МКОУ "СОШ с. Псыншоко"

МКОУ "СОШ с. Псыншоко"

Добро пожаловать на наш сайт!

Нанесение легкого вреда здоровью по неосторожности статья: УК РФ Статья 115. Умышленное причинение легкого вреда здоровью / КонсультантПлюс

Куда обратиться с заявлением о причинении легкого вреда здоровью, нанесении побоев или клевете?

Куда обратиться с заявлением о причинении легкого вреда здоровью, нанесении побоев или клевете?

В соответствии с ч. 2 ст. 20 Уголовно-процессуального кодекса РФ уголовные дела о преступлениях, предусмотренных ч. 1 ст. 115 (умышленное причинение легкого вреда здоровью, вызвавшего кратковременное расстройство здоровья или незначительную стойкую утрату трудоспособности), ч.1 ст.116 (нанесение побоев или совершение иных насильственных действий, причинивших физическую боль, но не повлекших последствий, указанных в ст.115 УК РФ) и ч.1 ст.128.1 УК РФ(клевета, т.е. распространение заведомо ложных сведений, порочащих честь и достоинство другого лица или подрывающих его репутацию) считаются уголовными делами частного обвинения, возбуждаются не иначе как по заявлению потерпевшего, его законного представителя, и подлежат прекращению в связи с примирением потерпевшего с обвиняемым.
Уголовные дела данной категории подсудны мировому судье и возбуждаются в отношении конкретного лица.

Анализ судебной практики свидетельствует о том, что граждане в большинстве случаев обращаются с заявлениями о совершении указанных преступлений не к мировому судье, а в органы внутренних дел.

В основном это объясняется незнанием порядка реализации их права на доступ к правосудию по делам данной категории и порядка возбуждения уголовных дел частного обвинения.

Вместе с тем, по делам частного обвинения граждане наделены правом самостоятельно обратиться с заявлением за защитой своих нарушенных прав непосредственно в суд, минуя стадию предварительного расследования.

Надлежащим заявителем по делам частного обвинения может быть физическое лицо, которому причинен физический и (или) моральный вред.

От имени несовершеннолетнего потерпевшего заявление подается его законными представителями (родителями), опекунами или попечителями. От имени лица, признанного недееспособным, заявление может быть подано его опекуном. В случае смерти заявителя уголовное дело частного обвинения может быть возбуждено путем подачи заявления его близким родственником.

Право на представительство интересов несовершеннолетнего, недееспособного пострадавшего, либо умершего должно быть удостоверено соответствующими документами.

Заявление о возбуждении уголовного дела частного обвинения, подаваемое в суд, должно содержать:

— наименование суда, в который оно подается;

— описание события преступления, места, времени, а также обстоятельств его совершения;

— просьбу, адресованную суду, о принятии уголовного дела к производству;

— данные о потерпевшем, а также о документах, удостоверяющих его личность;

— данные о лице, привлекаемом к уголовной ответственности;

— список свидетелей, которых необходимо вызвать в суд;

— подпись лица, его подавшего.

Заявление подается в суд с копиями по числу лиц, в отношении которых возбуждается уголовное дело частного обвинения.

В случаях, если поданное заявление не отвечает вышеперечисленным требованиям, не содержит необходимых сведений, мировой судья возвращает заявление для приведения его в соответствие в течение установленного им срока. Если указания мирового судьи не исполнены, то судом в принятии заявления будет отказано.

С момента принятия судом заявления к своему производству лицо, его подавшее, является частным обвинителем с правами, предусмотренными статьями 42 и 43 УПК РФ, которые будут разъяснены судьей.

Также мировой судья может отказать в принятии заявления, если оно подано в отношении лица, данные о котором потерпевшему не известны. В таком случае судья для решения вопроса о возбуждении уголовного дела направляет указанное заявление руководителю следственного органа или начальнику органа дознания.

Следует отметить, что в случаях, когда потерпевшему данные лица, совершившего преступление, неизвестны либо отсутствуют сведения о месте нахождения этого лица, потерпевший вправе обратиться с заявлением об уголовном преследовании непосредственно в органы предварительного расследования.

Законом определено, что помимо суда правом возбуждения уголовных дел частного обвинения обладают также должностные лица органов предварительного расследования, но только в случаях, предусмотренных ч. 4 ст. 20 и главой 52 УПК РФ.

Так, в случаях, когда данные о лице, совершившем преступление, не известны либо преступление совершено лицом, указанным в ст. 447 УПК РФ (депутат, судья, прокурор, следователь, адвокат и др.), а также при отсутствии заявления лица, пострадавшего от преступления, его законного представителя, если потерпевший не способен самостоятельно в силу зависимого или беспомощного состояния либо по иным причинам защищать свои права и отстаивать законные интересы, в том числе обратиться с заявлением в правоохранительные органы или в суд, уголовное дело должно быть возбуждено руководителем следственного органа, следователем либо дознавателем с согласия прокурора.

После возбуждения уголовного дела органами предварительного расследования, лицо, пострадавшее от преступленных посягательств, признается потерпевшим с правами, предусмотренными ст. 42 УПК РФ, которые ему будут разъяснены лицом, производящим следствие (дознание).

 

 

Прокуратура г. Владивостока

 

О необходимости четкого разделения мер административной и уголовной ответственности за неосторожное причинение смерти человеку

Существует необходимость четкого разделения мер административной ответственности физических лиц и уголовной ответственности за причинение по неосторожности тяжкого вреда здоровью или смерти человеку по степени опасности деяний, повлекших данные тяжкие последствия, определяемой возможностью причинения конкретным деянием указанных последствий по неосторожности и возможностью виновного избежать наступления данных последствий, путем декриминализации деяния, устанавливающего ответственность за публичное распространение под видом достоверных сообщений заведомо ложной общественно значимой информации, повлекшее причинение вреда здоровью человека, смерть человека или иные тяжкие последствия, других подобных деяний и всех наименее опасных для жизни или здоровья человека противоправных деяний, а также деяний, последствия которых возникают из-за деяний других лиц, которые виновный не должен и не может предвидеть или контролировать, или из-за стихийных явлений и иной непреодолимой силы, и путем внесения изменений в ч. 1 и 2 ст. 118 и ст. 109 УК РФ, подтверждающих декриминализацию указанных деяний, либо путем исключения из КоАП РФ и из проекта нового КоАП РФ всех норм, предусматривающих административную ответственность физических лиц за деяния, повлекшие тяжкий вред здоровью или смерть человека, поскольку в КоАП РФ предусмотрена административная ответственность физических лиц (граждан и должностных лиц) за ряд правонарушений, повлекших причинение любого вреда здоровью или смерти человеку, а в проекте нового КоАП РФ планируется ее установление за ряд деяний.

