отделении уголовного розыска ОП № 11 МОМВД России «Арсеньевский» было заведено розыскное дело №, но до настоящего времени поиски её сына результатов не дали.

Признание её сына Р.М. Бурик, безвестно отсутствующим ей необходимо для снятия её сына с регистрационного учета в её жилом доме.

Бурик Н.Е. просит суд признать Бурик Р.М. безвестно отсутствующим с ДД.ММ.ГГГГ.

В судебном заседании Н.Е. Бурик поддержала заявленные требования и просила их удовлетворить по основаниям, изложенным в заявлении. Представитель отдела ЗАГС администрации Анучинского муниципального района Приморского края в суд не явился, о времени и месте слушания дела извещён надлежащим образом. Выслушав заявителя, заинтересованных лиц, исследовав материалы гражданского дела, заслушав мнение помощника прокурора, суд считает, что заявление подлежит удовлетворению.

В соответствии с ч.1 ст. 42 ГК РФ гражданин может быть по заявлению заинтересованных лиц признан судом безвестно отсутствующим, если в течение года в месте его жительства нет сведений о месте его пребывания.

Согласно справке начальника ОУР ОП № 11 МОМВД России «Арсеньевский» от ДД.ММ.ГГГГ года, в отделении уголовного розыска ОП № 11 МОМВД России «Арсеньевский», было заведено розыскное дело №, в настоящее время местонахождение гражданина Р.М. Бурик не установлено (л.д. №).

Свидетель Н.И. Доценко подтвердил факт отсутствия более года Р.М. Бу-рик в <адрес>. Согласно розыскного дела № от ДД.ММ.ГГГГ, до настоящего времени местонахождение Р.М. Бурик не известно.

Судом установлено, что Р.М. Бурик в месте его регистрации и жительства по адресу: <адрес> не проживает с ДД.ММ.ГГГГ, и его местонахождение неизвестно, то есть более года. Признание Р.М. Бурик безвестно отсутствующим имеет юридическое значение и необходимо для снятия его с регистрационного учета по месту его регистрации. Руководствуясь ст.ст.194-198 ГПК РФ, суд решил признать безвестно отсутствующим Р.М. Бурик.

Список литературы:

1. Гражданский кодекс Российской Федерации (Часть вторая) от 26.01.1996 № 14-ФЗ: принят Гос. Думой 22 дек. 1995 г.: [с послед. изм. и доп.].

2. Гражданский кодекс Российской Федерации (Часть первая) от 30.11.1994 № 51-ФЗ: принят Гос. Думой 21 окт. 1994 г.: [с послед. изм. и доп.].

3. О статусе военнослужащих: федеральный закон от 27.05.1998 № 76-ФЗ // Собрание законодательства РФ. — 1998. — № 22. — Ст. 2331.

4. Гатин А.М. Гражданское право / А.М. Гатин. — М.: Дашков и К, 2009. -384 с.

5. Астахова М.А. Признание гражданина умершим или безвестно отсутствующим: понятие, признаки, судебная практика // Гражданское право. -2013. — № 2. — С. 19-28.

АНАЛИЗ ПРАКТИКИ ПРЕКРАЩЕНИЯ ПРАВА СОБСТВЕННОСТИ В ПРИМОРСКОМ КРАЕ

© Торба А.В.*

Владивостокский государственный университет экономики и сервиса,

г. Уссурийск

Прекращение права собственности, происходит лишь в строгом соответствии с законом. В основном данные действия происходят по воле собственника. Ежедневно каждый из нас совершает те или иные действия по покупке товаров или услуг, так мы становимся его обладателями, собственниками. Также помимо приобретения права собственности, возможен и отказ от права собственности, так допускается добровольный отказ собственника от принадлежащего ему права на вещь.

Ключевые слова прекращение, собственность, принудительное, гражданское, право, основание.

В настоящее время наряду с развитием рыночных и гражданско-правовых отношений мы не можем представить последние без института права

* Специальность Юриспруденция.

Статья 276 ГПК РФ. Подача заявления о признании гражданина безвестно отсутствующим или об объявлении гражданина умершим

Заявление о признании гражданина безвестно отсутствующим или об объявлении гражданина умершим подается в суд по месту жительства или месту нахождения заинтересованного лица.

См. все связанные документы >>>

1. Положения комментируемой нормы открывают новую главу в рамках особого производства, посвященную особенностям рассмотрения и разрешения дел о признании гражданина безвестно отсутствующим или об объявлении гражданина умершим. Основанием для обращения в суд с соответствующим заявлением является фактическое отсутствие человека в течение времени, определенного гражданским законодательством. Так, в соответствии со ст. ст. 42, 45 ГК РФ гражданин может быть по заявлению заинтересованных лиц признан судом безвестно отсутствующим, если в течение года в месте его жительства нет сведений о месте его пребывания. При невозможности установить день получения последних сведений об отсутствующем началом исчисления срока для признания безвестного отсутствия считается первое число месяца, следующего за тем, в котором были получены последние сведения об отсутствующем, а при невозможности установить этот месяц — первое января следующего года.

В зависимости от обстоятельств, при которых человек пропал, гражданское законодательство варьирует сроки, по истечении которых гражданина можно объявить умершим. Так, общим правилом является пятилетний срок отсутствия в месте жительства гражданина сведений о месте его пребывания. Срок сокращается до шести месяцев, если человек пропал без вести при обстоятельствах, угрожавших смертью или дающих основание предполагать его гибель от определенного несчастного случая, например наводнение, землетрясения, иные стихийные бедствия и аварии. Особый срок объявления умершим установлен для военнослужащих и иных граждан, пропавших без вести в связи с военными действиями. Такие лица могут быть объявлены судом умершими не ранее чем по истечении двух лет со дня окончания военных действий.

2. Как гражданское законодательство, так и положения комментируемой нормы в качестве лиц, имеющих право на обращение в суд с соответствующим заявлением, называют заинтересованных лиц, не раскрывая, кто может входить в их круг. Однако в судебной практике нередки случаи, когда суды отказывают в принятии заявления о признании гражданина безвестно отсутствующим или об объявлении гражданина умершим в связи с тем, что заявитель не является лицом, заинтересованным в признании лица безвестно отсутствующим либо объявлении умершим.

Пример: Ц. обратился в суд с заявлением, в котором просил признать безвестно отсутствующим А. В заявлении указал, что является собственником квартиры, в которой помимо членов семьи заявителя зарегистрирован А., о месте нахождения которого заявителю ничего не известно. Признание А. безвестно отсутствующим позволит снять указанного гражданина с регистрационного учета по месту жительства, и заявитель будет освобожден от обязанности уплачивать коммунальные платежи за А. Исходя из заявления Ц., суд пришел к выводу о том, что Ц. не является лицом, заинтересованным в признании А. безвестно отсутствующим, поскольку при этом у заявителя не возникают, не изменяются и не прекращаются какие-либо личные или имущественные права. Требования заявителем предъявлены в суд только в связи с необходимостью снять А. с регистрационного учета по месту жительства (см. подробнее Апелляционное определение Московского городского суда от 14 июля 2015 г. по делу N 33-24586/2015).

Анализ судебной практики, а также комментируемой нормы позволяет сделать вывод, что в качестве заинтересованных лиц, имеющих право обратиться в суд с заявлением о признании гражданина безвестно отсутствующим или об объявлении гражданина умершим, могут выступать:

— во-первых, граждане, для которых решение суда по такому заявлению является правовым основанием (предпосылкой) возникновения их собственных прав;

— во-вторых, с учетом положений п. 1 ч. 1 ст. 134 ГПК РФ лицо, обратившееся в суд с заявлением в защиту прав, свобод или законных интересов другого лица, при условии, что действующим законодательством ему предоставлено такое право;

— в-третьих, как физические лица, так и юридические лица, поскольку в комментируемой норме законодатель использует словосочетание «место нахождения» заинтересованного лица, употребляемое применительно к юридическим лицам.

В науке гражданского процессуального права отмечается, что понятие «заинтересованное лицо» поглощает понятие «заявитель», поскольку заявитель в первую очередь и является заинтересованным в деле лицом. При этом в качестве заявителя по делам о признании гражданина безвестно отсутствующим или об объявлении гражданина умершим ученые предлагают рассматривать лицо, состоящее с безвестно отсутствующим гражданином в каких-либо правовых связях, обладающее правовой целью, обратившееся в суд с заявлением о признании гражданина безвестно отсутствующим или об объявлении гражданина умершим. Заявитель имеет юридическую заинтересованность в исходе дела; он выступает в судопроизводстве от своего имени в защиту своих интересов; заявитель пользуется всеми процессуальными правами, принадлежащими лицу, участвующему в деле, но с учетом специфики особого производства; заявитель обладает распорядительными полномочиями, влияющими на динамику процесса .

———————————

См.: Портянкина С.П. Судопроизводство по делам о признании гражданина безвестно отсутствующим или об объявлении гражданина умершим в суде первой инстанции: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. М., 2009. С. 26.

Как свидетельствует практика, в качестве заинтересованных лиц по делам о признании гражданина безвестно отсутствующим или об объявлении гражданина умершим, как правило, выступают потенциальные наследники: супруг, родители, дети и другие. Также такая возможность предоставлена работодателям в случае необходимости увольнения работника по п. 6 ч. 1 ст. 83 ТК РФ ввиду признания судом работника умершим или безвестно отсутствующим; командирам воинских частей в отношении военнослужащих с целью исключения пропавших военнослужащих из списков личного состава войсковой части в соответствии с п. 11 ст. 38 Федерального закона от 28 марта 1998 г. N 53-ФЗ «О воинской обязанности и военной службе» и т.п.

3. Законодатель в комментируемой норме определяет не только круг лиц, имеющих право обратиться в суд с заявлением о признании гражданина безвестно отсутствующим или об объявлении гражданина умершим, но и суды, полномочные рассматривать такие дела исходя из правил подсудности. Согласно позиции законодателя дела о признании гражданина безвестно отсутствующим или об объявлении гражданина умершим должны рассматриваться по месту жительства или по месту нахождения заинтересованного лица.

Понятие «место жительства» определяется в соответствии с положениями действующего гражданского законодательства в совокупности с нормами, регламентирующими право граждан на свободу передвижения, выбор места пребывания и жительства в пределах Российской Федерации (подробнее об этом см. п. 1 комментария к ст. 266). При этом, как показывает анализ судебной практики, при принятии от физических лиц заявлений о признании гражданина безвестно отсутствующим или об объявлении гражданина умершим могут возникать коллизии с определением подсудности таких дел. В частности, такие ситуации возникают при обращении в суд с соответствующим заявлением законного представителя несовершеннолетнего, являющегося заинтересованным лицом, в случае, когда адреса регистрации указанных лиц не совпадают (см., например, Апелляционное определение Московского городского суда от 22 декабря 2015 г. по делу N 33-48583/2015).

Кроме того, учитывая, что в соответствии с действующим процессуальным законодательством споры о подсудности не допускаются, несмотря на имеющие место при определении подсудности ошибки, суды в целях обеспечения прав граждан на доступ к правосудию обязаны принимать к своему производству заявления, поданные с нарушением правил подсудности, если ранее другим судом заявителю было отказано в принятии заявления по тем же основаниям.

Пример: Н.А. постоянно проживал в г. Старая Русса Новгородской области, где также проживала его мать Н.Л., которую он просил при обращении в Старорусский районный суд Новгородской области признать безвестно отсутствующей. Однако районный суд возвратил заявление Н.А. и разъяснил ему право обратиться с указанным заявлением в Кольский районный суд Мурманской области по месту пребывания Н.А. в настоящее время. Кольский районный суд также возвратил заявление Н.А., рекомендовав обратиться в Старорусский районный суд. Мурманский областной суд, рассмотрев частную жалобу Н.А., отменил определение суда первой инстанции, поскольку при сложившихся обстоятельствах Кольский районный суд, возвращая заявление Н.А., фактически лишил его права на доступ к правосудию и тем самым нарушил не только процессуальные, но и конституционные права заявителя (см. Апелляционное определение Мурманского областного суда от 1 октября 2015 г. N 33-3026/2015).

4. Место нахождения юридического лица в соответствии с п. 2 ст. 54 ГК РФ определяется местом его государственной регистрации на территории Российской Федерации путем указания наименования населенного пункта (муниципального образования) по месту нахождения его постоянно действующего исполнительного органа, а в случае отсутствия постоянно действующего исполнительного органа — иного органа или лица, уполномоченных выступать от имени юридического лица в силу закона, иного правового акта или учредительного документа, если иное не установлено законом о государственной регистрации юридических лиц. При этом в Едином государственном реестре юридических лиц должен быть указан адрес юридического лица в пределах места нахождения юридического лица, исходя из которого и определяется территориальная подсудность рассмотрения дела судом.

Трудности в определении подсудности дел о признании гражданина безвестно отсутствующим или об объявлении гражданина умершим возникают и при обращении в суд организаций. Как показывает практика, такие проблемы возникают в случае обращения в суд с соответствующими заявлениями структурных подразделений юридических лиц.

Пример: Управлению Департамента жилищной политики и жилищного фонда г. Москвы в СЗАО было возвращено заявление о признании умершей А. Возвращая заинтересованному лицу заявление, суд отметил, что место нахождения заявителя не относится к территории юрисдикции Тушинского районного суда г. Москвы, поскольку Управление Департамента жилищной политики не является самостоятельным юридическим лицом, поэтому заявитель, расположенный по адресу юрисдикции Пресненского районного суда г. Москвы, был не вправе обращаться с данным заявлением в Тушинский районный суд г. Москвы (см. подробнее Апелляционное определение Московского городского суда от 16 декабря 2013 г. по делу N 11-41105).

Таким образом, в приведенном примере из судебной практики суд фактически рекомендовал обратиться заявителю в суд по месту нахождения юридического лица, а не его структурного подразделения. В то же время существует судебная практика, признающая право обособленных структурных подразделений на обращение в суд по месту их нахождения.

Пример: Приморский краевой суд, рассматривая частную жалобу филиала ЗАО на определение городского суда о возвращении заявления о признании безвестно отсутствующим работника филиала, своим Определением от 21 мая 2014 г. по делу N 33-4878/2014 отменил Определение суда нижестоящей инстанции, обосновав свою позицию тем, что в качестве заинтересованного лица выступает работодатель, независимо от его правового статуса (юридическое лицо или филиал).

Признание гражданина безвестно отсутствующим или об объявлении гражданина умершим

Признание гражданина безвестно отсутствующим или об объявлении гражданина умершим

Гражданин может быть по заявлению заинтересованных лиц (близких либо родственников) признан судом безвестно отсутствующим, если в течение года в месте его жительства нет сведений о месте его пребывания, если свыше 5 лет — умершим.

Согласно ст. 277 Гражданского процессуального кодекса РФ, в заявлении о признании гражданина безвестно отсутствующим или об объявлении гражданина умершим обязательно должно быть указано, для какой цели необходимо заявителю признать гражданина безвестно отсутствующим или объявить его умершим, а также должны быть изложены обстоятельства, подтверждающие безвестное отсутствие гражданина, либо обстоятельства, угрожавшие пропавшему без вести смертью или дающие основание предполагать его гибель от определенного несчастного случая. В отношении военнослужащих или иных граждан, пропавших без вести в связи с военными действиями, в заявлении указывается день окончания военных действий.

Часть 1 ст. 278 ГПК РФ предусматривает определенный порядок действий судьи после принятия к производству заявлений указанных категорий, как выяснить при подготовке дела к судебному разбирательству сведений, кто может сообщить сведения об отсутствующем гражданине, а также запрашивает соответствующие организации по последнему известному месту жительства, месту работы отсутствующего гражданина, органы внутренних дел, воинские части об имеющихся о нем сведениях.

Пунктом 12 ч. 1 ст. 12 Федерального закона «О полиции», на полицию возлагается осуществление розыска лиц, пропавших без вести.

Полномочиями же службы судебных приставов предусмотрено осуществление розыска должника, его имущества.

Часто матери детей, получающие алименты, обращаются в суды о признании бывших мужей-«алиментщиков» безвестно отсутствующими. Однако, как показывает судебная практика, в том числе и  Верховного Суда РТ, розыск должника по алиментным обязательствам не является основанием для признания гражданина безвестно отсутствующим, если органами полиции не производился розыск таких граждан.

Таким образом, прежде чем обращаться в суды о признании должников по алиментам безвестно отсутствующими, рекомендуется обратиться в полицию по последнему известному месту жительства такого гражданина в интересах несовершеннолетнего ребенка о розыске отца.

Прокуратура Авиастроительного района г. Казани

Четвертая поправка в эпоху цифровых технологий

Управление Четвертой поправкой в ​​эпоху цифровых технологий

Джим Харпер *

Stare decisis — это признанная судебная практика по извлечению основополагающего принципа из прецедента, ratio Decisndi , и его применения к настоящим делам. Но что происходит с принципом, лежащим в основе пророческого несогласия, — если хотите, с отношением ratio Disnsi , — когда решение большинства позже оказывается неверным? Почти девяносто лет назад недооцененный судья Верховного суда оставил крохи своей проницательности в несогласии, которые могут помочь решить загадку применения Четвертой поправки, особенно к современным средствам связи и данных. Его мышление может помочь построить более полный, надежный и действительно юридический метод применения Четвертой поправки. Адвокаты и суды должны обратить внимание на его пророческое отношение ratio.

Жалкий дворецкий судьи. После таких современников, как Оливер Венделл Холмс-младший, Луи Д. Брандейс и Бенджамин Кардозо, Пирс Батлер занимает второе место в исторической оценке судей Верховного суда. Консервативный демократ, выдвинутый президентом-республиканцем, Батлер был неоднозначным кандидатом в суд.Один из сенаторов его родного штата Миннесота выступил против него, как и прогрессивный лев Роберт Лафоллет-старший, республиканец из Висконсина. Противоположный конец идеологического спектра не одобрил Батлера: Ку-клукс-клан выступил против его выдвижения, потому что он был католиком.

Судья Батлер написал более 300 заключений за свои шестнадцать лет службы в Верховном суде, но немногие из них выделяются сегодня. Его лучше всего помнят как одного из «четырех всадников», утративших свою конституционную позицию против обширных программ «Нового курса» президента Франклина Делано Рузвельта. Но время подтвердило некоторую работу судьи Батлера в Суде, включая заметные разногласия.

Один только Батлер отверг печально известную ныне аргументацию Оливера Венделла Холмса-младшего в деле Бак против Белла , , например. Допуская принудительную стерилизацию женщины, Холмс холодно писал для большинства: «Трех поколений имбецилов достаточно». Использование нацистами евгеники в следующем десятилетии несколько омрачило эту практику, и дело Скиннер против Оклахомы фактически положило конец принудительной стерилизации в 1942 году. Получите один балл на совести судьи Батлера.

Аналогичным образом, в деле Палко против Коннектикута , только Батлер не согласился с постановлением судьи Кардозо о том, что конституционная защита от двойной опасности не распространяется на штаты. Три десятилетия спустя Суд вернулся к этому вопросу. Забей еще раз.

Батлер был техником-юристом, и его сфера деятельности не была тем, что обычно привлекало общественное и научное внимание. Его подход к написанию мнений «подчеркивал простоту и минимализм», согласно истории Дэвида Р.Страс, который сейчас сам является судьей Верховного суда Миннесоты, «и действительно редко, когда он использовал риторические штрихи, чтобы аргументировать свою точку зрения». Так что неудивительно, что несогласие судьи Батлера в деле Olmstead v. United States осталось неясным из-за фанфар несогласия его брата Луи Брандейса. Но время еще может подтвердить доводы судьи Батлера, особенно с учетом их полезности для применения Четвертой поправки к цифровому миру.

Olmstead , конечно же, было делом 1928 года, в котором Суд установил, что обыск в соответствии с Четвертой поправкой не проводился, когда правительственные агенты прослушивали телефоны подозреваемых бутлегеров.Судья Брандейс, соавтор статьи Harvard Law Review , озаглавленной «Право на неприкосновенность частной жизни» сорок лет назад, выступил против решения, используя мощный и убедительный язык. «Создатели нашей Конституции обязались создать условия, благоприятствующие поиску счастья», — писал он:

Они признали значение духовной природы человека, его чувств и его интеллекта. Они знали, что только часть боли, удовольствия и удовлетворения жизни можно найти в материальных вещах.Они стремились защитить американцев в их убеждениях, мыслях, эмоциях и ощущениях. Они предоставили, в отличие от правительства, право быть оставленным в покое — наиболее полное из прав и право, наиболее ценимое цивилизованными людьми.

Потомство поддерживало страсть Брандейса. Комментаторы и ученые сегодня все еще цитируют и размышляют над его формулировкой «право быть оставленным в покое». Они исследуют, как это понятие может быть реализовано для сохранения ценностей, которыми дорожили Создатели.

Но слова Брандейса не нашли убедительного обоснования для защиты Четвертой поправки. Доказательство тому — поедание пудинга: современная юриспруденция Четвертой поправки представляет собой путаницу, и ей серьезно угрожают достижения в области информационных технологий. Это особенно остро, потому что Брандейс предвидел возможности наблюдения, обеспечиваемые современными информационными и коммуникационными технологиями. «Когда-нибудь, — писал он, — могут быть разработаны способы, с помощью которых правительство, не вынимая бумаги из секретных ящиков, сможет воспроизвести их в суде, и с помощью которых оно сможет раскрыть перед присяжными самые сокровенные события в доме.”

Дело, которое полностью изменило Olmstead , конечно же, было Katz v. United States . В книге Katz , тридцать девять лет спустя, судья Харлан поделился своим пониманием того, как Конституция контролирует доступ правительства к частным коммуникациям в своем личном согласии: «Насколько я понимаю, — писал он, — существует двоякое требование: во-первых, что человек проявил действительное (субъективное) ожидание конфиденциальности и, во-вторых, что ожидание будет таким, которое общество готово признать «разумным».’»

С тех пор суды проанализировали, имели ли обвиняемые «разумное ожидание конфиденциальности» информации или вещей. С согласия судьи Харлана, если не на доводе большинства Кац , поражение «разумного ожидания конфиденциальности» означает, что конституционный обыск, как правило, требует ордера.

Эта доктрина не сработала. Суды редко следуют полному анализу, предложенному судьей Харланом. Они редко изучают, например, «фактическое (субъективное) ожидание конфиденциальности» обвиняемого или то, как оно «было продемонстрировано». Вторая половина теста требует, чтобы судьи использовали свои собственные взгляды на неприкосновенность частной жизни как показатель объективности, хотя они не являются ни исследователями общественного мнения, ни социологами. Против истцов, настаивающих на неприкосновенности частной жизни, суды после Katz часто находили, что Четвертая поправка не защищает безопасность конфиденциальной и разглашающей информации.

Например, в деле Smith v. Maryland , , одном из ведущих дел о конфиденциальности коммуникаций, Верховный суд установил, что размещение ручного регистратора на телефонной линии подозреваемого без ордера не нарушает Четвертую поправку. «[Мы] сомневаемся, что люди в целом питают какие-либо реальные ожидания конфиденциальности в набираемых ими номерах», — написал судья Блэкмун. Пройдя сквозь влияния, которые подавили бы ожидания конфиденциальности при наборе номера по телефону, и ни одно из них не поддерживало бы это, он сказал: «Слишком сложно полагать, что телефонные абоненты в этих обстоятельствах питают какое-либо общее ожидание того, что цифры, которые они циферблат останется в секрете ».

Суд без страсти судьи Брандейса к частной жизни, очевидно, вполне может подорвать его.Так, в деле United States v. Karo правительственные агенты договорились с информатором о тайной установке радиопередатчика в контейнере. Они использовали присутствие бипера в контейнере в течение нескольких дней, чтобы найти его в трех разных домах и на подъездной дорожке к четвертому, чтобы определить местонахождение контейнера в паре складских помещений самообслуживания, а также определить его местонахождение. в пути — все время не в силах испытывать неудобства, связанные с получением ордера. Суд не исследовал, было ли все это необоснованное отслеживание звуковых сигналов разумным.Это заставило Каро осмыслить надежды на уединение и сочло его (предполагаемые) чувства необоснованными.