В частности, ФЗ от 18.03.2019 N 27-ФЗ введена административная ответственность за распространение заведомо недостоверной общественно значимой информации, создавшее угрозу причинения вреда, если действия лица не содержат уголовно наказуемого деяния (ч. 9, 10 — 11 ст. 13.15 КоАП РФ). Административной ответственности по ч. 9 и 10 и 11 ст. 13.15 КоАП РФ подлежат граждане, должностные лица и юридические лица. При этом в ч. 10 ст. 13.15 КоАП РФ первоначально предусматривалась ответственность за распространение указанной заведомо недостоверной информации, повлекшее смерть человека, причинение вреда здоровью человека или имуществу, массовое нарушение общественного порядка и (или) общественной безопасности, прекращение функционирования объектов жизнеобеспечения, транспортной или социальной инфраструктуры, кредитных организаций, объектов энергетики, промышленности или связи, либо совершенное повторно. Поэтому имела место декриминализация причинения по неосторожности смерти человеку или тяжкого вреда его здоровью путем распространения определенной в ч. 9 ст. 13.15 КоАП РФ заведомо недостоверной информации, но без внесения корреспондирующих изменений в нормы УК РФ об уголовной ответственности за причинение смерти или тяжкого вреда здоровью человека по неосторожности (ст. 109 и ч. 1 и 2 ст. 118 УК РФ), необходимых для четкого разделения мер административной и уголовной ответственности за противоправные деяния.
ФЗ от 1 апреля 2020г. N 99-ФЗ введена административная ответственность за нарушение законодательства в области обеспечения санитарно-эпидемиологического благополучия населения, выразившееся в нарушении действующих санитарных правил и гигиенических нормативов, невыполнении санитарно-гигиенических и противоэпидемических мероприятий, совершенные в период режима чрезвычайной ситуации или при возникновении угрозы распространения заболевания, представляющего опасность для окружающих, либо в период осуществления на соответствующей территории ограничительных мероприятий (карантина), либо невыполнение в установленный срок выданного в указанные периоды законного предписания (постановления) или требования органа (должностного лица), осуществляющего федеральный государственный санитарно-эпидемиологический надзор, о проведении санитарно-противоэпидемических (профилактических) мероприятий, повлекшие причинение вреда здоровью человека или смерть человека, если эти действия (бездействие) не содержат уголовно наказуемого деяния (ч. 3 ст. 6.3 КоАП РФ). Ответственности за данное деяние подлежат граждане, должностные лица и юридические лица, но изменения в ст. 109, ч. 1 и 2 ст. 118 и ст. 236 УК РФ не внесены, поэтому критерии разграничения административной ответственности физических лиц и уголовной ответственности за неосторожное причинение тяжкого вреда здоровью или смерти человеку не определены.
ФЗ от 1 апреля 2020г. N 99-ФЗ введена административная ответственность и за распространение в средствах массовой информации, а также в информационно-телекоммуникационных сетях под видом достоверных сообщений заведомо недостоверной информации об обстоятельствах, представляющих угрозу жизни и безопасности граждан, и (или) о принимаемых мерах по обеспечению безопасности населения и территорий, приемах и способах защиты от указанных обстоятельств, и за распространение в них заведомо недостоверной общественно значимой информации под видом достоверных сообщений, повлекшее смерть человека, причинение вреда здоровью человека или имуществу, массовое нарушение общественного порядка и (или) общественной безопасности, прекращение функционирования объектов жизнеобеспечения, транспортной или социальной инфраструктуры, кредитных организаций, объектов энергетики, промышленности или связи (10.1, 10.2 и 11 ст. 13.15 КоАП РФ). Данной ответственности по ч. 10.1 и 10.2 КоАП РФ подлежат только юридические лица, но по ч. 11 сохраняется ответственность граждан и должностных лиц, что позволяет правильно разграничить меры административной и уголовной ответственности за данные деяния, совершенные впервые (в особенности, если они повлекли смерть человека или причинение вреда его здоровью), учитывая отсутствие уголовной ответственности юридических лиц, при наличии административной ответственности как физических, так и юридических лиц, но требует корректировки положений ч. 11 ст. 13.15 КоАП РФ, учитывая наличие в ней обобщающей формулировки о повторности совершения деяний, предусмотренных ч. 10, 10.1 и 10.2 ст. 13.15, и ответственности физических и юридических лиц, определяющей равные размеры наказаний (штрафов) для каждой категории физических лиц (граждан и должностных лиц) и юридических лиц, независящие от наступления тяжких последствий и степени их тяжести, что нарушает принципы высшей ценности человека, его прав и свобод (ст. 2 Конституции РФ), и равенства всех перед законом и судом (ст. 19 Конституции РФ), поскольку установление наиболее строгих административных наказаний за вышеуказанные деяния определяется не наступлением тяжких последствий, включающих смерть человека, в результате их совершения, а повторностью совершения указанных деяний, как повлекших, так и не повлекших наступления смерти человека или иных тяжких последствий, поэтому наибольший размер наказания в виде административного штрафа может быть назначен не только лицу, повторно в течение года после привлечение к административной ответственности за аналогичное деяние совершившему деяние, повлекшее наступление смерти человека или иных тяжких последствий, но и лицу, повторно совершившему деяние, не повлекшее указанных последствий.
Таким образом, в данных ФЗ не учтены положения ст. 2 Конституции РФ, определяющей человека, его права и свободы, как высшую ценность, что требует внесения уточняющих изменений, четко и справедливо разграничивающих административную и уголовную ответственность, соответствующих положениям Конституции РФ.
Также в данных ФЗ не определены минимальные критерии степени опасности распространения вредной ложной информации или нарушения санитарно-эпидемиологических правил, указывающие на необходимость установления административной ответственности за распространение данной информации или нарушение указанных правил.
Отсутствие разделения мер наказания за причинение по неосторожности легкого, средней тяжести или тяжкого вреда здоровью либо смерти человеку в части норм УК РФ и в ряде норм КоАП РФ не учитывает высокую степень опасности массового причинения вреда здоровью людей, отнесение к тяжкому вреду здоровью человека существующими методиками любого вреда (начиная от перелома плечевой кости, переломов нескольких костей рук или переломов со смещением, и заканчивая потерей конечностей, ряда других органов, потеря которых не приводит непосредственно к смерти, но лишает человека способности самостоятельно совершать многие или все действия, необходимые для его существования, или восприятия действительности, параличом и другими наиболее опасными для жизни травмами или заболеваниями) и повышенную степень опасности причинения смерти человеку (в особенности, в случае ее причинения в случаях, опасных для жизни многих людей, либо двум или более людям). Это указывает на необходимость четкого разделения мер ответственности и наказаний за причинение по неосторожности вреда здоровью различной степени тяжести и четкого распределения любых тяжких последствий по степени общественной опасности, а также разделения по степени общественной опасности мер наказаний за неосторожное и умышленное причинение тяжкого вреда здоровью человека, представляющего различную степень опасности для жизни человека.
Внесение изменений, указанных в обращении необходимо, учитывая различную степень опасности причинения легкого, средней тяжести или тяжкого вреда здоровью либо смерти человеку и причинения вреда здоровью или смерти различному числу людей, а также сильно различающуюся степень опасности причинения тяжкого вреда здоровью различной степени тяжести и сложность установления причинно-следственной связи между распространением заведомо ложной информации или нарушением определенных правил, действующих в условиях, в которых причинение вреда может носить массовый или стихийный характер, вызываемый непреодолимой силой (пандемиях, эпидемиях, различных стихийных бедствиях и др.), и причинением вреда здоровью человека, смертью человека или иными тяжкими последствиями, которая может повлечь произвольное обвинение или оправдание лиц, распространяющих указанную информацию или нарушающих определенные правила и (или) переносящих опасные инфекционные заболевания, и ограничение свободы распространения информации, означающее фактическое введение цензуры, нарушающее положения Конституции РФ и основные конституционные права человека и гражданина, а также излишнее увеличение числа лиц, привлеченных к уголовной и административной ответственности, противоречащее основным конституционным принципам и принципам права.
Наличие ответственности именно за публичное распространение под видом достоверных сообщений заведомо ложной общественно значимой информации, существенно осложняет привлечение к ответственности лиц, распространяющих заведомо ложную информацию, учитывая невозможность привлечения к ответственности за распространение такой информации в случаях, если отсутствуют указания на ее достоверность или прямой умысел на распространение именно ложной информации под видом достоверной, поэтому лицо, совершившее данное деяние может отрицать умысел на распространение ложных сведений под видом достоверных, а кажущееся достоверность сведений может осложнить доказательство их ложности и, тем более, заведомой ложности.
Минимальные критерии уголовной ответственности за противоправные деяния, совершенные по неосторожности, включая минимальный вред здоровью человека или иной вред, опасный для его здоровья, соответствующие степени опасности конкретных неосторожных деяний, в УК РФ отсутствуют, что влечет произвольное распределение неосторожных деяний, не отнесенных к преступлениям, и указанных деяний, являющихся преступлениями. При этом все меры, принимаемые к лицам, совершившим преступления или административные правонарушения, и правовые последствия привлечения к уголовной или административной ответственности существенно различаются.
Меры ответственности за нарушение санитарно-эпидемиологических правил, повлекшее причинение вреда здоровью человека или смерть человека, разграничены между ч. 3 ст. 6.3 КоАП РФ и ст. 236 УК РФ только признаками наличия массовости заболевания или отравления людей (ч. 1 ст. 236 УК РФ) либо смерти человека (ч. 2 и 3 ст. 236 УК РФ), которые являются признаками преступления, предусмотренного ст. 236 УК РФ. При этом в ч. 1 и 2 ст. 118 УК РФ предусмотрена уголовная ответственность за любое неосторожное причинение тяжкого вреда здоровью человека, а уголовную ответственность может нести только физическое лицо. Поэтому административную ответственность за причинение по неосторожности тяжкого вреда здоровью или смерти человеку явно может нести только юридическое лицо в случаях, предусмотренных КоАП РФ, а физическое лицо, нарушившее санитарно-эпидемиологические правила, причинившее по неосторожности тяжкий вред одному или нескольким лицам, при отсутствии признака массового заболевания или отравления людей, может нести только уголовную ответственность по ч. 1 или 2 ст. 118 УК РФ.
В ст. 14 УК РФ определено, что преступлением является только общественно опасное деяние, запрещенное нормами Особенной части УК РФ под угрозой наказания, но деяние, которое формально предусмотрено какой-либо нормой Особенной части УК РФ, но в силу малозначительности не представляющее общественной опасности. Поэтому любое виновное причинение человеку тяжкого вреда здоровью или смерти либо причинение меньшего вреда здоровью, влекущее уголовную ответственность по соответствующим нормам УК РФ, не может быть признано малозначительным деянием, учитывая наличие в причиненном вреде явной общественной опасности. При этом определение понятия общественной опасности и перечень деяний, которые не могут быть признаны малозначительными, в УК РФ отсутствует, а меры уголовной или иной ответственности за противоправные деяния в законодательстве РФ распределены несистемно и достаточно произвольно (как и само отнесение деяний к противоправным), поскольку степень опасности конкретных деяний часто не учитывается при установлении запрета на их совершение и мер ответственности за его нарушение.
Согласно вопросам 14 и 15 Обзора Верховного Суда РФ по отдельным вопросам судебной практики, связанным с применением законодательства и мер по противодействию распространению на территории Российской Федерации новой коронавирусной инфекции (COVID-19) № 1, утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 21.04.2020 года, о понятии массового заболевания или отравления людей и о разграничении мер ответственности по ч. 3 ст. 6.3 КоАП РФ и ст. 236 УК РФ, с учетом того, что данный признак преступления является оценочным, при решении вопроса об отнесении заболевания или отравления к массовому следует принимать во внимание не только количество заболевших или получивших отравление людей, но и тяжесть заболевания (отравления). Для определения масштабов заболевания или отравления суд вправе привлечь соответствующих специалистов, например, представителей федеральных органов исполнительной власти, уполномоченных осуществлять государственный санитарно-эпидемиологический надзор или надзор в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека.
Уголовная ответственность за нарушение санитарно-эпидемиологических правил, создавшее угрозу наступления таких последствий, может наступать только в случае реальности этой угрозы, когда массовое заболевание или отравление людей не произошло лишь в результате вовремя принятых органами государственной власти, местного самоуправления, медицинскими работниками и другими лицами мер, направленных на предотвращение распространения заболевания (отравления), или в результате иных обстоятельств, не зависящих от воли лица, нарушившего указанные правила.
Административная ответственность по ч. 3 ст. 6.3 КоАП РФ наступает лишь в тех случаях, когда действия (бездействие) правонарушителя не содержат уголовно наказуемого деяния. В связи с тем, что за нарушение физическим лицом санитарно-эпидемиологических правил, повлекшее по неосторожности смерть человека, предусмотрена уголовная ответственность, в случае наступления последствий в виде смерти человека действия (бездействие) виновного следует квалифицировать по ч. 2 ст. 236 УК РФ.
Если в результате действий (бездействия), составляющих объективную сторону административного правонарушения, предусмотренного ч. 3 ст. 6.3 КоАП РФ, наступили последствия в виде причинения вреда здоровью человека (одного человека или нескольких лиц), то содеянное полностью охватывается составом данного административного правонарушения при отсутствии признаков преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 236 УК РФ (не установлено наличие массового заболевания или отравления людей либо создание угрозы наступления таких последствий).
Таким образом, согласно официальной позиции Верховного Суда РФ, физическое лицо, совершившее нарушение данных правил, повлекшее по неосторожности смерть человека, подлежит именно уголовной ответственности по ч. 2 ст. 236 УК РФ, а административной ответственности за данное деяние по ч. 3 ст. 6.3 КоАП РФ подлежит только юридическое лицо, но физическое лицо, совершившее нарушение данных правил, повлекшее причинение тяжкого вреда здоровью одному или нескольким лицам, при отсутствии признака массового заболевания или отравления людей либо создания угрозы его наступления, подлежит только административной ответственности по ч. 3 ст. 6.3 КоАП РФ. При этом понятия массового заболевания или отравления людей либо угрозы наступления данных последствий являются оценочными, поэтому для квалификации совершенного деяния именно как преступления по ч. 1 ст. 236 УК РФ необходима оценка общего числа лиц, получивших в результате нарушения конкретных правил заболевания или отравления, повлекшие причинения любого вреда здоровью человека, или в отношении которых была создана реальная угроза заболевания или отравления, находящихся в определенных местах, организациях, учреждениях и т.п., но наличие только одного или нескольких случаев причинения по неосторожности тяжкого вреда здоровью, не повлекшее и не способное повлечь по неосторожности массового заболевания или отравления людей либо создания угрозы его наступления, не может быть квалифицировано по ч. 1 ст. 236 УК РФ.
Согласно ч. 2 и 3 ст. 17 УК РФ, определяющей понятие совокупности преступлений, совокупностью преступлений признается и одно действие (бездействие), содержащее признаки преступлений, предусмотренных двумя или более статьями УК.
Если преступление предусмотрено общей и специальной нормами, совокупность преступлений отсутствует и уголовная ответственность наступает по специальной норме. Поэтому в случае, если нарушением санитарно-эпидемиологических правил причинено по неосторожности массовое заболевание или отравление людей, включающее тяжкий вред здоровью, или создана угроза наступления массового заболевания или отравления людей, заключающаяся в причинении по неосторожности тяжкого вреда здоровью одному или нескольким лицам, ответственность должна наступить только по ч. 1 ст. 236 УК РФ. При этом данную норму можно как считать специальной по отношению к ст. 118 УК РФ, так и не считать таковой, учитывая включение причинения тяжкого вреда здоровью человека в понятие массового заболевания или отравления людей либо создания угрозы этого, при отсутствии четкого указания на его включение в данную норму и отнесении к деянию, предусмотренному ч. 1 ст. 236 УК РФ, причинения вреда здоровью любой тяжести или действий и последствий, не повлекших причинения вреда здоровью людей в результате совершения данного деяния.
Квалификация деяния, предусмотренного ч. 1 ст. 236 УК РФ, повлекшего причинение тяжкого вреда здоровью, по совокупности преступлений не может быть правильной, а ч. 1 ст. 236 УК РФ должна быть отнесена к специальным нормам по отношению к ст. 118 УК РФ, учитывая наличие в ч. 2 ст. 236 ответственности за нарушение санитарно-эпидемиологических правил, повлекшее по неосторожности смерть человека, относящее ч. 2 и 3 ст. 236 именно к специальной норме по отношению общей норме УК РФ о причинению смерти по неосторожности (ст. 109 УК РФ). Поэтому квалификация деяния, предусмотренного ч. 1 ст. 236, повлекшего по неосторожности причинение тяжкого здоровья человеку, по совокупности преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 236 и ч. 1 или 2 ст. 118 УК РФ, нарушает принцип справедливости и все правила квалификации преступлений и назначения наказания, допуская назначение наказания за два преступления, одно из которых повлекло менее опасные последствия, чем деяние, содержащее его признаки, повлекшее более тяжкое последствие, а квалификация деяний, предусмотренных ч. 2 и 3 ст. 236, по совокупности ч. 2 или 3 ст. 236 и ч. 1, 2 или 3 ст. 109 УК РФ, является прямым нарушением положений ч. 3 ст. 17 УК РФ. При этом в ч. 1 и 2 ст. 118 УК РФ в качестве преступления учитывается причинение по неосторожности тяжкого вреда здоровью одного человека или нескольких лиц и отсутствуют указания на конкретные способы его причинения и деяния, его влекущие, что осложняет признание ч. 1 ст. 236 специальной нормой по отношению к ч. 1 и 2 ст. 118 УК РФ, учитывая различные минимальные критерии уголовной ответственности по ч. 1 ст. 236 и ч. 1 и 2 ст. 118 УК РФ.
Указывая на обязательность квалификации деяния, предусмотренного ч. 3 ст. 6.3 КоАП РФ, совершенного физическим лицом, повлекшего по неосторожности смерть человека, именно по ч. 2 ст. 236 УК РФ, при сохранении квалификации указанного деяния, совершенного физическим лицом, повлекшего причинение тяжкого вреда здоровью одного или нескольких лиц, по ч. 3 ст. 6.3 КоАП РФ, Верховный Суд РФ может противоречить своей же официальной позиции, поскольку по ч. 3 ст. 6.3 КоАП РФ квалифицируются только нарушения, не содержащие признаков уголовно-наказуемого деяния, под которым может пониматься как деяние, предусмотренное ст. 236, так и деяние, предусмотренное ч. 1 или 2 ст. 118 УК РФ, учитывая отсутствие указания на конкретные преступления в данной норме КоАП РФ и в соответствующих нормах УК РФ, но вышеизложенные правила квалификации деяний по совокупности преступлений указывают на отсутствие признаков преступления в нарушении санитарно-эпидемиологических правил, повлекшем причинение по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека, но не содержащего признаков преступления, предусмотренного ч. 1 и ст. 236 УК РФ.
Акты Верховного Суда РФ не имеют силы закона, поэтому могут применяться судами РФ только в части, не противоречащей законодательству РФ, а все законодательные противоречия могут быть разрешены только принятием федеральных законов, исключающих указанные противоречия норм федеральных законов и кодексов, или вынесением Конституционным Судом в установленном порядке постановлений, признающих противоречащими Конституции РФ конкретные законодательные нормы или их отдельные положения, имеющих силу закона, но не подлежащих обжалованию и отмене и требующих последующего принятия закона, отменяющего указанные нормы или их отдельные положения.
В УК РФ предусмотрена отдельная ответственность за ряд деяний, влекущих тяжкие последствия по причине неосторожных или умышленных действий не лица, виновного в нарушении установленных правил, а других лиц, которым виновный по неосторожности создал условия для совершения указанных действий. В частности, в ст. 224 УК РФ предусмотрена ответственность за небрежное хранение огнестрельного оружия, создавшее условия для его использования другим лицом, если это повлекло смерть человека или иные тяжкие последствия (ст. 224 УК РФ), а в ст. 225 УК РФ – за ненадлежащее исполнение своих обязанностей лицом, которому была поручена охрана огнестрельного оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ или взрывных устройств, если это повлекло их хищение или уничтожение либо наступление иных тяжких последствий (ч. 1 ст. 225 УК РФ).
В ст. 224 УК РФ предусмотрены менее строгие наказания, чем в общих нормах УК РФ о причинении по неосторожности тяжкого вреда здоровью или смерти человеку (ч. 1 и 2 ст. 118 и ст. 109 УК РФ), что указывает на выделение подобных деяний в отдельный вид неосторожных преступлений, отличающихся по критериям уголовной ответственности от деяний, предусмотренных ч. 1 и 2 ст. 118 и ст. 109 УК РФ, и отсутствие отдельной уголовной ответственности за небрежное хранение, незаконно хранящегося огнестрельного оружия, иных видов оружия, а также боеприпасов, что означает отсутствие уголовной ответственности лиц, небрежно хранивших виды оружия, не отнесенного к огнестрельному оружию, или незаконно и небрежно хранивших виды огнестрельного оружия, уголовная ответственность за незаконное хранение которых не предусмотрена ч. 1 – 3 ст. 222 УК РФ, либо незаконно и (или) небрежно хранивших патроны к указанным видам оружия, если данными видами оружия и патронов воспользовалось другое лицо и это повлекло тяжкие последствия. Учитывая положения ФЗ Об оружии и подзаконных актов, ответственность по ст. 224 УК РФ может отсутствовать и в отношении владельцев видов огнестрельного оружия, приобретаемых без лицензии и (или) подлежащих регистрации в уполномоченных органах.
Нарушение санитарно-эпидемиологических правил, распространение заведомо ложной информации и многие другие виды нарушений определенных правил могут влечь наступление конкретных тяжких последствий, причиненных по неосторожности или умышленно, лицами, получившими что-либо от виновного в нарушении правил лица, действующими независимо от него и причиняющие больший вред, чем вред, который мог причинить по неосторожности сам виновный своим деянием. В частности, если лицо нарушает санитарно-эпидемиологические правила и по неосторожности заражает другое лицо коронавирусной инфекцией или иным заболеванием, представляющим опасность для окружающих, либо оставляет у другого лица предмет или вещество, содержащее опасный вирус, а другое лицо, действуя независимо от воли виновного лица, по неосторожности или умышленно заражает третьих лиц, которым в результате заражения причиняется тяжкий вред здоровью или смерть, но само не получает указанных тяжких последствий заражения или получает их по причине своих неосторожных или умышленных действий, препятствующих необходимым своевременным профилактике или лечению, большую степень опасности представляют действия данного лица, а не лица, заразившего его (в особенности, если данное лицо действовало умышленно).
Подобная ситуация имеет место и в случае, когда другое лицо, получив заведомо ложную общественно значимую информацию от лица, распространившего ее под видом достоверной, выявив ее заведомую ложность, действуя независимо от воли виновного лица, само распространяет ее под видом достоверной или распространяет указанную информацию, умышленно преувеличивая опасность, на которую было указано в первоначальной ложной информации, что влечет виновное причинение тяжкого вреда здоровью или смерти третьим лицам, либо совершает любые иные деяния, влекущие неосторожное или умышленное причинение им тяжкого вреда здоровью или смерти, увеличивая степень опасности распространенной заведомо ложной информации.
В указанных случаях действия других лиц, увеличивающих степень опасности деяния виновного в нарушении лица, представляют значительно большую степень опасности, чем действия данного виновного лица, не имевшего умысла на причинение опасных для жизни или здоровья людей последствий, и не имеющих явной неосторожной вины по отношению к наступившим тяжким последствиям, которые могли и не наступить без виновных действий других лиц.
Это дает основания для четкого отнесения деяний, предусмотренных ч. 3 ст. 6.3, ч. 10 — 11 КоАП РФ и других деяний, предусмотренных иными нормами КоАП РФ или нормами проекта нового КоАП РФ, влекущих причинение по неосторожности тяжкого вреда здоровью или смерти человеку либо наступление иных тяжких последствий в результате неосторожных или умышленных действий других лиц, к административным правонарушениям, ответственности за которые подлежат физические лица, или для введения понятия уголовных проступков и отнесения к ним всех деяний, причинивших опасный вред человеку, но не обладающих степенью опасности преступления.
При этом необходимо четкое разделение по степени опасности административных правонарушений, совершаемых физическими лицами, уголовных проступков (если они будут введены в УК РФ) и преступлений различных категорий тяжести, а более строгая мера ответственности или наказания должна быть установлена для лиц, непосредственно виновно причинивших тяжкие последствия.
В ч. 3 ст. 6.3 КоАП РФ, других нормах КоАП РФ, предусматривающих ответственность за деяния, повлекшие тяжкие последствия для жизни или здоровья человека, и в подобных нормах проекта нового КоАП РФ не содержится указания на форму вины лица по отношению к смерти человека или иным тяжким последствиям, наступившим в результате совершения им конкретного противоправного деяния, что указывает на возможность возникновения данных последствий в результате умышленных противоправных деяний других лиц. При этом причинение указанных последствий должно быть виновным (неосторожным или умышленным) для любых виновных лиц, учитывая наличие запрета на привлечение к уголовной или административной ответственности за невиновное причинение вреда (ст. 5, ч. 1 ст. 14 и ст. 28 УК РФ, ч. 1 ст. 1.5 и ст. 2.1 КоАП РФ).
Наличие уголовной ответственности за деяние дает уполномоченным органам большой перечень полномочий, ограничивающих права человека и гражданина (права на обыск жилища, на проникновение в жилище во время преследования подозреваемых в совершении преступления или для пресечения преступления в жилище и т.п.), и юридически ограничивает права человека на поступление на определенные виды работы или службы и целый ряд других законных прав, фактически ограничивая многие права человека и гражданина, поэтому необходимо четкое разграничение преступлений и правонарушений по степени опасности, исключающее произвольное отнесение деяний к преступлениям.
Сроки давности привлечения к административной ответственности не прерываются, если лицо уклоняется от явки в уполномоченный орган или суд либо от исполнения других процессуальных действий и многие из них являются меньшими, нежели сроки давности привлечения к уголовной ответственности за преступления небольшой или средней тяжести (ст. 4.5 КоАП РФ), а срок, в течение которого лицо считается подвернутым административному наказанию, составляет 1 год (ст. 4.6 КоАП РФ), не прерывается в случае, если лицо уклоняется от исполнения наказания, и является меньшим всех сроков давности исполнения уголовного наказания, установленных для совершеннолетних. Сроки давности привлечения к уголовной ответственности, исполнения судебного штрафа (ст. 78 УК РФ) и исполнения уголовного наказания (ст. 83 УК РФ) прерываются, если лицо уклоняется от следствия, суда или от исполнения уголовного наказания либо уплаты судебного штрафа, а также в случае предоставления осужденному отсрочки отбывания наказания, и возобновляются в случаях задержания лица или явки его с повинной либо окончания действия отсрочки от отбывания наказания, за исключением случаев, предусмотренных ч. 3 и 4 ст. 82 и ч. 3 ст. 82.1 УК РФ, или ее отмены (ч. 2 и 2.1 ст. 83 УК РФ).
В КоАП установлены правила задержания, которые являются отчасти более строгими, чем предусмотренные УПК РФ, учитывая основания применения доставления и административного задержания, предусмотренные нормами КоАП РФ, и основания применения задержания по подозрению в совершении преступления, предусмотренные нормами УПК РФ, наличие в УПК РФ мер пресечения (включая меры, связанные с лишением свободы), отсутствие в УПК РФ понятия доставления как отдельного процессуального действия, применяемого к лицу, задержанному за совершение преступления, а также исчисление сроков задержания, предусмотренных нормами КоАП РФ и УПК РФ, с моментов, различающихся во времени, и зависящих в нормах КоАП РФ от наличия у задержанного лица состояния опьянения, при установлении в нормах УПК РФ одного времени исчисления сроков задержания по подозрению в совершении преступления – момента фактического задержания.
Доставление применяется к лицу, совершившему любое административное правонарушение, в случае, если протокол об административном правонарушении невозможно составить на месте его совершения, а его составление является обязательным, и должно быть осуществлено уполномоченными лицами в возможно короткий срок (ч. 1 и 2 ст. 27.2 КоАП РФ).
Административное задержание может быть применено в исключительных случаях к лицу, совершившему любое административное правонарушение, если это необходимо для обеспечения правильного и своевременного рассмотрения дела об административном правонарушении, исполнения постановления по делу об административном правонарушении на срок, составляющий не более 3 часов, а по делам об административных правонарушениях, за которые предусмотрено наказание в виде административного ареста или административного выдворения иностранного гражданина или лица без гражданства, и по делам о ряде других административных правонарушений – не более 48 часов (ст. 27.3 и 27.5 КоАП РФ).
Доставление и административное задержание не применяются в случаях, когда протокол об административном правонарушении не составляется и наказание назначается уполномоченным лицом без его составления, учитывая положения ст. 28.6 КоАП РФ.
Задержание по подозрению в совершении преступления (ст. 91 УПК РФ) и наиболее строгие меры пресечения (ст. 106 – 108 УПК РФ) применяются только по делам о преступлениях, за которые предусмотрено наказание в виде лишения свободы, поэтому отсутствие наказания в виде лишения свободы в санкциях ч. 1 ст. 118, ст. 207.1 и целого ряда других норм УК РФ означает наличие запрета на применение задержания по подозрению в их совершении и мер пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста или залога к подозреваемым или обвиняемым по делам о данных преступлениях.
Применение вышеуказанных строгих мер существенно ограничено по делам о преступлениях, за которые предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок не более 3 лет, поскольку наличие в санкции нормы о преступлении наиболее строгого наказания в виде лишения свободы на срок не более 3 лет является основанием, запрещающим применение меры пресечения в виде заключения под стражу, допускаемое по делу о таком преступлении только при наличии одного из четырех исключительных случаев. К исключительным случаям отнесены: отсутствие у подозреваемого или обвиняемого постоянного места жительства на территории РФ, неустановление его личности, нарушение им ранее избранной меры пресечения, или если он скрылся от органов предварительного расследования или от суда (ч. 1 ст. 108 УПК РФ).
Запрет на применение меры пресечения в виде заключения под стражу исключает и применение мер пресечения в виде домашнего ареста или залога. Поэтому наличие в санкциях ч. 1 ст. 207.2, ч. 1 ст. 236 и значительного числа других норм УК РФ наказания в виде лишения свободы на сроки не более 3 лет не влечет таких негативных правовых последствий для подозреваемого, обвиняемого или осужденного, какие влечет наличие в санкциях ч. 2 ст. 207.2 ч. 2 и 3 ст. 236 и многих других нормах УК РФ лишения свободы на сроки более 3 лет.
По делам о преступлениях, за которые предусмотрено лишение свободы на срок более 3 лет, могут быть применены меры пресечения в виде залога, домашнего ареста и заключение под стражу только при невозможности применения иной, более мягкой меры пресечения (ч. 2 ст. 106, ч. 1 ст. 107 и 108 УПК РФ).
Задержание по подозрению в совершении преступления, применяется только в случаях, допускающих применение меры пресечения в виде заключения под стражу, а задержанный, в отношении которого установлен один из четырех исключительных случаев, предусмотренных в качестве критериев допустимости применения меры пресечения заключения под стражу по делам о преступлениях, за которые предусмотрено лишение свободы на срок не более 3 лет, и в иных случаях, когда заключение под стражу к нему применить не имеют права или не применяют, подлежит немедленному освобождению (ст. 94 УПК РФ).
Срок задержания, предусмотренного в УПК РФ, всегда составляет не более 48 часов (п. 11) ст. 5 и ст. 94 УПК РФ), а понятие доставления в УПК РФ не предусмотрено.
Срок административного задержания в КоАП РФ исчисляется с момента доставления задержанного, а срок задержания лица, находящегося в состоянии опьянения, — со времени его вытрезвления. При этом общий срок времени вытрезвления лица, находящегося в состоянии опьянения, с момента его доставления в соответствии со статьей 27.2 КоАП РФ и административного задержания такого лица на основании ч. 2 или 3 ст. 27.5 КоАП РФ не может превышать 48 часов, а срок лишения свободы без судебного решения любого лица не может превышать 48 часов по нормам Конституции РФ (ч. 2 ст. 22 Конституции РФ).
Срок задержания, предусмотренного УПК РФ, исчисляется только с момента фактического задержания любого лица (п. 11) ст. 5 УПК РФ).
Моментом фактического задержания является момент производимого в порядке, установленном УПК РФ, фактического лишения свободы передвижения лица, подозреваемого в совершении преступления (п. 15) ст. 5 УПК РФ).
Право на применение доставления и административного задержания имеют только уполномоченные законом лица, а право на задержание лица, совершившего преступление, имеют любые лица, учитывая положения ст. 38 УК РФ, с соблюдением положений данной статьи и до передачи задержанного органам власти.
Таким образом, физическое лицо, совершившее административное правонарушение, может быть задержано только уполномоченным на то лицом, в случаях, когда составление протокола об административном правонарушении обязательно, либо если данное лицо на месте совершения административного правонарушения оспаривает наличие события административного правонарушения и (или) назначенное наказание (предупреждение или штраф), и подвергнуто доставлению, с момента которого исчисляется срок административного задержания, или административному задержанию на срок до 3 или до 48 часов (в зависимости от вида совершенного административного правонарушения). При этом срок административного задержания до 3 часов с момента задержания лица, находящегося в состоянии опьянения, исчисляется со времени его вытрезвления, но максимальный срок вытрезвления или данного задержания составляет 48 часов, а указанный срок задержания лица, совершившего административное правонарушение, не доставленного задержавшими его лицами в течение более чем 45 часов, составляет не более 48 часов, учитывая положения Конституции РФ.
Лицо, задерживаемое за совершение преступления, может быть задержано любым лицом, которое должно соблюдать меры по задержанию, предусмотренные ст. 38 УК РФ, но должно быть передано уполномоченным лицам незамедлительно или в течение установленного конкретным законом срока (как правило, не превышающего 3 часов). При этом срок задержания лица исчисляется с момента его фактического задержания, не зависит от времени, необходимого для доставления или вытрезвления задержанного лица, и составляет не более 48 часов, в зависимости от времени выявления или сохранения оснований, необходимых для заключения лица под стражу.
Если лицо задержано по подозрению в совершении преступления, за которое предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок не более 3 лет, применение к нему задержания по подозрению в совершении преступления уполномоченными органами и минимальный срок его задержания зависят от времени выявления оснований, исключающих применение к нему меры пресечения в виде заключения под стражу или допускающих ее применение.
Если лицо задержано по подозрению в совершении преступления, за которое не предусмотрено наказание в виде лишения свободы, оно должно быть освобождено уполномоченными лицами незамедлительно или после выполнения необходимых процессуальных действий. При этом отсутствие возможности составить на лицо любой протокол или иной документ, предусмотренный УПК РФ, или доставить лицо в определенное учреждение или помещение, либо наличие состояния опьянения у задержанного лица на дают оснований для его задержания или применения иных подобных мер, ограничивающих его свободу, в порядке, предусмотренном УПК РФ.
Вышеизложенное явно указывает на необходимость как четкого разделения различных преступлений и иных правонарушений по степени опасности причиненного вреда, так и адекватного распределения правил применения задержания и других мер процессуального принуждения, применяемых к лицам, совершившим преступления или административные правонарушения, по степени опасности совершенных деяний.
В нормах Особенной части УК РФ многие умышленные и неосторожные преступления распределены произвольно и часто не соответствуют степени общественной опасности конкретных деяний, что нарушает принцип справедливости. В частности, уголовная ответственность установлена в нормах Особенной части УК за причинение тяжкого вреда здоровью по неосторожности (ч. 1 ст. 118 УК РФ) или вследствие ненадлежащего исполнения лицом своих профессиональных обязанностей (ч. 2 ст. 118 УК РФ), неоказание помощи больному без уважительных причин лицом, обязанным ее оказывать в соответствии с законом или со специальным правилом, если это повлекло по неосторожности причинение средней тяжести вреда здоровью больного (ч. 1 ст. 124 УК РФ), уничтожение или повреждение чужого имущества в крупном размере, совершенные путем неосторожного обращения с огнем или иными источниками повышенной опасности (ст. 168 УК РФ), небрежное хранение огнестрельного оружия, повлекшее смерть человека или иные тяжкие последствия (ст. 224 УК РФ), незаконное осуществление частной медицинской или фармацевтической деятельности, повлекшее причинение по неосторожности вреда здоровью человека или его смерть (ст. 235 УК РФ), нарушение санитарно-эпидемиологических правил, повлекшее по неосторожности массовое заболевание или отравление людей либо смерть человека (ст. 236 УК РФ), и за значительное число других деяний, минимальным условием уголовной ответственности за большую часть которых является причинение по неосторожности тяжкого вреда здоровью человека, и только небольшая их часть отнесена к преступлениям в случае причинения легкого или средней тяжести вреда здоровью, крупного ущерба или иного вреда.
Данная часть неосторожных преступлений отличается от указанных преступлений, уголовная ответственность за которые наступает только, если имеет место причинение по неосторожности тяжкого вреда здоровью человека, не степенью опасности, а их совершением в определенных случаях, которые могут не свидетельствовать о степени опасности противоправного деяния, достаточной для криминализации деяния, повлекшего по неосторожности причинение легкого или средней тяжести вреда здоровью человека либо имущественного вреда. При этом минимальные условия уголовной ответственности за отдельные противоправные деяния четко не определены и являются оценочными критериями привлечения к уголовной ответственности. Данные критерии привлечения к уголовной ответственности противоречат положениям ст. 2 и 19 Конституции РФ, поскольку влекут привлечение к уголовной ответственности по ч. 1 ст. 207.2 УК РФ и ряду других норм УК РФ за неосторожное причинение легкого вреда здоровью одному или нескольким людям, либо большому количеству людей, и не допускают его в случаях совершения многих других деяний, повлекших причинение по неосторожности легкого и (или) средней тяжести вреда здоровью людей, представляющих не меньшую опасность, чем деяния, влекущие уголовную ответственность в случаях причинения по неосторожности средней тяжести или легкого вреда здоровью человека, что нарушает принципы высшей ценности человека, его прав и свобод, и равенства всех перед законом и судом.
Таким образом, наблюдается несистемный подход законодателя к распределению по степени опасности умышленных и неосторожных деяний, которые не влекут уголовной ответственности, и неосторожных преступлений.
Такой подход нарушает принцип справедливости, поскольку наличие уголовной ответственности за все виды причинения по неосторожности тяжкого вреда здоровью и ее отсутствие за большинство видов причинения по неосторожности легкого и средней тяжести вреда здоровью влекут искусственное разделение правовых последствий для лиц, причинивших по неосторожности вред здоровью, отнесенный к вреду здоровью средней тяжести по максимальным критериям, и лиц, причинивших по неосторожности вред здоровью отнесенный к тяжкому по минимальным критериям. По действующим медицинским критериям определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, максимальный вред здоровью средней тяжести чисто формально отличается от минимального тяжкого вреда. Поэтому такое разделение мер ответственности не учитывает фактической степени опасности причиненного вреда и всех случаев, свидетельствующих о повышенной общественной опасности неосторожного причинения вреда здоровью.
В уголовном законодательстве России и РСФСР общая уголовная ответственность за неосторожные причинение легких телесных повреждений и легкого вреда здоровью человека предусматривалась до 1960г., при этом уголовная ответственность за нарушение правил дорожного движения лицом, управляющим транспортным средством, повлекшее неосторожное причинение легких телесных повреждений, была отменена только в 1968 году, а уголовная ответственность за нарушения правил проведения ряда видов работ и нарушения некоторых других правил, повлекшие причинение по неосторожности легкого вреда здоровью, предусматривалась в УК РСФСР 1960г. до его отмены в 1996 году.
Общая уголовная ответственность за причинение средней тяжести вреда здоровью по неосторожности или вследствие ненадлежащего исполнения лицом своих профессиональных обязанностей была отменена в РФ в 2003 году, при этом в 2003 и 2004 годах была отменена и специальная уголовная ответственность за большинство нарушений различных правил, повлекших причинение по неосторожности средней тяжести вреда здоровью.
Общая уголовная ответственность за неосторожное причинение любого вреда здоровью человека предусмотрена в УК многих стран мира, в которых неосторожное причинение легких или более тяжелых телесных повреждений отнесено к преступлениям или уголовным проступкам.
Общая уголовная ответственность за неосторожное причинение средней тяжести вреда здоровью человека предусмотрена в УК большинства стран СНГ, в которых неосторожное причинение средней тяжести вреда здоровью отнесено к преступлениям или уголовным проступкам Уголовная ответственность за неосторожное причинение легкого вреда здоровью в данных УК возможна только в случаях, специально ими предусмотренных.
В УК КНР предусмотрена общая ответственность за неумышленное причинение серьезной травмы и специальная ответственность за неосторожное причинение серьезного или любого вреда здоровью в различных случаях.
Неосторожное причинение тяжкого вреда здоровью человека в настоящее время является минимальным условием общей уголовной ответственности за причинение вреда здоровью человека по неосторожности в УК Эстонии, Туркменистана, Кыргызстана и Монголии, но в специальных случаях, предусмотренных данными УК, возможна уголовная ответственность и за неосторожное причинение меньшего вреда здоровью человека.
Общая уголовная ответственность за неосторожное причинение вреда здоровью человека любой степени тяжести была полностью отменена в УК Кыргызстана с 2007 по 2019 год, но в случаях, специально предусмотренных УК КР, возможна уголовная ответственность и за неосторожное причинение как тяжкого, так и меньшего вреда здоровью человека.
В новом УК КР, вступившим в силу с 1 января 2019 года, повторно криминализировано неосторожное причинение тяжкого вреда здоровью, совершенного при любых обстоятельствах.
Для правильного разделения преступлений и иных правонарушений по признаку общественной опасности необходимо введение общих минимальных размеров причиненного вреда, определяющего общественную опасность деяния, как для неосторожных, так и для умышленных преступлений.
Учитывая вышеизложенное, необходимо четкое распределение мер ответственности и наказаний за деяния, предусмотренные ч. 3 ст. 6.3 КоАП РФ и ст. 236 УК РФ, ч. 9 – 11 ст. 13.15 КоАП РФ ст. 207.1 и 207.2 УК РФ, а также за другие подобные деяния, предусмотренные нормами Особенной части УК РФ, КоАП РФ и проекта КоАП РФ, исключающее произвольное применение различных мер ответственности и наказаний за их совершение.
При этом требуются введение четких определений понятий заведомо ложной информации и достоверных сведений, массового заболевания или отравления людей, а также публичности распространения информации в различных сетях или другим способом и публичности совершения любых противоправных деяний, установление минимальных критериев причинения людям имущественного и иного вреда, создающего прямую угрозу их жизни или здоровью, с четко определенной причинно-следственной связью распространения заведомо ложной информации или заболеваний и наступивших последствий от указанных деяний, и исключение уголовной и иной ответственности в случаях, когда распространенные сведения становятся достоверными или явно могут стать таковыми в конкретных обстоятельствах или по прошествии определенного времени, либо полная декриминализация ст. 207.1 и 207.2 УК РФ и установление минимальных критериев административной ответственности за подобные деяния либо ее отмена, а также установление критериев виновного распространения инфекционных заболеваний во время эпидемий или других опасных ситуаций, в которых распространение заболеваний может иметь стихийный характер, осложняющий или делающий невозможным выявление лиц, виновных в их умышленном или неосторожном распространении, и критериев неосторожного причинения тяжкого вреда здоровью или смерти человеку, разграничивающих меры уголовной и административной ответственности за различные противоправные деяния.
Учитывая наличие административной ответственности физических лиц за причинение по неосторожности тяжкого вреда здоровью или смерти человеку распространением определенной информации со дня вступления в силу ФЗ от 18.03.2019 N 27-ФЗ до дня вступления в силу ФЗ от 1 апреля 2020г. N 99-ФЗ, в целях реализации конституционного принципа обратной силы закона, определяющего наказуемость правонарушения, заключающегося в наличии обратной силы закона, смягчающего или устраняющего ответственность за правонарушения, и ее отсутствии у закона, устанавливающего или усиливающего ответственность за него, и наличие административной ответственности физических лиц за нарушение санитарно-эпидемиологических правил в опасных ситуациях, повлекшее причинение любого вреда здоровью или смерти человеку, необходимо введение в УК и КоАП РФ четких правил распределения мер административной и уголовной ответственности за причинение по неосторожности тяжкого вреда здоровью или смерти человеку в случаях, предусмотренных ч. 3 ст. 6.3 и ч. 10 ст. 13.15 КоАП РФ, и в иных случаях, которые предусмотрены или могут быть предусмотрены КоАП РФ, допускающих привлечение виновных физических лиц к административной ответственности за данные опасные деяния только в случаях отсутствия прямой угрозы причинения совершенным деянием по неосторожности тяжкого вреда здоровью или смерти человеку, или запрещающих привлечение к административной ответственности за данные деяния во всех случаях, в которых возможно привлечение к уголовной ответственности по ст. 109 и ч. 1 и 2 ст. 118 УК РФ, при установлении четких критериев привлечения к уголовной ответственности по ст. 109 и ч. 1 и 2 ст. 118 УК РФ, учитывая отнесение к преступлениям именно общественно опасных деяний, запрещенных нормами УК РФ под угрозой наказания (ч. 1 ст. 14 УК РФ), и признание малозначительными только деяний, предусмотренных нормами Особенной части УК РФ, но не представляющими общественной опасности (ч. 2 ст. 14 УК РФ), специфику деяний, влекущих причинение по неосторожности тяжкого и иного вреда здоровью человека либо смерти человеку, предусмотренных УК РФ, указывающую на наличие в них общественной опасности, а также наличие обстоятельств, исключающих преступность и наказуемость деяния по нормам УК РФ (ст. 37 – 42 УК РФ), которыми запрещается привлечение к уголовной ответственности за неосторожные деяния, совершенные как при соблюдении, так и при превышении мер необходимой обороны и других подобных мер.
В целях правильной реализации вышеуказанных мер необходимо четкое разделение мер административной ответственности физических лиц и уголовной ответственности за причинение по неосторожности тяжкого вреда здоровью или смерти человеку по степени опасности деяний, повлекших данные тяжкие последствия, определяемой возможностью причинения конкретным деянием указанных последствий по неосторожности и возможностью виновного избежать наступления данных последствий, путем декриминализации деяний, устанавливающих ответственность за распространение заведомо ложных сведений, повлекшее причинение вреда здоровью человека, смерть человека или иные тяжкие последствия, других подобных деяний и всех наименее опасных для жизни или здоровья человека противоправных деяний, а также деяний, последствия которых возникают из-за деяний других лиц, которые виновный не должен и не может предвидеть или контролировать, или из-за стихийных явлений и иной непреодолимой силы, и путем внесения изменений в ч. 1 и 2 ст. 118 и ст. 109 УК РФ, подтверждающих декриминализацию указанных деяний, либо путем исключения из КоАП РФ и из проекта нового КоАП РФ всех норм, предусматривающих административную ответственность физических лиц за деяния, повлекшие тяжкий вред здоровью или смерть человека, поскольку в КоАП РФ предусмотрена административная ответственность физических лиц (граждан и должностных лиц) за ряд правонарушений, повлекших причинение любого вреда здоровью или смерти человеку, а в проекте нового КоАП РФ планируется ее установление за ряд деяний.
Для правильного разделения мер ответственности и наказаний за противоправные деяния, исключающего привлечение к административной ответственности лиц, причинивших по неосторожности или умышленно вред здоровью человека или иной опасный вред человеку, не имеющих оснований для значительного смягчения их ответственности, и привлечения к уголовной ответственности лиц, допустивших нарушение закона, но не причинивших человеку вреда, который повлек или мог повлечь причинение вреда его здоровью, или причинения иного значимого вреда, влекущего тяжкие последствия, или назначение равных или незначительно различающихся наказаний лицам, причинившим вред и лицам, его не причинившим, а также исключающего установление за деяния, причиняющие опасный вред человеку, менее строгих наказаний или условий смягчения наказаний, чем за деяния, его не причиняющие, необходимо введение системы ступенчатого последовательного распределения мер уголовной, административной и иной ответственности и мер наказаний, применяемых в рамках конкретной меры ответственности, в которой каждая ступень строгости применяемых мер будет определяться только наличием причиненного вреда и степенью его опасности, а также степенью опасности лица, совершившего противоправное деяние, и будут исключаться большие различия в степени строгости применяемых мер за деяния, незначительно различающиеся по степени опасности (например, отсутствие уголовной ответственности и административного ареста за незаконный оборот пневматического и сигнального оружия при наличии уголовной ответственности и наказания в виде лишения свободы на срок до 2 лет за незаконные сбыт и изготовление холодного оружия, не имеющего культурной ценности, метательного или газового оружия, отсутствие наказания в виде лишения свободы за ряд видов преступлений, влекущих данное наказание на сроки более 2 лет в случае их совершения организованной группой или в иных случаях, не увеличивающих и не определяющих причиненный вред, наличие за умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, максимально ограничивающего самостоятельное существование человека любому числу людей сроков лишения свободы, не превышающих 12 или 15 лет (в зависимости от наличия неосторожной вины по отношению к смерти как одного человека, так и любого числа людей), при наличии за убийство двух или более лиц сроков лишения свободы до 20 лет или пожизненного лишения свободы, установление за конкретное преступление пожизненного лишения свободы в качестве более строгого наказания, чем 15, а не 20 лет лишения свободы, установленных в УК РФ в качестве максимального определенного срока лишения свободы за преступление и т.п.).
При введении данной системы потребуется установление четких минимальных критериев уголовной ответственности за умышленные и неосторожные преступления и уголовные проступки (если они будут введены в уголовное законодательство РФ) и административной и иной ответственности за другие виды противоправных деяний, а также разделение преступлений и иных правонарушений по категориям тяжести, определяемых степенью опасности противоправного деяния и степенью общественной опасности преступления.
Внесение вышеуказанных изменений в УК РФ необходимо в целях: соблюдения прав человека, принципов высшей ценности человека, его прав и свобод, справедливости и равенства перед законом и судом, экономии мер уголовной репрессии, сдерживания роста преступности, противодействия коррупции, правильной экономии бюджетных средств, исключения переполнения мест лишения свободы, упорядочивания правовых норм и дальнейшей либерализации уголовного законодательства РФ.


Практический результат

Соблюдение прав человека, принципов высшей ценности человека, его прав и свобод, справедливости и равенства перед законом и судом, экономия мер уголовной репрессии, сдерживание роста преступности, противодействие коррупции, правильная экономия бюджетных средств, исключение переполнения мест лишения свободы, упорядочивание правовых норм и дальнейшая либерализация уголовного законодательства РФ.

Умышленное причинение легкого вреда здоровью (ст. 115) — Уголовное право (особенная часть)

Статья 115. Умышленное причинение легкого вреда здоровью

Легкий вред здоровью характеризуется двумя медицинскими признаками:

  • кратковременным расстройством здоровья или
  • не­значительной стойкой утратой трудоспособности.

Расстройство здоровья является кратковременным, если оно продолжается менее 21 дня.

Незначительная стойкая утрата трудо­способности означает потерю общей трудоспособности от 5 до 10%. Меньший процент утраты трудоспособности не считается вредом здоровью.

Не представляют вреда здоровью и небольшие повреждения поверхностного характера (кровоподтеки, ссадины, царапины), не повлекшие расстройства здоровья или утраты тру­доспособности. При определенных условиях их причинение мо­жет квалифицироваться по ст. 116 (побои) или 111 (тяжкий вред здоровью) УК РФ.

Объект преступления:

  • родовой – общественные отношения в сфере защиты личности;
  • видовой — общественные отношения в сфере защиты жизни и здоровья человека;
  • непосредственный — общественные отношения, складывающиеся по поводу реализации человеком естественного права на здоровье и гарантирующие безопасность этого блага.

Потерпевший – любое физическое лицо.

Объективная сторона  характеризуется специфическими признаками рассматриваемого преступления:

  1. кратковременное расстройство здоровья;
  2. незначительная стойкая утрата общей трудоспособности.

Одного из этих признаков достаточно для оценки вреда здоровью как легкого и квалификации содеянного по ст. 115 УК.

Субъект — физическое вменяемое лицо, достигшее возраста 16 лет.

Субъективная сторона преступления выражается только в умысле (прямом или косвенном).

Неосторожное причинение легкого вреда уголовно ненаказуемо. Если легкий вред причинен в состоянии физиологического аффекта, ответственность также наступает по ст. 115 УК.

Назначая наказание, суд обязан учесть смягчающее обстоятельство, предусмотренное п. «з» ч. 1 ст. 61 УК.

Вынужденное нанесение легкого вреда в состоянии необходимой обороны либо при задержании лица, совершившего преступление, уголовной ответственности по ст. 115 УК не влечет.

Квалифицированный состав (ч. 2 ст. 115 УК РФ):

  • из хулиганских побуждений;
  • по мотивам политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти или вражды либо по мотивам ненависти или вражды в отношении какой-либо социальной группы.

Обязанность по уходу и медицинская халатность | BJA Education

  • Халатность, проистекающая из медицинских действий, может привести к гражданскому иску потерпевшей стороны (истцу) или уголовному преследованию со стороны государства.

  • Медицинская халатность доказана, если все компоненты трехчастного теста установлены на основе баланса вероятностей (гражданский иск) или вне разумных сомнений (уголовное преследование).

  • Тест, состоящий из трех частей, устанавливает, что врач обязан заботиться о пациенте, обязанность по уходу была нарушена, и в результате нарушения пациенту был причинен вред.

  • Успешные гражданские иски приводят к денежной компенсации потерпевшей стороне или иждивенцам, которая может быть выплачена трастом-работодателем или организацией защиты врача.

  • Успешное уголовное преследование может привести к лишению свободы врача и дополнительной пригодности GMC к практике слушания.

  • Хорошее ведение документации и соблюдение установленных практических правил очень важны, поскольку рассмотрение дел о халатности может занять много лет.

По оценкам Департамента здравоохранения, 10% госпитализаций в стационар приводят к побочным эффектам, 1 , но <2% исков о медицинской халатности, поданных Управлением судебных разбирательств NHS, приводят к судебным искам. 2 Тем не менее, как количество исков о халатности, так и суммы, участвующие в урегулировании, растут, поэтому важно, чтобы анестезиологи понимали факторы, ведущие к возможному гражданскому иску о халатности и потенциально значительно более серьезному обвинению в преступной халатности, как из которых могут возникнуть из-за несоблюдения подходящего стандарта ухода.В этой статье не рассматриваются жалобы о халатности в отношении согласия, которые были рассмотрены в отдельной статье в журнале.

Принцип «обязанности проявлять осторожность» был установлен в деле Donoghue v Stevenson в 1932 году, в котором лорд Аткин определил, что существует общая обязанность проявлять разумную осторожность, чтобы избежать предсказуемых травм «соседу». 3 В этом случае женщина из Пейсли пила имбирное пиво из бутылки, пока не нашла на дне разлагающуюся улитку.В результате женщина заболела, и против производителей имбирного пива было возбуждено дело о компенсации. Лорд Аткин определил, что компания, производящая имбирное пиво, по небрежности не обеспечила безопасность женщины во время производственного процесса, хотя имбирное пиво было куплено не женщиной, а ее другом. Было установлено, что общая обязанность по уходу лежит перед соседом; Сосед был определен как «кто-то, на кого можно разумно полагать, что какое-то действие напрямую и непосредственно затронет его».В этом случае не имело значения, кто купил имбирное пиво, поскольку было разумным предположить, что любой, кто пил пиво, пострадал бы от тех же последствий и, следовательно, мог бы рассматриваться по принципу «соседа».

Халатность

В случае нарушения обязанности соблюдать осторожность может возникнуть ответственность за халатность. Медицинская халатность является частью отрасли права, называемой деликтом (правонарушение в Шотландии), происходящим от латинского глагола «tortere» = причинять вред. Идея причинения вреда является важным фактором при установлении факта халатности, так как большинство неуспешных дел о недобросовестной медицинской халатности терпят неудачу, поскольку не могут установить, что вред причинен в результате действия или бездействия.

Тест на халатность

Для определения халатности необходимо пройти трехэтапный тест. Таким образом, процедура основывается на установлении вины со стороны врача, больницы и т. Д. Лицо, подающее иск (истец), должно установить, исходя из баланса вероятностей, что небрежность произошла со стороны больницы или врача (ответчика). Компенсация выплачивается для того, чтобы вернуть истца в положение, в котором он теоретически находился бы, если бы ущерб не был причинен.Денежная стоимость будет связана не только с фактическими понесенными расходами (включая потерю заработка), но и дополнительно с потерей удобств и боли и страданий, понесенных в результате травмы. Существуют также более философские цели, заключающиеся в поощрении подотчетности и обеспечении того, чтобы виновные удерживались от будущих проявлений неосторожности из-за необходимости выплаты компенсации. Этот сдерживающий эффект несколько снижается за счет стандартной платы за профессиональную компенсацию для врачей, работающих в NHS, если только врач не занимается независимой практикой.Схема клинической небрежности для трастов (CNST) действительно включает такой сдерживающий элемент, поскольку страховые взносы, выплачиваемые трастом для компенсации своей деятельности, могут быть уменьшены за счет принятия соответствующих мер по снижению вероятности претензий с использованием трехуровневой рейтинговой системы, которая учитывает надежность действующих процессов безопасности и управления. 4

  • Человек обязан проявлять заботу.

  • Нарушение, если установлена ​​обязанность проявлять осторожность.

  • Непосредственным результатом нарушения был причинен юридически признанный вред.