Совсем недавно в результате проверки «разумного ожидания конфиденциальности» было вынесено постановление о том, что проверка государственными агентами остановившегося автомобиля с собакой, выявляющей наркотики, не является поиском по Четвертой поправке. Трудно придумать слово лучше, чем «поиск» для столь узконаправленного анализа того, существуют ли в воздухе определенные твердые частицы. В некоторых делах, безусловно, сохранилась защита людей от пытливых правительственных агентов, но «право быть оставленным в покое» оказалось не так уж хорошо, когда конфиденциальность и ее ожидания были центральным элементом принятия решений Суда.

Если страсть судьи Брандейса не заложила основу для надежного управления сильным правом Четвертой поправки, возможно, несогласие судьи Батлера Olmstead могло. Его возражение против решения большинства избегало чувств, вместо этого исследуя правовой статус телефонных разговоров:

Контракты между телефонными компаниями и пользователями предусматривают частное использование средств обслуживания. Сообщения принадлежат сторонам, между которыми они проходят.Во время их передачи исключительное использование провода принадлежит обслуживаемым им лицам. Прослушивание предполагает вмешательство в проводку во время ее использования. Нажатие на провода и прослушивание разговоров со стороны офицеров буквально составляло поиск улик.

Сообщения принадлежат сторонам, между которыми они передаются . Это увлекательный — и совсем другой — способ размышления о том, что произошло в Olmstead . Судья Батлер защитил бы звонки Олмстеда от необоснованного прослушивания телефонных разговоров не потому, что, как сказал судья Брандейс, человеческая сущность является частью человеческой сущности, а потому, что разговоры людей не принадлежат правительству.

Формулировка судьи Батлера заложила основы альтернативного способа применения Четвертой поправки. Это технический и свободный от ценностей, но он дает надежду на лучшее администрирование Четвертой поправки, потому что он более восприимчив к разумному применению, чем нынешняя доктрина Четвертой поправки. Его использование обеспечило бы последовательную и надежную защиту свобод американцев и стабильное правило для правоохранительных органов во время технологических изменений.

Суды в делах о Четвертой поправке не должны ссылаться на доктрину, которая требует от них делать широкие социальные заявления.Скорее, они должны применять текст Поправки и общие правовые принципы как можно буквально к фактам дел. Это не всегда легко и требует нового и более глубокого анализа того, что значит «искать» и «ловить». Это также требует более полного осознания имущественных и договорных прав применительно к коммуникациям и данным. Но это более методичное судебное упражнение, чем применение доктрины «разумных ожиданий», и оно позволит достичь цели нынешнего Суда по сохранению «той степени конфиденциальности в отношении правительства, которая существовала на момент принятия Четвертой поправки». Применение закона к фактам — лучший способ применения Четвертой поправки.

Управление Четвертой поправкой

Первая фраза Четвертой поправки гласит: «Не должно нарушаться право людей на безопасность в своих лицах, домах, документах и ​​имуществе от необоснованных обысков и захватов». При отсутствии доктрины суды проанализировали бы ее элементы следующим образом:

  • Был ли обыск?
  • Был ли припадок?
  • Был ли произведен обыск или выемка «людей, домов, документов [или] вещей»?
  • Был ли такой обыск или выемка разумным?

Если был обыск или выемка, если это охраняемые вещи, и если это было необоснованно, то право было нарушено.Вот как применять Четвертую поправку.

Хотя Верховный суд не говорит об этом прямо, он использует эту простую конструкцию для анализа простых дел по Четвертой поправке. В более сложных случаях, например, когда речь идет о связях и данных, понятия «обыск» и «выемка» кажутся более трудными для применения, и Суд отступает к запутанной и податливой доктрине «разумных ожиданий».

Но стандартный — упрощенный — способ интерпретации, упомянутый выше, может использоваться во всех случаях, связанных с Четвертой поправкой, включая те, которые касаются коммуникаций и цифровых материалов.Существует прямая параллель между защищенными коммуникационными технологиями, которые использовались во времена создания фреймов и сегодня. Применяя слова Четвертой поправки, основные правовые принципы и понимание технологий, можно применять Четвертую поправку во всех случаях без уловок.

Упражнение начинается с выявления изъятий — которые представляют собой правительственные посягательства на любое право собственности — и обысков — целенаправленного зондирования, о котором часто сигнализируют попытки раскрыть скрытые предметы.Разборчивые изъятия и обыски требуют некоторого тщательного мышления и немного технических знаний, потому что текущая доктрина затемняет концепции, а технологическая среда меняется. Но суды могут и должны во всех случаях определять, конфисковали или обыскали государственные агенты предметы, охраняемые Четвертой поправкой, и сделали ли они это необоснованно.

Изъятия и обыски в Райли

Недавнее решение Верховного суда по делу Riley v.California может моделировать обнаружение изъятий и обыски, в том числе в отношении цифровых устройств и данных. Встреча Дэвида Райли с полицией Сан-Диего включала в себя большое количество изъятий и обысков: Райли, машины Райли, его телефона и его данных. Правовые основания для этих арестов и обысков менялись, росли и в конечном итоге достигли своего предела.

Дело началось 22 августа 2009 года, когда офицер Чарльз Данниган заметил, что Райли водила Oldsmobile с просроченными регистрационными бирками.Данниган остановил Райли, схватив его и его машину. Офицеру Даннигану было разрешено это сделать, учитывая его разумные подозрения в том, что нарушение имело место. Узнав, что Райли управлял автомобилем с приостановленными водительскими правами, офицер Данниган удалил его из машины, продолжив первоначальный арест Райли с дополнительным правовым основанием для этого: обоснованное подозрение в другом нарушении.

Затем к офицеру

Даннигану присоединился офицер Руджеро, который подготовил машину к изъятию в соответствии с политикой, которая не позволяет водителям, отстраненным от работы, вернуться в свои машины и продолжить работу.Автомобиль больше не арестовывался для целей краткого расследования, теперь он был арестован, чтобы предотвратить дополнительные нарушения правил вождения.

Офицер Руджеро начал «инвентарный осмотр» автомобиля, процедуру, которую Верховный суд признал разумной в деле South Dakota v. Opperman . Если быть точным, инвентаризационный обыск автомобиля выполняется посредством серии мелких изъятий в дополнение к изъятию автомобиля в целом и концептуально отличается от него. Офицер Руджеро продолжал господствовать над автомобилем, открывая, например, капот, багажник и другие отсеки.Хотя они не принадлежали ему, он, без сомнения, взял под свой контроль предметы в машине (схватил их), поднимая или перемещая их, чтобы облегчить инвентаризацию.

Во время обыска офицер Руджеро обнаружил огнестрельное оружие в моторном отсеке автомобиля. Это дало офицеру Даннигану вероятную причину полагать, что Райли совершила другое, более серьезное преступление. Он поместил Райли под арест, продолжая продолжающийся захват тела Райли в соответствии с новыми юридическими полномочиями.

Во время ареста Райли офицер Данниган также обыскал его, несомненно, приложив руки к Райли.Разница между войлочными контурами тела Райли и другими вещами под его одеждой выявила бы оружие или другие предметы, которые могли бы поставить под угрозу офицера Даннигана, а также улики, от которых Райли могла бы избавиться. Этот обыск отличался от продолжающегося ареста Райли, и его правовая основа также была иной. Chimel v. California разрешает арестовать происшествие обысков, чтобы помочь в обнаружении оружия или улик, которые подозреваемые могут уничтожить.

В соответствии со стандартной практикой «обыска по бронированию», который является еще одним правовым основанием как для обыска подозреваемых, так и для изъятия их собственности, Офицер Данниган осмотрел личность Райли и изъял его имущество, включая его мобильный телефон, чтобы он мог безопасно перевезти и спрятать его арестованный.

Описание событий нижестоящим судом не является подробным, но в какой-то момент в процессе офицер Данниган «посмотрел на сотовый телефон Райли» и «заметил, что всем записям, начинающимся с буквы« K », предшествовала буква» C ‘, » — указание на принадлежность к банде« Bloods », члены которой называют себя« Crip Killas ». Вполне возможно, что эти записи были на виду и отображались нетронутым телефоном, когда его схватил офицер Данниган. Вероятно, Данниган вызвал отображение записей, манипулируя телефоном.Это была дополнительная серия припадков в форме «употребления». Эти припадки вместе способствовали отдельному дополнительному поиску дополнительной информации о Райли. Позже на участке детектив Малиновски, прибывший по просьбе офицера Даннигана, «просмотрел телефон», найдя фотографии, которые подтвердили другие доказательства, свидетельствующие о причастности Райли к деятельности банды.

Обыск телефона, проведенный офицером Данниганом и детективом Малиновски, схож с обыском автомобиля.Оба обыска сопровождались серией мелких изъятий. Данные в телефоне, очевидно, не отображаются. Скорее, телефон реагирует на команды, выдаваемые с помощью касаний, касаний и смахиваний по кнопкам и экранам. При просмотре телефона использовались его электроника, аккумулятор, дисплей и данные, использование которых обычно не является собственностью государства. Право офицера Даннигана и детектива Малиновски использовать телефон таким образом — вот что Райли оспорила в Верховном суде.

В Riley , как и во многих делах о Четвертой поправке, было много отдельных случаев обыска и изъятия. Несовершенная документация по делу предполагает три крупных изъятия и еще много мелких изъятий, среди которых шесть юридических оправданий. Пять обысков по делу имели три юридические основания. Суды часто объединяют эти действия вместе, что может быть эффективным условным обозначением. Но иногда игнорирование деталей приводит к потере верности как фактам, так и защите Четвертой поправки.

Наиболее разумное, верное и четкое применение элементов Четвертой поправки начинается с конфискации и обыска. Поскольку изъятия так часто предшествуют поискам во времени или составляют их, первый вопрос, который следует задать, заключается в том, включала ли данная модель фактов какие-либо изъятия.

Было ли изъятие?

Верховный суд редко определяет «изъятие» отдельно от «обыска». Это отчасти связано с тем, что небольшие изъятия часто являются средством, с помощью которого правительственные агенты раскрывают информацию, которую они ищут.Изъятия являются составной частью общего обыска. Независимо от того, проводится ли обыск или нет, конфискация имеет место всякий раз, когда правительственные агенты нарушают право собственности , включая право собственности, которое люди имеют на себя.

Мы можем увидеть, как выглядит изъятие и как оно обычно взаимодействует с поиском, в таком известном деле, как Terry v. Ohio . В эпизоде ​​ Терри полицейский детектив в штатском заметил трех мужчин, которые вели себя странно, и у него возникло подозрение, что они «обдумывают» магазин на предмет «ограбления». Остановив их в нескольких кварталах от них и получив неудовлетворительный ответ на свои вопросы, офицер Макфадден «схватил просителя Терри, развернул его. . . и похлопал по внешней стороне его одежды ». При этом обнаружено ружье.

Правительство призвало Суд помещать подобные короткие инциденты «останови и обыскивай» вне Четвертой поправки , утверждая, что поведение полиции, за исключением «технического ареста» или «полномасштабного обыска», не подразумевает конституционной проверки. Суд отклонил идею о том, что должна быть нечеткая линия, отделяющая «остановка и обыск» от «обыск и выемка». Он точно написал о захвате, а затем об обыске Терри: «[T] Здесь не может быть никаких вопросов. . . тот офицер Макфадден «схватил» петиционера и подверг его «обыску», когда схватил его и похлопал по внешней поверхности его одежды ». Один за другим арест и обыск были разумными и, следовательно, конституционными. Хотя судья Дуглас не согласился с решением, он согласился с тем, что Терри был «арестован» по смыслу Четвертой поправки. «Я также согласен, — писал он, — что обыск заявителя и его товарищей в поисках оружия был« обыском »».

Часто, как в случае Terry , конфискация или изъятие, а также поиск, который они облегчают, имеют одно и то же юридическое обоснование — или оба они не имеют такового. Так, в недавнем деле United States v. Jones , , в котором правительственные агенты прикрепили устройство GPS к транспортному средству для отслеживания его владельца, Суд отменил приговор Джонсу, поскольку «[t] он физически занимал частную собственность с целью получение информации »без ордера. Нарушение права собственности при использовании автомобиля и обыски, которые способствовали этому использованию, таким же образом нарушили Четвертую поправку. Это также относилось к перемещению стереооборудования для поиска серийных номеров на них в деле Arizona v. Hicks .

Изъятия и обыски — это не одно и то же, и они не всегда происходят одновременно. В деле Soldal против округа Кук правительственные агенты захватили передвижной дом — буквально помогли забрать его у его владельца — не обыскивая его. В деле Kyllo v. United States , был проведен обыск без изъятия. Правительственные агенты использовали тепловизор, чтобы наблюдать тепловое излучение из дома, «обыск», несмотря на отсутствие вторжения «.

По сути, «конфискация» лучше всего применяется как любое государственное вторжение в право собственности. Масштабы захвата не имеют значения, , и вопрос для управления конституционным правом не в том, произошло ли нарушение владения, которое в противном случае может быть возбуждено. Любое посягательство на право собственности является потенциальным конституционным «посягательством» — в широком смысле, означающим «неправомерное», — которое запускает дальнейший анализ, чтобы выяснить, действительно ли оно было противоправным.

Современная точность также требует признания того, что конфискация существует, когда правительственные агенты нарушают любой случай владения собственностью, включая не только право владения собственностью, но и право ее использования. Право на исключение других и на доход от собственности — пользование ее преимуществами — еще больше в том, что студентов-юристов учат быть «связкой прутиков», которая включает в себя права собственности.

Блэкстоун определил собственность как «это единственное и деспотическое владычество. . . осуществлять [d] над внешними вещами … при полном исключении любых прав ». Верховный суд США также сосредоточил внимание на исключении как важнейшем праве собственности. В деле Loretto v. Teleprompter Manhattan CATV Corp . Суд назвал право исключить «одну из самых ценных составляющих» пакета прав собственности. Kaiser Aetna v. United States назвал это «одной из самых важных палок».”

В делах Верховного суда иногда отходит от полной корреляции между правами собственности и конфискованием, которой требует разумная администрация Четвертой поправки. Случайное использование языка в серии дел о Четвертой поправке 1980-х годов предполагает, что только владение — «собственнический» интерес к собственности — имеет отношение к анализу Четвертой поправки. Например, в деле United States v. Place , Суд обсуждал «собственническую» долю в багаже. Суд в деле United States v. Jacobsen установил конфискацию, поскольку уничтожение порошка нарушило «владельческие интересы». И в деле United States v. Karo , , о котором говорилось выше, Суд пришел к выводу, что установка бипера в канистру не препятствовала «собственническому» интересу в канистре. Arizona v. Hicks установил, что запись серийных номеров с перевернутого для этой цели стереооборудования не являлась изъятием, поскольку она не «существенно мешала» собственническому интересу ответчика ни в отношении серийных номеров оборудования.”

Несогласие судьи Стивенса Karo было правильным, хотя и нечетким в отношении различий между правами собственности: «Несомненно, такое вторжение является« вмешательством »в посессорные права; право на исключение. . . были нарушены ». В 1990 году судья Стивенс более четко написал об аресте собственности для большинства в деле Horton v. California : «захват лишает человека власти над его или ее личностью или имуществом».

Изъятие имущественных прав, кроме владения

В прошлом, возможно, было в целом разумным рассматривать лишение «собственнических интересов» как нечто совпадающее с конституционным изъятием.Владение движимым имуществом часто является аспектом собственности, который является существенным в делах о Четвертой поправке — это, безусловно, было легче всего распознать. Но по крайней мере один суд рассмотрел арест будущего интереса как подлежащий иску в соответствии с Четвертой поправкой , и ограничение конфискации владением владения не влияет на информацию или контекст информационных технологий. Интересы, защищаемые Четвертой поправкой, могут быть нарушены путем лишения человека права исключать других из доступа к данным или путем использования информационных технологий без учета владения.

Граница между владением и использованием была тем, что офицер Данниган пересек в Райли. Он надлежащим образом конфисковал инцидент с мобильным телефоном Райли для ареста, , поэтому его владение телефоном было законным. Но Данниган также использовал телефон, манипулируя его интерфейсом и расходуя заряд батареи, чтобы собрать доказательства. Использование устройства для вывода хранимой информации из-под ее естественного сокрытия — например, путем просмотра фотографий — в значительной степени угрожает интересам, которые защищает Четвертая поправка.Председатель Верховного суда Робертс сделал четкое предупреждение для таких обысков, основанных на изъятии: «Получите ордер».

Использование физических предметов, которые в остальном ничем не примечательны, может стать конституционно значимым, если использование взаимодействует с информационными технологиями. Корпус Jones является примером. Правительство не завладело автомобилем обвиняемого, но, подключив к нему свое устройство GPS, они использовали автомобиль для транспортировки своего датчика местоположения. Правительственные агенты пользовались преимуществами автомобиля Джонса, пользовались и получали удовольствие без законного права на это, и они лишили Джонса его права не пускать других в машину.Все эти изъятия легли в основу их непрерывных четырехнедельных поисков местонахождения Джонса.

Особое внимание к правам собственности также объясняет изъятие данных без ссылки на устройство, на котором они хранятся, например, когда правительственные агенты загружают или копируют данные подозреваемого. Данные и информация должным образом рассматриваются как собственность, хотя их собственность ies отличается от материальных ценностей. Информация и данные обычно хранятся, используются и продаются в соответствии с принципами «связки» концепции собственности. Это верно без ссылки на законодательство об интеллектуальной собственности.

Когда государственные агенты копируют данные или информацию, которые иным образом недоступны для их использования, они получают право использовать и пользоваться преимуществами этих данных для правительства, и право владельца исключать других было нарушено. Права владельца на владение и использование данных в этих случаях, конечно, обычно не нарушаются, потому что владелец по-прежнему сохраняет копию. Правительственные агенты не нарушают права собственности, если сообщения и данные являются общедоступными или если они иным образом могут законно получить к ним доступ, скопировать и использовать.

Как и в случае с телефонами, согласно мнению судьи Батлера в Olmstead , люди используют современные средства связи и Интернет в соответствии с контрактами, которые передают права собственности. Эти контракты , хотя и не совсем ясны, подробно описывают, как будет использоваться оборудование связи, и разделяют права собственности на информацию и данные. Использование кабелей и переключателей подразделяется на наносекунды и отрезки длины волны, а не на минуты на проводе, но договорные меры защиты конфиденциальности клиентов аналогичны — хотя и более ясны и подробны — тем, что были в 1920-х годах.

Полная политика конфиденциальности Verizon, , например, представляет собой фолиант из 5000 слов, в которых подробно описываются политики компании в отношении сбора, использования, обмена, безопасности и защиты данных. Verizon собирает и извлекает информацию, позволяющую идентифицировать клиента, в соответствии с этими договорными условиями. Связь и данные, которые в результате этого, являются частично собственностью Verizon и частично собственностью их клиентов, как определено в политике конфиденциальности.

Общее правило заключается в том, что Verizon не передает данные о клиентах, и из этого общего правила есть исключения.«Мы можем раскрывать информацию, которая индивидуально идентифицирует наших клиентов или идентифицирует устройства клиентов при определенных обстоятельствах, например:. . . для соблюдения действующей правовой процедуры, включая повестки в суд, постановления суда или ордера на обыск, а также в иных случаях, разрешенных законом ». Это не позволяет Verizon раскрывать информацию при других обстоятельствах, например, при недействительных юридических процессах. Что касается собственности, право исключать других лиц из личной информации принадлежит клиенту, когда судебные процессы недействительны.Правительственные агенты, осуществляющие доступ к своим данным, вторгаются в право собственности клиента, конфисковывая его.

Прошло более двадцати лет с момента публикации книги Энн Уэллс Бранскомб Кому принадлежит информация? , , но понимание общего права и договорных прав в информации и данных все еще недостаточно развито, и анализ Четвертой поправки страдает от этого. В сферах, где это наиболее важно, таких как юридические услуги и здравоохранение, есть определенное признание владения информацией, но договорные права часто чередуются с профессиональной этикой и правонарушениями. Правительственные постановления также иногда ограничивают права на информацию по контрактам. Но права собственности на информацию и данные обычно распределяются по контракту. Контракт и собственность разъясняют лучше, чем любая другая структура, иногда тонко разделенные права собственности, относящиеся к информации и данным.

В онлайн-мире метафора «облака», вероятно, многих сбивает с толку, предполагая, что не существует конкретных, поддающихся идентификации, юридически ответственных и ответственных поставщиков услуг, которые содействуют Интернет-коммуникациям и услугам, подпадающим под договорные обязательства.Есть. Путем кропотливой разработки общего права наше общество определяет роль онлайн-заявлений, лицензий с возможностью «пересылки» и т.п. в формулировании правил, в соответствии с которыми сообщения и данные передаются и хранятся. Поспешно установить правовые рамки, которые еще не предусмотрены общим правом, законодательные акты, касающиеся регистраторов данных о событиях в автомобилях, почти не называют данные, которые они производят, собственностью автовладельца. Лучше всего то, что политики конфиденциальности и опубликованные условия использования являются либо явными условиями контракта, либо попытками поставляющей стороны установить, расширить или изменить подразумеваемые договорные права, которые регулируют владение информацией, данными и сообщениями.

Терминология, используемая Конгрессом в федеральном законодательстве, иллюстрирует общее понимание того, что данные и сообщения являются собственностью. В разделе 702 Закона о телекоммуникациях 1996 года, , например, говорится: «Каждый оператор связи обязан защищать конфиденциальность служебной информации других операторов связи, производителей оборудования и клиентов…». Назвав эти данные «информацией о частной потребительской сети» (CPNI), Конгресс использовал прилагательное «проприетарный», потому что он понимал данные и информацию, которые телефонные компании накапливают, по сути, как собственность.

Это связано с тем, что связь и данные являются предметом условий контракта, и это не исключает, что та же самая информация находится в совместной собственности клиента. Действительно, закон наделяет телекоммуникационных клиентов некоторыми узкими установленными законом правами собственности на CPNI. Потребители могут потребовать от поставщиков телекоммуникационных услуг раскрыть им копии своих CPNI, , что означает, что эта информация также является их собственностью и может ими пользоваться, если они этого хотят. Требования закона о конфиденциальности можно избежать «с одобрения клиента», означает, что права клиентов на исключение других лиц из личной информации и данных являются отчуждаемыми, как и права собственности.

Контракты между коммуникационными фирмами и их клиентами предусматривают частное использование средств обслуживания. Сообщения принадлежат сторонам, между которыми они передаются, как и большая часть данных об использовании связи. Когда правительственные агенты перехватывают средства связи и данные, которые являются собственностью телекоммуникационных фирм или их клиентов, это должно вызвать дальнейший анализ Четвертой поправки. Кредит судьи Батлера: ratioisnsi in Olmstead .

Независимо от того, является ли собственность материальной или нематериальной, конфискация происходит всякий раз, когда правительственные агенты вторгаются в право собственности. Изъятие включает не просто вступление во владение, но и лишение права исключать или забирать права на использование и владение собственностью для себя, в том числе путем управления цифровыми устройствами или копирования и использования данных. Суды, принимающие Четвертую поправку, должны признать все права собственности, которые могут быть арестованы.

Конечно, в этом простом правиле есть свои нюансы.Четвертая поправка ограничивает ее собственное применение людьми, домами, бумагами и имуществом. В основном это означает, что он защищает меньшую совокупность вещей, чем права собственности или нарушение общего права. Включение «лиц», , с другой стороны, расширяет защиту от конфискации, предусмотренную Четвертой поправкой, на владение собственностью. Это выходит за рамки того, что обычно защищает закон о нарушениях и того, что большинство людей сегодня считают собственностью, несмотря на интеллектуальные способности, данные Локком и Мэдисоном.