Дежурство врача

Отношения между врачом и пациентом особенные. Большинство анестезиологов работают в условиях больницы и обычно не принимают пациентов непосредственно под свой уход. Когда пациент попадает в больницу, создается обязанность по уходу, которая может применяться к любому врачу, вступающему в контакт с пациентом, а не только к приемной команде.Следовательно, ученые-медики утверждали, что любой пациент, с которым мы сталкиваемся в нашей профессиональной среде, обязан проявлять заботу не только со стороны врачей, с которыми контактирует пациент, но и со стороны тех, кто нанят Доверительным фондом для оказания помощи. оказывать помощь пациенту. Например, пациенту, у которого остановилось сердце в коридоре больницы, лежит обязанность оказать помощь любому врачу, который случайно проходит мимо, и оказание помощи в таких обстоятельствах, вероятно, будет ожидаемым и не будет классифицировано как « добрый самаритянин ». », однако, насколько нам известно, эта академическая точка зрения в настоящее время не проверялась в британской судебной среде.

Нарушение служебных обязанностей

Это устанавливается, когда практика врача не соответствует надлежащим стандартам. Стандарт «разумного человека» или знаменитого «человека из омнибуса Клэпхэма», который считается обычным человеком, попавшим в те же обстоятельства, обычно применяется в большинстве деликтных дел. Однако, когда имело место потенциальное нарушение профессиональных обязанностей, это интерпретируется как стандарт сопоставимой профессиональной практики. Дело Bolam v Friern Hospital Trust — самый известный случай, связанный с этим профессиональным стандартом. 5 Это касалось пациента, который получил переломы во время лечения ЭСТ и который утверждал, что лечение под наркозом было небрежным отчасти потому, что ему не давали расслабление мышц во время процедуры, а также не сдерживали и не предупреждали о риске перелома. Однако был сделан вывод, что халатность не может быть установлена, поскольку были представлены доказательства того, что в то время не было универсальной практики для расслабления мышц, поскольку существовали противоположные мнения о преимуществах расслабления мышц, сбалансированных с повышенным риском действия релаксанта. .Утверждалось, что, если врач действовал в соответствии с практикой, которая считалась приемлемой для ответственного органа врачей, этого было достаточно, и истец должен показать, что ни один разумный врач, действующий в тех же обстоятельствах, не действовал бы таким образом. «Стандарт Болама» (согласно которому предполагаемая халатность сравнивается с практикой коллег-врачей) подвергается критике и в значительной степени зависит от экспертных заключений любой стороны, которая может находиться в конфликте; однако это тот же тест, что и для других профессиональных групп, в которых рассматривается халатность (например,грамм. инженеры). Утверждалось, что наличие мнения, которое поддерживает действия врача, в пользу медицинской профессии, передавая ответственность за определение халатности обратно тем же профессионалам. Поддержка видных профессионалов в отношении курса действий, возможно, упрощает защиту требований о нарушении служебных обязанностей. Тест Болама по-прежнему часто рассматривается в случаях медицинской халатности, но он не является окончательным, поскольку последующие случаи вызвали сомнения в том, что приемлемый стандарт лечения оценивается врачами, комментирующими стандарты практики, и что он может быть частью роль суда.«Суд должен проявлять бдительность, чтобы убедиться, что причины, по которым пациент подвергается риску, действительны… или же они проистекают из остаточной приверженности устаревшим идеям». 6 Поскольку дело Болито, когда ребенок с перемежающимся крупом не был интубирован педиатрическим регистратором и впоследствии получил гипоксическое повреждение мозга из-за остановки дыхания, суд может решить, что халатность была доказана, даже если тело медицинского заключения говорит об обратном. 7 В Болито было признано, что отказ педиатрического регистратора оказать помощь ребенку во время более раннего приступа крупа был небрежным.Однако утверждалось, что даже если бы регистратор присутствовал, было бы неуместно интубировать ребенка в этот момент, и что, следовательно, окончательная последующая остановка дыхания и гипоксическое повреждение головного мозга, полученное ребенком, не могли быть предотвращены ранее. действие. Судья пришел к выводу, что довод о том, что неявка к ребенку не повлияет на конечный результат, был неубедительным, и утверждал, что в некоторых случаях суд может на законных основаниях выделить различные медицинские заключения.«Ответчику недостаточно позвонить нескольким врачам, чтобы сказать, что то, что он сделал или не сделал, соответствовало общепринятой клинической практике. Судье необходимо рассмотреть эти доказательства и [] решить, подвергает ли эта клиническая практика излишнему риску этого пациента ». Bolitho, однако, не применяется повсеместно, и многие суждения о халатности по-прежнему основываются на принципах экспертной оценки, изложенных в Bolam, хотя более широкое использование доказательной медицины и обширные практические руководства, разработанные такими организациями, как NICE, теперь позволяют судьям иметь объективные ориентиры практики для сравнения.Врачам труднее полагаться на подтверждающее мнение в качестве защиты для предполагаемого нарушения служебных обязанностей, которое противоречит рекомендациям и руководствам внешних агентств.

Однако существует понимание, что для распространения прогресса в медицинских знаниях требуется некоторое время, и не каждое новое изменение может быть немедленно реализовано на практике. В деле Кроуфорд против Совета управляющих госпиталя Чаринг-Кросс пациент получил травму плечевого сплетения из-за того, что находился в одном положении слишком долгое время. 8 6 месяцев назад была опубликована статья с описанием такого осложнения. Однако анестезиолог не читал эту статью и не знал о ее последствиях, поэтому было установлено, что он не нарушил свои обязанности по уходу за пациентом.

Более того, ошибки в суждении не считаются автоматически нарушением служебных обязанностей. Они делают это только в обстоятельствах, когда врач не проявил должного внимания, которого можно было бы ожидать от достаточно компетентного специалиста.Для обучающихся врачей это особенно актуально, поскольку стандарт — это то, что ожидается от врача того же класса по этой специальности или в этом отделении. Существует предположение, изложенное в деле Nettleship v Weston , где учащийся водитель потерял контроль над автомобилем, что должно быть общественное ожидание безопасности, и что врачи, проходящие обучение, должны действовать в соответствии со стандартами уровня, в котором они работают. 9 Следовательно, нет никаких уступок из-за отсутствия соответствующего опыта, и ожидается, что врач в первый день новой должности будет работать в соответствии с теми же стандартами общественной безопасности, что и врач в последний день этой должности.Разница в производительности этих двух врачей связана с той степенью, в которой от нового врача можно ожидать, что он будет консультироваться и обратиться за помощью, чтобы компенсировать относительный недостаток знаний или навыков, а также со степенью, в которой они должны ожидать, что за ними будут наблюдать. Мы утверждаем, что ожидается, что руководители позволят стажерам выполнять только ту работу, которую, по их мнению, они способны выполнять. Таким образом, на контролирующем отделе / ​​консультанте лежит ответственность за то, чтобы убедить себя в способностях обучаемого выполнять случай или процедуру, как и на консультировании обучаемого (e.грамм. ведомственными / консультантами обзоров журналов учета изменений ротации и т. д.).

Вред и причинно-следственная связь

Установление причинно-следственной связи может быть затруднено, поскольку необходимо продемонстрировать, что «без» действия / бездействия врача вреда не было бы. Анестезиологи редко работают в одиночку, и иногда бывает трудно установить, где был причинен вред в связи с эпизодом оказания медицинской помощи (например, паралич после восстановления аневризмы аорты может быть вызван хирургическим вмешательством или применением эпидуральной анальгезии).Неудивительно, что жалобы о медицинской халатности чаще всего терпят неудачу из-за невозможности установить причинно-следственную связь, поскольку часто существует множество возможных объяснений результата. Однако, если можно доказать, что нарушение существенно повлияло на ущерб или более вероятно, что ущерб был вызван небрежностью, чем другой причиной, обычно достаточно.

Иногда, в отсутствие какого-либо другого разумного объяснения явления, применяется принцип res ipsa loquitur (буквально «вещь говорит сама за себя») (напр.грамм. Можно предположить, что обнаружение оставшегося тампона в брюшной полости при лапаротомии связано только с его небрежной потерей во время предыдущей лапаротомии). Такая ситуация может относиться к процедурам, выполненным на неправильной конечности / стороне (например, блокада плечевого сплетения, и если в результате этого происходит повреждение, то предполагается, что причинно-следственная связь установлена, если только ответчик не сможет доказать, что существует другое разумное объяснение).

Уголовная халатность

Если халатность возникла в результате неосторожности, то, если халатность была настолько серьезной, что была признана «грубой», врач может быть привлечен к уголовной ответственности за халатность.Хотя требование доказать преступную халатность намного выше (т.е. вне разумных сомнений, санкции значительно более строгие и могут включать тюремное заключение для любого врача, признанного виновным в таком правонарушении). Врач, признанный виновным в преступной халатности, также может быть признан годным к практике Генеральным медицинским советом.

Судебные преследования за преступную халатность редки, но количество случаев, когда полиция расследует врачей на предмет возможной связи с обвинением в непредумышленном убийстве после серьезного неблагоприятного события, увеличивается.Поведение, выходящее за рамки гражданской халатности, почти всегда влечет за собой смерть пациента, но возникают трудности с установлением того, какие действия это составляют. Крайняя субъективная безрассудность, такая как безразличие к очевидному риску для пациента или объективное свидетельство некомпетентности или незнания, может удовлетворить это требование. Вызывает озабоченность и то, что в последнее время преследования проводились, как правило, в отношении врачей, прошедших обучение, где, возможно, легче установить достаточную степень некомпетентности.В конечном итоге решение остается за присяжными относительно того, было ли действие / бездействие врача настолько ужасным, что оно составило преступление. Дело R v Adomako касалось анестезиолога, который не заметил, что его пациент был отключен от аппарата ИВЛ во время операции на глазах. У пациента произошла остановка сердца со смертельным исходом, и анестезиолог был осужден за непредумышленное убийство. Неясно, не был ли д-р Адомако в операционной и не принял ли он надлежащих мер для наблюдения за пациентом в его отсутствие, или же он присутствовал и был крайне некомпетентен в доставке анестетика и не замечал отключение как причину ухудшения состояния пациента. .Тем не менее, Палата лордов посчитала, что любого действия было достаточно для подтверждения обвинительного приговора в соответствии с соображением, что « в какой степени поведение ответчика отклоняется от надлежащих стандартов заботы, возложенных на него, включая, как это должно было быть, риск смерть больного была такова, что его следовало признать преступником ». 10 Это отрезвляет мысль о том, что анестезия — специальность, связанная со значительным риском смерти из-за неадекватных действий — может соответствовать таким соображениям небрежности так, как другие специальности не могут.

Ответственность за халатность

Правила гражданского судопроизводства в Англии и Уэльсе позволяют подавать иски о медицинской халатности в течение 3 лет с момента предполагаемой халатности или в течение 3 лет после того, как потерпевший узнал о возможной халатности. Это актуально для несовершеннолетних, у которых 3 года начинаются по достижении несовершеннолетним возраста зрелости (т. Е. 18 лет). Анестезиологам, нанятым NHS и действующим в рамках своей работы, будет возмещать убытки CNST.Это распространяется только на услуги, предоставляемые в NHS, но не на «добрые дела самаритянина», частную практику или медико-правовую деятельность. Медицинские защитные организации будут обеспечивать покрытие этой деятельности, а также, при необходимости, другой независимой практической деятельности (например, составление медицинских отчетов). Признано, что сдерживающее воздействие на отдельных врачей исков о гражданской халатности является слабым, хотя этот процесс является стрессовым для вовлеченных лиц и требует много времени. В 2001 году Госконтроль установил, что средний случай клинической небрежности длился 5,5 лет от начала до завершения и что 22% невыясненных случаев были связаны с событиями, произошедшими более 10 лет назад. 11 Неудивительно, что важность всеобъемлющих одновременных анестезиологических записей имеет первостепенное значение для защиты любого иска. Также примечательно, что в консультативном документе главного врача 2003 года «Внесение поправок» многие жертвы ятрогенной травмы желают объяснений, извинений и доказательств того, что извлекли уроки из любых ошибок, как основных результатов, и они не довольствуются простой финансовой компенсацией.

Выводы

Медицинская халатность — это проверка, состоящая из трех частей, в соответствии с которой пациенту обязаны оказать профессиональную помощь, и в результате нарушения этой обязанности пациенту причиняется вред.Все части теста должны быть удовлетворены.

Гражданские соображения о халатности требуют, чтобы врачи действовали в соответствии с надлежащими стандартами, обычно, но не исключительно, на основе стандартов их коллег, тогда как в случае преступной халатности стандарт практики должен приводить к серьезному ущербу в результате действий, которые можно было бы считать некомпетентными или некомпетентными. грубо небрежно. В связи с более широкой доступностью практических руководств для судов, врачи всегда должны учитывать последствия и оправдание отклонений от общепринятых практик в случае, если пациенту причинен вред, и врачи, проходящие обучение, должны знать, что они должны обращаться за советом и помощью в тех случаях, когда они не хватает опыта для сохранения общественной безопасности.Адекватное ведение записей для защиты любых претензий имеет жизненно важное значение.

Конфликт интересов

Не объявлено.

Список литературы

1.,

Внесение исправлений: консультативный документ, излагающий предложения по реформированию подхода к клинической халатности в NHS

,

2003

Лондон

Департамент здравоохранения

2

NHS Litigation Authority

4

Схема клинической халатности для трастов ( CNST)

11

Рассмотрение жалоб о клинической небрежности в Англии

,

2001

Национальное аудиторское управление

© Автор [2011].Опубликовано Oxford University Press от имени Британского журнала анестезии. Все права защищены. Для получения разрешений обращайтесь по электронной почте: [email protected]

.

Клинические ошибки и медицинская халатность — FullText — Медицинские принципы и практика 2013, Vol. 22, № 4

Аннотация

В этом документе обсуждаются определение, природа и происхождение клинических ошибок, включая их предотвращение. Взаимосвязь между клиническими ошибками и врачебной халатностью изучается, как и характеристики тяжущихся сторон и событий, являющихся источником судебного разбирательства.Исследуется структура жалоб о злоупотреблениях служебным положением в различных специальностях и условиях. Среди госпитализированных пациентов во всем мире от 3 до 16% получают травмы в результате медицинского вмешательства, наиболее распространенным из которых является побочное действие лекарств. Частота побочных эффектов лекарств на первый взгляд выше в отделениях интенсивной терапии и неотложной помощи, но после корректировки показателей с учетом количества пациентов, сопутствующих состояний и количества прописанных лекарств разница становится несущественной.Сделан вывод, что, вероятно, не более 1 из 7 нежелательных явлений в медицине приводят к иску о врачебной халатности, а факторы, которые предсказывают, что пациент обратится в судебный процесс, включают предыдущие плохие отношения с клиницистом и ощущение, что пациента не держат. сообщил. Методы предотвращения клинических ошибок все еще находятся в зачаточном состоянии. К наиболее многообещающим относятся новые технологии, такие как электронные системы назначения лекарств, средства диагностики и принятия клинических решений, а также системы, устойчивые к ошибкам.

© 2013 S. Karger AG, Базель


Введение

Клинические ошибки и заявления о халатности становятся все более важными аспектами медицинской практики. Есть опасения, что риск получения инвалидизирующего заболевания из-за медицинского вмешательства во время госпитализации увеличивает стоимость лечения, увеличивает нагрузку на пациента и в результате претензий о злоупотреблении служебным положением вызывает рост и спиралевидный рост затрат для системы здравоохранения. и для общества в целом.В отчете Института медицины (IOM) общая стоимость медицинской ошибки оценивается в 17-29 миллиардов долларов США в год [1]. В отчете также подсчитано, что ежегодно из-за медицинских ошибок умирает 7000 человек. Целью данной статьи является создание повествовательного обзора литературы по клиническим ошибкам и заявлениям о злоупотреблении служебным положением, соответственно, с целью описания закономерностей, затрат, последствий и предотвращения клинических ошибок и заявлений о злоупотреблении служебным положением, а также описания сложной взаимосвязи между два.Литература обширна, но почти полностью из США.

Клинические ошибки

Определение и образцы ошибок

В отчете IOM «Человек ошибается: создание более безопасной системы здравоохранения» [1] клиническая ошибка была определена как «невыполнение запланированного действия, как предполагалось. или использование неправильного плана для достижения цели ». Другими словами, ошибки могут возникнуть при планировании действий или их выполнении. В отчете перечислены нежелательные лекарственные явления (НЯ) и неправильное переливание крови, хирургические травмы и операции в неправильном месте, самоубийства, травмы или смерть, связанные с удерживанием, падения, ожоги, пролежни и ошибочная идентификация пациентов в качестве примеров клинических ошибок.В нем отмечается, что высокий уровень ошибок с серьезными последствиями чаще всего возникает в отделениях интенсивной терапии, операционных и отделениях неотложной помощи.

Принято считать, что ошибка в приеме лекарств является наиболее частой и предотвратимой причиной травм пациента. Это включает в себя введение неправильного лекарства или дозы, неправильным путем введения, неправильному пациенту или в неподходящее время. Имеются данные о том, что в больницах неотложной помощи частота НЯ составляет 6,5 на 100 госпитализаций и что 1% из них заканчиваются смертельным исходом, 12% опасны для жизни и 28% можно предотвратить [2].Кроме того, по оценкам, на 100 рецептов приходится 5,3 ошибок при приеме лекарств. К ним относятся пропущенная доза (53%), ошибки дозы (15%), ошибки частоты (8%) и ошибки маршрута (5%), но только 1% из них были связаны с побочными эффектами [2]. Значительная часть (21%) ошибок при приеме лекарств осталась незамеченной фармацевтами в процессе отпуска, а 23,5% необнаруженных ошибок могли вызвать побочные реакции. Большинство упускаемых из виду ошибок были неправильным приемом лекарств, неправильной дозировкой и неправильной дозировкой [3].Примечательно, что ошибки, возникающие в период выписки у госпитализированных пациентов и после выписки, легче всего пропускать [4,5]. Также подсчитано, что дополнительные ежегодные затраты на НЯ для госпитализированных пациентов в учебной больнице на 700 коек составляют 5,6 миллиона долларов США [6]. Совсем недавно дополнительные расходы на НЯ в местных больницах оценивались в среднем в 3000 долларов США на пациента и увеличение продолжительности пребывания на 3,1 дня, аналогично тому, что было обнаружено в академических учреждениях [7].У пожилых людей дополнительные расходы на лечение в амбулаторных условиях увеличились на 65 631 доллар США [8]. Возможно, что еще более важно, многие травмы, вызванные врачебными ошибками, были вызваны некачественным уходом [9,10], и многие из них можно было предотвратить [2,11].

Настройки ошибок лекарств

Частота ошибок при приеме лекарств в педиатрических условиях в три раза выше, чем в условиях взрослых, и, как сообщается, составляет 5,7%, что приводит к 0,24% нежелательных явлений [12]. Сравнимые ошибки при приеме лекарств также наблюдаются в амбулаторных педиатрических учреждениях, где большинство предотвратимых ошибок было связано с приемом лекарств родителями [13,14].Показатели в отделениях интенсивной терапии, по-видимому, не отличаются от показателей у других госпитализированных пациентов после того, как количество заказанных и вводимых лекарств было контролируемым [15]. Показатели в психиатрических больницах аналогичны показателям в других учреждениях [16]. В домах престарелых было 1,89 / 100 месяцев пребывания в стационаре НЯ и 0,65 / 100 месяцев проживания потенциальных НР [17]. В этой популяции из НЯ 6% были опасными для жизни и 38% — серьезными. В целом, 51% НЯ были признаны предотвратимыми.НЯ в домах престарелых обычно связаны с использованием психотропных агентов, что приводит к нейропсихиатрическим побочным эффектам, падениям и передержке. У амбулаторных пожилых людей частота НЯ составляла 50,1 на 1000 человеко-лет. Многие из этих НЯ были серьезными, опасными для жизни или смертельными (38%), и было установлено, что 42% можно было предотвратить [18]. Наиболее часто применяемыми лекарственными средствами были сердечно-сосудистые препараты, диуретики, неопиоидные анальгетики, гипогликемические препараты и антикоагулянты. Риск развития побочных эффектов был заметно повышен у пожилых пациентов с множественными заболеваниями, которые получали несколько препаратов, включая неопиоидные анальгетики, антикоагулянты, диуретики и противосудорожные препараты [19].НЯ в амбулаторных условиях, таких как первичная медико-санитарная помощь, обычны [20], а также встречаются в амбулаторных условиях химиотерапии взрослых и детей [21].

Систематический обзор 22 исследований с участием 3755 пациентов показал, что ошибки в истории рецептурных лекарств встречались почти в 67% случаев, включая комиссионные ошибки, а также пропуски, неправильную дозу и неправильную частоту. Например, пациентке, которая находилась в коме, родственники принесли ей лекарства, в том числе пропафенон, прием которых был прекращен за несколько месяцев до этого [22].

Таким образом, ошибки в рецептах, связанные с ошибками в отношении лекарств и нежелательными реакциями, часто наблюдались практически во всех медицинских учреждениях. Однако сделать готовые сравнения сложно, потому что показатели в разных исследованиях указываются по-разному. В некоторых исследованиях сообщается об уровне поступления на 100 человек, в других — на 100 месяцев проживания, а в других — на 1000 человеко-лет. Это фундаментальная проблема, которую необходимо решить.

Немедикаментозные события

Помимо побочных эффектов, другие нежелательные явления у госпитализированных пациентов включают раневые инфекции и технические осложнения.По оценкам, почти половина всех нежелательных явлений в больницах связана с хирургическими операциями. К нежелательным явлениям, не связанным с хирургическим вмешательством, относились диагностические неудачи, неудачи в лечении (бездействие) и события, происходящие в отделениях неотложной помощи и неотложной помощи [11]. Диагностические ошибки, а не технические неполадки или неблагоприятные последствия ошибок при приеме лекарств также относительно распространены. Например, задержка или диагностическая ошибка при травмах шейного отдела позвоночника произошла примерно в 4% случаев; это указывает на необходимость соответствующего использования стандартной серии трех изображений шейного отдела позвоночника с тщательной интерпретацией изображений [23].

Global Picture

Большая часть работы над клиническими ошибками и ошибками лечения проводится в США. Однако в недавно опубликованном исследовании типичной британской клинической больницы за 4-недельный период исследования было выявлено 1,5% ошибок при назначении лекарств, а потенциально серьезные ошибки произошли в 0,4% случаев. Большинство ошибок возникло из-за решений о назначении [24]. В общей практике Rubin et al. [25] разработали систему классификации ошибок и сообщили об общем уровне ошибок 75.6/1000 встреч. Большинство ошибок были ошибками в рецептах (42%), за которыми следовали ошибки связи (30%).

Относительная скудность данных о безопасности пациентов в других странах, кроме США, и в частности в развивающихся странах и странах с переходной экономикой, была прокомментирована [26,27]. Раздаются призывы к обмену знаниями, аргументы в пользу разработки международной базы данных знаний [28]. Растет количество сообщений о клинических ошибках из других стран [29,30,31,32,33,34].Данные свидетельствуют о том, что от 3 до 16% госпитализированных пациентов получают вред в результате оказания медицинской помощи, что свидетельствует о значительном бремени вреда для пациентов [26].

Пояснительные модели человеческой ошибки

Существуют две модели причинной связи человеческой ошибки, а именно индивидуальный подход и системный подход. Индивидуальный подход фокусируется на ошибках отдельных людей и имеет тенденцию обвинять людей в забывчивости, невнимании или моральной несостоятельности. Системный подход определяет условия и системы, в которых люди работают как источник ошибки, с целью как понимания происхождения ошибок, так и построения защиты для их предотвращения или смягчения их последствий.Важным недостатком индивидуального подхода является то, что он изолирует небезопасные действия (действия) из системного контекста [35]. Тем не менее, человеческие, а не технические сбои лежат в основе большинства выявляемых ошибок и, в целом, представляют наибольшую угрозу для потенциально опасных систем [36].

Чаще всего системные сбои, определяемые как основные клинические ошибки, — это сбои в распространении знаний о лекарствах и недостаточная доступность информации о пациентах, такой как результаты тестов, необходимые для безопасного лечения.Всего на 7 отказов систем приходится 78% выявленных ошибок [37]. Однако у системных сбоев есть скрытый аспект. В исследовании трех педиатрических кардиологических бригад респонденты были хорошо осведомлены о бремени потенциальных ошибок и сообщили, что ошибки повторялись неоднократно, а рекомендации и правила часто игнорировались. Кроме того, респонденты указали, что укомплектованность персоналом, недоступность оборудования, производственная нагрузка и напряженные графики вызывают озабоченность, но не смогли выразить свою озабоченность или несогласие [38].Другими словами, несмотря на то, что респонденты знали о правилах и положениях, они часто игнорировались. Это поднимает вопросы об индивидуальной мотивации, профессиональной культуре и социальных ограничениях на рабочем месте. Помимо факторов на рабочем месте, таких как описанные выше, у 42% группы младших врачей, анонимно опрошенных в ходе исследования в Новой Зеландии, сообщалось, что усталость, вызванная работой в ночное время, и нестабильность расписания связаны с клиническими ошибками [39]. Частая посменная работа продолжительностью 24 часа и более с большей вероятностью была связана с врачебными ошибками, чем более короткие смены [40].В исследовании медсестер также было показано, что перерывы во время приготовления и введения лекарств были связаны с повышенной вероятностью процедурных и клинических ошибок, а частота перерывов в значительной степени коррелировала с более серьезными ошибками [41]. Кроме того, было обнаружено, что соотношение количества медсестер и пациентов значительно положительно связано с повышенной вероятностью побочных эффектов. Это справедливо для городской клинической больницы, в которой в течение большей части года заполняемость превышает 100%.Увеличение соотношения медсестер и пациентов на 0,1 было связано с увеличением числа нежелательных явлений на 28% [42]. В США в учебных больницах частота нежелательных явлений была выше, чем в сельских больницах, но показатели нежелательных явлений из-за халатности были ниже в учебных больницах и коммерческих учреждениях по сравнению с больницами, которые занимались преимущественно группами меньшинств [9].

Однако, несмотря на важность системного контекста, понимание личных и мотивационных аспектов клинических ошибок также остается важным.В исследовании врачей общей практики (ВОП) в Испании частота нежелательных явлений составляла 10,6 в год для каждого врача. Большинство из них были побочными эффектами лекарств (37%) и задержкой диагностики (33%) [43]. Что удивительно, так это то, что 28% врачей заявили, что никогда не делали ошибок, и исследователи назвали эту группу «отрицателями». Такое отношение к возможности ошибки во всех человеческих контекстах вряд ли обнадеживает. Другие факторы, о которых сообщалось, включают упущения во внимании, несоблюдение правил назначения, низкая воспринимаемая важность назначения, иерархический характер медицины и отсутствие самосознания ошибки [24].Есть также свидетельства того, что когнитивные факторы, включая болезнь, прием лекарств, стресс, алкоголь и эмоциональные расстройства, могут быть связаны с врачебными ошибками [44].

Нет никаких сомнений в том, что личностный подход продолжает преобладать и что институты вряд ли сопротивляются соблазну обвинить идентифицированного человека. Тем не менее, многое можно сделать для улучшения рабочей среды, чтобы снизить вероятность клинической ошибки. Вот некоторые из предложенных тактик: (1) уменьшить сложность задач, (2) оптимизировать обработку информации с помощью протоколов или вспомогательных средств, (3) разумно автоматизировать и по мере необходимости, (4) использовать ограничения, такие как в случае с дозаторами дизельного топлива и неэтилированного бензина, и (5) для смягчения нежелательных побочных эффектов изменений, особенно когда впервые вводятся новые методы или методы лечения.Кроме того, в ходе расследования убийств психиатрическими пациентами было установлено, что протоколы, улучшающие общение между врачами, могут снизить неблагоприятные исходы [45]. Таким образом, в системе возникают клинические ошибки. Хотя индивидуальные факторы важны, любой излишний упор на личные аспекты ошибок вряд ли станет основой для разработки устойчивых к ошибкам систем.

Профилактика

Существует множество предлагаемых стратегий для снижения частоты клинических ошибок.В отчете МОМ [1] и в ответе на него правительства США [46] предлагалось сосредоточить внимание на национальном уровне с целью создания руководящих и исследовательских инструментов для расширения базы знаний о безопасности пациентов. Он также выступал за общенациональную систему обязательной публичной отчетности, которая поможет выявлять ошибки и извлекать уроки из них, включая стремление гарантировать, что анализ первопричин не будет обнаружен во время судебного разбирательства по делу о злоупотреблении служебным положением. Кроме того, он призвал к повышению безопасности за счет действий надзорных организаций, профессиональных групп и других лиц.Наконец, он прямо обратился к медицинским организациям с просьбой обеспечить безопасные методы работы на уровне родов.

В Великобритании в отчете главного врача «Организация с памятью» [47] содержится призыв к изменениям в NHS, которые должны включать унифицированные механизмы отчетности и анализа, когда что-то идет не так, более открытую культуру, в которой ошибки или обслуживание о сбоях можно сообщать и обсуждать, механизмы для обеспечения того, чтобы в случае выявления уроков, необходимые изменения применялись на практике, и гораздо более широкое понимание ценности системного подхода в предотвращении, анализе и извлечении уроков из ошибок.Несомненно, существует совпадение подходов и мышления по ту сторону Атлантики. Однако это совпадение мнений о преимуществах отчетности не разделяется всеми клиническими бригадами или медицинскими организациями [48], и существует мало убедительных доказательств того, что системы выявления ошибок очень полезны, например, при обучении ординаторов [49]. , 50], или даже в уменьшении количества ошибок. Тем не менее, призывы сообщать об инцидентах продолжаются [51,52]. Анализ первопричин был заимствован из оборонной промышленности организациями здравоохранения и распространен как средство снижения риска и повышения безопасности пациентов, но есть сомнения относительно его потенциала для достижения этой цели [53,54].

На более практическом уровне риторика, призывающая к переходу от восприятия медицинских ошибок как производных от индивидуального отказа к системному отказу, и от чрезмерной зависимости от независимого, индивидуального мастерства исполнения к культуре взаимозависимой, совместной, межпрофессиональной командной работы [55]. привело к большему количеству командных тренингов с целью повышения безопасности пациентов [56,57] и продемонстрировало улучшение безопасности пациентов в результате такого обучения [58]. Особым аспектом этого является обучение специально для чрезвычайных ситуаций с использованием подходов, разработанных в авиационной отрасли [59].Более обширным упражнением по обучению команд стало сотрудничество между больницами для изменения процессов и, таким образом, внедрения безопасности пациентов в культуру больниц. Из отчета об этом сотрудничестве ясно, что для обеспечения изменений требуется сильное руководство, даже непокорные вопросы, такие как некарательная отчетность, могут стать институционализированными [60], и что как только наберется импульс, можно продолжить постепенный прогресс [61] .

Использование технологии распознавания голоса в радиологических отчетах и ​​явная частота ошибок были изучены как средство привлечения внимания к риску, сопутствующему использованию новых технологий [62].Использование электронных систем назначения и информационных технологий широко исследовалось как метод уменьшения ошибок при назначении [2,21,63,64,65] и показало свою эффективность [66,67,68]. Участие фармацевта (как члена клинической бригады) в клинических раундах также снижает вероятность побочных эффектов [69,70]. Использование компьютерных протокольных напоминаний, по-видимому, снижает количество ошибок, независимо от стажа работы врача [71], и рекомендуется как средство повышения безопасности пациентов [72,73].По-видимому, не существует каких-либо факторов пациента, которые в значительной степени предсказывают вероятность развития побочных эффектов [67], поэтому клинические характеристики могут быть нелегким средством определения такой вероятности. Принятие решений с помощью компьютера также оказывается полезным [74], как и системы для повышения точности диагностики с использованием алгоритмов, контрольных списков, инструкций и руководств [75]. Другие технологии, которые могут быть полезны для уменьшения количества медицинских ошибок, — это штрих-кодирование, интеллектуальные насосы и компьютеризированный мониторинг ошибок [76].

Некоторые комментаторы утверждают, что стремление уменьшить количество медицинских ошибок за счет использования комбинации сообщений об инцидентах и ​​упора на системный подход вряд ли будет полезным, поскольку поведение врачей основывается на личной идентичности, которая может противоречить руководящим принципам и рекомендациям. / или протоколы [77].Более того, профессиональная независимость, подозрительность к менеджерам и ценности клиницистов могут быть значительными препятствиями на пути системного подхода к сокращению клинических ошибок [78]. Таким образом, систематический подход к разработке методов предотвращения клинических ошибок находится в зачаточном состоянии. Отсутствует последовательный, широко признанный и доказанно эффективный метод. Наиболее многообещающими представляются внедрение новых технологий для помощи в диагностике и принятии клинических решений, а также внедрение электронных систем назначения лекарств.

Медицинская халатность

Претензии по медицинской халатности не совпадают с делами, в которых была обнаружена клиническая ошибка. Исследование Harvard Medical Practice показало, что общий уровень требований о халатности на одну выписку составил 0,13% [79]. Из 280 пациентов в исследовании, у которых возникли побочные эффекты, вызванные клинической ошибкой, только 8 подали иск о врачебной халатности. Это дало оценку отношения нежелательного явления к заявлению о злоупотреблении служебным положением в 7,6: 1. Авторы пришли к выводу, что это явно переоценка, поскольку большинство событий, в отношении которых были заявлены заявления о злоупотреблении служебным положением, не соответствовали критериям исследования нежелательных явлений из-за клинической ошибки.В Великобритании было подсчитано, что ежегодно происходит 90 000 нежелательных явлений, из которых 13 500 связаны со смертью пациентов, но приводят только к примерно 7 000 исков и 2 000 выплат [80].

В 1996/1997 году халатность по медицинским показаниям обошлась Национальной службе здравоохранения (NHS) в Англии в 235 миллионов фунтов стерлингов, а в 2010/2011 годах эта цифра возросла до 863 миллионов фунтов стерлингов [81]. В период с 1989 по 1998 год количество исков о халатности к терапевтам увеличилось в 13 раз. Например, сообщалось, что в 1989 году было подано 38 исков против членов терапевтов Общества медицинской защиты, а к 1998 году их количество возросло до 500.Наибольший рост наблюдался в количестве действий, которые в конечном итоге потерпели неудачу или были отменены [82]. Однако следует отметить, что, в отличие от данных организаций медицинской защиты, оценки требований о халатности в NHS могут быть пересмотрены. Некоторые даже утверждают, что такие оценки преувеличены и что, хотя скорость роста увеличилась, это не означает неконтролируемого взрыва, как иногда предполагают [83]. Растущее количество жалоб о злоупотреблении служебным положением, о которых сообщается в Великобритании, отражается и в других юрисдикциях.В период с 1999 по 2008 год в Саудовской Аравии количество требований выросло с 440 до 1356. Большинство заявлений было в акушерстве, за которым последовала общая хирургия [84].

Образцы и факторы, определяющие иски о злоупотреблениях

В другом исследовании, побочные эффекты составили 6,3% заявлений о злоупотреблениях, и 73% из них были признаны предотвратимыми; половина ошибок произошла в амбулаторных условиях и чаще всего связана с приемом антибиотиков, антидепрессантов, нейролептиков, сердечно-сосудистых препаратов и антикоагулянтов [85]. Значительная часть ADE (13%) привела к судебным разбирательствам, стоимость которых составила 3 ​​доллара США.1 миллион [86]. Конкретным примером ADE, приводящего к иску о врачебной халатности, является использование кортикостероидов. Утверждение о небрежном использовании было наиболее частой причиной для заявления (65%), за которым следовало отсутствие надлежащего информированного согласия (36%) и неспособность поставить диагноз или ошибочный диагноз (22%) [87].

Характер и определяющие факторы судебных разбирательств различаются в зависимости от специальностей, а литература бессистемна. Следующий обзор предназначен только для иллюстративных целей. К хирургической практике обращаются очень часто.Заявления о халатности после операции на щитовидной железе часто связаны с повреждением гортанного нерва (45%). Однако существует мало свидетельств того, что мониторинг гортанного нерва повлиял на структуру заявлений за 20-летний период 1989-2009 гг. [88,89]. За 22-летний период 1985-2007 гг. Урология заняла 12-е место из 28 специальностей по количеству заявленных обращений. Неправильная работа и диагностические ошибки составили 51% жалоб, часто связанных с злокачественными новообразованиями простаты, яичек и почек [90]. В частности, пропущенный диагноз составлял 15% заявлений в другом исследовании, а 71% урологических пропущенных диагнозов приходились на рак, при этом в среднем было выплачено 526 460 долларов США в качестве компенсации за ущерб.Это непропорционально больше, чем компенсация ущерба, выплаченного по другим претензиям о пропущенной диагностике [91]. В бариатрической хирургии анализ 100 заявлений о злоупотреблении служебным положением показал, что средний возраст пациентов составлял 40 лет, 75% составляли женщины, а 81% имели индекс массы тела> 60. Одна треть случаев была диабетической и 38% страдала апноэ во сне. Таким образом, это были очень уязвимые пациенты, но только 22% заполнили подробные формы согласия. Хирурги практикуют более 1 года (42%), и 26% вылечили более 100 случаев каждый.Интраоперационные осложнения возникли у 32%. Побочные эффекты включали подтекание (53%), внутрибрюшной абсцесс (33%), непроходимость кишечника (18%) и серьезные нарушения дыхательных путей (10%). 53 человека умерли, 7% имели тяжелую инвалидность [92].

Подавляющее большинство жалоб о врачебной халатности при хирургических операциях на ухе, носу, горле, голове и шее относились к носу и пазухам (34%) и в 50% случаев касались в основном ненадлежащего исполнения [93]. Наиболее частые осложнения эндоскопической хирургии носовых пазух, приводящие к искам о врачебной халатности, включали утечку спинномозговой жидкости, травмы орбиты и аносмию [94].В области отологии в исследовании, посвященном рассмотрению претензий за 15-летний период, было получено 137 претензий, что составляет 26% всех претензий в отоларингологии. Из 97 удовлетворенных исков 63 были связаны с операционными осложнениями. Это включало 6 случаев операции на неправильной стороне / неправильном месте и 15 случаев неадекватного информированного согласия. Наиболее частыми травмами были потеря слуха, паралич лицевого нерва и дополнительные / ненужные операции [95].

Специалисты по ортопедической реконструкции взрослых привлекаются к суду за предполагаемую врачебную халатность в два раза больше, чем все врачи в целом, и этот показатель оказывается непропорционально высоким в первое десятилетие практики.Общий риск иска о злоупотреблении служебным положением зависит от количества лет, потраченных на практику. После 30 лет практики восстановления взрослых, совокупный уровень предъявления иска хотя бы один раз превышает 90%. Считается, что степень вероятности возникновения иска связана с такими факторами, как условия и размер практики, стажировка, годы практики, объем и место практики, но это еще предстоит убедительно продемонстрировать [96]. После операции по замене тазобедренного / коленного сустава чаще всего упоминалось повреждение нерва, за которым следовали несоответствие длины конечности, инфекция, сосудистое повреждение, вывих бедра, компартмент-синдром, тромбоз глубоких вен, хроническая боль и перипротезный перелом [97].

Удивительно, но у травматологической помощи один из самых низких уровней жалоб в медицине [98].

В офтальмологии жалобы о врачебной халатности в США нечасты. В Великобритании с 1995 по 2006 год было подано 848 претензий на общую сумму 11 миллионов фунтов стерлингов. Катаракта чаще всего приводила к искам, и самый высокий средний размер выплаченного ущерба приходился на педиатрическую офтальмологию, причем иски, связанные с глаукомой, чаще всего приводили к ущербу (170 000 фунтов стерлингов) [99].

В Тегеране исследование жалоб о врачебной халатности в стоматологии показало, что большинство претензий возникло в контексте несъемного протезирования и челюстно-лицевой хирургии в частной практике [100].

Как и другие хирургические специальности, акушерство и гинекология привлекают много жалоб по поводу халатности. Опрос сотрудников Американского колледжа акушеров и гинекологов в 2006 году показал, что на 89% подавали в суд в течение своей карьеры, а 37% — один раз в период проживания. На одного человека было подано 2,6 претензий, и 62% претензий были связаны с акушерской практикой, а не с гинекологией [101].

Детский церебральный паралич связан с одними из самых крупных убытков, выплачиваемых во многих юрисдикциях.В Великобритании в период 1984–1993 годов 20% рождений с церебральным параличом приводили к искам о халатности. Наличие трех основных шаблонных критериев для определения острой гипоксии во время родов, по-видимому, не повлияло на исход случаев [102]. Шведское исследование тяжелой асфиксии плода из-за халатности между 1990 и 2005 годами показало, что наиболее частыми ошибками были неспособность контролировать благополучие плода (98%), игнорирование признаков асфиксии плода (71%), неосторожное использование окситоцина (71 %) и выбор неоптимального способа доставки (52%) [103].В Японии на церебральный паралич приходилось 50% жалоб, связанных с рождением [104].

Следственные специальности также имеют свою долю жалоб на злоупотребления служебным положением. В радиологии частота заявлений о злоупотреблении служебным положением оценивается в 44 случая на 1000 случаев. Чаще всего наблюдались пропущенные аномалии груди, за которыми следовали пропущенные аномалии костей [105]. Осложнения радиологических вмешательств произошли в 10% жалоб, и было несколько претензий, вызванных отказом от назначения дальнейших диагностических обследований [105,106].Другое исследование показало, что треть итальянских радиологов были привлечены к суду, и были доказательства значительного стресса и неудовлетворенности работой, вызванных этим опытом [107]. Средняя задержка диагностики первичного рака груди в шведском исследовании составила 11 месяцев, а при рецидиве рака груди — 3,5 месяца. Считалось, что отсрочка отрицательно повлияла на терапию в 23% случаев и отрицательно повлияла на исход в 11% случаев. Задержки в основном были вызваны неполным клиническим или радиологическим обследованием [108].

Эндоскопия желудочно-кишечного тракта может привести к искам о халатности. Заявленные претензии включали эзофагодуоденоскопию (44%), колоноскопию (22%), эндоскопическую сфинктеротомию (22%) и эндоскопическую ретроградную холангиопанкреатографию (11%). В большинстве утверждений говорилось об ошибке в работе или отсутствии информированного согласия [109].

В ходе исследования судебно-медицинских аспектов жалоб о халатности при патологии с 1988 по 2005 год было выявлено 171 судебное дело. Почти половина из них касалась хирургической патологии; среди остальных случаев цитологического исследования было немного больше, чем клинических патологий.Среди случаев хирургической патологии и в целом наиболее частой причиной судебного разбирательства по делу о врачебной халатности, касающегося патологии, был предполагаемый пропущенный диагноз меланомы на образце биопсии кожи; реже они включали биопсию груди и гинекологические образцы. Из 48 случаев, связанных с цитологией, в 37 были ложноотрицательные мазки из шейки матки. Реже встречались случаи, связанные с тонкоигольным аспиратом молочной железы или щитовидной железы или цитологическими образцами легких. Из 36 случаев клинической патологии 32 были связаны с банком крови, как правило, с инфекцией вируса иммунодефицита человека, полученной при переливании крови [110].

Недостаточно изучена роль плохой коммуникации в определении вероятности судебного разбирательства по делу о халатности. В Японии есть свидетельства того, что суды начинают рассматривать предоставление пациентам неадекватной информации как нарушение обязанности проявлять заботу [111]. Но, что, возможно, более важно, объяснения врача и общение с пациентами, по-видимому, влияют на вероятность заявлений о злоупотреблении служебным положением [112,113].