И, конечно же, наличие изъятия не завершает анализ; изъятия могут быть разумными. Этот вопрос возникает позже в процессе применения элементов Четвертой поправки. Если произошел припадок, он может быть предметом дальнейшего анализа. Однако часто изъятия облегчают поиск. Существование поиска — следующий элемент анализа Четвертой поправки.

Был ли обыск?

Изъятие и обыск — разные виды деятельности, и в некоторых случаях это различие имеет значение.Хотя «арест» основан на юридических выводах о правах собственности, общего закона «обыск» не существует. Естественный язык должен определять, является ли взгляд (или другое восприятие) настолько сфокусированным или направленным, что он переходит порог в категорию «поиск».

Слово «поиск» предполагает намерение со стороны актера, цель найти что-то. Адвокаты и суды должны изучать действия государственных агентов и часто буквально спрашивать их, собирались ли они найти что-то конкретное.Если да, скорее всего, был проведен обыск, который позже будет признан разумным или необоснованным.

Обнаружение часто поднимается до уровня поиска относительно легко распознаваемым способом. Это когда правительственные агенты стремятся вывести информацию или вещи из укрытия. Подбирать чужие вещи, например, проникать в частную собственность и манипулировать чужими людьми, объектами, устройствами или данными — эти действия обычно направлены на выявление чего-то, что было скрыто. Они сигнализируют о направленности и сосредоточенности, которые выходят за рамки случайного и ненаправленного взгляда, обоняния, вкуса или ощущения.

Изъятия, поскольку они играют важную роль в обнаружении скрытых вещей, позволяют легко распознать обыски. Но экспозицию можно также произвести с помощью высокотехнологичных или специализированных устройств и методов наблюдения. В некоторых случаях правительственные агенты могут так пристально искать что-то уже обнаруженное, что их усилия сводятся к «поиску». Но чаще всего объективный факт, что они пытаются лишить чего-то сокрытия, может направлять «поиск» на «поиск».

Сокрытие, подлежащее поиску, дает раскрытие

Несмотря на то, что понятия «сокрытие» и «разоблачение» известны, они не часто рассматриваются с точки зрения конституции или права. New York v. Class — это случай поиска, который помогает изучить их контуры и показывает, как «сокрытие» и «раскрытие» могут помочь в решении «поискового» вопроса.

В Class полицейские Нью-Йорка Лоуренс Мейер и Уильям МакНэми остановили Benigno Class за превышение скорости и вождение с треснувшим лобовым стеклом. Пока офицер Мейер разговаривал с Классом, который вышел из машины, офицер МакНэми подошел к машине и открыл ее дверь — небольшое изъятие — в поисках идентификационного номера автомобиля (VIN).Не найдя его там, он полез в салон автомобиля Класса, чтобы перенести какие-то бумаги — еще одно небольшое изъятие — которые покрывали область приборной панели, где находился VIN. При этом он заметил пистолет под сиденьем, что привело к тому, что Класс был обвинен в незаконном хранении оружия. Его небольшой обыск, основанный на изъятии, увенчался успехом.

Суд постановил противоположное, сославшись на отсутствие «ожидания конфиденциальности» в идентификационных номерах транспортных средств. Вместо того, чтобы методично анализировать вопрос об изъятии, вопрос об обыске и затем обоснованность, Суд объявил VIN не личными и переинтерпретировал деятельность, направленную на обнаружение определенной скрытой информации как не поисковую.

Класс показывает, как тест «разумного ожидания конфиденциальности» выворачивает наизнанку объективный, по сути фактический вопрос — наличие или отсутствие поиска. Поступив так, Суд дал неверный результат.

Kyllo v. United States , , решение по которому было вынесено в 2001 году, является удивительно поучительным делом о розыске, поскольку оно вообще не связано с изъятием. Это позволяет нам наблюдать за поиском абстрактно и видеть, как сокрытие, подвергнутое поиску, производит разоблачение. Kyllo , конечно, не включает в себя знакомую работу со светом, а использует излучение в невидимой части электромагнитного спектра.

По этому делу агенты Министерства внутренних дел США подозревали, что Дэнни Ли Килло выращивал марихуану с использованием ламп высокой интенсивности в своем доме на Рододендрон Драйв во Флоренции, штат Орегон. Из общественной зоны они направили тепловизор Agema thermovision 210 на его триплекс. Тепловизор показал значительно больше тепла на крыше гаража и на боковой стене дома Килло, чем где-либо в помещении.Используя эту и другую информацию, агенты получили ордер, обыскали дом и нашли наркотики, которые они подозревали.

До действий правительственных агентов домашняя деятельность Килло и его имущество были скрыты. Непрозрачные и непроницаемые стены его дома физически не позволяли другим видеть, слышать или обонять — и, конечно, попробовать — то, что происходило или существовало внутри. Разница температур между крышей и внешними стенами дома была невидимой, что не позволяло посторонним делать выводы о домашней жизни Килло.Права собственности Килло означали, что другие не могли подходить к дому достаточно близко, чтобы заглядывать в окна, нюхать боковые двери или дотрагиваться до него, чтобы измерить внешнюю температуру. Они также не могли войти в дом. Но, используя свой тепловизор и сделав незаметное излучение заметным, агенты Министерства внутренних дел подорвали сокрытие, которое Килло предоставил для деятельности, происходящей в его доме. Они обнаружили, что внутри был источник необычного тепла, что позволило им сделать выводы о его причине.

Верховный суд признал использование тепловизора в доме без ордера нарушением Четвертой поправки. «Если, как здесь, правительство использует устройство, не предназначенное для широкой публики, для исследования деталей дома, которые ранее были бы неизвестны без физического вторжения», — постановил Суд, — «наблюдение является« обыском »и предположительно неразумно без ордера ».

В этом предложении содержится много всего, включая вывод о том, что этот конкретный поиск был необоснованным.Этот вопрос возникает позже в ходе методического анализа. Но в Kyllo скрытая, неощутимая и «непознаваемая» информация была раскрыта путем обыска.

Верховный суд разработал простые и поддающиеся администрированию правила обращения с «разоблачением» в соответствии с Четвертой поправкой. Большинство в Katz , например, заявили: «То, что человек сознательно раскрывает общественности, даже в своем собственном доме или офисе, не подлежит защите Четвертой поправкой». Если сотрудники правоохранительных органов могут что-то видеть, слышать, обонять или чувствовать, они имеют право это принять во внимание.Это доктрина «открытого взгляда», которую Суд расширил в деле Horton v. California .

Параллельная доктрина «простого сокрытия» привнесла бы простоту и симметрию в вопрос о том, доступны ли вещи для правительственного прочтения. Правило должно заключаться в том, что информация, которую человек скрывает от широкой публики, также скрывается от государственных агентов. Когда правительственные агенты стремятся разоблачить скрытые вещи, нарушая или уклоняясь от физических или человеческих законов, это поиск. Это не единственный сигнал направленного или сфокусированного зондирования. Поиск также может иметь место, если правительственные агенты тщательно исследуют разоблаченные предметы. Но искусственное обнажение — сильный сигнал к поиску.

Верховный суд с переменным успехом помещает актуальные методы расследования и доказательственные материалы, такие как собаки, выявляющие наркотики, и ДНК, в категорию «сокрытие против раскрытия». Если вы сделаете это с большей точностью, это улучшит администрирование Четвертой поправки.

Принимая во внимание «поисковый» осмотр, проводимый, например, собаками, ищущими наркотики, Суд сосредоточил внимание на изъятиях, которые часто возникают при использовании этого следственного инструмента.Например, в деле Florida v. Jardines Суд постановил, что поднос собаки, вынюхивающей наркотики, к входной двери дома превышал рамки традиционной лицензии, которую владельцы недвижимости предлагают незваным гостям. «Одно из достоинств базового показателя прав собственности Четвертой поправки заключается в том, что он упрощает легкие дела», — заявил Суд. В деле Rodriguez v. United States , , как и Illinois v. Caballes, до этого, Суд исследовал, как долго подозреваемый находился под арестом, чтобы собака могла обнюхивать его в поисках наркотиков.

Эти дела исключают центральный аспект обследования собак, выявляющих наркотики, а именно поиск наркотиков. Они обнаруживают концентрации твердых частиц, которые указывают на присутствие в противном случае незаметных и, следовательно, скрытых незаконных наркотиков. Собаки, вынюхивающие наркотики, аналогичны тепловизорам в том, что они принимают физические явления, которые не воспринимаются человеком, и делают их заметными. Дрессированные собаки — это приятные хроматографы. Вопрос в том, когда они действительно обнаруживают что-то внутри или на человеке, доме или следствии, заключается в том, был ли такой обыск разумным.

Суд легко признал, что анализ ДНК — это обыск, но он несколько запутал концепции. Суд в деле Maryland v. King расценил мазок со слизистой оболочки рта, использованный для сбора ДНК, как «поиск». Фактически, взятие образца клеток щеки — это изъятие этой ткани, а анализ ДНК в нем для определения идентифицирующих аллелей был поиском изъятого материала. Такая точность не была важна для King , но она понадобится, когда возникнет проблема с анализом ДНК брошенных тканей государственными агентами. Это почти наверняка не захват брошенных волос, слюны или спермы, но анализ этого кусочка человека раскрывает скрытую информацию. Это строго направленное, технически усовершенствованное наблюдение: поиск. Было бы ошибкой считать, что его не обыскали, потому что материальный материал не изъят.

Следующим шагом в конституционном анализе является определение того, является ли этот объект конституционно защищенным, что может быть трудным вопросом, потому что такая ДНК и заброшена, и всегда является частью тела человека.Анализ ДНК материала, собранного в комплекте для изнасилования или из-под ногтей жертвы убийства, вероятно, будет разумным, потому что материал тела, из которого анализируется ДНК, сам по себе является прямым доказательством с места преступления. Анализ брошенной ДНК, взятой из стакана подозреваемого, вероятно, потребует ордера, потому что анализ проводится для подтверждения теории расследования. Когда развитие технологии позволяет это, массовый анализ ДНК, вероятно, должен быть признан категорически неразумным, поскольку подозрения отсутствуют, и любое разрешение, дающее разрешение, было бы общим основанием для обыска материала, сброшенного с тела любого человека, который был в зоне сбора. .

Реальные дела должны конкретизировать правила, но ДНК и содержащаяся в ней информация, естественно, скрыты. Независимо от того, изъяты ли они, как в случае с King , или собраны без изъятия, анализ ДНК — это поиск, который выявляет молекулярную структуру человека.

Связь и сокрытие

Специальную проблему коммуникации немного сложно уместить в рамках рубрики «сокрытие или раскрытие», но тщательный анализ показывает, что она подходит. Верховный суд с самого начала юридической истории нашей страны использовал сокрытие для рассмотрения заявления о Четвертой поправке к коммуникациям.Конституционная защита почты и ее сокрытие показывают, как сегодня обеспечить конституционную защиту телефонной и интернет-коммуникаций.

Устанавливая свой «конституционный пост», американские революционеры остро осознавали важность конфиденциальности почты. В конце концов, многие из их сообщений касались вопросов, которые британская корона и лоялисты сочли бы предательскими. Поэтому неудивительно, что первый всеобъемлющий почтовый статут Конгресса в 1792 году закрепил конфиденциальность запечатанной корреспонденции в законе с большими штрафами за вскрытие или задержку почты.

В 1878 году Ex Parte Jackson установил защищенный статус почты в соответствии с Четвертой поправкой. Суд провел важное различие: он предоставил конституционную защиту отправляемому по почте содержимому, если отправители изначально скрывали информацию в своих отправленных отправлениях. Защита не обеспечивалась для незапечатанных писем, таких как газеты и брошюры: «Конституционная гарантия права людей на защиту своих документов от необоснованных обысков и конфискований распространяется на их бумаги, которые закрыты для проверки, где бы они ни находились. Письма и пакеты, содержащие их содержимое в непрозрачных материалах, обладали такой же степенью защиты, как и письма, хранящиеся в доме. Отправленные по почте материалы, оставленные открытыми, не имели физической защиты и, следовательно, конституционной защиты. Способ сокрытия почтовой почты обеспечивал защиту ее содержимого, поддерживаемую Четвертой поправкой.

В деле Olmstead Суд не смог адаптировать это правило к новой технологии. Телефонная связь очень похожа на письменные буквы, за исключением того, что они превращают слова в электрические (сегодня цифровые) сигналы, а не на печать на бумаге.Что особенно важно, эти сигналы проходят по телефонным линиям незаметно и неслышно для любого человека. Они скрыты. Для доступа к ним требуется вторжение в частную собственность телефонной компании и ее клиентов, а также поиск электрического сигнала, чтобы скрыть его значение.

В Olmstead председатель Верховного суда Уильям Ховард Тафт описал, как правительство прослушивало телефоны обвиняемых: «Маленькие провода были вставлены в обычные телефонные провода от домов четырех петиционеров и тех, кто ведет из главного офиса» заговора. . Эти провода передавали сигналы на устройство, контролируемое правительством, которое воспроизводило звук голосов, которые иначе не слышны по всему проводу. Правительственные агенты записали разговоры, чтобы использовать их в качестве улик. Но позже, по его мнению, Тафт проигнорировал эти факты, оправдывая свои юридические выводы тем, что сказал: «Обыск не проводился. Приступов не было. Доказательства были получены с помощью слуха, и только ». Главный судья Тафт ошибался. И провод, и сигналы были захвачены, и сигналы были найдены.

Как отметил судья Батлер в своем несогласии, «исключительное использование провода принадлежит [ред] лицам, обслуживаемым им». Использование правительственными агентами провода нарушило право Олмстеда исключать других. Сбор сигналов, которые «принадлежат [ed] сторонам, между которыми они передаются [ed]», был захватом этих сигналов. Преобразование сигналов в звуки, которые они представляли, было использованием собственности Олмстеда, на которую правительственные агенты не имели права, дальнейшая конфискация.Эти усилия привели к обнаружению ранее скрытой информации, поиску. В общем, действия правительства сводились к обыску на основе изъятия.

Дело Katz , которое перевернуло Olmstead , является прародителем доктрины «разумного ожидания конфиденциальности», но большинство постановлений в Katz сосредоточено на сокрытии и разоблачении. В то время как судья Харлан высказал мнение об ожиданиях конфиденциальности в своем индивидуальном согласии, мнение большинства судьи Поттера Стюарта основывалось на физической защите, которую Кац обеспечивал своим устным сообщениям, заходя в телефонную будку.Люди помнят предисловие Стюарта:

[T] Четвертая поправка защищает людей, а не места. То, что человек сознательно демонстрирует публике, даже в своем собственном доме или офисе, не является предметом защиты Четвертой поправки. Но то, что он стремится сохранить как частное, даже в области, доступной для общественности, может быть защищено конституцией.

В следующих параграфах говорилось о том, что Кац зашел в телефонную будку, сделанную из стекла, которое скрывало звук его голоса. Против аргумента, что тело Каца было открыто для всеобщего обозрения, Суд написал: «То, что он стремился исключить, когда он вошел в будку, было не посторонним глазом — это было незваным ухом». Использование правительством секретного устройства для прослушивания и записи для улучшения обычного восприятия преодолело физическое сокрытие, которое Кац придавал своему голосу. Собирание звуковых волн уловило что-то от Каца. Разоблачение скрытого разговора было поиском Четвертой поправки.

Как и в случае Ex Parte Jackson , обоснование большинства Katz заключалось в том, что люди, которые обычно скрывают информацию о своих лицах, домах, документах и ​​имуществе или о них, скрывают ее от правительства.За исключением некоторых узких случаев, таких как крайняя необходимость, правительство не может преодолеть это сокрытие с помощью ареста или обыска, кроме как после получения ордера.

Это обоснование применимо к Интернету, которое работает аналогично почте и телефону. Вместо того, чтобы преобразовывать слова или звуки в письменные или аналоговые электрические сигналы, Интернет-коммуникации и данные преобразуются в цифровые форматы. Как и письма и телефонные звонки в их медиа-среде, Интернет-коммуникации проходят незаметно и неслышно по частным и выделенным проводам, коммутаторам и оптоволоконным кабелям.Связь скрыта от наблюдения физикой и законом.

Все это согласуется с общепринятыми значениями слов как сегодня, так и во времена Обрамления. Юридический словарь Блэка говорит, что «скрывать» означает «скрывать, утаивать или утаивать от знания других. . . воздерживаться от высказываний или заявлений. . . прикрыть или скрыть от глаз … прятаться или уйти от наблюдения, или предотвратить обнаружение ». Black’s определяет глагол «разоблачать» как «[t] o показать публично; для отображения; предлагать общественности, например, «выставлять» товары на продажу, «разоблачать» тариф или таблицу ставок, «разоблачать» неправомерное поведение государственных или квазигосударственных деятелей.Словарь Вебстера 1828 года определил «сначала разоблачить» как «[t] o Lay open; установить для всеобщего просмотра; расскрыть; раскрыть или извлечь из укрытия; как, чтобы разоблачить секретные уловки суда; раскрыть план или замысел ».

Search находится между сокрытием и раскрытием: «Поиск состоит из поиска или поиска того, что иным образом скрыто от глаз», — говорит Black . В деле Kyllo Суд сказал: «Когда была принята Четвертая поправка, как сейчас,« обыск »означал« [не] просматривать или просматривать с целью найти что-то; исследовать; осмотреть путем осмотра; как, искать в доме книгу; искать в лесу вора.’” Сообщения и данные, как и другие вещи, могут быть изъяты, и они будут подвергаться поиску, когда их содержимое будет раскрыто из скрытого режима.

Открытые предметы можно искать

На естественном языке могут проводиться исследования уже обнаруженных вещей, которые поднимаются до уровня «поиска» — например, «искать в лесу вора». (Конечно, Вудс не является объектом защиты Четвертой поправки, но это актуально позже в ходе анализа.) Попытки разоблачить спрятанные вещи — не единственный сигнал к поиску. Ощущение с «целью найти что-то» — это гравамен «поиска». Это может не сигнализироваться производством физического воздействия, а сводится к субъективным целям государственных агентов.

Использование определенных устройств или технологий для улучшения восприятия экспонируемых предметов может сигнализировать о переходе сенсорной деятельности от случайного взгляда к направленному поиску. Обычные улучшения восприятия не делают «поиск».«Например, ношение обычных корректирующих линз или слуховых аппаратов, вероятно, не превращает поиск или слушание в поиск. Суд постановил, что использование фонарика для освещения незащищенного участка не является «обыском».

Но использование очень мощных или экзотических визуальных, звуковых или других инструментов сбора или анализа может демонстрировать ту интенсивность или направленность, которая превращает поиск в поиск. Напомним, что в решении Kyllo повлияло использование устройства, «не предназначенного для общего пользования. Рассмотрение дела лучше проводить с использованием обобщения, согласно которому вывод вещей из-под сокрытия сигнализирует о поиске, но использование высокотехнологичной штуковины предполагает направленность и интенсивность, которые подталкивают зондирование к поиску.

Одним из примеров экзотической технологии, используемой для экспонирования предметов, является распознавание лиц. Конечно, наши лица открываются публике каждый день. Распознавание лиц может быть выполнено на фотографиях, сделанных добровольно или с согласия субъекта, , поэтому определение внешнего вида лица обычно не является захватом.Нет права исключать других из таких изображений как таковых. Сбор изображения лица (в видимом спектре) не дает раскрытия скрытых вещей, поэтому сбор изображения лица не является поиском на этой основе. Это не исключает вопроса о том, можно ли искать открытые изображения лиц после того, как они были собраны.

Системы распознавания лиц работают путем преобразования черт лица в матрицу пространственных отношений между его чертами, цветов и текстур. Расстояние между глазами, ширина носа, цвет кожи и т. Д. Становятся элементами биометрической подписи.После сбора подписи лица расследование может не проводиться, что может означать, что поиск по Четвертой поправке отсутствует — это просто какой-то инертный административный процесс. Но преобразование изображения лица в сигнатуру распознавания лиц имеет только одну цель: найти что-то позже.

Поиск состоит из двух концептуальных частей, которые обычно выполняются в определенном порядке. Во-первых, определяется конкретная вещь, которую нужно искать. Затем исследуется поле, в котором его можно найти.Например, поиск в лесу включает в себя идентификацию человека, инструмента или улики, которые нужно найти, а затем марширование по местности, не отрывая глаз от этого предмета. Распознавание лиц обращает эти процессы вспять. Он собирает материал для анализа — подписи лиц — а затем в любое время собирает ранее собранные данные подписи лиц на предмет совпадения. Тот факт, что этапы процесса меняются местами, не должен менять вывод о том, что распознавание лиц — это технология поиска, а ее использование — это поиск.Преобразование изображения лица в подпись лица, которую можно сканировать на предмет совпадений, представляет собой поиск самого лица для визуализации данных, которые позволяют сделать лицо объектом последующего поиска. Достаточно одного шага в процессе поиска, чтобы он лучше всего распознавался как поиск, происходящий во время обработки. Распознавание лиц — это пример того, как открытые предметы обыскиваются с «целью найти что-то». У технологии распознавания лиц нет другой цели.

Тот факт, что сканирование лица — это поиск, не должен влиять на вопрос о том, разумно оно или нет. Казалось бы, неразумно собирать и сканировать изображения лиц всех, кто появляется в данном публичном месте, потому что ни одно из них не вызывает подозрений только потому, что находится там. Проведение сканирования лица во время выдачи водительских прав может быть разумным для предотвращения подделки личных данных, а может и нет. Масса изображений лиц, собранных для этой цели, будет привлекательной для поиска подозреваемых в совершении преступлений навсегда после первоначального сбора.Периодические поиски этих лицевых подписей разумно регулировать требованием ордера, хотя суды должны определять это в реальных случаях.

Недавняя популярность беспилотных летательных аппаратов или дронов поставила вопрос о том, как их использование государственными агентами может взаимодействовать с Четвертой поправкой. Представьте ситуацию факта, аналогичную Jones , но без подключения устройства GPS к автомобилю. Скорее, правительственные агенты натравливают крохотную группу дронов, чтобы они следили за автомобилем и отмечали его местонахождение в течение нескольких недель.Или представьте себе дрон, летящий над общественной территорией под углом, достаточно высоким, чтобы наблюдать за происходящим на огороженном заднем дворе или через открытые окна. Сегодня высокоорбитальные камеры с высоким разрешением и программное обеспечение для мониторинга позволяют чрезвычайно детально наблюдать и отслеживать множество людей и объектов на огромных пространствах в течение длительных периодов времени. В этих случаях не может быть никакого вторжения / изъятия собственности или раскрытия скрытых вещей, чтобы сигнализировать о направленности и поиске. Но использование новейших технологий и методов может сигнализировать о «цели найти что-то», то есть поиск, даже если это не скрыто.

California v. Ciraolo , решение было принято в 1985 году, является одним из очень немногих дел по Четвертой поправке, в которых не было нарушения права собственности и, возможно, не было обнаружено скрытого объекта, чтобы четко обозначить интенсивность внимания, которая способствует « поиск.» В этом случае полиция Санта-Клары получила анонимную информацию о том, что марихуана растет на заднем дворе Чираоло. Не имея возможности видеть через высокие заборы вокруг охраняемого конституцией «занавеса» своего дома, офицеров пролетели над ним на частном самолете, чтобы подтвердить присутствие растений марихуаны. Основываясь на анонимной наводке и своих наблюдениях, они получили ордер на обыск, обыскали дом, конфисковали растения и предъявили обвинение Чираоло.

Верховный суд рассмотрел направленную воздушную инспекцию по критерию «разумное ожидание конфиденциальности». Как выяснилось, высокие заборы вокруг дома не обязательно свидетельствовали о субъективном ожидании уединения. У Чираоло была «просто надежда, что никто не заметит его садоводческих занятий». Что касается объективной разумности ожидания уединения на заднем дворе, Суд отметил, что офицеры находились в общедоступном судоходном воздушном пространстве, наблюдения были ненавязчивыми, а растения марихуаны были легко различимы.Отказавшись прямо заявить об этом, Суд пришел к выводу, что это целенаправленное наблюдение двора Чираоло не было обыском. В делах Флорида против Райли , Суд распространил этот прецедент на наблюдения, сделанные с вертолета на высоте 400 футов.

Наблюдение с воздуха с достаточно большой высоты не нарушает никаких прав собственности, поэтому это не захват, и, без использования внешних технологий, оно не затрагивает иным образом скрытые предметы. Самых ясных намеков на «поиск» не существует.Тем не менее, карабкаться с самолетом, пролетать на нем над конкретным домом и смотреть на него в надежде обнаружить ожидаемые предметы, похоже, имеет «цель найти что-то». Свидетельские показания в таких случаях могут выявить объяснение такого поведения, не связанное с поиском, но, вероятно, это поиск в обычном смысле этого слова. Ciraolo и Riley кажутся ошибочными.

В качестве прецедента для беспилотных и спутниковых наблюдений, Ciraolo утвердит воздушное наблюдение за всеми людьми, домами и объектами, находящимися в небе без ограничений.Это подорвало бы предоставление Четвертой поправкой безопасности людям, находящимся в их домах, документах и ​​имуществе, когда бы они ни были обнаружены. В делах о «разумном ожидании конфиденциальности», таких как Ciraolo , суды могут слишком легко аргументировать обратное: от обнаруженных наркотиков к отсутствию ожиданий конфиденциальности.

Обыск, конфискация и конфиденциальность

Запрос об ожиданиях в отношении конфиденциальности, субъективных или объективных, — плохой способ применения Четвертой поправки по сравнению с предлагаемым здесь методическим анализом на основе текста.Но «неприкосновенность частной жизни» обсуждалась при принятии решений Судом по Четвертой поправке на протяжении десятилетий. Взаимосвязь между неприкосновенностью частной жизни и сокрытием показывает, что переход к более надежному администрированию Четвертой поправки не будет отходом от прецедента и поможет достичь целей Суда в отношении защиты Четвертой поправки. Верховный суд недавно заявил в качестве цели, что он «обеспечит [е] сохранение той степени конфиденциальности в отношении правительства, которая существовала, когда была принята Четвертая поправка.”

Защита конфиденциальности требует понимания того, что такое конфиденциальность, а также роли сокрытия в ее защите. Самое сильное значение слова «конфиденциальность», имеющее отношение к администрации Четвертой поправки, — это возможность контролировать личную информацию. Люди поддерживают конфиденциальность, осуществляя контроль над личной информацией по своему усмотрению.

В 1967 году, когда Верховный суд вынес решение Кац , ученый Алан Вестин охарактеризовал неприкосновенность частной жизни в своей основополагающей книге Конфиденциальность и свобода как «требование отдельных лиц, групп или организаций определять для себя, когда, как, и в какой степени информация о них передается другим. Более точное, более легалистическое определение конфиденциальности звучит так: «[Т] ​​субъективное состояние, которое люди испытывают, когда они имеют право контролировать информацию о себе и когда они используют это право в соответствии со своими интересами и ценностями». Получив контроль над информацией о себе, люди будут определять и защищать свою конфиденциальность по своему усмотрению.

Независимо от того, требует ли этого Четвертая поправка, предоставление людям такого же уровня контроля над личной информацией сегодня, как и во время создания фреймов, является, по крайней мере, значимой и управляемой в судебном порядке целью.Просто нужно изучить, как люди контролировали информацию в прошлом, и увидеть, что их способность делать это сохраняется в настоящем.

В конце восемнадцатого века люди контролировали информацию о себе, упорядочивая вещи в окружающем их мире. Например, если вы вернетесь в свой дом и опустите шторы, то то, что произошло внутри, стало частным. Понижение голоса до уровня, который другие не могли слышать, делало разговор конфиденциальным. Драпировка тела одеждой делала детали его форм, текстур и цветов конфиденциальными.Эти методы используют физические свойства вещей, чтобы блокировать звуковые волны, фотоны и подобные явления.

Список всех решений и действий по защите конфиденциальности будет очень длинным, и он не будет полезен для разработки устойчивых правил защиты конфиденциальности. Но абстрагирование природы защиты конфиденциальности может: Люди защищают конфиденциальность путем утаивания, буквально не позволяя другим воспринимать вещи.

К настоящему времени концепции должны быть вам знакомы: восприятие чего-либо происходит от способности собрать его представление на физических носителях.Фотоны, достигающие глазных яблок, делают вещь видимой для человека. Звуковые волны, достигающие барабанных перепонок, делают вещь слышимой для человека. Частицы, попадающие в ноздри или язык человека, делают вещи различимыми по запаху или вкусу. Поверхность предмета, к которому прикасается или на который нажимает кожа, может показывать ее плотность, твердость, размер и вес. Когда мозг человека собирает эти данные, он или она воспринимает вещи в мире. Наблюдатель делает выводы о вещах и о людях, которые владеют ими и контролируют их.

Когда фотоны, звуковые волны, остатки твердых частиц и поверхности, открывающие предметы, недоступны, такие предметы скрываются, и построение выводов о людях блокируется. Опять же, это то, как люди защищают конфиденциальность. Так они поступали в конце восемнадцатого века и так поступают сегодня.

Конечно, недостаточно, чтобы люди уединились в своих домах, понизили голос или оделись. Когда люди входят в свои дома, они делают это, полагаясь на совокупность прав, которые не позволяют другим входить или получать доступ к их домам, чтобы узнать, что происходит внутри.Они полагаются на права собственности, как это делал Дэнни Ли Килло. Когда люди надевают одежду, чтобы фотоны не открывали вид чувствительных участков, они полагаются на защиту от неправомерного физического контакта, который может лишить тело ее обертки. Они полагаются на закон о побоях, как Терри в Огайо.

Иногда люди почти полностью полагаются на физику для защиты конфиденциальности, например, в Katz , понижая и заглушая свой голос в общественных местах. И иногда они в значительной степени полагаются на закон, например, когда они делятся информацией с фидуциаром или поставщиком услуг, обязанным соблюдать конфиденциальность в соответствии с контрактом или постановлением.В большинстве случаев люди защищают частную жизнь, используя для сокрытия законы природы и законы человека.

Когда правительственные агенты пытаются разоблачить скрытые вещи, угрожая частной жизни или разорвав ее на части, это поиск. Но отступление от ожиданий конфиденциальности — не лучший способ применять Четвертую поправку. Вопрос об ожиданиях конфиденциальности приводит к неправильному применению Четвертой поправки. Суды не в силах проверить, почему люди устанавливают физические барьеры, что они думают о них или что другие должны думать об их мышлении.Верховный суд исторически не полагался на конфиденциальность и конфиденциальность. Большинство случаев полагаются на сокрытие и разоблачение. Само решение, лежащее в основе доктрины «разумного ожидания неприкосновенности частной жизни», Katz v. United States , было делом о сокрытии / разоблачении.

Суд все реже использует критерий «разумного ожидания конфиденциальности». Приглашенные к систематическому и разумному рассуждению, суды хорошо оснащены для того, чтобы судить, где различные действия находятся в континууме от случайных, непоисковых наблюдений и ощущений до направленных, относительно интенсивных «поисков».Суды могут признать «сокрытие» и «разоблачение». Они могут применить обычное значение слова «поиск» к знакомой человеческой деятельности. Они могут делать эти вещи лучше, чем определять «разумные ожидания в отношении конфиденциальности».

Это упражнение с малыми последствиями, определение «поиска», потому что обнаружение «поиска» не завершает расследование. Конституционное значение обыска или выемки затрагивает более поздние вопросы, например, был ли обыск предметом, охраняемым Конституцией, и был ли обыск разумным.

Конечно, для тщательного выявления изъятий и обыска требуется некоторая осторожность. Первое — это любое посягательство на право собственности, а второе — это сильное ощущение, часто сигнализируемое усилием по устранению сокрытия чего-либо и раскрытию этого. Или это ощущение, направленное на то, чтобы продемонстрировать «цель чего-то найти».

Дом, тело, пистолет и бумагу могут быть конфискованы и обысканы. Провод, связь и данные тоже могут. Все они являются потенциальными объектами конфискации и обыска в соответствии с Четвертой поправкой.Однако, если конфискация или обыск имеет место, возникает только следующий вопрос, а именно: был ли арест или обыск произведен чьим-либо лицом, его или ее документами, домом или имуществом.

Был ли арест или обыск того, что защищает Четвертая поправка?

Когда имело место изъятие или обыск, следующий вопрос заключается в том, был ли это предмет, охраняемый конституцией, — человек, дом, бумага или имущество. Возможно, поглощенный запутанной доктриной Четвертой поправки, Верховный суд редко разъясняет контуры этих концепций.Но в основном они знакомы и имеют здравый смысл.

Терри и многие аналогичные случаи предполагают, что человеческое тело и его принадлежности являются «личностью» Четвертой поправки. Владение людьми (не говоря уже об их использовании) — это сила, которую Четвертая поправка запрещает правительственным агентам при отсутствии необходимого уровня подозрений и, как правило, ордера.

Оливер против Соединенных Штатов разъясняет, что защита домов в соответствии с Четвертой поправкой не препятствует доступу правительственных агентов на открытые поля, даже если владелец вывесил знак «Не вторгаться» на границе участка. Ничто с момента принятия Четвертой поправки не сделало места вдали от дома конституционно «домом». Динамика сокрытия, разоблачения и безопасности, которая существовала, когда люди покидали свои дома во время создания каркаса, сегодня такая же. Правительственные агенты, вторгающиеся в необитаемые частные земли, возможно, должны нести ответственность за незаконное владение, но они не нарушают Четвертую поправку.

Профессор Эндрю Гатри Фергюсон считает, однако, что каждому из пунктов, выделенных для защиты в Четвертой поправке, было дано «более широкое толкование, чем до-технологический (доиндустриальный) мир Основателей. Примером может служить развитие доктрины «вырубки».

Понятие «бумаги» требует обновления в свете изменившихся информационных и коммуникационных технологий. Создатели стремились защитить не бумагу как форм-фактор целлюлозы, а общий носитель для хранения и передачи информации.

Федеральная система судов первой инстанции признала, что и должна, что цифровые представления информации эквивалентны бумажным документам для целей хранения и обнаружения. Тематика цифровых документов и коммуникаций, по крайней мере, столь же обширна и интимна, как и то, что содержалось в бумажных записях на Фрейминге, и, вероятно, намного больше. Хранение документов не на бумаге, а на других носителях ничего не меняет в отношении их значения Четвертой поправки. Та же самая информация о жизни каждого американца, которая когда-то хранилась на бумаге и аналогичных носителях на чердаках, в гаражах, мастерских, спальнях, швейных комнатах и ​​ящиках письменных столов, теперь хранится в оцифрованном виде в сотовых телефонах и подобных электронных устройствах.

Суды должны прямо признавать цифровые представления информации как конституционные «документы и эффекты», безопасность которых от необоснованного изъятия защищена Четвертой поправкой. (Для тех, для кого буквализм важен, слово «эффекты» имеет гораздо меньшее значение для материальных объектов, чем «бумаги», и эти два могут использоваться как взаимозаменяемые. ) Охват Четвертой поправки должен распространяться на эти средства массовой информации, если Суд должен «гарантировать [е] сохранение той степени конфиденциальности от правительства, которая существовала, когда была принята Четвертая поправка.”

По крайней мере, один суд низшей инстанции нашел конституционную защиту электронной почты достаточно четко, чтобы полагаться на свою предпосылку, что электронная почта представляет собой документ или эффект. В деле United States v. Warshak Апелляционный суд США шестого округа написал: «Учитывая фундаментальное сходство между электронной почтой и традиционными формами связи, было бы противоречить здравому смыслу, если бы электронная почта была менее защищена Четвертой поправкой. Электронная почта — это технологический наследник материальной почты ».

Во многих случаях категория «эффекты» исследуется, хотя зачастую и неявно.Автомобиль — это эффект. Сотовый телефон — это эффект. Так же обстоят дела с контейнерами и пакетами, как когда они находятся в руках человека, так и переданы частным перевозчикам.

Суд не сказал об этом прямо в деле Katz , но он рассмотрел звук голоса Каца, должным образом заглушенный, как объект, защищенный конституцией. Не сведенный к материальному средству выражения, его трудно рассматривать как конституционную «бумагу». Но звук — это естественный способ передачи информации, эквивалентный сделанным вещам, таким как бумага и другие материальные вещи.Лучшее понимание Katz , согласующееся с текстом Четвертой поправки, состоит в том, что шепот или завуалированное устное общение является «эффектом» или тем, что можно было бы назвать «личным ограничением». Когда цифровые элементы людей производят персональные данные, эти данные могут быть частью «виртуальной завесы».

Четвертая поправка использует притяжательное местоимение «их», которое устанавливает границы вокруг предметов, в которых человек может заявить о своем праве против необоснованного изъятия или обыска.Использование анализа «позитивного права» решает большинство проблем в этой области. Если полиция, прибывающая в дверной проем, получает отказ от единственного жителя, имеющего очевидные полномочия разрешить или запретить проникновение, квартира будет «его» или «ее», в зависимости от обстоятельств, и полиция не может войти без разрешения или вероятной причины и ордер. Автомобиль хранителя является «его» для целей Четвертой поправки.

В любом случае, если предмет, находящийся под конституционной защитой, был обыскан или изъят, последний вопрос заключается в том, было ли это разумным.В доктрине «разумного ожидания неприкосновенности частной жизни» анализ проваливается: обыски почти всегда безосновательны без ордера. Но более методичный анализ допускает такую ​​вещь, как разумный обыск или выемка.

Был ли арест или обыск разумным?

В случае конфискации или обыска предметов, охраняемых Конституцией, Четвертая поправка призывает проверить разумность действий государственных агентов при этом. Здесь и должно происходить судейство.

Вопрос, конечно, не в разумности ожиданий конфиденциальности, а в разумности действий государственных агентов. И это не имеет отношения к обычным чувствам порядочных людей, как можно было бы предположить в современном понимании. По словам профессора Лоры Донохью, слово «необоснованный» в предшествующих Четвертой поправке и сама поправка «передавали особое значение: а именно, против причины или против причины общего права». «То, что соответствовало общему праву, было разумным и, следовательно, законным.То, что было непоследовательным, было необоснованным и ipso facto незаконным ».

Границы, установленные «позитивным законом», служат отличным ориентиром для того, что является разумным. Общее право, уставы и постановления определяют, что люди могут и не могут делать в целом — как обычные люди, так и правительственные агенты. Обыск или выемка, попадающие в эти рамки, почти всегда были бы конституционно разумными. Но конфискация или обыск, который был бы гражданским или уголовным правонарушением в обычных обстоятельствах, должен происходить только после тщательного анализа и рассмотрения третьей стороной, предусмотренного в процессе подачи заявки на ордер.Суд Olmstead сделал бы хорошо, если бы прислушался к закону штата Вашингтон, согласно которому перехват сообщений, отправленных по телеграфу или телефону, считался правонарушением.

Чтобы служить хорошо, анализ обоснованности должен допускать разумное изъятие и разумный обыск. Представьте себе сотрудника правоохранительных органов, идущего по улице. Она спотыкается о трещину на тротуаре и тянется к ближайшему автомобилю, оставляя заметное пятно. На мгновение она переделала машину для своих целей, сделав небольшой, но реальный захват чужой частной собственности.

Инстинкт в таком случае может сказать: «Это не было припадка». Но вспомните аргумент правительства в деле Terry об исключении «остановись и поищи» из рассмотрения Четвертой поправки, который Суд отклонил. Лучше всего думать о том, чтобы удержаться на машине, как о вполне разумном припадке. Он не предусматривает никаких действий за нарушение владения, не нарушает никаких законодательных или нормативных актов, равно как и практика в контексте не нарушает безопасность автомобилей людей. Если бы офицер переоборудовал машину для своих целей другим способом — например, прикрепил к ней устройство GPS, чтобы отслеживать ее движения, — такое жуткое поведение, признанное во многих штатах незаконным преследованием, нецелесообразно без ордер, подтвержденный вероятной причиной.

То же самое и с разумным поиском. Допустим, наш сотрудник правоохранительных органов находится на пляже. Наблюдая за странным поведением — возможно, начавшейся дракой на кулаках — в направлении пристани, она поднимает бинокль к глазам и смотрит на то, что там происходит. Такой вид направленного поиска можно квалифицировать как поиск, но наличие чего-то «странного» и использование ею относительно обычной технологии помещают поиск в рамки разумности. Во втором сценарии, когда правительственный агент блефует и использует военный инструмент, чтобы читать через плечо путешественника, это кажется необоснованным поиском.Это спорное вторжение во вторжение в уединенную отрасль общего права на неприкосновенность частной жизни.

Допущение разумных изъятий и обыска может вызвать все определяющие результаты, которые люди справедливо осуждают в делах о «разумных ожиданиях», но суды должны иметь больше возможностей противостоять определению результатов, используя этот анализ. Доктрина «разумного ожидания» спрашивает, было ли разумно ожидать конфиденциальности в найденной вещи. Когда обнаруживают незаконные наркотики или оружие, ответ почти всегда — «нет».Но в этом анализе, как и должно быть, основное внимание уделяется действиям государственных агентов. Суды лучше проанализируют абстрактное поведение, не обращая внимания на то, что оно проявляется. Их, конечно, следует предостеречь от обратных рассуждений, и когда они это сделают, это будет довольно очевидно.

Нет никакой замены необходимости судить в закрытых делах по Четвертой поправке. Но изучение обоснованности изъятий и обысков — лучший способ применения Четвертой поправки, чем непривязанное предположение, требуемое тестом «разумное ожидание конфиденциальности».Суды должны использовать обычные значения слов в Четвертой поправке и использовать относительно знакомые и устоявшиеся концепции собственности, договора и деликта, а также статут и постановление. Им следует балансировать на основе фактов в отдельных случаях, а не делать радикальные заявления о конфиденциальности.

Напомним, методология, необходимая для разумного применения Четвертой поправки, требует:

  • Был ли обыск?
  • Был ли припадок?
  • Был ли произведен обыск или выемка «людей, домов, документов [или] вещей»?
  • Был ли такой обыск или выемка разумным?

Недавнее заключение десятого округа, составленное судьей Нилом Горсухом , показывает, как эта методология может отточить аргументацию суда.

United States v. Ackerman касалось заявки Четвертой поправки на электронное письмо, которое AOL направила в Национальный центр пропавших без вести и эксплуатируемых детей (NCMEC) «CyberTipline» и открыла этой группой. Обнаружив, что NCMEC является государственным субъектом, судья Горсуч начал рассмотрение вопросов Четвертой поправки с применения ключевых элементов ее текста: «Никто в этой апелляции не оспаривает, что электронное письмо является« бумагой »или« эффектом »для целей Четвертой поправки. .. . . Неоспоримые факты также показывают, что NCMEC открыла электронную почту г-на Акермана, нашла четыре вложения и приступила к просмотру каждого из них. И такой вид поиска в личных документах или вещах может показаться вполне очевидным «обыском».

В дополнение к анализу «разумных ожиданий» судья Горсуч рассмотрел разумность в свете давних концепций общего права. Открытие и изучение частной переписки «кажется довольно очевидным, чтобы квалифицировать как именно тот тип посягательства на движимое имущество, которое создатели стремились предотвратить, когда они приняли Четвертую поправку», — написал он.«Конечно, создатели были озабочены защитой физической, а не виртуальной переписки. Но трудно себе представить более очевидную аналогию из принципа с новой технологией ».

Открытие электронного письма — это его поиск. Электронное письмо — это «бумага» или «эффект». Обыск без ордера неоправданно с точки зрения общего права. Суды могут извлечь выгоду из этого прямого способа аргументации Четвертой поправки на долгие годы.

Заключение

Отчасти неспособность судов правильно управлять Четвертой поправкой может быть связана с общей правовой средой, которая еще не очень хорошо понимает коммуникации и данные.Наш вступление в информационную эпоху требует нового, более высокого уважения к данным, информации и коммуникациям как к общей собственности. Четвертая поправка и общество в целом выиграют от развития законодательства в этой области, которое будет происходить параллельно с достижениями законодательства в прошлом.

В феодальные времена, до развития торговли и коммерции, личная собственность не признавалась законом. Это было обработано что-то вроде связи, а теперь обрабатываются данные. Уильям Блэкстоун в своих знаменитых комментариях к законам Англии отмечал, что обычное имущество «не столь высоко ценилось и не уделялось так много внимания закону, как вещи, которые по своей природе более постоянны и постоянны. недвижимые, как земли, так и дома, и прибыль, получаемая от них.Но когда изменения в технологиях и обществе позволили людям путешествовать и заниматься торговлей все более ценными движимыми товарами, это потребовало расширенного юридического признания личности «в свете, почти, если не полностью, равном».

Бенджамин Констант в своей классической речи Свобода древних по сравнению с современностью , , насколько важны права на личную собственность для развития свободы. Феодальные времена допускали наследственное правление и наследственное подчинение, потому что владелец земли мог предоставить своим подданным только право на использование собственности или «узуфрукт», но не право собственности.Права собственности на движимое имущество освободили пеона, позволив ему приобретать богатство, которое было мобильным, а через богатство — некоторую независимость.

Ко времени основания Америки, разумеется, «бумаги» и «эффекты» были хорошо укоренившимися статьями собственности. Они использовались достаточно часто и были признаны достаточно ценными, чтобы составители Билля о правах записали свою защиту в Четвертую поправку. Защита этих вещей как собственности помогла сформировать свободную нацию.

Сегодня мы наблюдаем рост торговли в сфере информации и коммуникаций, который идет параллельно с ростом торговли в личных целях сотни лет назад. Но правовая среда вокруг информации остается в феодальную эпоху. Информационные товары имеют низкий статус, и закон превозносит конфискацию сообщений и данных способами, которые вызывают все большую тревогу у тех, кто осознает ценность своих данных. С ростом торговли информацией признание коммуникаций и информации как формы собственности изменит баланс во взаимоотношениях между человеком и государством.

Судья Батлер заложил основу для установления более четких прав Четвертой поправки в отношении информации в своем несогласии Olmstead . По договору с телефонными компаниями вызывающие абоненты имеют законное право не допускать других к разговорам. Сами сообщения принадлежат сторонам, между которыми они проходят.

Когда суды применяют Четвертую поправку, они должны делать это методично, проверяя, проводились ли обыски, которые являются посягательством на какое-либо право собственности, и обыски, о которых сигнализирует раскрытие скрытых вещей или действия с «целью обнаружения что-то.«Если конфискация или обыск имеет место, следующим шагом в анализе является определение того, относится ли это к чему-то, что защищено Четвертой поправкой: человеку, дому, бумаге или следствию. И если это так, то последний вопрос в том, были ли разумным обыск или выемка.

Что особенно важно, эта модель ставит суды в их привычную роль по применению закона к фактам в делах, которые им передаются. Это не требует от судов делать широких заявлений о социальных нравах, таких как «разумные ожидания в отношении конфиденциальности».Такой способ применения Четвертой поправки сконцентрирует анализ Четвертой поправки на разумности действий правительства, а не на разумности предпочтений частных ответчиков в отношении конфиденциальности. И это помогло бы Верховному суду США сохранить степень конфиденциальности, которой люди пользовались во время Фрейминга.

Скромному судье Пирсу Батлеру следует возрождение и, возможно, место в истории после Холмса, Кардозо и Брандейса. Он завещал нам очень полезные ratio.