Из приведенных выше примеров очевидно, что взаимосвязь между клиническими ошибками и заявлениями о злоупотреблении служебным положением является сложной.Конечно, не все клинические ошибки приводят к искам о врачебной халатности, и не все жалобы о врачебной халатности являются результатом клинических ошибок. В одном конкретном исследовании в 3% заявлений не было поддающихся проверке медицинских травм, а в 37% случаев не было ошибок [114]. Другой документ задокументировал факторы, которые влияют на решения пациентов о подаче иска: (1) плохие отношения с поставщиками медицинских услуг или клиницистами до предполагаемой травмы, (2) телевизионная реклама юридических фирм, (3) четкие рекомендации поставщиков медицинских услуг или специалистов по поиску юридическая консультация, (4) создается впечатление, что вас не информируют, и (5) финансовые проблемы [115].Это было американское исследование и может не иметь прямого отношения к другим странам. Это ограничение особенно актуально для финансовых проблем, лежащих в основе прогрессирования клинической ошибки в иск о халатности, поскольку это, казалось, стало заметно среди работающих, когда неоплаченные медицинские счета равнялись или превышали 50% их годового дохода. НЯ, которые, скорее всего, приведут к искам о халатности, связаны с использованием антибиотиков, антидепрессантов или антипсихотических препаратов, сердечно-сосудистых препаратов и антикоагулянтов.Эти явления часто являются серьезными, дорогостоящими и предотвратимыми, и примерно половина из них происходит в амбулаторных условиях.

Криминализация клинических ошибок

Наиболее тревожным аспектом недавних изменений в отношении общества к клиническим ошибкам является рост криминализации смертельных медицинских ошибок. Фернер [116] сообщил о резком росте использования обвинений в непредумышленном убийстве в Великобритании против врачей в период 1970–1999 годов. В периоды 1970–1979 и 1980–1989 годов было всего по 2 случая, тогда как в период 1990–1999 годов было 13 случаев с участием 17 врачей [117].Фернер заключил: «По большинству ошибок … уголовное право неудовлетворительно. Осуждение врачей за непредумышленное убийство может удовлетворить желание возмездия, но мешает тщательно продумать способы предотвращения повторения трагедий ». Это увеличение объясняется изменившимся отношением общества к понятию грубой небрежности. Например, в 1925 году Апелляционный суд подчеркнул важность того, что халатность должна быть грубой, когда он сказал, что халатность обвиняемого должна выходить за рамки простого вопроса компенсации между субъектами и демонстрировать такое пренебрежение к жизни и безопасности других, чтобы преступлению против государства и поведению, заслуживающему наказания.В деле 19 века суд отметил, что «если бы существовала только та забывчивость, которая присуща всем, или если бы была небольшая нехватка навыков … было бы неправильно возбуждать уголовное дело против человека в отношении такого ранения». ‘. Затем суд привел в пример грубой халатности хирурга, который оперировал в нетрезвом виде [118]. Эти изменения совпадают с общественным мнением о том, что врачей следует обвинять в непредумышленном убийстве из-за фатальных клинических ошибок [119]. В Италии самый высокий уровень уголовных преследований врачей за клинические ошибки [120].Также стоит отметить, что Тайвань выделяется как юрисдикция, где врачебные ошибки обычно рассматриваются как уголовные преступления. Один тайваньский врач признается виновным каждые 3 месяца; любопытно, что основания для споров — запоздалый или пропущенный диагноз и хирургические осложнения, неотличимые от таковых в других частях мира [121].

Последствия исков о халатности

Спорный вопрос о том, служат ли иски по небрежности и увеличивающийся выплачиваемый ущерб для предотвращения дальнейшей клинической ошибки.Хотя практикующие врачи могут изменить свою практику таким образом, чтобы она выглядела более юридически оправданной, не наблюдается сопутствующего уменьшения количества исков или ошибок. Более того, идея о том, что поставщики медицинских услуг будут участвовать в программах повышения качества и инициативах по сокращению клинических ошибок из-за желания сдержать растущие расходы, связанные с исками о халатности, не подтверждается фактами [122]. Частично это связано с несоответствием между тем, кто пострадал в результате медицинской халатности, и тем, кто подает в суд, но также и из-за того, что издержки халатности переносятся на третьи стороны.Кроме того, расходы на адвоката составляют значительную часть расходов на защиту независимо от того, доходит ли дело до суда; в одном исследовании это было 74% [123]. Стимул для медицинских работников к сокращению клинических ошибок может быть не особенно сильным. Однако, даже если бы правда, что система здравоохранения действовала решительно для снижения вероятности клинических ошибок, например, приняв и настаивая на использовании основанных на фактических данных рекомендаций как части клинического руководства или схемы повышения качества, остаются вопросы о насколько это действительно повлияет на частоту врачебной халатности.

Одним из нежелательных последствий заявлений о врачебной халатности является защитная медицина, которую можно определить как модификацию клинической практики исключительно для уменьшения воздействия юридических проблем со стороны пациентов, а не по прямым клиническим причинам [124]. Опрос итальянских терапевтов и специалистов показал, что 37% терапевтов и 83% специалистов (включая хирургов и анестезиологов) занимались по крайней мере одной защитной практикой в ​​предыдущем месяце [124]. Спорно, насколько защитная медицина способствует увеличению затрат на медицинское обслуживание.В ортопедии есть убедительные доказательства того, что защитная практика связана с предыдущим опытом подачи иска о врачебной халатности. В американском исследовании защитная визуализация составляла 19,1% от общей стоимости визуализации и 34,7% от общей стоимости. Магнитно-резонансная томография (МРТ) представляла 48,7% защитных изображений, и 38,5% из 501 МРТ были заказаны в целях защиты. Доля защитной визуализации, заказанной хирургами-ортопедами, против которых в течение предыдущих 5 лет были предъявлены иски за врачебную халатность, была значительно больше, чем доля, заказанная теми, на кого не было возбуждено судебное дело в течение того же периода времени [125].Тем не менее, пока нет убедительных доказательств того, что защитная медицина значительно увеличивает расходы на здравоохранение. Существует некоторый консенсус в отношении того, что влияние в лучшем случае является маргинальным [126]. Важно подчеркнуть, что помимо дополнительных затрат на защитную медицину, некоторые из ненужных затрат на здравоохранение могут быть отнесены на счет мотивации получения дополнительных доходов путем проведения ненужных тестов и исследований.

Клинические руководства и заявления о халатности

Клинические руководства систематически разрабатывались для оказания помощи в принятии клинических решений.В исках о врачебной халатности и в суде эти руководящие принципы могут выступать в качестве источника информации при условии, что они разработаны признанным органом и считаются надежными. Их можно рассматривать как нормативные стандарты и использовать как явные стандарты оказания помощи во время индексного клинического события, а также для оценки степени соответствия сомнительной практики принятым стандартам [127]. Гурвиц [128] утверждает, что, если бы суды консультировались с руководящими принципами, поскольку они предоставляют доказательства стандартов, оправданных в отношении доказательств, а не обычаев, это укрепило бы то, что он называет нормативной динамикой права, с смещением акцента с того, что принято делать то, что должно быть; По мнению Гурвица, существует риск рабского следования клиническим рекомендациям.

Выводы

В этой статье обсуждается растущая осведомленность общественности о клинических ошибках, их масштабах и последствиях, особенно тех, которые приводят к побочным эффектам, а также о природе и характере этих ошибок. Между клиническими ошибками и заявлениями о медицинской халатности частично совпадают. Вероятно, не более 1 из 7 нежелательных явлений в медицине приводят к иску о небрежности. Важно понимать, что многие претензии по небрежности обычно не рассматриваются практикующими врачами как возникшие в результате неблагоприятных событий.Тем не менее, факторы, которые предсказывают, что пациент прибегнет к судебному разбирательству, включают предыдущие плохие отношения с клиницистом и ощущение, что пациента не информируют.

Список литературы

  1. Кон Л.Т., Корриган Дж.М., Дональдсон М.С.: Человеку свойственно ошибаться: построение более безопасной системы здравоохранения.Институт медицины, Комитет по качеству здравоохранения в Америке . Вашингтон, Национальная академия прессы, 2000.
  2. Bates DW, Boyle DL, Van der Vliet MB, et al: Взаимосвязь между ошибками приема лекарств и побочными эффектами лекарств. J Gen Intern Med 1995; 10; 199-205.
  3. Сина Дж. Л., Ганди Т. К., Черчилль В. и др.: Сколько ошибок при выдаче лекарств в больничной аптеке остаются незамеченными? Jt Comm J Qual Patient Saf 2006; 32: 73-80.
  4. Форстер А.Дж., Мерфф Х.Дж., Петерсон Дж.Ф. и др.: Частота и тяжесть нежелательных явлений, влияющих на пациентов после выписки из больницы.Энн Интерн Мед 2003; 138: 161-167.
  5. Форстер А.Дж., Мерфф Х.Дж., Петерсон Дж.Ф. и др.: Побочные эффекты, связанные с приемом лекарств, возникающие после выписки из больницы. J Gen Intern Med 2005; 20: 317-323.
  6. Bates DW, Spell N, Cullen DJ, et al: Стоимость побочных эффектов лекарств у госпитализированных пациентов.Исследовательская группа по профилактике нежелательных явлений, связанных с наркотиками. JAMA 1997; 277: 307-311.
  7. Хуг Б.Л., Кеохан С., Сегер Д.Л. и др.: Затраты на побочные эффекты лекарственных препаратов в общественных больницах. Jt Comm J Qual Patient Saf 2012; 38: 120-126.
  8. Field TS, Gilman BH, Subramanian S и др.: Затраты, связанные с побочными эффектами лекарств среди пожилых людей в амбулаторных условиях.Med Care 2005; 43: 1171-1176.
  9. Бреннан Т.А., Хеберт Л.Е., Лэрд Н.М. и др.: Характеристики больниц, связанные с нежелательными явлениями и некачественным уходом. JAMA 1991; 265: 3265-3269.
  10. Бреннан Т.А., Лейп Л.Л., Лэрд Н.М. и др.: Частота нежелательных явлений и халатности у госпитализированных пациентов: результаты Гарвардского исследования медицинской практики I.1991. Qual Saf Health Care 2004; 13: 145-151; диск 151-152.
  11. Leape LL, Brennan TA, Laird N и др.: Природа побочных эффектов у госпитализированных пациентов. Результаты Гарвардского исследования медицинской практики II. N Engl J Med 1991; 324: 377-384.
  12. Каушал Р., Бейтс Д.В., Ландриган С. и др.: Ошибки приема лекарств и побочные эффекты лекарственных средств у педиатрических стационарных пациентов.JAMA 2001; 285: 2114-2120.
  13. Каушал Р., Бейтс Д.В., Абрамсон Э.Л. и др.: Профилактика серьезных медикаментозных ошибок у педиатрических стационаров клиническими фармацевтами на базе отделений. Am J Health Syst Pharm, 2008; 65: 1254-1260.
  14. Каушал Р., Гольдманн Д.А., Кеохан К.А. и др.: Ошибки лечения в педиатрических амбулаторных условиях.Qual Saf Health Care 2010; 19: e30.
  15. Cullen DJ, Sweitzer BJ, Bates DW и др.: Предотвращаемые побочные эффекты лекарственных препаратов у госпитализированных пациентов: сравнительное исследование отделений интенсивной терапии и общей терапии. Crit Care Med 1997; 25: 1289-1297.
  16. Ротшильд Дж. М., Манн К., Кеохан К. А. и др.: Безопасность лекарств в психиатрической больнице.Gen Hosp Psychiatry 2007; 29: 156-162.
  17. Гурвиц Дж. Х., Филд Т. С., Аворн Дж и др.: Частота и возможность предотвращения побочных эффектов лекарственных препаратов в домах престарелых. Am J Med 2000; 109: 87-94.
  18. Гурвиц Дж. Х., Филд Т. С., Харролд Л. Р. и др.: Частота и возможность предотвращения побочных эффектов лекарственных препаратов среди пожилых людей в амбулаторных условиях.JAMA 2003; 289: 1107-1116.
  19. Field TS, Gurwitz JH, Harrold LR, et al: Факторы риска побочных эффектов лекарственных препаратов среди пожилых людей в амбулаторных условиях. J Am Geriatr Soc 2004; 52: 1349-1354.
  20. Ганди Т.К., Вейнгарт С.Н., Борус Дж. И др.: Побочные эффекты лекарственных препаратов в амбулаторной помощи.N Engl J Med 2003; 348: 1556-1564.
  21. Ганди Т.К., Вейнгарт С.Н., Сегер А.С. и др.: Ошибки при назначении амбулаторных больных и влияние компьютеризованного назначения. J Gen Intern Med 2005; 20: 837-841.
  22. Там В.К., Ноулз С.Р., Корниш П.Л. и др.: Частота, тип и клиническое значение ошибок в истории приема лекарств при поступлении в больницу: систематический обзор.CMAJ 2005; 173: 510-515.
  23. Дэвис Дж. У., Фрианер Д. Л., Хойт Д. Б. и др.: Этиология пропущенных травм шейного отдела позвоночника. J. Trauma 1993; 34: 342-346.
  24. Дин Б., Шехтер М., Винсент С. и др.: Ошибки в назначении стационарных пациентов: их частота и клиническое значение.Qual Saf Health Care 2002; 11: 340-344.
  25. Рубин Г., Джордж А., Чинн Д. Д. и др.: Ошибки в общей практике: разработка классификации ошибок и пилотное исследование метода обнаружения ошибок. Qual Saf Health Care 2003; 12: 443-447.
  26. Jha AK, Prasopa-Plaizier N, Larizgoitia I, Bates DW, Рабочая группа по установлению приоритетов исследований Всемирного альянса ВОЗ по безопасности пациентов: исследование безопасности пациентов: обзор мировых данных.Qual Saf Health Care 2010; 19: 42-47.
  27. Карпентер К.Б., Дуэвел М.А., Ли П.В. и др.: Меры безопасности пациентов в развивающихся и развивающихся странах: обзор литературы. Qual Saf Health Care 2010; 19: 48-54.
  28. Крессвелл К.М., Бейтс Д.В., Фансалкар С. и др.: Возможности и проблемы в создании международной централизованной базы знаний для систем поддержки клинических решений в электронном рецепте.BMJ Qual Saf 2011; 20: 625-630.
  29. Фамуларо Г., Сальвини П., Терранова А. и др.: Клинические ошибки в неотложной медицине: опыт работы в отделении неотложной помощи итальянской учебной больницы. Acad Emerg Med 2000; 7: 1278-1281.
  30. Сангтавесин В., Канджанапаттанакул В., Срисан П. и др.: Ошибки лечения в Национальном институте здоровья детей королевы Сирикит.J Med Assoc Thai 2003; 86 (приложение 3): S570-S575.
  31. Моримото Т., Сакума М., Мацуи К., Курамото Н., Тоширо Дж., Мураками Дж. И др.: Частота нежелательных явлений и ошибок при приеме лекарств в Японии: исследование JADE. J Gen Intern Med 2011; 26: 148-153.
  32. Jylhä V, Saranto K, Bates DW: Предотвращаемые побочные эффекты лекарственных средств, их причины и способствующие факторы: анализ данных регистра.Int J Qual Health Care 2011; 23: 187-197.
  33. Сакума М., Моримото Т., Мацуи К. и др.: Эпидемиология потенциально несоответствующего использования лекарств у пожилых пациентов в японских больницах неотложной помощи. Pharmacoepidemiol Drug Saf 2011; 20: 386-392.
  34. Мадея Б: Медико-юридические вскрытия как источник информации для повышения безопасности пациентов.Leg Med (Токио) 2009; 11 (приложение 1): S76-S79.
  35. Причина J: Человеческая ошибка: модели и управление. BMJ 2000; 320: 768-770.
  36. Причина J: Понимание нежелательных явлений: человеческий фактор.Качественное здравоохранение 1995; 4: 80-89.
  37. Leape LL, Bates DW, Cullen DJ и др.: Системный анализ побочных эффектов лекарственных препаратов. Исследовательская группа по профилактике ADE. JAMA 1995; 274: 35-43.
  38. Богнар А., Барах П., Джонсон Дж. К. и др.: Ошибки и бремя ошибок: отношение, восприятие и культура безопасности в детских кардиохирургических бригадах.Ann Thorac Surg 2008; 85: 1374-1381.
  39. Гандер П., Пурнелл Х., Гарден А и др.: Режимы работы и связанный с усталостью риск среди младших врачей. Оккуп Энвайрон Мед 2007; 64: 733-738.
  40. Ландриган С.П., Ротшильд Дж. М., Кронин Дж. В. и др.: Влияние сокращения рабочего времени интернов на серьезные медицинские ошибки в отделениях интенсивной терапии.N Engl J Med 2004; 351: 1838-1848.
  41. Вестбрук Дж. И., Вудс А., Роб М. И. и др.: Связь прерываний с повышенным риском и серьезностью ошибок введения лекарств. Arch Intern Med 2010; 170: 683-690.
  42. Weissman JS, Rothschild JM, Bendavid E, et al: Объем работы больниц и побочные эффекты.Med Care 2007; 45: 448-455.
  43. Borrell-Carrió F, Páez Regadera C, Suñol Sala R и др.: Клиническая ошибка и побочные эффекты: восприятие врачей первичной медико-санитарной помощи. Атен Примария 2006; 38: 25-32.
  44. Stripe SC, Best LG, Cole-Harding S и др.: Факторы когнитивного риска авиационной модели, применяемые к случаям врачебной халатности.J Am Board Fam Med 2006; 19: 627-632.
  45. McGrath M, Oyebode F: Качественный анализ рекомендаций по 79 расследованиям после убийства, совершенного людьми с психическим заболеванием. J Психическое здоровье L 2002: 262.
  46. Качественная межведомственная координационная целевая группа «Делает то, что имеет значение для безопасности пациентов: федеральные меры по сокращению медицинских ошибок и их последствий».Вашингтон, Департамент здравоохранения и социальных служб США, Агентство медицинских исследований и качества, 2000 г.
  47. Милберн A: Организация с памятью: отчет группы экспертов по изучению неблагоприятных событий в NHS. Лондон, Министерство здравоохранения, 2000 г.
  48. Хобгуд С., Се Дж., Вайнер Б. и др.: Выявление, раскрытие и отчетность об ошибках: модели практики трех типов поставщиков неотложной медицинской помощи.Acad Emerg Med 2004; 11: 196-199.
  49. Каллен Д.Д., Бейтс Д.В., Смолл С.Д. и др.: Система отчетности об инцидентах не обнаруживает побочные эффекты лекарств: проблема для улучшения качества. Jt Comm J Qual Improv 1995; 21: 541-548.
  50. Хобгуд С.Д., Ма О.Дж., Сварт Г.Л.: Ошибки врачей скорой помощи: идентификация и использование в образовательных целях.Acad Emerg Med 2000; 7: 1317-1320.
  51. Leape LL: Подход системного анализа к врачебной ошибке. J Eval Clin Pract 1997; 3: 213-222.
  52. Келли С.П., Астбери, штат Нью-Джерси: Безопасность пациентов при хирургии катаракты.Глаз 2006; 20: 275-282.
  53. Иедема Р.А., Йорм К., Лонг Д. и др.: Обращение медицинского взора на себя: анализ первопричин и исследование клинической ошибки. Soc Sci Med 2006; 62: 1605-1615.
  54. Иедема Р., Йорм С., Брейтуэйт Дж .: Управление объемом и воздействием рекомендаций по анализу первопричин.J Health Organ Manag 2008; 22: 569-585.
  55. Leape LL: Ошибки в медицине. Clin Chim Acta 2009; 404: 2-5.
  56. Барретт Дж., Гиффорд С., Мори Дж. И др.: Повышение безопасности пациентов посредством обучения работе в команде.J Healthc Risk Manag 2001; 21: 57-65.
  57. Килнер Э., Шеппард Л.А.: Роль совместной работы и общения в отделении неотложной помощи: систематический обзор. Int Emerg Nurs 2010; 18: 127-137.
  58. Мори Дж. К., Саймон Р., Джей Г. Д. и др.: Снижение количества ошибок и повышение эффективности работы отделения неотложной помощи посредством формального обучения работе в команде: результаты оценки проекта MedTeams.Health Serv Res 2002; 37: 1553-1581.
  59. Schmidt CE, Hardt F, Möller J, et al: Повышение компетентности команды в операционной: учебные программы из авиации. Анестезиолог 2010; 59: 717-722, 724-726.
  60. Leape LL, Kabcenell AI, Gandhi TK, et al: Уменьшение побочных эффектов лекарственных препаратов: совместные уроки прорывной серии.Jt Comm J Qual Improv 2000; 26: 321-331.
  61. Липе Л.Л., Роджерс Дж., Ханна Д. и др.: Разработка и внедрение новых безопасных практик: добровольное принятие посредством сотрудничества в масштабах штата. Qual Saf Health Care 2006; 15: 289-295.
  62. Чанг К.А., Страхан Р., Джолли Д.: Доклинические ошибки при использовании программного обеспечения для диктовки распознавания голоса для отчетов о радиологии: ретроспективный аудит.J Digit Imaging 2011; 24: 724-728.
  63. Бейтс Д.В., Коэн М., Липе Л.Л. и др.: Снижение частоты ошибок в медицине с использованием информационных технологий. J Am Med Inform Assoc 2001; 8: 299-308.
  64. Дивайн Э.Б., Уилсон-Нортон Дж. Л., Лоулесс Н. М. и др.: Характеристика ошибок при назначении в клинике внутренних болезней.Am J Health Syst Pharm 2007; 64: 1062-1070.
  65. Гаванде А.А., Бейтс Д.В.: Использование информационных технологий в улучшении медицинских показателей. Часть III. Инструменты поддержки пациентов. Med Gen Med 2000; 2: E12.
  66. Bates DW, Leape LL, Cullen DJ и др.: Влияние компьютеризированного ввода приказов врача и командного вмешательства на предотвращение серьезных ошибок при приеме лекарств.JAMA 1998; 280: 1311-1316.
  67. Bates DW, Miller EB, Cullen DJ, et al: Факторы риска для пациентов с побочными эффектами лекарств у госпитализированных пациентов. Исследовательская группа по профилактике ADE. Arch Intern Med 1999; 159: 2553-2560.
  68. Вестбрук Дж. И., Рекманн М., Ли Л. и др.: Влияние двух коммерческих электронных систем назначения на частоту ошибок при назначении у стационарных пациентов: до и после исследования.PLoS Med 2012; 9: e1001164.
  69. Leape LL, Cullen DJ, Clapp MD, et al: Участие фармацевта в обходах врача и побочных эффектах лекарств в отделении интенсивной терапии. JAMA 1999; 282: 267-270.
  70. Каушал Р., Бейтс Д.В., Абрамсон Э.Л. и др.: Профилактика серьезных медикаментозных ошибок у педиатрических стационаров клиническими фармацевтами на базе отделений.Am J Health Syst Pharm, 2008; 65: 1254-1260.
  71. Макдональд CJ: Напоминания, основанные на протоколе, качество ухода и несовершенность человека. N Engl J Med 1976; 295: 1351-1355.
  72. Моррис А.Х .: Рациональное использование компьютеризированных протоколов в отделении интенсивной терапии.Crit Care 2001; 5: 249-254.
  73. Моррис А. Алгоритмы лечения и протоколированная помощь. Curr Opin Crit Care 2003; 9: 236-240.
  74. Бейтс Д.В., Коэн М., Липе Л.Л.: Снижение частоты ошибок в медицине с использованием информационных технологий.J Am Med Inform Assoc 2001; 8: 299-308.
  75. Schiff GD, Leape LL: Комментарий: как сделать диагностику более безопасной? Acad Med 2012; 2: 135-138.
  76. Бейтс DW: Предотвращение ошибок при приеме лекарств: резюме.Am J Health Syst Pharm 2007; 64 (приложение 9): S3-S9; викторина S24-S26.
  77. Макдональд Р., Варинг Дж., Харрисон С. Правила, безопасность и нарративизация идентичности: тематическое исследование больничной операционной. Sociol Health Illn 2006; 28: 178-202.
  78. Стори Дж., Бьюкенен Д.: Управление здравоохранением и организационные препятствия на пути обучения на ошибках.J Health Organ Manag 2008; 22: 642-651.
  79. Localio AR, Lawthers AG, Brennan TA и др.: Связь между заявлениями о злоупотреблении служебным положением и нежелательными явлениями из-за халатности. Результаты Гарвардского исследования медицинской практики III. N Engl J Med 1991; 325: 245-251.
  80. Towse A, Danzon P: Медицинская халатность и NHS: экономический анализ.Экономика здоровья 1999; 2: 93-101.
  81. Национальная служба здравоохранения. Основные факты о нашей работе. www.nhsla.com/home.htm (по состоянию на 19 октября 2012 г.).
  82. Дайер К.: Перед врачами общей практики обостряются судебные тяжбы.BMJ 1999; 7187: 830.
  83. Фенн П., Диакон С., Грей А. и др.: Текущая стоимость медицинской халатности в больницах NHS: анализ базы данных по претензиям. BMJ 2000; 320: 1567-1571.
  84. Аль-Саид А.Х .: Судебное разбирательство по делу о медицинской ответственности в Саудовской Аравии.Саудовская Аравия Ж. Анаэст 2010; 4: 122-126.
  85. Ротшильд Дж. М., Федерико Ф. А., Ганди Т. К. и др.: Анализ заявлений о злоупотреблениях, связанных с приемом лекарств: причины, предотвратимость и затраты. Arch Intern Med 2002; 162: 2414-2420.
  86. Келли В.Н.: Возможные риски и профилактика.Часть 4. Сообщения о значительных нежелательных явлениях, связанных с лекарственными препаратами. Am J Health Syst Pharm 2001; 58: 1406-1412.
  87. Nash JJ, Nash AG, Leach ME и др.: Медицинская халатность и использование кортикостероидов. Otolaryngol Head Neck Surg 2011; 144: 10-15.
  88. Абадин С.С., Каплан Е.Л., Ангелос П. Судебная практика по поводу халатности после операции на щитовидной железе: роль рецидивирующих травм гортанного нерва, 1989-2009 гг.Хирургия 2010; 148: 718-722; диск 722-723.
  89. Singer MC, Iverson KC, Terris DJ: Заявления о злоупотреблении служебным положением, связанным с тиреоидэктомией. Отоларингол, хирургия головы и шеи 2012; 146: 358-361.
  90. Бенсон Дж. С., Куган К. Л.: Урологическая халатность: анализ возмещения ущерба и данных требований с 1985 по 2007 гг.Журнал Урол 2010; 184: 1086-1090; викторина 1235.
  91. Барсук В.Дж., Моран М.Э., Абрахам С. и др.: Пропущенные диагнозы урологами, приводящие к оплате халатности. Дж. Урол 2007; 178: 2537-2539.
  92. Коттам Д., Лорд Дж., Даллал Р.М. и др.: Судебно-медицинский анализ 100 исков о халатности против бариатрических хирургов.Surg Obes Relat Dis 2007; 3: 60-66; диск 66-67.
  93. Доусон Д.Е., Краус Е.М.: Медицинская халатность и ринология. Am J Rhinol 2007; 21: 584-590.
  94. Lydiatt DD, Sewell RK: Медицинская халатность и заболевание носовых пазух.Отоларингол, хирургия головы и шеи 2008; 139: 677-681.
  95. Мэтью Р., Азимакопулос Э., Валентин П.: К более безопасной практике в отологии: отчет о 15-летних жалобах на клиническую халатность. Ларингоскоп 2011; 121: 2214-2219.
  96. МакГрори Б.Дж., Бал Б.С., Йорк С. и др.: Демографические данные хирурга и врачебная халатность при реконструкции взрослых.Clin Orthop Relat Res 2009; 467: 358-366.
  97. Упадхьяй А., Йорк С., Маколей В. и др.: Медицинская халатность при артропластике тазобедренного и коленного суставов. J Arthroplasty 2007; 22 (приложение 2): 2-7.
  98. McGwin G, Wilson SL, Bailes J, et al: Риск злоупотребления служебным положением: помощь при травмах по сравнению с другими хирургическими и медицинскими специальностями.J Trauma 2008; 64: 607-612; диск 612-613.
  99. Али Н .: Десятилетие клинической халатности в офтальмологии. BMC Ophthalmol 2007; 7:20.
  100. Киани М., Шейхазади А: Пятилетнее исследование заявлений о халатности стоматологов в Тегеране, Иран.J Forensic Leg Med 2009; 16: 76-82.
  101. Червенак Ю.Л .: Обзор профессиональной ответственности. Clin Perinatol 2007; 34: 227-232.
  102. Гринвуд С., Ньюман С., Импей Л. и др.: Судебный процесс по церебральному параличу и клинической халатности: когортное исследование.BJOG 2003; 110: 6-11.
  103. Берглунд С., Грюневальд С., Петтерссон Х. и др.: Тяжелая асфиксия из-за халатности при родах в Швеции, 1990-2005 гг. BJOG 2008; 115: 316-323.
  104. Уэсуги Н., Яманака М., Сузуки Т. и др.: Анализ судебных дел о медицинской халатности, связанных с рождением ребенка, в Японии: обзор и обсуждение внедрения системы компенсации без вины.Журнал J Obstet Gynaecol Res 2010; 36: 717-725.
  105. Fileni A, Magnavita N: 12-летнее наблюдение за исками о врачебной халатности против радиологов в Италии. Радиол Мед 2006; 111: 1009-1022.
  106. Филени А., Магнавита Н., Мирк П. и др.: Риск судебного разбирательства по поводу радиологической халатности в Италии: обсервационное исследование за 14-летний период.AJR Am J Roentgenol 2010; 194: 1040-1046.
  107. Филени А., Магнавита Н., Мамми Ф. и др.: Стресс-синдром из-за халатности у радиологов и радиотерапевтов: предполагаемые причины и последствия. Радиол Мед 2007; 112: 1069-1084.
  108. Хафстрём Л., Йоханссон Х., Альберг Дж.: Задержка диагностики рака груди — анализ претензий в Шведский совет по противозаконным действиям (LÖF).Грудь 2011; 20: 539-542.
  109. Хияма Т., Танака С., Йошихара М. и др.: Судебный процесс по врачебной халатности, связанный с эндоскопией желудочно-кишечного тракта в Японии: двух десятилетний обзор гражданских судебных дел. Всемирный журнал J Gastroenterol 2006; 12: 6857-6860.
  110. Корнштейн MJ, Бирн SP: Судебно-медицинский аспект ошибки в патологии: поиск вердиктов присяжных и урегулирований.Arch Pathol Lab Med 2007; 131: 615-618.
  111. Хагихара А., Хамасаки Т., Абэ Т.: Связь между объяснительным поведением врача и некачественной помощью в рассмотренных делах в Японии. Int J Gen Med 2011; 4: 289-297.
  112. Хамасаки Т., Такехара Т., Хагихара А. Навыки общения врачей с пациентами и юридическая ответственность в судебных разбирательствах по делу о врачебной халатности в Японии.BMC Fam Pract 2008; 9: 43.
  113. Хамасаки Т., Хагихара А. Объяснительное поведение и юридическая ответственность врачей в судебных разбирательствах по делу о врачебной халатности в Японии. BMC Med Ethics 2011; 12: 7.
  114. Стаддерт Д.М., Мелло М.М., Гаванде А.А. и др.: Претензии, ошибки и компенсационные выплаты в судебных тяжбах по поводу врачебной халатности.N Engl J Med 2006; 354: 2024-2033.
  115. Хайке Л.И., Хайке М.М.: Характеристики потенциальных истцов в судебном процессе о халатности. Энн Интерн Мед 1994; 120: 792-798.
  116. Фернер РЭ: Ошибки в лечении, которые привели к обвинениям в непредумышленном убийстве.BMJ 2000; 321: 1212-1216.
  117. Холбрук Дж .: Криминализация фатальных медицинских ошибок. BMJ 2003; 7424: 1118-1119.
  118. Кей Н., Грин А., Макдауэлл С.Э. и другие: Следует ли обвинять врачей, допустивших клинические ошибки, в непредумышленном убийстве? Опрос медицинских работников и представителей общественности.Закон о медицинских науках 2008; 48: 317-324.
  119. Traina F: Медицинская халатность: опыт Италии. Clin Orthop Relat Res 2009; 467: 434-442.
  120. Lin PJ: Судебные решения по уголовным делам о врачебной халатности на Тайване.Leg Med (Токио) 2009; 11 (приложение 1): S376-S378.
  121. Мелло М.М., Бреннан Т.А.: Сдерживание врачебных ошибок: теория и доказательства для реформы злоупотребления служебным положением. Tex L Rev 2001; 80: 1595.
  122. Кэрролл А.Е., Парих П.Д., Будденбаум Дж.Л .: Влияние расходов на защиту в исках о врачебной халатности.Этика J Law Med 2012; 40: 135-142.
  123. Катино М., Селотти С: Проблема защитной медицины: два итальянских обзора. Stud Health Technol Inform 2009; 148: 206-221.
  124. Миллер Р.А., Сэмпсон Н.Р., Флинн Дж. М.: Распространенность защитной ортопедической визуализации: предполагаемый аудит практики в Пенсильвании.J Bone Joint Surg Am 2012; 94: e18.
  125. Гермер Л.Д., Броуди Х .: Защитная медицина, сдерживание затрат и реформа. J Gen Intern Med 2010; 25: 470-473.
  126. Чен XY: Защитная медицина или экономически мотивированная коррупция? Конфуцианские размышления о врачебной помощи в современном Китае.J Med Philos 2007; 32: 635-648.
  127. Дэвис Дж .: Клинические рекомендации как инструмент правовой ответственности. Международная перспектива. Закон о медицине 2009; 28: 603-613.
  128. Гурвиц Б. Как рекомендации, основанные на доказательствах, влияют на определение медицинской халатности? BMJ 2004; 329: 1024-1028.