ПРИМЕЧАНИЯ

Сохранение права на неизвестность в эпоху распознавания лиц

«Полиция предлагает всему населению в районе Elm Terrace делать следующее: каждый в каждом доме на каждой улице открывает входную или заднюю дверь или смотрит из окон. Беглецу не удастся сбежать, если все в следующую минуту посмотрят из его дома.Готовый!»

«Конечно! Почему они этого не сделали раньше! Почему за все годы эту игру не опробовали! Все встают, все вон! Его нельзя было упустить! »

Видение Рэя Брэдбери будущего всеобъемлющего наблюдения в диапазоне градусов по Фаренгейту 451 , возможно, было недостаточно амбициозным. Сегодня правительству не нужно призывать население действовать миллионами глаз, чтобы найти конкретного человека в любом месте и в любое время. Благодаря технологии распознавания лиц правительство может сделать это самостоятельно, одним нажатием кнопки.

Эта технология не только существует: она уже внедрена и используется для наблюдения по всей стране. Он работает через огромные сети камер вместе с обширными правительственными базами данных фотографий, помеченных и скомпилированных в профили. Правоохранительные органы используют мощные компьютерные алгоритмы для анализа стопки отснятого с камеры материала, выделяя каждое лицо в конкретной сцене и быстро связывая их с профилями в базах данных.

Повсеместное распространение сетевых камер наблюдения делает возможным целевое наблюдение с распознаванием лиц практически в любом месте и в любое время.У правоохранительных органов с каждым днем ​​появляется все больше и больше камер, в том числе камеры видеонаблюдения, нательные камеры полиции и даже камеры на беспилотных летательных аппаратах и ​​самолетах наблюдения, летающих над городами, которые уже использовались для записи массовых протестов. База данных биометрической идентификации нового поколения ФБР и его подразделение распознавания лиц, FACE Services, уже могут искать и идентифицировать почти 64 миллиона американцев из собственных баз данных или через доступ к государственным базам данных удостоверений личности с фотографиями DMV.

С уже имеющимися записями, имеющимися технологиями и быстро растущими возможностями системы, возможно, вскоре правительство сможет узнать, кто вы, где вы были и когда, и кто вы связаны с простым вводом вашего имени в строку поиска.

С уже имеющимися записями, имеющимися технологиями и быстро растущими возможностями системы, возможно, вскоре правительство сможет узнать, кто вы, где вы были и когда, и с кем вы связаны. просто введя свое имя в строку поиска. Таким образом, распознавание лиц знаменует конец безвестности.

Несмотря на эту неминуемую опасность, практически нет ограничений на использование технологии распознавания лиц. Только в марте этого года Конгресс провел слушания, чтобы обсудить риски слежки с распознаванием лиц, и не существует никаких законов — штатных или федеральных — которые налагают ограничения на то, как можно использовать слежку с распознаванием лиц, и на кого она может быть нацелена.Из-за такого отсутствия распознавание лиц можно использовать для обхода существующих юридических средств защиты от отслеживания местоположения, открывая дверь для беспрецедентной государственной регистрации личных ассоциаций и интимных подробностей жизни граждан.

Распознавание лиц также может стать опасным инструментом для каталогизации участия в деятельности Первой поправки. Религиозные и политические ассоциации могут стать известными правительству в огромных масштабах, с небольшими усилиями и затратами, что приведет к срыву, преследованиям и злоупотреблениям.История Америки на протяжении двадцатого века и недавняя деятельность правительства за последние два десятилетия демонстрируют, что опасения подобных злоупотреблений вполне оправданы.

Однако, как и любой другой мощный инструмент, распознавание лиц обещает быть чрезвычайно полезным — например, при поиске пропавших без вести или выявлении опасных беглецов на свободе — и может принести значительные общественные выгоды без каких-либо споров. Таким образом, каким бы тревожным ни был слежение за распознаванием лиц, политика, ограничивающая его использование, может обеспечить разумную золотую середину, которая предотвращает злоупотребления и устраняет риск, который она представляет для сдерживания деятельности по Первой поправке, а также разрешает использование в законных и широко поддерживаемых целях, в целях общественной безопасности.

Этот отчет закладывает основу для этих политических усилий, предлагая разъяснения существующих и потенциальных применений технологии, а также наиболее важные аспекты угроз, которые ее использование создает для демократии. Далее приводится обзор основных аспектов эффективных ответных мер политики, в том числе о том, должно ли наблюдение за распознаванием лиц требовать судебного разрешения по стандарту вероятной причины для сканирования конкретного лица на фото или видео для идентификации этого человека, и должны ли быть установлены ограничения. введены в действие в отношении преступлений, в ответ на которые может использоваться наблюдение с распознаванием лиц.И поскольку реализация такого политического ответа в необходимые сроки может оказаться трудной на федеральном уровне, в отчете представлен подход «обратного федерализма» к защите интересов и законодательству, в котором зависимость ФБР от баз данных фотографий DMV штата используется для продвижения законы штатов, которые снизу устанавливают эффективные политические ограничения на слежку за распознаванием лиц на национальном уровне.

Если не отметить, распознавание лиц скоро положит конец безвестности. Неизвестность может показаться не принципиально важной ценностью.Это не было превознесено в «Записках федералистов», не внесено в Конституцию и не упомянуто как часть «четырех свобод», за сохранение которых мы боролись во время Второй мировой войны. И все же, поэтически оставаясь незамеченной на заднем плане, безвестность служила важнейшей опорой американской демократии. Демократия по своей природе основывается на анонимности некоторых действий и взаимодействий, особенно в действиях по Первой поправке, таких как протесты и религиозное поклонение. Более 200 лет неизвестность была одним из самых мощных средств защиты анонимности.Эти средства защиты находятся в серьезной опасности, и их выживание требует быстрого и новаторского политического реагирования.

Растущая сила и использование распознавания лиц

Несмотря на относительно низкий уровень внимания, уделяемого публичным дебатам, распознавание лиц уже является мощным и широко используемым правительственным инструментом слежки, и его возможности и возможности применения, вероятно, будут расширяться в будущем. Современная технология сканирования лица является мощной, позволяющей быстро идентифицировать людей, и растет потенциал сканирования в реальном времени целых скоплений людей для идентификации людей.Правоохранительные органы уже широко используют распознавание лиц с возможностью отслеживать действия сотен миллионов американцев. А технологические достижения в ряде областей, касающихся видеотехнологий, значительно увеличат возможности распознавания лиц, поскольку правительство получит больше возможностей записывать обширные общественные места, используя технологию распознавания лиц для идентификации любого человека, попавшего в эти сети видеонаблюдения.

Технология распознавания лиц

Технология распознавания лиц обеспечивает огромные возможности идентификации, намного превосходящие все, что возможно только человеческим глазом, даже целыми полицейскими управлениями.Как правило, технология распознавания лиц состоит из программного обеспечения, которое позволяет компьютерам делать то, что до недавнего времени было доступно только человеческому разуму: распознавать и идентифицировать лица. Он использует черты лица, такие как расположение глаз по отношению к лицу в целом, для создания «отпечатка лица», который, как и другие формы биометрической идентификации, является уникальным для каждого человека. Затем технология распознавания лиц может сопоставить изображение лица с существующей базой данных отпечатков лиц и, если обнаруживается совпадение, идентифицировать человека.

Пример технологии распознавания лиц с использованием узловой карты.

В настоящее время технология распознавания лиц может сканировать на совпадение для идентификации лица по десяткам миллионов предварительно идентифицированных профилей лиц в секунду. Наблюдение с распознаванием лиц в реальном времени стремительно развивается. В отчете Национального института стандартов и технологий за март 2017 года сделан вывод о том, что, хотя распознавание лиц в реальном времени все еще является трудным, можно достичь с помощью определенных алгоритмов. И практически все крупные частные компании по распознаванию лиц уже подчеркивают свои возможности распознавания лиц в реальном времени.

Использование правоохранительными органами слежения за распознаванием лиц

Правоохранительные органы уже широко применяют технологию распознавания лиц. Согласно отчету Джорджтаунского юридического центра по вопросам конфиденциальности и технологий, каждый второй взрослый американец уже хранит свои изображения в сети распознавания лиц правоохранительных органов, и, по крайней мере, каждое четвертое полицейское управление имеет возможность выполнять поиск по распознаванию лиц. В некоторых городах местные правоохранительные органы используют распознавание лиц для обычных остановок движения, с низкой прозрачностью в том, что касается их сохранения и последующего использования полученных данных.Министерство внутренней безопасности (DHS) рассматривает возможность внедрения распознавания лиц в качестве основного компонента своих усилий по обеспечению безопасности международных поездок, а также развертывание дронов, оснащенных функциями распознавания лиц, вдоль границы. Законодательство Конгресса могло бы быстро расширить это поведение слежки, потребовав от DHS создать базу данных распознавания лиц иммигрантов, использовать технологию распознавания лиц в аэропортах и ​​создать биометрическую систему выхода в пятнадцати крупнейших аэропортах, морских портах и ​​наземных портах страны. .

Однако самая крупная и вызывающая наибольшее беспокойство программа распознавания лиц, которая уже осуществляется, — это база данных биометрической идентификации нового поколения ФБР и ее подразделение по распознаванию лиц, FACE Services. Почти 64 миллиона американцев уже подвергаются поиску по распознаванию лиц FACE Services из базы данных ФБР, состоящей из снимков и фотографий государственных служащих, или через доступ к государственным базам данных DMV, которые служат основой для этой базы данных. Согласно исследованию Счетной палаты правительства, FBI Services выполняет в среднем 4055 поисков по распознаванию лиц в месяц через эту систему.

Особое беспокойство вызвала разработка правоохранительными органами системы наблюдения с распознаванием лиц в реальном времени, которая осуществляется с использованием сетей видеокамер, установленных как в общественных, так и в частных целях. В крупных городах, включая Чикаго, Даллас и Лос-Анджелес, все участвуют или рассматривают возможность разработки распознавания лиц в реальном времени; и во время слушаний в марте 2017 года по слежке с распознаванием лиц ФБР ни подтвердило, ни опровергло использование слежки с распознаванием лиц в реальном времени.Генеральный директор Axon, крупнейшего в Америке продавца нательных камер для полиции, заявляет: «Есть огромное количество людей, которые заинтересованы в получении более качественной информации в реальном времени. . . Аналитика в реальном времени будет очень интересной ». Согласно исследованию, финансируемому Министерством юстиции, девять из тридцати восьми производителей нательных камер уже внедрили технологию распознавания лиц в свои продукты или имеют возможность сделать это в будущем.

Обладая способностью сканировать большие скопления людей и идентифицировать кого-либо в любое время и при очень небольших затратах, неудивительно, что Джорджтаунский центр конфиденциальности и технологий заявляет: «Распознавание лиц в реальном времени знаменует собой радикальное изменение в американской полиции. — и американские концепции свободы.

Эти инвестиции отражают те, которые были сделаны в практике слежки в автократических государствах, таких как Россия, в которой распознавание лиц в реальном времени уже используется для тревожных целей. Благодаря своей способности сканировать большие скопления людей и идентифицировать кого-либо в любое время и при очень небольших затратах неудивительно, что Джорджтаунский центр конфиденциальности и технологий заявляет: «Распознавание лиц в реальном времени знаменует собой радикальное изменение в американской полицейской деятельности — и Американские концепции свободы.. . . В настоящее время не существует аналогов — в технологиях или биометрии — для того вида наблюдения, который может обеспечить повсеместное распознавание лиц на основе видео ».

Все более широкое распространение видеонаблюдения за правоохранительными органами

Наиболее тревожным аспектом прогресса в области наблюдения с распознаванием лиц является не улучшение самой технологии — уже поразительно мощной — а скорее быстрое расширение как возможностей, так и использования технологии видеозаписи. Его расширение предоставляет правительству все более расширяющийся паноптикум, в котором, поскольку все больше лиц фиксируется на камеру, все больше людей отслеживается с помощью распознавания лиц.

Технология видеонаблюдения расширяет масштабы государственного наблюдения с распознаванием лиц различными способами. Во-первых, во многих городах расширяется использование камер видеонаблюдения и полицейских камер «синего света» — камер видеонаблюдения, принадлежащих и эксплуатируемых полицейскими управлениями в целях общественной безопасности. Во-вторых, достижения в области авиационной техники предлагают новые средства видеонаблюдения. Дроны и высотные пилотируемые самолеты, такие как те, которые используются в программах постоянного наблюдения в Балтиморе, дают правоохранительным органам возможность быстро увеличивать масштаб любой конкретной части города до уровня, на котором можно выполнить сканирование лица.А новая технология военных камер, такая как ARGUS-IS, вскоре сможет позволить правительству непрерывно регистрировать площади до десяти квадратных миль — примерно половину Манхэттена — и с точностью сканировать лица всех и каждого в этом общегородском поле. , в любое время.

Возможно, самые ужасные последствия расширения возможностей распознавания лиц в связи с достижениями в технологии видеонаблюдения исходят от телекамер полиции. Хотя еще не на всех офицерах, большинство крупнейших городов Америки, если они еще не нуждаются в нательных камерах, теперь развертывают их в пилотных и испытательных целях, ожидая перехода к универсальному использованию.Это эффективно превратит каждого полицейского в камеру, способную сканировать с распознаванием лиц, расширяя сферу полицейского видеонаблюдения за пределы даже тех отделов, где установлены самые агрессивные системы видеонаблюдения. Например, полицейские камеры в Чикаго, в которых используется одна из крупнейших в стране систем «голубого света», увеличили бы количество камер правоохранительных органов в пять раз, если бы все его офицеры носили нательные камеры. Тем не менее, в подавляющем большинстве городов и департаментов нет ограничений на использование распознавания лиц в сочетании с нательными камерами, и только Орегон запрещает их совместное использование.И, как упоминалось выше, рынок быстро приближается к этим разработкам в полицейской практике: Axon, крупнейший производитель нательных камер в Америке, в ближайшем будущем обязалась добавить технологию распознавания лиц ко всем своим устройствам, а также предлагать свои камеры бесплатно для годовые испытательные периоды для поощрения их использования.

Совершенно очевидно, что технологические ограничения не помешают распознаванию лиц и сопутствующим инструментам в ближайшее время обрести способность идентифицировать практически любого человека в любое время.Как будет объяснено в следующем разделе, это имело бы огромные последствия для прав на неприкосновенность частной жизни и гражданских свобод и в корне поставило бы под угрозу демократическое общество.

Как распознавание лиц ставит под угрозу права на неприкосновенность частной жизни и гражданские свободы способом, несовместимым с демократическим обществом

Наблюдение с распознаванием лиц без надлежащих проверок и ограничений является одной из наиболее серьезных угроз частной жизни и гражданским свободам по ряду причин.

Во-первых, как подчеркивает исполнительный директор Джорджтаунского центра конфиденциальности и технологий Альваро Бедойя, наблюдение с помощью распознавания лиц уникально как система идентификации, поскольку в настоящее время его использование не требует согласия или даже уведомления.Уведомление, даже если оно откладывается для следственных целей, часто является важным компонентом регулирования инвазивного наблюдения, поскольку оно дает пострадавшим лицам возможность обратиться за помощью в случае ненадлежащих или чрезмерно широких действий. Но у людей, находящихся под наблюдением по распознаванию лиц, мало средств для возражения или обращения за помощью, а правительство почти не контролирует свои действия. Кроме того, операционная система распознавания лиц в значительной степени не ограничена с точки зрения масштаба: государственные программы могут расширить объем ее возможностей распознавания лиц с десятков до тысяч человек при небольшом увеличении ресурсов.Хотя ее масштабы и без того огромны, текущее среднее значение 4055 запросов на распознавание лиц в месяц в FBI FACE Services на самом деле может быть довольно низким по сравнению с возможностями системы и потенциальным использованием в будущем.

Эти факторы делают наблюдение с распознаванием лиц особенно тревожным в том, что касается двух его применений: отслеживания местоположения и каталогизации деятельности, связанной с Первой поправкой.

Отслеживание местоположения

В то время как распознавание лиц в настоящее время наиболее часто используется для идентификации в определенное время и в определенном месте в исследовательских целях, технологии и растущее присутствие камер уже позволили правительству использовать распознавание лиц для отслеживания местоположения.Даже если такое отслеживание вряд ли когда-либо будет непрерывным, пинг местоположения человека всякий раз, когда он проходит в зоне действия камер, разбросанных по всему городу, или мощная камера, парящая в небе, может эффективно позволить правительству отображать передвижения людей в течение нескольких недель. .

Это серьезно подорвет права на конфиденциальность, особенно в отношении конфиденциальности местоположения. Верховный суд постановил, что для отслеживания местоположения с помощью подключения устройств GPS требуется ордер на вероятную причину, и вскоре он рассмотрит очень важное дело, чтобы оценить, должно ли отслеживание местоположения с помощью сотовых телефонов аналогичным образом требовать ордера.Даже если Верховный суд не распространяет основанную на конституции гарантию защиты на отслеживание местоположения сотовой связи, федеральный закон требует, чтобы правительство обратилось в суд и предоставило конкретные и четко сформулированные факты о том, что такое отслеживание имеет отношение к текущему расследованию, а это правило ограничивает масштаб запросов, которые могут быть сделаны, даже если стандарт демонстрации релевантности расследованию довольно легко достичь. Более того, десять штатов уже приняли законы, требующие ордера на отслеживание местоположения сотовой связи.

Но отслеживание местоположения на основе распознавания лиц может обойти эту защиту, позволяя правительству отслеживать людей, не подозревая о правонарушениях. Требование, чтобы этот тип наблюдения получил предварительное разрешение суда, не только обеспечит связь отслеживания с уголовными расследованиями, но и ограничит его масштабы. При отсутствии таких требований отслеживание местоположения можно было бы практиковать в массовом масштабе, непрерывно отслеживая огромное количество людей в автоматическом режиме.Единственными ограничениями будут входные решения, диапазон используемых камер и емкость хранилища данных.

Учитывая свой нынешний потенциал, отслеживание местоположения может иметь сейсмические последствия для демократического общества. Судья Сотомайор предупредил нацию таким образом в деле United States v. Jones :

.

[Отслеживание местоположения] создает точную и исчерпывающую запись об общественных движениях человека, отражающую множество деталей о его семейных, политических, профессиональных, религиозных и сексуальных связях.. . . [B] потому что GPS-мониторинг дешев по сравнению с обычными методами наблюдения и, по замыслу, происходит тайно, он избегает обычных проверок, которые ограничивают злоупотребления правоохранительными органами: «ограниченные ресурсы полиции и враждебность сообщества. . . . » Конечный результат состоит в том, что GPS-мониторинг — путем предоставления по относительно низкой цене такого значительного количества интимной информации о любом человеке, которого правительство по своему неограниченному усмотрению решает отслеживать, — может в некоторой степени изменить отношения между гражданином и правительством. это враждебно демократическому обществу.

Поскольку затраты на наблюдение с распознаванием лиц, как и на наблюдение с помощью GPS, зависят от инфраструктуры, а не от количества целей, единственный способ, которым заявление судьи Сотомайора не звучит одинаково верно для обеих форм слежения, состоит в том, что оно недооценивает насколько низкими являются затраты — и, следовательно, насколько велик риск злоупотреблений — отслеживание местоположения на основе распознавания лиц. Если отслеживание местоположения с помощью GPS является слишком серьезным риском для демократии, чтобы разрешить его без одобрения суда, то, безусловно, отслеживание с помощью системы распознавания лиц.

Каталогизация деятельности по Первой поправке

Самый серьезный риск, который представляет слежка за распознаванием лиц, заключается в том, как это может повлиять на деятельность, защищенную Первой поправкой. При отсутствии надлежащих ограничений — в основном в форме судебного разрешения, основанного на соответствующем уровне подозрений, — распознавание лиц могло бы стать беспрецедентным инструментом для каталогизации участия в различных мероприятиях, связанных с Первой поправкой, и, следовательно, резко расширить полномочия правительства по преследованию.

Например, правительство может сделать фото или видео большого протеста или политического митинга и использовать распознавание лиц для идентификации каждого участника. В демонстрации распознавания лиц ФБР фактически использовало политические митинги как пример применения этой технологии. Точно так же камеры можно легко разместить за пределами церкви, синагоги или мечети, а распознавание лиц использовать для идентификации каждого человека, который входит или выходит.

Даже без немедленной идентификации существует риск того, что правительство может создать базы данных профилей метаданных участников этой деятельности для дальнейшего использования.Например, вместо того, чтобы пытаться проводить сопоставление лиц и идентифицировать участников, правительство могло бы просто разработать отпечатки лиц на основе их участия, такие как «Балтиморский протестующий № 347» или «Участник мечети Манхэттена № 455». Эти профили могут быть разработаны на основе повторного посещения «интересных мероприятий», создавая многослойные портреты поведения людей с течением времени. Затем профили можно использовать для избирательных действий против активистов или религиозных меньшинств.

Боязнь такого насилия вполне обоснована, учитывая историю слежки за меньшинствами и активистами на всей территории США.История С. Как показывают исследования, двадцатый век был изобилует случаями политической слежки, настолько, что злоупотребление властными полномочиями по слежке, кажется, становится повторяющейся практикой, а не исключением, если не будут введены эффективные проверки. Наблюдение, направленное на меньшинства, было столь же повсеместным. Самой печально известной из длинного списка ненадлежащих действий по слежке является программа COINTELPRO. Как показал церковный комитет, в течение многих лет ФБР под руководством Дж. Эдгара Гувера занималось необоснованным и часто незаконным слежением и использовало плоды этого слежения для преследования:

Группы и отдельные лица подвергались преследованиям и нарушениям из-за их политических взглядов и образа жизни.. . . Применялась неблаговидная и порочная тактика, в том числе попытки анонима разорвать браки, срывать встречи, изгнать людей из их профессий и провоцировать целевые группы на соперничество, которое может привести к смерти. Спецслужбы служат политическим и личным целям президентов и других высокопоставленных чиновников. . . . Иногда вред был очевиден — разрушение брака, потеря друзей или работы. . . . Но самый серьезный ущерб был нанесен ценностям неприкосновенности частной жизни и свободы, которые наша Конституция стремится защитить и которые разведывательная деятельность нарушает в широком масштабе.

Злоупотреблениям COINTELPRO могут быть десятилетия, но они демонстрируют постоянный риск: наблюдение предоставляет средства для широкого спектра целенаправленных злоупотреблений, в том числе позволяет использовать конфиденциальную информацию для нарушения и даже уничтожения частной жизни людей. жизни.

И, конечно же, слежка за меньшинствами и активистами не в прошлом. В течение многих лет Департамент полиции Нью-Йорка руководил отделом наблюдения, которому было поручено выявлять и контролировать мусульманские общины города, что было как грубым нарушением гражданских свобод, так и крайне неэффективным.В последние годы Министерство внутренней безопасности проводило обширное наблюдение за активистами Black Lives Matter, в то время как ФБР проводило воздушное наблюдение для широкого наблюдения за всеми лицами, участвовавшими в протестах в Балтиморе в ответ на смерть Фредди Грея во время содержания под стражей в полиции.

Распознавание лиц делает эту схему ненадлежащего целевого наблюдения особенно пугающей, поскольку она впервые позволит правительству провести полную идентификацию меньшинств и активистов с очень небольшими затратами.И в отличие от номера телефона или номерного знака, лицо — это форма идентификации, которую нельзя изменить или отбросить. Для COINTELPRO составление списков «агитаторов» требовало обширной тайной работы и распределения агентов. Каталогизация отдельных лиц и перекрестная проверка повторяющихся действий и ассоциаций ограничивались хранением данных и необходимостью ручного анализа. Даже более современная политическая слежка, такая как деятельность Управления по надзору за мусульманами Нью-Йорка, при поддержке компьютеров для хранения и анализа данных, столкнулась со многими из этих ограничений.Например, во время работы Группа по надзору за мусульманами полагалась на индивидуальный труд, например, «сыщики в штатском, [которые] составляли карты и фотографировали мечети и перечисляли этнический состав тех, кто там молился», а также информаторов, неофициально известных как «искатели мечетей». », В котором были описаны отдельные лица и« собраны имена, номера телефонов и адреса »мусульман. Отдельные аналитики «просматривали веб-сайты колледжей и группы электронной почты, чтобы отслеживать мусульманских ученых и тех, кто посещал их лекции.”

Напротив, политическая слежка с распознаванием лиц практически не имеет этих ограничений. Установка камер, развертывание небольшого количества персонала для видеосъемки или просто использование уже присутствующих офицеров с телекамерами, выполняющих повседневные обязанности, обходится правительству очень мало и дает ему возможность идентифицировать практически каждого человека на протесте, политическом митинге, или религиозная церемония, автоматически и почти мгновенно. С помощью этих сканирований можно создавать профили метаданных, сравнивать их с другими действиями и преобразовывать в обширные профили данных без особых усилий вручную: как часто определенный человек ходит в свою мечеть? В каких городах протестовал активист за права иммиграции? Сколько митингов посетил сторонник Берни Сандерса? Для COINTELPRO ответ на эти вопросы для одного человека, возможно, потребовал бы значительных ресурсов, но для сегодняшнего правительства, использующего распознавание лиц, может потребоваться просто щелчок кнопки, чтобы каталогизировать соответствующие данные для тысяч людей.

Не существует федерального закона, ограничивающего каким-либо образом использование распознавания лиц, а это означает, что не существует никаких юридических ограничений для предотвращения подобных злоупотреблений. В настоящее время ФБР не требует каких-либо разумных подозрений в совершении правонарушений для проведения сканирования с распознаванием лиц; достаточно простого «утверждения или информации», указывающих на любую преступную деятельность. А поскольку это внутренние правила агентства, а не установленные извне законодательные ограничения, они могут быть изменены в одностороннем порядке в любое время без участия или одобрения общественности.Как красноречиво сказал председатель Верховного суда Робертс в знаменательном решении Riley v. California , которое расширило права на неприкосновенность частной жизни на основе технического прогресса, добровольные административные ограничения, «вероятно, хорошая идея, но Основатели не боролись с революцией, чтобы получить право на протоколы государственных органов ».

Сегодня никого не нужно принуждать к регистрации в качестве коммунистов, чтобы беспокоиться о том, что они находятся под присмотром правительства и подвергаются риску злоупотреблений: теперь любой, кто идет на протест, митинг или религиозное мероприятие, имеет право опасаться, что они каталогизируются издалека, без их ведома или без каких-либо юридических средств для возражения или ответа.

Даже без таких действий простая возможность представляет угрозу, которая может нанести серьезный ущерб деятельности по Первой поправке, заставляя людей бояться осуществления своего права на них, тем самым сдерживая участие. Этот сдерживающий эффект уже имел место благодаря недавним усилиям по наблюдению, направленным на меньшинства. Исследования показывают, что после того, как Управление по надзору за мусульманами NYPD, многие американцы боялись ходить в мечети или посещать религиозные церемонии. И, как обсуждалось ранее, распознавание лиц — это уникальный метод идентификации, поскольку он не требует ни согласия, ни уведомления.Это усиливает способность технологии сдерживать речь и религиозную деятельность, участники которой опасаются, что они могут подвергнуться преследованию. Сегодня никого не нужно заставлять регистрироваться в качестве коммунистов, чтобы беспокоиться о том, что они находятся на дежурстве со стороны правительства и рискуют подвергнуться злоупотреблениям: теперь любой, кто идет на протест, митинг или религиозное мероприятие, имеет право опасаться, что его внесут в каталог. издалека, без их ведома и без каких-либо юридических средств для возражения или ответа. Как заявил тогдашний председатель комитета по надзору Палаты представителей Джейсон Чаффец во время слушаний в марте 2017 года по слежке за распознаванием лиц: «Его можно использовать таким образом, чтобы сдерживать свободу слова и свободу ассоциаций, нацеливаясь на людей, посещающих определенные политические собрания, протесты, церкви и т. Д. мест в публике.”

Новая администрация ничего не сделала, чтобы развеять эти опасения. Во время кампании 2016 года тогдашний кандидат Дональд Трамп неоднократно призывал к наблюдению за мечетями и даже призывал к созданию национальной базы данных всех мусульман в Соединенных Штатах, и с тех пор, как стал президентом, никогда не отказывался от этих тревожных требований. После выборов бывший председатель Комитета внутренней безопасности Палаты представителей Питер Кинг прямо обратился к Группе по надзору за мусульманами от полиции Нью-Йорка в качестве модели для общенационального надзора за мусульманами.Кроме того, во время кампании Трамп пообещал дать указание генеральному прокурору расследовать деятельность активистов Black Lives Matter, обвинив группу в причастности к убийству полицейских. Во время своего утверждения генеральный прокурор Джефф Сешнс отказался отвергать возможность использования передовых технологий наблюдения «для нацеливания и каталогизации физических лиц, осуществляющих деятельность по Первой поправке, такую ​​как религиозная деятельность, протесты и политические митинги». И во время своего подтверждения директор ФБР Кристофер Рэй также отказался отказаться от возможности проведения «общего наблюдения за мечетями, не имеющего отношения к конкретному текущему расследованию, или для проведения оценок или расследований в отношении лидеров мусульманско-американского гражданского общества».”

Наконец, при отсутствии ограничений, по которым преступления по распознаванию лиц можно было бы расследовать, слежка по распознаванию лиц могла бы стать средством для «произвольного ареста». Многие муниципалитеты имеют огромное количество действующих ордеров на арест за мелкие преступления. Например, согласно расследованию Министерства юстиции 2015 года, Фергюсон, штат Миссури, имел действующие ордера на арест — в основном за нарушение правил дорожного движения, неуплаченные штрафы и другие мелкие правонарушения — для 16 000 человек в муниципалитете с населением 21 000 человек.Это могло бы дать офицерам право на арест по собственному желанию, в соответствии с которым офицер мог бы проводить необъявленное сканирование с распознаванием лиц во время обычного взаимодействия с гражданами, и всякий раз, когда офицер уведомляется об активном судебном ордере, они затем будут иметь право арестовать данного человека. . Это создало бы неприемлемый риск избирательных действий против меньшинств, протестующих или любого другого лица, с которым офицеры решили остановиться и вступить в бой. Кроме того, при применении ко всем правонарушениям наблюдение с распознаванием лиц могло бы позволить полиции выборочно сканировать большие толпы людей, включая протесты и политические митинги, и проводить массовые аресты как средство срыва этих событий.

Учитывая возможность массовых арестов или постановления о произвольном аресте, законодатели должны ограничить набор преступлений, для которых может использоваться любая форма распознавания лиц правоохранительными органами. Эти ограничения, возможно, стали бы ненужными, если бы мы должным образом рассмотрели более крупную проблему чрезмерной криминализации, но, учитывая, насколько маловероятен такой ответ при нынешней администрации, ограничение использования распознавания лиц некоторыми преступлениями может быть необходимым для защиты гражданских прав и гражданские свободы.Наше правительство не позволяет использовать свои самые мощные и агрессивные инструменты наблюдения для мелких преступлений, поэтому такая мера не будет беспрецедентной: Закон о прослушивании телефонных разговоров запрещает ограниченный набор преступлений, для которых может использоваться технология аудионаблюдения, и многие жалобы имеют был зарегистрирован для использования слежения за местонахождением ската для расследования ненасильственных преступлений.

В свете этих рисков незамедлительные действия по проведению независимых проверок слежения за распознаванием лиц необходимы не только для предотвращения злоупотреблений, но и для прекращения сдерживания деятельности по Первой поправке, которая может уже происходить из-за этого.

Как эффективно ограничить наблюдение за распознаванием лиц

Наблюдение с распознаванием лиц, используемое разумно, может принести уникальные общественные выгоды и ни в коем случае не должно быть полностью запрещено. Скорее, политика должна быть направлена ​​на установление ограничений для снижения вероятности причинения вреда и злоупотреблений, которые даже при отсутствии злоупотреблений могут сдерживать деятельность, охраняемую Первой поправкой, в то же время разрешая выборочное использование для общественного блага. При определении порога допустимости наблюдения и отслеживания с помощью распознавания лиц следует учитывать прецеденты, установленные для аналогичных методов наблюдения, таких как прослушивание телефонных разговоров и поиск смартфонов.

Необходимые ограничения политики для наблюдения за распознаванием лиц

Подавляющее большинство потенциальных злоупотреблений распознаванием лиц проистекает из использования, не связанного с независимым разрешением и должным уровнем подозрений. Требование судебного одобрения по соответствующему стандарту гарантирует, что распознавание лиц может служить эффективным инструментом для правоохранительных органов, но не приведет к повсеместному отслеживанию местоположения или неправильному нацеливанию и преследованию.

Следовательно, для наблюдения с распознаванием лиц требуется разрешение суда.Это очень важно в отношении двух применений технологии: во-первых, сканирование определенного лица на фото или видео для идентификации этого человека; и, во-вторых, разработка профиля метаданных конкретного лица в заданном месте с целью отслеживания появления этого лица в будущем. Эти ситуации должны требовать уточнения, то есть требовать, чтобы правоохранительные органы получали одобрение суда в отношении каждого отдельного человека, к которому применяется функция распознавания лиц; массовое сканирование лиц не допускается.

Соответствующий стандарт для такого судебного разрешения является вероятной причиной, поскольку это поставит использование распознавания лиц в один ряд со стандартами отслеживания местоположения, которые уже существуют для отслеживания устройств GPS и отслеживания сотовых станций во многих штатах. Более низкий стандарт позволил бы слежке за распознаванием лиц служить обходом этих правил: например, если ограничиться разумным подозрением, правоохранительные органы могли бы избежать требований ордера на отслеживание местоположения, используя вместо этого распознавание лиц для тех же целей.Однако это судебное разрешение по вероятной причине должно также иметь те же исключения, что и аналогичные ограниченные меры: согласие и чрезвычайные ситуации должны допускать менее ограниченные действия правоохранительных органов. Кроме того, распознавание лиц представляет уникальные потребности для других исключений, особенно для использования при поиске и идентификации пропавших без вести.

Для непрерывного сканирования камер с целью обнаружения или отслеживания людей в режиме реального времени должны быть введены дополнительные ограничения, помимо судебного разрешения по стандарту вероятной причины.Это необходимо по нескольким причинам. Во-первых, этот тип наблюдения с распознаванием лиц не является конкретным: он включает сканирование всех людей — при отсутствии подозрений — в пределах досягаемости камеры, чтобы определить, совпадают ли они с назначенным подозреваемым. Во-вторых, вместо того, чтобы относиться к статическому моменту времени, этот тип наблюдения будет непрерывным в течение длительного периода времени. В-третьих, хотя практика детализированной идентификации включает в себя одно местоположение и камеру — или, самое большее, небольшой набор камер, фиксирующих одно и то же местоположение с разных углов, — непрерывное сканирование может применяться к обширным географическим областям и сотням или даже тысячам камер.

В свете этих опасений необходимо, чтобы правительство предоставило обоснование географического охвата и продолжительности непрерывного наблюдения с распознаванием лиц, а также должен потребоваться общий срок с возобновлением судебных разрешений на продление. Также следует включить требования исчерпания, которые требуют, чтобы правоохранительные органы сначала попытались применить менее интрузивные методы или, по крайней мере, объяснить, почему они будут неэффективными. Наконец, следует включить дополнительные ограничения, чтобы ограничить масштабы использования непрерывного наблюдения с распознаванием лиц.Сочетание бывших экспертов правоохранительных органов и гражданских свобод рекомендует несколько потенциальных способов достижения этой цели: (1) требовать от высших должностных лиц правоохранительных органов, таких как генеральные прокуроры штата, подтверждать необходимость такого наблюдения; (2) ограничивать непрерывное сканирование ситуациями, когда активный ордер на арест существует для небольшого набора насильственных преступлений, (3) требует связи с постоянной угрозой смерти или серьезного телесного повреждения, (4) ограничивает непрерывное сканирование конкретными ситуациями, такими как крупные мероприятия или места, такие как стадионы, где есть повышенный риск причинения вреда большому количеству людей, или (5) требуется сочетание этих факторов.Каждая из этих возможностей заслуживает дополнительного обсуждения и анализа.

Рекомендация новых средств эффективного достижения надлежащих ограничений для наблюдения за распознаванием лиц

В то время как многочисленные защитники и организации выступали за некоторые или все политические предложения, описанные в предыдущем разделе, я предлагаю совершенно новые способы их реализации. Метод, который я предлагаю, основан на использовании ФБР фотографий государственного департамента, без четкого уведомления или одобрения тех, кто отправляет фотографии.Эта практика по праву была осуждена как инвазивная, чрезмерно широкая, юридически незначительная и чрезмерно секретная: во время слушаний по надзору Палаты представителей по слежке за распознаванием лиц в марте этого года ФБР было упрекнуто за то, что оно дало вводящие в заблуждение показания о том, было ли у него доступ к фотографиям государственного управления.

Но я считаю, что мы можем и должны использовать опору ФБР на фотографии, сделанные в DMV, как средство для проведения широкой реформы слежки за распознаванием лиц. Эта зависимость создает возможность эффективно воздействовать на штаты для проведения реформы законодательства и, используя метод кнута и пряника в отношении доступа, подтолкнуть ФБР к разумной политике.При таком подходе «обратного федерализма» защитники могут нацеливаться на штаты, которые с наибольшей вероятностью будут принимать меры защиты конфиденциальности, и, таким образом, потенциально увидеть, что эти меры защиты применяются по всей стране.

Почему «обратный федерализм» — это уникально эффективный политический подход к распознаванию лиц

Наиболее эффективным средством принятия этих разумных мер защиты от чрезмерного слежения за распознаванием лиц было бы федеральное законодательство, которое затронет все правоохранительные органы по всей стране, и от него будет трудно отказаться.Однако федеральное законодательство в целом сталкивается с рядом привратников: председатели комитетов в палате или сенате или общее руководство в любой палате могут единолично заблокировать продвижение законопроекта, и он должен заручиться поддержкой большинства членов комитетов, и аншлаг и сенат, чтобы пройти. В частности, в законодательстве о реформе надзора часто не удается преодолеть эти препятствия. Например, базовая реформа конфиденциальности электронной почты, несмотря на широкую поддержку, почти десять лет блокировалась.Другой пример — федеральное законодательство о конфиденциальности местоположения, которое никогда даже не выносилось на голосование комитета, хотя десять штатов приняли законы о выдаче ордеров на размещение, и Верховный суд готовится заняться этим вопросом.

Наблюдение с распознаванием лиц в высшей степени уникально тем, что ФБР и любое агентство, координирующее с ним работу на основе их базы данных, сильно зависят от сотрудничества агентств государственного уровня.

Однако наблюдение по распознаванию лиц в высшей степени уникально тем, что ФБР — и любое агентство, координирующее с ним работу на основе их базы данных — в значительной степени зависит от сотрудничества агентств государственного уровня, в то время как ФБР имеет свою собственную базу данных фотоснимков. , огромная часть фотографий, которые он использует для поиска по распознаванию лиц, поступает из государственных баз данных фотографий DMV.

Это создает возможность для «обратного федерализма», ситуации, в которой законы штата могут влиять на федеральную политику. Подход кнута и пряника может быть применен штатами по всей стране: штаты, которые не предоставляют фотографии DMV, могут предложить сделать это при условии, что ФБР введет в действие политику, соответствующую изложенным выше правилам, предлагая заманчивую возможность для расширения объем и мощность методов наблюдения в обмен на разумные ограничения на их использование. И заявляет, что уже предлагает фотографии DMV для базы данных ФБР, может принять закон о том, что доступ будет аннулирован, если ФБР не примет политику, соответствующую этим правилам.

Соглашения о доступе к фотографиям государственного DMV — не единственное средство, с помощью которого ФБР собирает фотографии для наблюдения с распознаванием лиц, но оно, безусловно, является наиболее важным. Система распознавания лиц ФБР хранит или может получить доступ к «24,9 миллионам снимков, более 140 миллионам фотографий для визы и более 185 миллионам государственных водительских прав и фотографий на документы». Однако ФБР может получить доступ к фотографиям DMV только через государственные соглашения в соответствии с Законом о защите конфиденциальности водителей (DPPA), и даже этот процесс является юридически сомнительным, поскольку наблюдение за распознаванием лиц не предусматривалось, когда DPPA был принят в 1994 году.В 2016 году правоохранительные органы попытались добыть огромное количество данных в социальных сетях с помощью стороннего приложения Geofeedia, но это быстро вызвало бурю требований, что компании социальных сетей отключили доступ к приложению, на что они согласились, демонстрируя, что эти компании не так охотно позволят использовать свои услуги для наблюдения с распознаванием лиц.

Этот подход обеспечивает ряд стратегических преимуществ в отношении более быстрого достижения надлежащих пределов для наблюдения с распознаванием лиц.Во-первых, это дает больше возможностей для действий. Несмотря на то, что законодательные собрания штатов содержат те же типы привратников и создают те же препятствия, что и Конгресс, увеличение числа потенциальных путей успеха само по себе является преимуществом. Во-вторых, государства всегда служили «лабораториями демократии». Хотя ФБР может решить не соглашаться с условиями, изложенными в законодательстве небольшого числа штатов, если эта политика будет успешной на уровне штата по всей стране, это окажет дополнительное давление на ФБР, чтобы оно также приняло их.Что наиболее важно, и как упоминалось выше, подход обратного федерализма, который позволяет сторонникам реформ работать на уровне штата, позволит им стратегически выбирать места, наиболее политически благоприятные для достижения этих целей. В следующем разделе будет представлен анализ того, какие штаты лучше всего подходят для действий, а также влияние законодательства в этих штатах на давление ФБР на добровольную реформу.

Оценка эффективных действий

Эффективная пропаганда для продвижения законодательства и предоставления достаточных возможностей — и давления — в отношении государственного доступа к базам данных фотографий DMV потребует эффективного использования ресурсов, ориентированных на государства, где есть наибольшие шансы на успех.Основываясь на предшествующих законодательных актах в отношении политики наблюдения, ниже описаны две категории штатов, которые являются лучшими целями для принятия законодательства, описанного выше: первая и наиболее многообещающая — штаты, которые уже приняли или активно рассматривают законодательство, ограничивающее использование государством. наблюдения по распознаванию лиц; и, во-вторых, государства, которые уже приняли законы о конфиденциальности местоположения.

Штаты уже занимаются ограничением распознавания лиц. Государства, которые уже приняли или активно рассматривают закон о сокращении слежки за распознаванием лиц, являются лучшими областями для начала усилий по обратному федерализму и, таким образом, вынуждают ФБР добровольно ввести надлежащие ограничения на использование распознавания лиц.Законодательные органы в этих штатах уже занимаются этой проблемой, поэтому их члены будут знакомы с острыми рисками, связанными с распознаванием лиц, и с тем, как разумные ограничения могут защитить конфиденциальность без необоснованного ограничения потребностей правоохранительных органов. Будут сторонники дела из предшествующих усилий этих штатов по спонсированию нового законодательства, которые возглавят эти новые усилия. Если предыдущее законодательство о распознавании лиц было продвинуто до голосования, у защитников будет карта, на которой следует направить усилия. А заинтересованные стороны — от местных правоохранительных органов до защитников гражданских прав — будут иметь опыт в решении этой проблемы и будут искусными в переговорах по потенциальным спорам.По этим причинам наиболее многообещающими штатами для начала адвокации являются:

  • Мэриленд. В 2017 году Генеральная ассамблея Мэриленда приняла закон, требующий выдачи ордера на слежку по распознаванию лиц. Однако законопроект не вышел из комитета, продемонстрировав значительные препятствия, которые необходимо преодолеть, прежде чем вводить ограничения на распознавание лиц в штате. Мэриленд в настоящее время не разрешает ФБР использовать свою базу данных фотографий DMV, которая включает изображения лиц более четырех.1 миллион человек.
  • Орегон. Несмотря на то, что государство не разработало политику, ограничивающую наблюдение с помощью распознавания лиц в целом, в 2015 году штат принял закон, полностью запрещающий использование распознавания лиц в сочетании с телесными камерами полиции. Учитывая, что это был полный запрет — даже не разрешающий использование распознавания лиц с помощью нательных камер с разрешения суда, основанного на вероятной причине — переход более широких ограничений, с исключениями, зависящими от надлежащего доказательства причины, может рассматриваться как разумный компромисс в штат.Орегон в настоящее время не позволяет ФБР использовать свою базу данных фотографий DMV, которая включает изображения лиц более 2,8 миллиона человек.
  • Род-Айленд. В 2017 году, как и в предыдущие годы, законодательное собрание штата Род-Айленд было внесено в закон, регулирующее использование дронов, включая полный запрет на использование технологии распознавания лиц на любых видеозаписях, снятых дронами. Законопроект не получил голосования в комиссии. Род-Айленд в настоящее время не позволяет ФБР использовать свою базу данных фотографий DMV, которая включает изображения лиц более 745 000 человек.

В целом, если бы в этих штатах был принят закон, ФБР предоставило бы ФБР доступ к дополнительным фотографиям DMV, сделанным примерно 7,8 миллионами человек для поиска по распознаванию лиц. Это может стать сильным стимулом для ФБР добровольно изменить свою политику в отношении распознавания лиц.