Автор Контакты

Доктор Феми Ойебоде

Бирмингемский университет, Национальный центр психического здоровья

25 Винсент Драйв, Эджбастон

Бирмингем B15 2FG (Великобритания)

Электронная почта [email protected]


Подробности статьи / публикации

Предварительный просмотр первой страницы

Получено: 21 мая 2012 г.
Принято: 4 декабря 2012 г.
Опубликовано в Интернете: 18 января 2013 г.
Дата выпуска: июнь 2013 г.

Количество страниц для печати: 11
Количество рисунков: 0
Количество столов: 0

ISSN: 1011-7571 (печатный)
eISSN: 1423-0151 (онлайн)

Для дополнительной информации: https: // www.karger.com/MPP


Лицензия открытого доступа / Дозировка лекарства / Заявление об ограничении ответственности

Open Access License: это статья в открытом доступе под лицензией Creative Commons Attribution-NonCommercial 3.0 Unported (CC BY-NC) (www.karger.com/OA-license), применимой к онлайн-версии только статья. Распространение разрешено только в некоммерческих целях.
Дозировка лекарства: авторы и издатель приложили все усилия, чтобы гарантировать, что выбор и дозировка лекарства, указанные в этом тексте, соответствуют текущим рекомендациям и практике на момент публикации.Тем не менее, ввиду продолжающихся исследований, изменений в правительственных постановлениях и постоянного потока информации, касающейся лекарственной терапии и реакций на них, читателю рекомендуется проверять листок-вкладыш для каждого препарата на предмет любых изменений показаний и дозировки, а также дополнительных предупреждений. и меры предосторожности. Это особенно важно, когда рекомендованным агентом является новый и / или редко применяемый препарат.
Отказ от ответственности: утверждения, мнения и данные, содержащиеся в этой публикации, принадлежат исключительно отдельным авторам и соавторам, а не издателям и редакторам.Появление в публикации рекламы и / или ссылок на продукты не является гарантией, одобрением или одобрением рекламируемых продуктов или услуг или их эффективности, качества или безопасности. Издатель и редактор (-ы) не несут ответственности за любой ущерб, причиненный людям или имуществу в результате любых идей, методов, инструкций или продуктов, упомянутых в контенте или рекламе.

Страница не найдена | Институт мира США

Найдите USIP.org

Тип содержания Публикация в блогеУведомление на сайтеЦентрКурсЦифровая библиотека мирного процесса в Южном СуданеСобытиеВнешние новостиСтажировкаТема обсужденияGC — Academy LandingGC — Продвижение курсаGC — СобытиеГлоссарий TermGrantINPROL PublicationLanding PageНовостиОнлайн-курсСтраницаЛицаПроектыСтраницаПубликацияПубличное образованиеБиблиотечный ресурс

Страны Африка-Ангола-Бенин-Ботсвана-Буркина-Фасо-Бурунди-Камерун-Кабо-Верде-Центральноафриканская Республика-Чад-Коморские Острова-Кот-д’Ивуар-Демократическая Республика Конго-Джибути-Экваториальная Гвинея-Эритрея-Эфиопия-Габон-Гана- Гвинея-Гвинея-Бисау-Кения-Лесото-Либерия-Мадагаскар-Малави-Мали-Мавритания-Маврикий-Мозамбик-Намибия-Нигер-Нигерия-Руанда-Сан-Томе и Принсипи-Сенегал-Сейшельские острова-Сьерра-Леоне-Сомали-Южная Африка-Южная Африка Судан-Судан-Свазиленд-Танзания-Гамбия-Республика Конго-Того-Уганда-Замбия-Зимбабве Америка-Антигуа и Барбуда-Аргентина-Багамы-Барбадос-Белиз-Боливия-Бразилия-Канада-Чили-Колумбия-Коста-Рика- Куба-Доминика-Доминиканская Республика-Эквадор-Сальвадор-Гренада-Гватемала-Гайана-Гаити-Гондурас-Ямайка-Мексика-Никарагуа-Панама-Парагвай-Перу-Сент-Китс и Невис-Сент-Люсия-Сент-Винсент и Гренадины-Тринидад и Тобаго-США-Уругвай-Венесуэла Азия-Афганистан-Австралия-Бангладеш-Бутан-Бруней-Бирма-Камбоджа-Китай-Фиджи-Индия-Индонезия-Япония-Казахстан-Кирибати-Кыргызстан Стан-Лаос-Малайзия-Мальдивы-Маршалловы острова-Микронезия-Монголия-Науру-Непал-Новая Зеландия-Северная Корея-Пакистан-Палау-Папуа-Новая Гвинея-Филиппины-Самоа-Сингапур-Соломоновы острова-Южная Корея-Шри-Ланка-Суринам- Таджикистан-Таиланд-Восточный Тимор-Тонга-Туркменистан-Тувалу-Узбекистан-Вануату-Вьетнам-Европа-Албания-Андорра-Армения-Австрия-Азербайджан-Беларусь-Бельгия-Босния-Герцеговина-Болгария-Хорватия-Кипр-Чехия-Дания-Эстония- Финляндия-Франция-Грузия-Германия-Греция-Гренландия-Святой Престол (Ватикан) -Венгрия-Исландия-Ирландия-Италия-Косово-Латвия-Лихтенштейн-Литва-Люксембург-Македония-Мальта-Молдова-Монако-Черногория-Нидерланды-Норвегия -Польша-Португалия-Румыния-Россия-Сан-Марино-Сербия-Словакия-Словения-Испания-Швеция-Швейцария-Турция-Украина-Соединенное Королевство Ближний Восток и Северная Африка-Алжир-Бахрейн-Египет-Иран-Ирак-Израиль и палестинские территории -Иордания-Кувейт-Ливан-Ливия-Марокко-Оман-Катар-Саудовская Аравия-Сирия-Тунис-Объединенные Арабские Эмираты-Йемен

Области проблемы Военно-гражданские отношенияАнализ и предотвращение конфликтовДемократия и управлениеЭкономика и окружающая средаОбразование и обучениеЭлекторальное насилиеХрупкость и устойчивость ПолГлобальное здоровьеГлобальная политикаПрава человекаСправедливость, безопасность и верховенство законаМедиация, переговоры и диалогНасильственные действияПроцессы мирного урегулированияПримирение 9000Религия5 Сортировать

Актуальность

Дата

УК РФ (Р.S.C., 1985, с. C-46)

ЧАСТЬ VIII Действия против личности и репутации (продолжение)

Обязанности, направленные на сохранение жизни (продолжение)

Примечание на полях: Обязанность лиц, совершающих действия, опасные для жизни

216 Каждый, кто берет на себя обязательство провести хирургическое или медицинское лечение другому человеку или совершить любое другое законное действие, которое может поставить под угрозу жизнь другого человека, за исключением случаев по необходимости, в соответствии с юридической обязанностью иметь и использовать при этом разумные знания, навыки и осторожность.

Маргинальное примечание: Обязанности лиц, совершающих действия

217 Каждый, кто обязуется совершить действие, несет юридическую обязанность сделать это, если бездействие в совершении действия опасно или может быть опасным для жизни.

Примечание на полях: Обязанность лиц, направляющих работу

217,1 Каждый, кто берет на себя или имеет право руководить тем, как другое лицо работает или выполняет задание, несет юридическую обязанность принимать разумные меры для предотвращения причинения ему телесных повреждений. человек или любое другое лицо, возникшее в результате этой работы или задачи.

Примечание на полях: Отказ от ребенка

218 Каждый, кто незаконно бросает или разоблачает ребенка в возрасте до десяти лет, так что его жизнь находится или может быть подвергнута опасности или его здоровье навсегда ранен,

  • (а) виновен в преступлении, преследуемом по обвинительному акту, и подлежит лишению свободы на срок до пяти лет; или

  • (b) виновен в правонарушении, наказуемом в порядке суммарного судопроизводства.

Уголовная халатность

Примечание на полях: Уголовная халатность

  • 219 (1) Криминальной халатностью является каждый, кто

    • (a) в каких-либо действиях, или

    • (b) в бездействии что это его долг,

    демонстрирует безрассудное или безрассудное пренебрежение к жизни или безопасности других людей.

  • Определение обязанности

    (2) Для целей данного раздела пошлина означает обязанность, установленную законом.

Примечание на полях: Причинение смерти по преступной халатности

220 Каждое лицо, которое по преступной халатности причиняет смерть другому лицу, виновно в правонарушении и несет ответственность

  • (a) если огнестрельное оружие используется при совершении преступление, к пожизненному лишению свободы и минимальному наказанию в виде лишения свободы на срок до четырех лет; и

  • (б) в любом другом случае — к пожизненному лишению свободы.

  • Р.С., 1985, с. С-46, с. 220
  • 1995, г. 39, с. 141

Примечание на полях: Причинение телесных повреждений по преступной халатности

221 Каждое лицо, которое по преступной халатности причиняет телесные повреждения другому лицу, виновно в

  • (a) уголовном преступлении и подлежит лишению свободы на срок не более более 10 лет; или

  • (b) преступление, наказуемое в порядке суммарного судимости.

Убийство

Примечание на полях: Убийство

  • 222 (1) Человек совершает убийство, когда прямо или косвенно каким-либо образом он вызывает смерть человека.