Государства, которые ввели в действие ордер на защиту местоположения. Государства, которые приняли законы, требующие от правоохранительных органов получения ордера на вероятную причину до отслеживания местоположения человека, возможно, еще не обращались напрямую к слежке за распознаванием лиц, но они хорошо подготовлены, чтобы оценить риски и отреагировать на них.Законодательные органы этих штатов признали конфиденциальность информации о личном местонахождении, даже (а иногда и особенно) в общественных местах, и поэтому уже продемонстрировали некоторую симпатию к проблемам, связанным с слежением за распознаванием лиц. Кроме того, поскольку распознавание лиц может служить средством электронного отслеживания местоположения, законодатели могут усмотреть в законодательстве ограничение на его использование как средство предотвращения лазейки в уже установленных пределах отслеживания местоположения. Конфиденциальность местоположения может служить эффективным посредником в фокусировке усилий по защите интересов, немедленно предлагая законодатели, которые могут быть восприимчивыми к ограничению слежки по распознаванию лиц, исходя из их позиции в отношении более раннего законодательства о слежке.И, наконец, учитывая опыт проведения расследований — с предварительного разрешения суда — с использованием отслеживания местоположения, местные правоохранительные органы могут быть менее сопротивляющимися введению аналогичных ограничений на отслеживание и идентификацию лиц с помощью распознавания лиц. По этим причинам многообещающими штатами для адвокации являются:

  • Калифорния. В 2015 году Калифорния приняла закон, требующий выдачи ордера на историческую информацию о местоположении в реальном времени. Калифорния в настоящее время не позволяет ФБР использовать свою базу данных фотографий DMV, которая включает изображения лиц более 25 человек.5 миллионов человек.
  • Иллинойс. В 2014 году Иллинойс принял закон, требующий выдачи ордера на получение информации о местоположении в реальном времени, включая единогласное решение Сената штата. Иллинойс в настоящее время разрешает ФБР использовать свою базу данных фотографий DMV для поиска по распознаванию лиц, которая включает изображения лиц более 8,4 миллиона человек.
  • Индиана. В 2014 году в штате Индиана был принят закон, требующий выдачи ордера на получение информации о местоположении в реальном времени, а также требующий ордера на использование дронов.Это примечательно тем, что наблюдение с помощью дронов предлагает правительству средства отслеживания местоположения без обращения к сторонним данным или ресурсам. Индиана в настоящее время не позволяет ФБР использовать свою базу данных фотографий DMV, которая включает изображения лиц более 4,4 миллиона человек.
  • Мэн. В 2013 году в штате Мэн был принят закон, требующий выдачи ордера на историческую информацию о местонахождении в реальном времени. В настоящее время Мэн не позволяет ФБР использовать свою базу данных фотографий DMV, которая включает изображения лиц более 1 миллиона человек.
  • Миннесота. В 2014 году Миннесота приняла закон, требующий выдачи ордера на историческую информацию о местоположении в реальном времени. Миннесота в настоящее время не позволяет ФБР использовать свою базу данных фотографий DMV, которая включает изображения лиц более 3,3 миллиона человек, но в 2016 году Счетная палата правительства сообщила, что штат ведет переговоры о разрешении доступа.
  • Монтана. В 2013 году в штате Монтана был принят закон, требующий выдачи ордера на историческую информацию о местонахождении в реальном времени.Монтана в настоящее время не позволяет ФБР использовать свою базу данных фотографий DMV, которая включает изображения лиц более 781 000 человек.
  • Нью-Гэмпшир. В 2015 году в Нью-Гэмпшире был принят закон, требующий выдачи ордера на историческую и актуальную информацию о местоположении. Нью-Гэмпшир в настоящее время не позволяет ФБР использовать свою базу данных фотографий DMV, которая включает изображения лиц более 1 миллиона человек.
  • Юта. В 2014 году в штате Юта был принят закон, требующий выдачи ордера на получение исторической информации о местоположении в реальном времени.Юта в настоящее время разрешает ФБР использовать свою базу данных фотографий DMV для поиска по распознаванию лиц, которая включает изображения лиц более 1,9 миллиона человек.
  • Вирджиния. В 2014 году Вирджиния приняла закон, требующий выдачи ордера на получение информации о местоположении в реальном времени; в следующем году этот закон был ослаблен, но был принят закон, требующий выдачи ордера на использование имитаторов сотовой связи. Вирджиния в настоящее время не позволяет ФБР использовать свою базу данных фотографий DMV, которая включает изображения лиц более пяти.8 миллионов человек.
  • Вашингтон. В 2015 году Вашингтон принял закон, требующий выдачи ордера на использование имитаторов сотовой связи. Вашингтон в настоящее время не разрешает ФБР использовать свою базу данных фотографий DMV, которая включает изображения лиц более 5,5 миллионов человек.

В целом, если бы в этих штатах был принят закон, это оказало бы огромное влияние на базу данных биометрической идентификации нового поколения ФБР. Такое действие лишит ФБР доступа к фотографиям DMV более 10 миллионов человек.Тем не менее, закон также предоставит ФБР доступ к фотографиям DMV более 47,5 миллионов человек, если агентство изменит свою политику наблюдения за распознаванием лиц. При таких обстоятельствах у ФБР был бы огромный стимул добровольно ввести ограничения на слежку по распознаванию лиц.

Помимо этих штатов, есть несколько штатов, где требуются ордера на отслеживание местоположения, но в результате постановлений судов штата, а не законодательства: Флорида, Массачусетс и Нью-Джерси.Хотя судебные решения не обеспечивают тех же преимуществ, что и законодательная защита — в том смысле, что они не говорят нам, какие законодатели должны быть в центре внимания усилий по защите интересов, — они все же предлагают другие возможности. Во-первых, в этих штатах местные правоохранительные органы будут более привычны к ограничениям на отслеживание местоположения и, следовательно, могут быть более подготовлены к принятию ограничений на отслеживание распознавания лиц и идентификацию. Во-вторых, судебные решения, возможно, помешали законодателям установить эти ограничения, но все же возможно, что законодатели в противном случае были бы подчинены такому законодательству о конфиденциальности.Наконец, в качестве необходимого средства обеспечения ясности и предотвращения будущих судебных разбирательств можно было бы ввести законодательство, ограничивающее слежку за распознаванием лиц, учитывая потенциал электронного отслеживания местоположения с использованием технологии распознавания лиц.

Хотя эти штаты не так привлекательны в качестве целей для пропаганды, как те, где уже требуются ордера на отслеживание местоположения, в результате законодательных действий они все же могут быть восприимчивы к усилиям по продвижению ограничений на слежку с распознаванием лиц.Законодательство в этих штатах, в случае Флориды, удалит более 14,2 миллиона фотографий DMV из доступа ФБР, которое в настоящее время обеспечивает доступ к базе данных DMV с фотографиями; и, в случае Массачусетса и Нью-Джерси, предоставит ранее недоступный доступ к фотографиям DMV еще более 11,2 миллиона человек.

Заключение

С таким количеством ключевых проблем, стоящих перед американским обществом, — политические вопросы, которые будут определять миллионы жизней, обсуждаются и решаются, демократические институты, которые служили столпами нашей Республики, растягиваются до предела, даже основные социальные нормы, которые казались неотъемлемой частью нашей нации быть подвергнутым сомнению — право на безвестность может показаться недостойной ценностью, на которой стоит сосредоточиться.Но политика, институты и наши самые фундаментальные нормы зависят от свободы слова, ассоциации и участия. И во времена наибольшего риска эти действия полагаются не только на Первую поправку, но и на безвестность. В самые мрачные времена безвестность была инструментом для спасения меньшинств и активистов от стигмы, преследований и безумия государственной власти.

В самые мрачные времена безвестность была инструментом для спасения меньшинств и активистов от стигмы, преследований и от безумия государственной власти.

Тем не менее, распознавание лиц поставило под угрозу само понятие неизвестности, и без быстрых действий оно скоро исчезнет. Ограничение распознавания лиц для предотвращения злоупотреблений слежкой не должно вызывать споров, и, учитывая ставки, оно должно быть гораздо более приоритетным, чем это до сих пор рассматривалось большинством законодателей. Мы не можем позволить себе ждать: самое время заняться этим вопросом. И лучшая форма действий — на государственном уровне. Ориентация на те штаты, которые наиболее поддаются разумным ограничениям на технологию распознавания лиц и наиболее восприимчивы к пропаганде, дает уникальную возможность ускорить общенациональные проверки против ненадлежащего наблюдения за распознаванием лиц.В случае успеха такое законодательство обеспечит необходимый щит для демократии, и как раз вовремя, прежде чем мы обнаружим, что наша общественная жизнь вообще лишена щита.

Москва бросает вызов технологии распознавания лиц

Активистка Алена Попова и политик Владимир Милов подали жалобу на использование Россией технологии распознавания лиц во время акций протеста в Европейский суд по правам человека.

Их адвокат Кирилл Коротеев сказал, что это будет первое дело, в котором оспаривается использование технологии распознавания лиц для массового наблюдения в судебной практике.

29 сентября 2019 года не менее 20 000 человек, в том числе Попова и Милов, приняли участие в санкционированном митинге в Москве в знак солидарности с арестованными и обвиненными в участии в мирных акциях протеста. Демонстрации были вызваны исключением независимых кандидатов из выборов в законодательный орган Москвы.

По словам Поповой и Милова, все участники сентябрьской акции протеста должны были пройти через металлоискатели с камерами видеонаблюдения, установленными на уровне глаз.Правительство Москвы объявило о планах незадолго до протестов использовать технологию распознавания лиц на массовых собраниях. Заявители считают, что это был первый случай использования московскими властями технологии распознавания лиц для сбора данных о протестующих.

В январе заявители подали жалобу на правительство Москвы. Коротеев, руководитель программы международного правосудия в «Агоре», сказал, что во время январского судебного заседания в Москве представитель Департамента информационных технологий Москвы подтвердил использование технологии распознавания лиц для массового наблюдения за протестом.В марте суд отклонил жалобу, заявив, что использование технологии правительством было законным.

Сбор уникальных биометрических данных протестующих с помощью технологии распознавания лиц нарушает право на неприкосновенность частной жизни и свободу собраний, охраняемые Европейской конвенцией о правах человека, утверждают Попова и Милов в своем заявлении. Они также заявляют, что использование этой технологии на митинге оппозиции равносильно дискриминации по политическим мотивам.

Российское законодательство требует явного согласия на государственный и частный сбор биометрических данных с помощью технологии распознавания лиц, хотя есть исключения, изложенные в своде расплывчатых законов о государственной безопасности и противодействии преступности.

Статья 6 Конвенции о защите физических лиц в отношении обработки персональных данных (Конвенция 108+), подписанная Россией, подчеркивает важность соответствующих правовых гарантий обработки биометрических данных, полученных с помощью технологии распознавания лиц.Коротеев отметил, что эти гарантии отсутствуют в российском законодательстве, особенно с учетом отсутствия какого-либо судебного или общественного контроля над методами слежки, включая распознавание лиц.

Услуги жюри | Судебная власть Айовы

Обзор

Идея коллегии присяжных была фундаментальной для американской системы правосудия с момента ее основания. Группа из шести-двенадцати мужчин и женщин из всех слоев общества собираются вместе и слушают дело, переданное в суд.Эти люди выслушивают факты дела, применяют закон, установленный судьей, консультируются между собой и выносят приговор.

Обязанности судьи и жюри

Для того, чтобы наша судебная система работала должным образом, судьи и присяжные должны рассматривать дела, находящиеся на их рассмотрении, продуманно, предполагая здравое суждение, беспристрастно и справедливо и демонстрируя честность.

В каждом судебном процессе судья определяет нормы права, регулирующие дело. Например, судья решает, какие доказательства могут быть приняты во внимание, или учитывает возражения адвокатов против того, что было сказано в ходе судебного разбирательства.Иногда судья может вывести присяжных из зала суда или поговорить с адвокатом наедине. Когда это происходит, присяжные не должны думать, что их время тратится зря или что информация утаивается. Эти конференции позволяют судебному разбирательству продолжаться справедливо и эффективно.

По окончании судебного разбирательства судья дает присяжным инструкции относительно законов, регулирующих это дело. На этот раз ответственность переходит к присяжным. Внимательно выслушав и изучив все свидетельские показания и доказательства, присяжные переходят в комнату присяжных, чтобы обсудить дело наедине.Присяжные решают, какие факты по делу являются наиболее достоверными, а затем применяют закон в соответствии с указаниями судьи, чтобы вынести вердикт.

Типы дел

Присяжные заседают по двум типам дел: гражданским и уголовным.

Гражданские дела связаны со спорами между людьми или организациями. Они могут касаться имущественных или личных прав, таких как споры между арендодателем и арендатором, автомобильные аварии или несчастные случаи с телесными повреждениями, гарантии на продукцию, споры по контрактам, а также домогательства и трудовые споры.

Сторона, подавшая иск, называется истцом, а сторона, против которой предъявляется иск, называется ответчиком или ответчиком. Дело начинается с подачи истцом письменной жалобы. Затем другая сторона обычно оспаривает претензию, подав ответ.

В гражданском деле присяжные решают, какая сторона должна преобладать и должна ли быть присуждена компенсация (обычно денежная).

Уголовные дела возбуждены от имени граждан штатом Айова против физических или юридических лиц, обвиняемых в совершении преступлений.В большинстве случаев прокурор подает жалобу, в которой объясняются обвинения против подсудимого. Если обвинение выдвигается большим жюри, это называется обвинительным заключением.

Лицо, обвиняемое в совершении преступления, может признать обвинение истинным, заявив о признании себя виновным, или может отрицать обвинение, не признав себя виновным.

Виновен подсудимый по уголовному делу присяжные заседатели.

Часто задаваемые вопросы

Если у вас есть дополнительные вопросы, позвоните по контактному номеру, указанному в вашей повестке.Номер также указан на странице вашего округа, доступной на вкладке Информация о округе на этой странице.

Как меня выбрали в жюри?

Ежегодно судебная власть Айовы собирает имена из списка лицензированных водителей, держателей удостоверений личности штата и зарегистрированных избирателей, проживающих в вашем округе, и объединяет эту информацию в главный список присяжных. Имена умерших, предоставленные Министерством здравоохранения, удаляются из списка источников. Из этого списка люди случайным образом выбираются компьютером.Посмотреть главный список жюри можно здесь.

В начало

Почему я должен служить? Что будет, если я не буду служить?

Конституции США и штата Айова гарантируют обвиняемым по уголовным делам и тяжущимся по гражданским делам право на суд присяжных. Будучи потенциальным присяжным заседателем, у вас есть возможность принять непосредственное участие в важнейшем компоненте нашей демократии.

Если вы пропустите услугу присяжных без объяснения причин, суд может издать приказ, требующий от вас явиться и объяснить, почему вы не должны быть наказаны за неуважение к суду.

Суд никогда не свяжется с вами и попросит уплатить штраф денежной картой, чтобы избежать ареста за пропущенные услуги присяжных. Если вам поступит подозрительный звонок с просьбой уплатить штраф за отсутствие услуги присяжных, незамедлительно обратитесь в офис местного шерифа.

В начало

Какова квалификация для работы присяжных?

Предполагаемый присяжный заседатель должен:

  • Быть гражданином США
  • Быть жителем округа, в который они были вызваны
  • Быть не моложе восемнадцати лет.
  • Уметь понимать английский язык в письменном, устном или подписанном вручную режиме
  • Уметь получать и оценивать информацию таким образом, чтобы это лицо могло оказать удовлетворительные услуги присяжным
  • Не выполнял функции большого или малого (судебного) присяжных в течение последних 24 месяцев

В начало

Кого можно освободить от службы присяжных?

Лицо, получившее вызов присяжных, будет освобождено от ответственности, если оно предоставит доказательства по любой из следующих причин:

  • Не гражданин США
  • Не проживает в округе
  • Еще нет 18 лет
  • Невозможно общаться на английском языке
  • Имеет инвалидность, предотвращающую физическую или умственную инвалидность, работа присяжных (справка врача)
  • Несет полную ответственность за ежедневный уход за лицом с постоянной инвалидностью, проживающим в семье этого человека, и услуги присяжных могут вызвать значительный риск причинения вреда здоровью человека с инвалидностью (письменное подтверждение) и не работают вне дома.
  • Является родителем ребенка, находящегося на грудном вскармливании, несет ответственность за ежедневный уход за ребенком (письменное подтверждение) и не работает вне дома
  • Работал государственным присяжным заседателем в течение последних двух лет

Если вас дисквалифицируют или освобождают от ответственности, вам будет отправлено уведомление с подтверждением.

В начало

Могу ли я отложить работу присяжных?

Вы можете запросить отсрочку на срок до 12 месяцев из-за лишений, неудобств или общественной необходимости, временного физического или психического заболевания или немощи, активного обучения или запланированного отпуска. Вы можете запросить отсрочку онлайн (открывается в новом окне) или позвонив по контактному номеру, указанному в вашей повестке , по крайней мере, за десять дней за до запланированной даты отчета. Первый запрос будет выполнен автоматически.Запросы, сделанные менее чем за десять дней до даты вашего отчета, и запросы после первого, будут удовлетворены только по уважительной причине и могут потребовать подтверждающих документов.

В начало

Как долго длится работа присяжных?

Продолжительность срока службы варьируется от округа к округу, в зависимости от населения округа. Наша цель — использовать максимально короткий срок службы, не исчерпывая доступный пул присяжных заседателей за двухлетний период. Обратитесь к своей повестке или на веб-сайте вашего округа, чтобы определить ваши конкретные условия обслуживания.

В начало

Что делать, если мне нужны особые условия?

Судебная власть Айовы стремится предоставить всем людям равный доступ к судам. Для достижения этой цели судебная власть штата Айова стремится сделать разумные приспособления для присяжных и всех лиц с ограниченными возможностями, обращающихся в суд, в соответствии с Законом об американцах с ограниченными возможностями и Законом о гражданских правах штата Айова.

Если вас вызывают на службу присяжных в суды штата Айова и вы запрашиваете приспособление для инвалидности, которая может повлиять на вашу способность выполнять функции присяжных, суд сделает все возможное, чтобы предоставить вам разумные приспособления для работы присяжных.Когда вы отвечаете на вызов присяжного, заполнив и отправив квалификационную анкету (онлайн или по почте) в суд, опишите вашу инвалидность и тип жилья, которое вы запрашиваете, которое позволило бы вам выполнять функции присяжных. Если вы запрашиваете жилое помещение для обслуживания, сотрудники присяжного суда свяжутся с вами до вашей отчетной даты, чтобы подтвердить запрошенное жилье и меры, которые могут быть приняты для того, чтобы вы могли выполнять свои функции присяжных.

Если вы хотите поговорить с присяжными по поводу вашей инвалидности и просьбы о размещении до заполнения и возврата анкеты присяжных в суд, вы найдете контактную информацию своего округа на вкладке «Справочник судов» на этом веб-сайте.

Если вам требуются специальные приспособления, такие как переводчик языка жестов или зрительного нерва, устройство усиления слуха или специальные кресла, обратитесь к координатору ADA в вашем округе.

В начало

Получу ли я оплату за услуги присяжных?

Да.Присяжным возмещается проезд туда и обратно между их домашним адресом и зданием суда, а также расходы на парковку. Присяжные получают 30 долларов в день за службу до семи дней и по 50 долларов в день за каждый день, превышающий семь дней службы. Государственным служащим, работающим в здании суда, не оплачиваются услуги присяжных, не оплачиваются проезд в здание суда и обратно, а также расходы на парковку.

В начало

Получу ли я компенсацию за уход за ребенком во время работы в качестве присяжного заседателя?

В начало

Облагается ли налогом плата присяжных?

Да, это должно быть указано как доход для целей налогообложения. Вы должны вести учет полученных сумм, поскольку налог не удерживался. Вы получите форму IRS 1099, только если сумма превышает 600 долларов.

В начало

Должен ли мой работодатель разрешать мне уходить с работы, чтобы служить?

Ваш работодатель должен предоставить вам свободное время для работы в жюри. Это закон. Закон штата Айова запрещает любому работодателю увольнять или беспокоить сотрудника, вызванного на службу присяжных.Однако вы должны сообщить об этом своему работодателю заранее, в идеале, как только вы получите повестку. Вам следует обратиться в суд, если у вас возникли проблемы с вашим работодателем. Помните, что вы можете перенести обслуживание жюри на более удобное время.

В начало

Должен ли мой работодатель платить мне, пока я работаю?

Нет. Хотя не существует закона Айовы, который обязывает работодателей платить работникам при исполнении ими обязанностей присяжных, многие делают это в знак признания важности работы присяжных.

Вам нужно будет уточнить у вашего работодателя. Кроме того, члены профсоюзов могут быть застрахованы через свои профсоюзные контракты.

В начало

Я работаю не по найму, и за время работы мне не будут платить. Мне еще нужно служить?

Самостоятельная работа не освобождает вас от участия в работе присяжных.

В начало

Что, если на этот раз для меня возникнут трудности?

После того, как вы отправите свою анкету, вы можете потребовать отсрочки предоставления услуги на срок до двенадцати месяцев.Вы можете запросить отсрочку онлайн (открывается в новом окне) или позвонив по контактному номеру, указанному в вашей повестке.

В начало

Я студент и получил вызов присяжных явиться в присяжные в течение учебного года. Это лишает меня права участвовать в работе присяжных?

Это зависит от того, где вы физически проживали в течение последних 60 дней и какое графство Айова вызвало вас в качестве присяжного заседателя.

Если вы проживаете в округе, который вас вызвал, в месте, которое вы владеете, снимаете или в общежитии колледжа, вы обязаны исполнять обязанности присяжных.Если вы не являетесь жителем округа, который вас вызвал, при наличии приемлемого доказательства вы можете быть лишены права исполнять обязанности присяжных в этом округе.

Отсрочка может быть запрошена, если услуга предпочтительнее во время семестра, когда вы вернетесь в то место жительства, куда вы были вызваны. Пример: вы проживаете в округе Джонсон, но в настоящее время посещаете колледж в округе Стори; ваше обслуживание может быть отложено на каникулы в колледже.

В начало

Я студент и нахожусь в классе в то время, когда меня вызывают на работу присяжных.Что я должен делать?

Если вы студент, вы можете попросить перенести работу жюри на более поздний срок (например, во время школьных каникул). Вы можете запросить отсрочку онлайн (открывается в новом окне) или позвонив по контактному номеру, указанному в вашей повестке.

В начало

Я — сезонный рабочий. Могу ли я работать во время простоя?

Да. После того, как вы отправите свою анкету, вы можете потребовать отсрочки оказания услуги на срок до двенадцати месяцев.Вы можете запросить отсрочку онлайн (открывается в новом окне) или позвонив по контактному номеру, указанному в вашей повестке.

В начало

Получу ли я подтверждение работы присяжных от моего работодателя?

По окончании службы или по запросу менеджер присяжных в вашем округе может предоставить вам письменное подтверждение дней, в которые вы явились на службу присяжных.

В начало

Что делать, если я не явлюсь на службу присяжным?

Если вы получили вызов присяжного заседателя и не явились, вас могут оштрафовать, посадить в тюрьму или и то, и другое.

Важно: суд не свяжется с вами и не попросит оплатить штраф денежной картой, чтобы избежать ареста за пропущенные услуги присяжных.

В начало

Если у вас есть вопросы по заполнению анкеты или если у вас возникнут технические проблемы с онлайн-анкетой, позвоните по контактному номеру, указанному в вашей повестке. Номер также указан на странице округа, доступной на вкладке Информация округа на этой странице.

Округ
Информация

Справочник суда

Информация для присяжных, в том числе инструкции по парковке, регистрации, контакты ADA и кому звонить в случае отсутствия или экстренной ситуации.

Анкета

Точное заполнение анкеты присяжных поможет суду определить, подходите ли вы для работы в качестве присяжного. Важно, чтобы записи о вашем имени и адресе были точными и актуальными. Включите любые изменения в вашу личную информацию при заполнении анкеты. Неправильная информация может привести к задержкам в получении важных уведомлений присяжных или вашей оплаты после того, как вы завершите свои услуги присяжных.

Граждане штата Айова, получившие повестку на службу присяжных, должны заполнить анкету присяжного заседателя и вернуть ее в суд в течение десяти (10) дней с момента получения повестки для определения квалификации.

Вы можете заполнить анкету онлайн или запросить бумажную анкету, позвонив по номеру общей информации, указанному в вашей повестке.

Веб-сайт позволяет вам отвечать на ваши вызовы в присяжные в режиме онлайн, а также позволяет вам вносить изменения, запрашивать отсрочку и обновлять свою контактную информацию.

  1. Щелкните Заполнить анкету онлайн, чтобы начать заполнение и отправку анкеты онлайн.

  2. Дальнейшие инструкции о том, как заполнить и отправить вашу анкету в суд, появятся в онлайн-службе квалификационных анкет присяжных.

Internet Explorer и Firefox рекомендуются для онлайн-опроса присяжных. Производительность с другими браузерами может быть несовместимой. Если у вас нет рекомендованного браузера, вы можете скачать его здесь: Internet Explorer или Firefox.

Как запросить бумажную анкету

Если вы не хотите использовать этот веб-сайт или не хотите загружать один из рекомендуемых браузеров, позвоните по номеру общей информации, указанному в повестке, и запросите бумажную анкету.

Образец бумажной анкеты, которую вы получите, позвонив по номеру общей информации, указанному в вашей повестке ( Not for Official Use ).

Без автоматических исключений из присяжных

Автоматические освобождения от ответственности присяжных не предусмотрены. Если вас вызывают, вы должны исполнять обязанности присяжных, если только вы не дисквалифицированы или не освобождены судом по одной из следующих причин:

  • Вы не являетесь гражданином США.
  • Вам меньше 18 лет.
  • Вы не являетесь жителем округа, который вызвал вас на службу.
  • Вы не можете говорить по-английски.
  • У вас есть умственная или физическая инвалидность, которая может повлиять на вашу способность служить.
  • Вы исполняли обязанности присяжных в течение последних 2 лет

Если у вас есть вопросы

Если у вас есть вопросы по заполнению анкеты или если у вас возникнут технические проблемы с онлайн-анкетой, позвоните по контактному номеру, указанному в вашей повестке.

Если у вас есть вопросы, связанные с работой присяжных, просмотрите вкладку часто задаваемых вопросов FAQs на этой странице.

Какие вопросы мне зададут?

Эти вопросы задаются в анкете, потому что они связаны с вашим правом работать в составе присяжных и предоставляют информацию, которую адвокаты обычно ищут в процессе выбора присяжных.

  • Вы проживаете в штате Айова?
  • Вы гражданин США?
  • Понимаете ли вы английский язык, если вы говорите, говорите или подписываете вручную?
  • Можете ли вы получать и оценивать информацию для удовлетворительного обслуживания жюри?
  • Были ли вы когда-либо признаны виновными в совершении преступления, кроме нарушения правил дорожного движения?
  • Были ли вы или любой близкий друг или родственник стороной или свидетелем в судебном деле, кроме развода?
  • У вас есть близкий друг или родственник, работающий в правоохранительных органах?
  • Были ли вы или какой-либо близкий друг или родственник жертвой серьезного преступления?
  • Вы раньше работали присяжным заседателем?
  • Уровень образования
  • Род занятий
  • Работодатель
  • Семейное положение
  • Количество детей
  • Возраст (а) детей
  • Имя супруга
  • Род занятий супруга
  • Работодатель супруги

Эти вопросы помогают нам гарантировать, что в состав наших жюри входят представители сообщества.

Выбор
жюри

Voir Dire: выбор жюри

Потенциальные присяжные выбираются случайным образом на основании водительских прав, государственного удостоверения личности и регистрационных записей избирателей. Срок службы присяжных зависит от округа, в котором проживает присяжный, но не может превышать трех месяцев. Присяжные получают повестку о явке в здание суда для обслуживания присяжных.

Когда вызывается дело присяжных, секретарь суда случайным образом выбирает потенциальных присяжных и отправляет их в зал суда для интервью, известного как voir dire [vwahr deer].В зале суда вы узнаете больше о деле, и вас будут допрашивать судья и адвокаты, чтобы они могли определить, подходите ли вы для работы. В зависимости от типа дела или процедур, используемых в вашем округе, вас могут опросить индивидуально или в группе. Если вы считаете, что не должны выступать в качестве присяжного заседателя, или если вы знаете стороны, свидетелей или адвокатов, участвующих в деле, как можно скорее сообщите об этом судье и адвокатам.

Во время собеседования адвокат может заявить о возражении по делу, если адвокат считает, что потенциальный присяжный заседатель не может быть справедливым и беспристрастным.Затем судья должен решить, разрешить ли отвод или извинить присяжного. Адвокаты также могут извинить присяжного, используя безапелляционный отвод, который не требует от адвоката объяснения причин для извинения присяжного. Не обижайтесь, если вам бросают вызов. Это нормальная часть voir dire.

Если вас не освободят, вы станете членом жюри и принесете присягу перед слушанием дела. К делу также могут быть назначены альтернативные присяжные заседатели.

Жюри
Ориентация

Мы, жюри: это пятиминутное вступление объясняет историю и важность работы жюри.

Понимание
Пробная версия

Когда жюри принесло присягу, адвокаты с каждой стороны дела могут делать вступительные заявления. Вступительные заявления не следует рассматривать как свидетельство. Вступительные заявления знакомят присяжных с теорией адвоката по делу.

Следующим этапом судебного разбирательства является представление доказательств. Обычно начинает выступать адвокат истца по гражданскому делу или прокурор по уголовному делу. По завершении представления истец или обвинитель отдыхает, и защита может представить свои доказательства.Подсудимый не обязан представлять доказательства.

Представление доказательств

Доказательства могут включать вещественные вещественные доказательства, такие как фотографии, предметы или документы. Оно также может включать устное заявление под присягой, также известное как свидетельские показания. Иногда люди могут давать показания до начала судебного разбирательства. Когда свидетельские показания записываются или записываются на видео и передаются в суд, это называется допросом. Судья решит, какие доказательства закон позволяет присяжным рассматривать.

Многие вещи не следует рассматривать как доказательства, в том числе заданные вопросы, заявления и аргументы адвокатов. Свидетельские показания, которые присяжные заслушали, но судья постановил исключить из протокола, не подлежат рассмотрению. Фактически, присяжные должны относиться к этим показаниям так, как будто они никогда не давались. Кроме того, вещи, которые адвокат предлагает доказать, но которые судья не разрешает представить, не должны рассматриваться как доказательства.

Важно, чтобы присяжные принимали во внимание только доказательства, представленные в ходе судебного разбирательства и одобренные судьей, при принятии окончательного решения.Не проводите собственное исследование, посещая место, указанное в деле, ища дополнительную информацию в другом месте (в том числе с помощью электронных средств) или используя личные знания, которые у вас могут быть о человеке или месте, вовлеченном в дело.

Допрос свидетелей

Во время судебного разбирательства адвокаты часто вызывают свидетелей для дачи показаний. Каждый свидетель приводится к присяге и обещает говорить правду. Свидетелем может быть собственный клиент адвоката или кто-либо другой, который может давать показания от имени клиента.В гражданских делах поверенные могут потребовать дачи показаний противной стороной или кем-то из ее близких. Этот человек известен как свидетель противной стороны.

Когда поверенные допрашивают своих свидетелей, это называется прямым допросом. Когда поверенные допрашивают свидетеля, выступающего против противной стороны, это называется перекрестным допросом. После завершения прямого допроса противоположный поверенный может провести перекрестный допрос свидетеля. После этих вопросов первый поверенный может провести перенаправленную экспертизу. Перекрестный экзамен также может быть разрешен

Если свидетель говорит что-то, что не отвечает на вопрос или не должно допускаться к рассмотрению дела, судья может вычеркнуть это замечание из протокола.В этом случае вы должны игнорировать показания, как если бы они не были даны.

Возражения

Судебные правила устанавливают правила проведения справедливого и упорядоченного судебного разбирательства. Однако иногда один из адвокатов может посчитать, что вопросы или доказательства, представленные противоположным адвокатом, неправильны или не должны рассматриваться присяжными. В этих случаях адвокат обязан высказывать возражения судье. Если судья сочтет вопрос некорректным или доказательства неприемлемыми, возражение будет поддержано.В противном случае возражение будет отклонено.

Решение судьи не означает, что судья отдает предпочтение одной стороне или адвокату по сравнению с другой, и присяжные не должны позволять себе влиять на решения.

Частные конференции

Иногда адвокаты могут поговорить с судьей наедине в зале заседаний или в кабинете судьи, или судья может вывести присяжных из зала суда. Независимо от того, как и когда это происходит, не обижайтесь и не пытайтесь угадать, о чем идет речь.Как правило, адвокаты и судья обсуждают правовые вопросы по делу, заранее освещая важные вопросы, чтобы свести к минимуму возможность ошибочного судебного разбирательства, или уточняют вопросы, которые могут привести к апелляции и возможному повторному рассмотрению дела. Иногда на этих конференциях стороны достигают соглашения. Хотя может показаться, что время тратится зря, на этих конференциях часто избегают более длительных судебных процессов или вообще какого-либо судебного разбирательства, что экономит время присяжных и суд, а также значительные государственные расходы.

Заключительные аргументы

После того, как поверенные представили доказательства, они приводят заключительные аргументы.Заключительные аргументы представляют собой краткое изложение аргументов и доказательств адвокатов, но сами по себе не являются доказательствами и не должны рассматриваться как таковые.

После
Испытание

Распоряжение судьи

После дачи показаний судья пересмотрит законы, применимые к делу. Это важная информация, поскольку она дает вам указания о том, как вы должны применять закон к фактам. Пожалуйста, слушайте внимательно. Помните, что вы руководствуетесь законом, поскольку судья вам его объясняет.Не пытайтесь его изменить или игнорировать, даже если вы не согласны с законом. Вы и судья приносите клятву точно и справедливо применять законы государства.

Обсуждение жюри

Когда заключительные аргументы завершены и судья дает инструкции присяжным о законах, которые следует учитывать в деле, присяжные будут освобождены в комнату присяжных, чтобы обсудить или обсудить дело.

Первая задача присяжных — выбрать старшего, который будет следить за ходом обсуждения и выносить приговор в суд.Присяжные могут выбрать руководителя голосованием или выдвинуть кандидатуру устно.

Староста следит за тем, чтобы у каждого присяжного была возможность участвовать в обсуждении, и чтобы при принятии решения жюри полностью обсуждало вопросы. В свою очередь, каждый присяжный заседатель должен выслушивать и учитывать точку зрения других присяжных. Поймите, что ваше мнение может измениться во время обсуждения, но не чувствуйте себя обязанным передумать, если вы не уверены, что это правильно. В конце концов, ваш последний голос должен отражать ваше собственное мнение.

Вы должны основывать свои решения относительно фактов дела на доказательствах, представленных в ходе судебного разбирательства. Но вы также должны помнить инструкции судьи о взвешивании доказательств, о том, как решить, каким доказательствам верить, и о бремени доказывания. Также примите во внимание аргументы адвокатов, если вы считаете их справедливыми и разумными. И, конечно же, учтите законы, которые вам объяснил судья.

Хотя вам не будет предоставлена ​​стенограмма судебного заседания, вы можете делать записи во время судебного заседания.Следуйте инструкциям судьи во время службы.

Приговор

В уголовном деле все присяжные заседатели должны согласовать приговор. В гражданском деле закон штата Айова гласит, что если все присяжные не могут прийти к согласию относительно вердикта в течение шести часов, то необходимо только согласие определенного числа присяжных, поскольку судья проинструктирует вас.

Ваши выводы по вопросам фактов почти всегда окончательны. Очень редко приговор отменяется. Поэтому важно, чтобы вы внимательно слушали судью, свидетелей и адвокатов, обсуждали спокойно и справедливо и принимали наилучшее решение.

Жюри
Мошенничество

Остерегайтесь мошенничества с участием присяжных

жителей Айовы по телефону и электронной почте подверглись штрафам и судебному преследованию за невыполнение требований присяжных в федеральных судах или судах штата. Мошеннические звонки присяжных часто нацелены на пожилых людей. Получателей заставляют предоставить конфиденциальные данные или деньги. Эти звонки и электронные письма являются мошенническими и не связаны с судами США.

Если вы получили электронное письмо или телефонный звонок с просьбой предоставить личную информацию или отправить платеж, чтобы избежать ареста или другого наказания, это мошенничество.

  • Не покупайте денежную карту для оплаты штрафа за отсутствие услуги присяжных
  • Если вам позвонят с просьбой об уплате штрафа за отсутствие услуг присяжных, незамедлительно свяжитесь с вашим местным шерифом и сообщите по телефону

Если вы пропустите службу присяжных, суд никогда не попросит сотрудника правоохранительных органов взыскать с вас штраф.

Полиция использует технологию распознавания лиц в реальном времени — скажите свое слово

Колледж полиции запрашивает мнения общественности о новом национальном руководстве, которое установит единые стандарты использования полицейскими силами в Англии и Уэльсе технологии распознавания лиц в реальном времени.

Наши консультации с общественностью, которые завершаются 27 июня, являются частью процесса разработки новой авторизованной профессиональной практики (APP) по использованию технологии.

Технология распознавания лиц в реальном времени (LFR) позволяет находить разыскиваемых полицией людей, сравнивая изображения лиц, передаваемые камерой в реальном времени, с заранее определенным списком наблюдения.

Его можно использовать в различных сценариях, и до настоящего времени он использовался на спортивных мероприятиях, музыкальных концертах, массовых собраниях и протестах.Полиция использует специальные камеры LFR, чтобы помочь найти людей, подозреваемых в совершении уголовных преступлений, разыскиваемых судом или уязвимых, например, пропавших без вести.

Когда технология определяет возможное совпадение с интересующим человеком, она генерирует предупреждение, которое отправляется в полицию, что позволяет им в режиме реального времени направлять офицеров и персонал для проведения дальнейших расследований.

Технология распознавания лиц в реальном времени может быть ценным инструментом полицейской службы, который помогает силам обеспечивать безопасность населения путем предотвращения и выявления преступлений и привлечения преступников к ответственности.

Наше национальное руководство направлено на обеспечение того, чтобы силы применяли последовательный подход, когда дело доходит до открытого использования этой технологии, гарантируя, что это необходимо, соразмерно и используется в четких правовых и этических рамках.

Мы также хотим заверить представителей общественности в том, как полиция будет использовать эту технологию, а также в мерах безопасности, политике и механизмах управления, которые должна иметь полиция.

Чтобы наш проект руководства был как можно более полным, мы хотим услышать мнения общественности, полицейских организаций и других заинтересованных сторон со всей Англии и Уэльса.

Дэвид Такер, криминалист, Колледж полиции

Технология распознавания лиц в реальном времени ранее использовалась небольшим количеством полицейских в качестве тактики предотвращения преступлений и обеспечения безопасности людей. После судебного рассмотрения и последующего обжалования использования этой тактики в полиции Апелляционный суд обнаружил, что существует достаточная законодательная база, чтобы охватить использование LFR в полиции.

Однако суд определил ряд вопросов, которые необходимо решить, поэтому Коллегия полиции, Министерство внутренних дел и эксперты по полицейской деятельности разработали текущий проект приложения, чтобы обеспечить последовательное руководство по использованию LFR для полицейских сил в Англии и Уэльсе.

Он также будет доступен для принятия другими полицейскими и правоохранительными органами.

Руководителям

необходимо будет разработать пакет программных и операционных документов в соответствии с этим приложением, детализирующий основу для работы с LFR в их силах и стандартные операционные процедуры, которые будут использоваться.

Верховный суд постановил, что распознавание лиц законно — но активист подает апелляцию

Активист, которого снимали с использованием сомнительной технологии распознавания лиц, проиграл первый в мире судебный иск против ее использования полицией.

Участник кампании Эд Бриджес утверждал, что его право на неприкосновенность частной жизни было нарушено, когда его лицо было сканировано камерами полиции Южного Уэльса, когда он ходил по магазинам в Кардиффе.

Но судьи Высокого суда в среду (4 сентября) постановили, что, хотя этот инструмент массового наблюдения нарушает права на неприкосновенность частной жизни, не является ли он незаконным.

Компания

Bridges, представленная правозащитной организацией Liberty, заявила, что подаст апелляцию на решение суда.

Решение, вынесенное лордом судьей Чарльзом Хэддон-Кейвом и судьей Джонатаном Свифтом в Высоком суде Кардиффа, отклонило жалобу Бриджеса «по всем основаниям».

«В основе этого дела лежит спор о последствиях использования [Автоматического распознавания лиц] (AFR) для конфиденциальности и защиты данных», — говорится в сообщении.

Судьи пришли к выводу, что они «удовлетворены тем, что существующий правовой режим достаточен для обеспечения надлежащего и непроизвольного использования AFR Locate», добавив: «Использование полицией Южного Уэльса до настоящего времени AFR Locate соответствовало требованиям Закон о правах человека и законодательство о защите данных ».

Отсканировано более 500 000 лиц

Изображение предоставлено Pixabay.

Основные выводы суда включают:

  • Полиция Южного Уэльса соблюдает законы о равенстве.
  • Использование силами AFR соответствует требованиям Закона о правах человека.
  • Действующая правовая база — Закон о защите данных 2018 г., Свод правил использования камер видеонаблюдения и местные правила — адекватны для определения того, когда и как можно использовать AFR.
  • Служба обрабатывала личные данные, но законным образом, который соответствовал условиям, изложенным в Законе о защите данных 1998 года.
  • Суд заявил, что «открыт для сомнений», соответствует ли политика полиции Южного Уэльса Закону о защите данных 2018 года, но отказался принять решение по этому вопросу, поскольку от Управления комиссара по информации ожидаются дальнейшие указания.

Реагируя на это решение, Бриджес сказал: «Полиция Южного Уэльса неизбирательно использовала распознавание лиц против тысяч невинных людей без нашего ведома и согласия.

«Эта зловещая технология подрывает нашу конфиденциальность, и я буду продолжать бороться с ее незаконным использованием, чтобы гарантировать защиту наших прав и свободу от непропорционального государственного надзора.”

Liberty разместила онлайн-петицию с призывом к министру внутренних дел Прити Патель полностью запретить эту технологию — на данный момент было собрано более 5000 подписей.

Технология

AFR работает с использованием специальных камер для сканирования структуры лиц в толпе людей.

Он создает цифровое изображение человека, которое с помощью алгоритмов сравнивается с базой данных лиц, находящихся в «списке наблюдения» полиции — тех, кто ранее был взят под стражу. Люди в этом списке могли быть арестованы ранее или могли быть объявлены пропавшими без вести.Когда обнаруживается совпадение, находящиеся поблизости офицеры получают предупреждение.

По данным Liberty, полиция

Южного Уэльса с мая 2017 года использовала распознавание лиц в общественных местах более 50 раз при финансовой поддержке Министерства внутренних дел.

Сообщается, что более 500000 человек сканировали лица без их ведома и согласия на мероприятиях, включая финал Лиги чемпионов 2017 года, матчи по регби шести наций и концерты Эда Ширана.

Запрос о свободе информации, опубликованный группой кампании за гражданские свободы Big Brother Watch в начале этого года, показал, что 96 процентов распознавания лиц соответствуют ошибочно идентифицированным невиновным членам общества, когда столичная полиция восемь раз использовала ту же технологию в период с 2016 по 2018 год.

Не конец «более широких дебатов»

Изображение предоставлено Pixabay.

Чемпион Южного Уэльса Кон Мэтт Джукс сказал BBC, что это решение приветствуется, но не является концом «широких дебатов».

«Я понимаю, что использование ИИ и технологий распознавания лиц во всем мире вызывает большой интерес, а иногда и вызывает озабоченность.

«Итак, я рад, что суд признал ответственность, которую полиция Южного Уэльса продемонстрировала в нашей программе. С учетом этого суждения мы продолжим изучать, как обеспечить постоянную справедливость и прозрачность нашего подхода.”

Хотите узнать больше по этой теме?

Изображение предоставлено: Эд Бриджес / Либерти.
Апелляционный суд

вынес первое решение Великобритании по автоматическому распознаванию лиц — Осборн Кларк

Постановление о том, что использование автоматического распознавания лиц полицией Южного Уэльса было незаконным, имеет более широкое значение для предприятий и организаций, желающих внедрить технологию

Апелляционный суд постановил в деле R (Bridges) v-Chief Constable полиции Южного Уэльса и Орс , что использование технологии автоматического распознавания лиц (AFR) полицией Южного Уэльса нарушает права на неприкосновенность частной жизни.Это важный случай — первый случай, связанный с AFR в Великобритании, — который разъясняет, что коммерческим и общественным организациям необходимо учитывать при использовании этой противоречивой технологии.

О чем было дело?

AFR использует сложные алгоритмы для уменьшения изображения лица до набора измерений (биометрических), которые затем можно автоматически сравнивать с биометрическими данными лиц других людей. Дело касается его использования полицией Южного Уэльса для сканирования людей в общественных местах, таких как городские центры, с помощью камер видеонаблюдения, автоматически регистрируя их лица на видеозаписи в прямом эфире.Технология сравнивала изображения с изображениями людей, находящихся в списке наблюдения полиции, в который входили осужденные преступники, подозреваемые в совершении преступлений и пропавшие без вести.

Liberty, группа по защите конфиденциальности и гражданских прав, поддержала иск, возбужденный против полиции Южного Уэльса активистом кампании за гражданские свободы Эдом Бриджесом, который дважды присутствовал при использовании AFR, утверждая, что это конкретное развертывание AFR было незаконным по ряду причин. .

Почему такое использование AFR было нарушением конфиденциальности

Хотя некоторые из оснований для апелляции не оправдались, Апелляционный суд постановил, что использование AFR полицией Южного Уэльса было незаконным, поскольку оно нарушало право на неприкосновенность частной жизни в соответствии со статьей 8 Европейской конвенции о правах человека (ЕКПЧ).Это противоречило законам Великобритании о защите данных от 1998 и 2018 годов и не соответствовало обязательствам полиции в соответствии с законодательством о равенстве.

Согласно статье 8 ЕКПЧ, использование AFR было вмешательством в права г-на Бриджеса на частную жизнь. Суд постановил, что это вмешательство было незаконным, потому что правовая база Великобритании, охватывающая использование AFR, не содержала четких указаний относительно того, кто может быть в списке наблюдения, где может быть развернута технология, и слишком многое оставляло на усмотрение отдельных лиц. усмотрение задействованных полицейских.Однако суд отклонил аргумент г-на Бриджеса о несоразмерности использования AFR.

Закон о защите данных 2018 требует, чтобы полиция проводила оценку воздействия на защиту данных при развертывании технологий, представляющих высокий риск с точки зрения конфиденциальности, и было признано, что это включает биометрические технологии, такие как AFR. С учетом вывода о ЕКПЧ, Закон о защите данных 2018 года был неизбежно нарушен, поскольку в оценке воздействия на защиту данных не было учтено возможное нарушение ЕКПЧ.Кроме того, в нем недостаточно учитывалась обработка биометрических личных данных представителей общественности, не включенных в списки полицейского наблюдения.

В постановлении также обсуждается, как силовики не смогли должным образом расследовать, могут ли алгоритмы, используемые в программном обеспечении AFR, привести к косвенной дискриминации через расовые или гендерные предубеждения. Суд подчеркнул, что, хотя не было никаких доказательств того, что фактическая использованная система AFR показывала эту предвзятость, силам следовало предпринять шаги, чтобы убедиться в том, будет ли на практике какое-либо предубеждение.

Комиссар по информации Великобритании приветствовал это решение и заявил, что для « общественность должна иметь доверие к полиции и ее действиям, должна существовать четкая правовая база. Сегодняшнее судебное решение является полезным шагом на пути к обеспечению этого » . Комиссар камер наблюдения, полиция Либерти и Южного Уэльса также высказали свое мнение по поводу приговора.

Более широкая актуальность?

Имеет ли это более широкое значение, чем использование AFR полицией? Хотя Апелляционный суд высказал свое мнение по юридическим вопросам, касающимся правоохранительных органов, дело также имеет отношение к использованию AFR в соответствии с законодательством о защите данных в более общем плане.

Полиция Южного Уэльса заявила, что не будет обжаловать решение, поэтому данный случай является прецедентом для использования этой технологии. Поскольку это первый случай использования AFR в Великобритании, его необходимо прочитать всем, кто хочет понять юридические ошибки, связанные с его использованием.

Что теперь?

Сообщается, что все большее число частных организаций рассматривают возможность развертывания AFR для различных целей — от доступа к помещениям и разблокировки мобильных устройств до таргетинга предложений и рекламы в магазинах.Что нужно учитывать предприятиям, если они хотят использовать эту технологию?

  • Организациям важно знать, что AFR требует особой осторожности в соответствии с Общим регламентом защиты данных (GDPR), поскольку данные распознавания лиц являются биометрическими данными — формой данных специальной категории.

  • Организации, внедряющие AFR, должны иметь подробный документ о операционной политике, описывающий его использование, а также проводить и задокументировать тщательную и всестороннюю оценку воздействия на защиту данных.

  • Дело ясно показало, что организации, которые принимают AFR, должны быть прозрачными в отношении того, как они используют AFR, и осознавать важность минимизации срока хранения биометрических данных.

  • Соображения прав человека, возможно, необходимо принять во внимание при балансировании прав и свобод людей с преимуществами, которые может принести AFR.

  • В более широком смысле этот случай демонстрирует, что этика данных и закон становятся все ближе, и что пользователям AFR необходимо учитывать качество и количество наборов данных, на которых обучаются алгоритмы, и то, как они могут продемонстрировать, что технология не будет принимать дискриминационных решений.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты:
<a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>