  • Примечание на полях: Виды убийств

    (2) Убийство является виновным или невиновным.

  • Примечание на полях: Невиновное убийство

    (3) Убийство, не являющееся виновным, не является правонарушением.

  • Примечание на полях: Виновное убийство

    (4) Виновное убийство — это убийство, непредумышленное убийство или детоубийство.

  • Примечание на полях: То же

    (5) Лицо совершает преступное убийство, когда оно вызывает смерть человека,

    • (a) в результате противоправного действия;

    • (б) по преступной халатности;

    • (c) заставляя это человеческое существо посредством угроз или страха насилия или обмана сделать что-либо, что приведет к его смерти; или

    • (d) путем умышленного запугивания этого человека в случае ребенка или больного человека.

  • Примечание на полях: Исключение

    (6) Невзирая ни на что в этом разделе, человек не совершает убийство в значении настоящего Закона только по той причине, что он вызывает смерть человека, добывая ложным путем. доказательства, осуждение и смерть этого человека по приговору закона.

Примечание на полях: Когда ребенок становится человеком

  • 223 (1) Ребенок становится человеческим существом по смыслу настоящего Закона, когда он полностью произошел в живом состоянии из тела своей матери, независимо от того, произошел ли он. или нет

    • (а) он дышал;

    • (б) имеет самостоятельное обращение; или

    • (c) нить пупка разорвана.

  • Примечание на полях: Убийство ребенка

    (2) Человек совершает убийство, когда он причиняет ребенку травму до или во время его рождения, в результате чего ребенок умирает, став человеком.

Примечание на полях: Смерть, которую можно было предотвратить

224 Если человек своим действием или бездействием делает что-либо, что приводит к смерти человека, он вызывает смерть этого человека, несмотря на эту смерть от эту причину можно было предотвратить, прибегнув к надлежащим средствам.

Примечание на полях: Смерть в результате лечения травмы

225 Если человек причиняет человеку телесные повреждения, которые сами по себе являются опасными и влекут за собой смерть, он вызывает смерть этого человека, несмотря на то, что Непосредственной причиной смерти является надлежащее или ненадлежащее добросовестное лечение.

Примечание на полях: Ускорение смерти

226 Если человек причиняет человеку телесные повреждения, которые приводят к смерти, он вызывает смерть этого человека, несмотря на то, что последствия телесных повреждений только ускоряют его смерть от болезни или расстройства, возникшего по какой-либо другой причине.

Примечание на полях: Освобождение от медицинской помощи при смерти

  • 227 (1) Ни один практикующий врач или практикующая медсестра не совершает виновного убийства, если они оказывают человеку медицинскую помощь в случае смерти в соответствии с разделом 241.2.

  • Примечание на полях: Исключение для лица, оказывающего помощь практикующему врачу

    (2) Ни одно лицо не является стороной виновного в убийстве, если оно делает что-либо с целью оказания помощи практикующему врачу или практикующей медсестре для оказания лицу медицинской помощи при смерти в в соответствии с разделом 241.2.

  • Примечание на полях: разумное, но ошибочное мнение

    (3) Для большей уверенности применяется исключение, указанное в подразделах (1) или (2), даже если лицо, ссылающееся на него, имеет разумное, но ошибочное мнение о любом тот факт, что это элемент освобождения.

  • Примечание на полях: Неприменение статьи 14

    (4) Раздел 14 не применяется в отношении лица, которое соглашается на причинение ему смерти посредством медицинской помощи при смерти, предоставляемой в соответствии с разделом 241.2.

  • Примечание на полях: Определения

    (5) В этом разделе медицинская помощь при смерти , практикующий врач и практикующая медсестра имеют те же значения, что и в разделе 241.1.

  • Р.С., 1985, с. С-46, с. 227
  • Р.С., 1985, с. 27 (1-е приложение), с. 34
  • 1997, г. 18, с. 9
  • 1999, г. 5, с. 9
  • 2016, г. 3, с. 2

Примерная причина — приблизительное определение причины

Действия физического (или юридического) лица, которое несет вам долг, должны быть в достаточной степени связаны с вашими травмами, чтобы закон считал, что это лицо причинило вам травмы с юридической точки зрения.Если чьи-то действия являются отдаленной причиной вашей травмы, они не являются непосредственной причиной. Однако, если ваша травма не произошла бы «без» действий другого человека, то обычно вы можете сделать вывод, что имелась непосредственная причинная связь. Обычно это простой вопрос.

Пример: водитель «Автомобиль A» проезжает на красный свет и попадает в «Автомобиль B», который имел зеленый свет, в результате чего водитель автомобиля B получил травму. Водитель автомобиля A был обязан не проехать на красный свет. , и, при отсутствии смягчающих обстоятельств, оправдывающих проезд на красный свет, его действия при этом непосредственно (и, следовательно, непосредственно) нанесли травмы водителю автомобиля B.

Но ближайшая причина также может быть самой сложной проблемой в случае травмы. Не каждая отдаленная причина травмы дает право на возмещение ущерба.

Пример: водитель «Автомобиль A» проезжает на красный свет, а «Автомобиль B», имеющий зеленый свет, поворачивает, чтобы избежать столкновения. Водитель автомобиля Б кипит и нервничает. Расстроенный водитель автомобиля B продолжает движение и через три квартала попадает в припаркованную машину, травмируя себя. Водитель Автомобиля B может попытаться заявить, что действия водителя Автомобиля A нанесли ему травму, когда он ударился о припаркованный автомобиль.И это вполне может быть отдаленной причиной; но, вероятно, это не ближайшая причина.

Иногда действия пострадавшего могут быть причиной их собственных травм.

Пример: вы играете в мяч, и ваш мяч перелетает через забор на чужую собственность. Забор заперт, и табличка гласит: «Не входи; звонить в звонок.» Вы звоните в колокольчик, и хозяин открывает вам ворота, приглашая в свою собственность. Вы объясняете, что потеряли мяч. Владелец говорит вам подождать у ворот, пока он заберет ваш мяч, «потому что двор небезопасен.«Хозяин начинает собирать мяч, странным образом шагая по своему двору. Вы теряете терпение и решаете следовать за ним. Вы идете по траве и через несколько секунд замечаете, что ваши ноги кровоточат, потому что вокруг есть стекло. Владелец знал, что стакан был там, и не сказал вам. Но может возникнуть вопрос, не повлияли ли действия владельца на ваши травмы, поскольку он предупреждал вас, что двор опасен и что вам следует подождать, пока он получит мяч.

Могут ли действия разных людей быть непосредственной причиной моей травмы?

Да. Если два или более отдельных человека нарушают обязанности и каждое действие является непосредственной причиной вашей травмы, вы можете оправиться от каждого человека.

Сравнительная ошибка — что, если ответчик скажет, что я способствовал получению травм?

Закон штата Нью-Йорк о телесных повреждениях действует на основе так называемой «сравнительной вины». Это означает, что при оценке вины и, следовательно, ущерба, суд рассмотрит, несет ли ответчик менее 100% ответственности, потому что ваше поведение также способствовало вашей собственной травме.Ответчик несет ответственность за меньший размер вашего ущерба, если вы сами способствовали нанесению травмы.

Пример. Вы находитесь в магазине, и товар, который вы хотите купить, находится в проходе, который заблокирован табличкой с надписью «скользкий пол — держитесь подальше от пола». Вы решаете дотянуться до своего предмета, который находится на расстоянии вытянутой руки. Когда вы дотягиваетесь, ваши ноги выходят в проход, вы поскользнулись и упали, повредив бедро. Суд может решить, что магазин проявил халатность в том, как заблокировал проход, и что вы были виноваты на 0%.Суд также может решить, что из-за того, что вы проигнорировали предупреждение, вы были виноваты на 10%, на 50% на вине, на 90% или даже полностью. Какой бы процент ни был, он будет вычтен из вашего выздоровления. Таким образом, если у вас есть убытки в размере 10 000 долларов и ваша вина составляет 25%, вы вернете только 7 500 долларов.

Я думаю, что я пострадал в результате противоправного поведения другого человека:

  • Немедленно обратитесь за медицинской помощью
  • Задокументируйте свои претензии как можно тщательнее
  • Ваше время для подачи иска ограничено; как можно скорее обратитесь к адвокату по травмам

В этой области права могут произойти изменения.Предоставленная информация предоставляется вам как общественная услуга с помощью добровольных юридических редакторов и предназначена для того, чтобы помочь вам лучше понять закон в целом. Он не предназначен для использования в качестве юридической консультации по вашей конкретной проблеме или замены консультации юриста.

Заявление о халатности в деле о причинении личного вреда

Что такое халатность?

Если вам причинен вред из-за неосторожных действий или бездействия другого лица, то это лицо или компания могут быть привлечены к ответственности (юридической ответственности) за причиненный вам вред.Юридический термин для этой небрежности — «халатность». (1)

Дела о халатности — это гражданские дела, известные как «деликтные действия». Термин «деликт» просто означает правонарушение. Закон о халатности позволяет вам подать в суд на кого-либо за вред, который они причинили вам случайно или по неосторожности. (2) Халатность имеет место, когда чьи-то действия или бездействие не соответствуют разумным стандартам осторожности. (3)

Этот разумный стандарт заботы основан на представлении о том, «что« обычный »или« разумный человек »сделал бы в аналогичных обстоятельствах», — заявляет Американская ассоциация адвокатов. (4)

Кто может быть небрежным?

Халатность может проявляться во многих отраслях, профессиях и обстоятельствах. Это может случиться в любой момент, когда кто-то действует невнимательно или опрометчиво.

Существует множество ситуаций, в которых небрежность может сыграть роль. Вот несколько примеров:
  • Автомобильные аварии составляют тысячи исков о травмах каждый год.
  • Медицинская халатность — когда врачи и больницы делают что-то неправильно — может привести к смерти или необратимому ущербу.
  • Несчастные случаи на рабочем месте, которые происходят на вашем рабочем месте или в другом бизнесе, затрагивают миллионы людей в США
  • Часто случаются несчастные случаи поскользнуться, споткнуться и упасть, особенно если имеется неисправный, опасный тротуар или другой дефект помещения.
  • Дети получают вред, когда их оставляют с опекунами или в некомпетентных учреждениях.
  • Пожилые люди, которым требуются услуги, предоставляемые домами престарелых, программами дневного ухода за взрослыми и уходом на дому, могут пострадать от ненадлежащего ухода.
  • Издевательства или киберзапугивание могут нанести детям долгосрочный вред, как физически, так и эмоционально, или даже привести к самоубийству.
  • Стрельба, будь то в школе или в других общественных местах, приводит к большому количеству жертв, получающих ранения от легких до смертельных.

Если вы или ваш близкий получили травму в результате халатности, свяжитесь с нами для получения бесплатной консультации.

Получите бесплатный обзор кейса

Классификации

Неосторожные действия обычно делятся на две категории: обычные или грубые.

Обычная халатность — это когда «одно лицо не принимает разумных мер предосторожности, что приводит к причинению вреда другому». Например, когда водитель не останавливается перед знаком «Стоп», это обычная халатность. (5)

С другой стороны, грубая небрежность «подразумевает нечто большее, чем простая небрежность … Она означает крайнее пренебрежение или безразличие к безопасности других». (6) Примером грубой небрежности может быть ситуация, когда водитель не останавливается перед школьным автобусом, когда дети садятся или выходят, и вместо этого пытается его объехать.

Как установить доказательства халатности или отсутствия разумной осторожности

Халатность состоит из пяти элементов. Этими элементами являются:
(7)
  • Долг.
  • Нарушение.
  • Причина.
  • Примерная причина.
  • Вред.
Чтобы доказать факт халатности, в вашем иске необходимо указать:
(8)
  • Существовала юридическая обязанность ответчика (предъявленного иска) перед истцом (лицом, подавшим иск).
  • Ответчик нарушил данную обязанность.
  • Истцу причинен вред (убытки).
  • Нарушение ответчика причинило истцу вред.

Что такое долг?

Долг — это ответственность или обязательство членов общества друг перед другом. Пагубное поведение является невыполнением долга. (9)

Определение обязанности действовать

Иногда обязанность действовать предусмотрена законом. Законы многих штатов требуют, чтобы вы остановились и помогли пострадавшему, например, в результате несчастного случая.Вы также можете быть обязаны по закону помочь спасти кого-то от наводнения или пожара или попытаться предотвратить причинение вреда другим, предупредив людей о надвигающейся опасности.

Часто эти законы напрямую применяются к обученным специалистам, таким как службы быстрого реагирования и медицинский персонал.

Однако эти законы могут быть нацелены на любую группу граждан, которые, действуя, могут предотвратить нанесение вреда себе и другим. Подумайте о городских законах, согласно которым домовладельцы обязаны расчищать тротуары перед своими домами в течение 24 часов после снегопада.

Если обязанность действовать не предусмотрена законом, суд может определить, что обязанность действовать существует, на основании того, что разумный человек сделал бы в аналогичных обстоятельствах. Иногда это называют правилом «разумного стандарта обслуживания».

Кроме того, суд может принять решение о наличии обязанности действовать на основании ваших отношений с лицом, против которого вы подаете в суд. Некоторые отношения относятся к категории добровольных, а другие — к профессиональным.

Могут существовать добровольные отношения между соседями или между домовладельцами и гостями, посещающими их дом.

Профессиональные отношения могут включать врача и пациента или юриста и клиента. (10)

Если существует обязанность действовать, следующим соображением будет вопрос о том, была ли эта обязанность нарушена.

Нарушение служебных обязанностей

Нарушение служебных обязанностей относится к поведению (действиям) или бездействию (бездействию) лица или компании, которое причиняет кому-либо вред. И долг может зависеть от отношений между вами и тем, кому вы судитесь.

Кроме того, современный закон требует, чтобы человек действовал с разумной заботой о безопасности других и себя.Когда человек действует неосторожно, не заботясь о своей безопасности или безопасности других, он нарушает свои обязанности. (11)

При установлении нарушения служебных обязанностей суды ищут ответы на следующие вопросы:
(12)
  • Участвовал ли ответчик в создании риска, повлекшего причинение вреда истцу?
  • Вызвался ли ответчик защищать истца?
  • Знал ли ответчик или должен был знать, что поведение нанесет вред истцу?
  • Существовала ли обязанность, зависящая от отношений (деловых / добровольных) между двумя сторонами?

Использование формулы руки: Многие суды также используют формулу руки для определения нарушения служебных обязанностей.Эта формула B (13)

Травма и причинно-следственная связь

После установления обязанности и нарушения суд рассматривает травму и выясняет, вызвало ли нарушение обязанности причиненную травму.

Травма — это страдание потерпевшего в результате причинения вреда телу или имуществу, которое должно быть доказано суду. Определение наличия травмы во многом зависит от ответов на два вопроса:
  • Были ли телесные повреждения?
  • Был ли нанесен ущерб личному или недвижимому имуществу?

Чтобы юридически доказать случай халатности, вы должны установить причинно-следственную связь между небрежным действием лица или компании, на которую вы подаете в суд, и причиненным вам вредом. (14)

Два типа причинно-следственной связи

Есть два типа причинно-следственной связи. Во-первых, существует «фактическая причина», по которой вы можете четко установить связь между небрежным действием и полученными вами травмами. (15) Так, например, водитель, который проехал на красный свет и врезался в вашу машину, на самом деле причинил вред вам и вашей машине.

Однако бывают ситуации, в которых фактическую причину трудно доказать. Это особенно верно, когда речь идет о действиях нескольких сторон, и каждая сторона несет определенную степень ответственности.

В качестве примера предположим, что вы и ваш малыш в парке, где ваш ребенок играет в песочнице с несколькими другими. Вы видите, как дети дерутся из-за игрушки, а губа вашего ребенка порезана и кровоточит. При осмотре рта вашего ребенка становится ясно, что наложение швов необходимо. Кто из родителей других детей, по вашему мнению, оплатит медицинские счета?

В таких случаях может быть определена «ближайшая причина». Примерная причина — это когда может быть установлена ​​достаточно тесная связь между небрежным действием и травмой. (16) Приблизительная причина учитывает несколько факторов, таких как логика, справедливость, политика и практичность для определения ответственности. (17)

повреждений

Ущерб — это деньги, присуждаемые в качестве компенсации за травму, причиненную каким-либо правонарушением. Могут быть присуждены различные виды убытков:
(18) (19) (20)
  • Фактический (компенсационный) — это ущерб за фактический ущерб, нанесенный пострадавшему.
  • При отягчающих обстоятельствах — денежная сумма, присуждаемая за эмоциональный ущерб.
  • Общие — Деньги, полученные в результате нарушения контракта.
  • Punitive — Дополнительные деньги, присуждаемые для наказания лица или компании, против которых возбужден иск за преднамеренный или злонамеренный вред.
  • Special — Деньги, присуждаемые для покрытия связанных расходов, таких как потеря заработной платы.
  • Законодательный — Деньги присуждаются, потому что этого требует закон.

Судья или присяжные определяют размер компенсации, которая должна быть присуждена после рассмотрения доказательств.

Получение компенсации

Обычно лицо, подающее иск, должно привести только разумный аргумент, что лицо или компания, против которого предъявлен иск, проявили халатность, даже если есть правдоподобный аргумент, что они были осторожны.

Вы были осторожны, а другой человек проявил халатность

Иногда причина и ответственность могут повлиять на компенсацию, которую может выплатить вам лицо, против которого вы подаете в суд.

Примером может служить дело, в котором участвуют только две стороны. Вы осторожны, а другая сторона небрежна. Другой стороне придется выплатить присужденный вам полный ущерб.

Одним из примеров этого может быть случай, если вы войдете в магазин, где пол еще влажный после того, как его вымыли шваброй.Нет никаких знаков, указывающих на то, что пол мокрый, и вы поскользнетесь и упадете. Магазин должен будет выплатить полную компенсацию за ваши травмы.

Если бы ты был небрежным

Но что, если бы вы были небрежны? Что, если был вывешен знак, но вы его не читали? Ваше право на компенсацию может быть ограничено в той степени, в которой причиной аварии стала ваша неосторожность.

При возмещении убытков суд может использовать процент для распределения вины. Например, суд может определить, что вы были виноваты на 30%, а тот, кому предъявили иск, был виновен на 70%.Ущерб будет присужден на основе соответствующего процента вины.

Нужна юридическая помощь по делу о халатности? Поговорите с опытным адвокатом сегодня для бесплатной оценки дела.

(833) 544-0604

Ответственность и рабочее место

Работодатели могут нести ответственность за халатное отношение к своим сотрудникам, их собственности и продукции.

Если халатный человек стал причиной несчастного случая во время работы на кого-то другого, работодатель также несет юридическую ответственность.

И, если авария вызвана опасным имуществом или дефектным продуктом, ответственность несет владелец собственности, изготовитель или продавец продукта. Это независимо от того, действительно ли он создал опасность или дефект.

Защита от халатности

Иногда лицо или компания, против которых предъявлен иск, заявляют, что есть защита для иска. Наиболее частые средства защиты от исков о халатности включают: (21)

Сравнительная небрежность — «Взыскание распределяется в зависимости от степени вины обеих сторон.Вы оба нанесли травмы, но в разной степени. Например, вы едете по шоссе, затем резко делаете левый поворот без сигналов, и вашу машину сбивает приближающийся грузовик для доставки.

Соучастие в халатности — «как ответчик, так и истец могут быть виноваты». Вы не можете успешно подать в суд, потому что вы тоже были виноваты, пусть даже незначительно. Во время движения вы попали в наезд на несколько автомобилей и получили травмы; однако во время аварии на вас не было пристегнутого по закону ремня безопасности, что способствовало получению травм.

Допущение риска — Вы входите в опасную ситуацию «добровольно», зная о риске. Это означает, что вы рискуете получить травму; у вас был выбор, чтобы избежать этого, но вы этого не сделали. Допустим, вы на пляже. Там есть табличка, на которой четко указано время дежурства спасателей. Вы хотите искупаться, даже если спасатель не дежурит. Вы игнорируете знак и все равно плывете. Затем вы попадаете в ловушку, врезаетесь в камни в воде недалеко от берега и получаете серьезные травмы.

Чем могут помочь Weitz & Luxenberg

Адвокаты Weitz & Luxenberg представляют клиентов в делах о халатности. У нас есть успешный послужной список. Вот лишь несколько примеров выигранных нами дел о халатности:
  • Компания W&L добилась выплаты шестизначной суммы в пользу женщины, пострадавшей в самолете. Международная авиакомпания признала ответственность после того, как пожилую женщину ударили по голове, когда чемодан упал с верхнего бака.
  • W&L получил 2 доллара.96 миллионов приговоров по делу о несчастном случае на рабочем месте. Часть ноги нашего клиента была ампутирована вилкой перевернутого хай-лоу, которую вел нерадивый коллега.
  • W&L взыскала 10 миллионов долларов с клиента, получившего травму в результате аварии с эластичным шнуром. Мальчик-подросток ослеп на один глаз во время школьной экскурсии с использованием зиплайна.

Исходя из действующего законодательства, может быть сложно установить основания для дела о халатности. Опытный адвокат может подсказать вам, как добиться успеха в судебном процессе.

Небрежность, связанная с коронавирусом: ответственность за передачу COVID-19

Шелли Симана

Могут ли люди, инфицированные COVID-19, подать в суд на людей, которые передали им болезнь, за халатность, даже если эти люди не сделали этого сознательно?

Этот вопрос, вероятно, возникнет в ближайшее время, поскольку люди могут требовать возмещения убытков, понесенных в результате социально безответственного поведения.

С момента вспышки нового коронавируса (COVID-19) было зарегистрировано много случаев носителей вируса SARS-CoV-2, которые подвергают опасности других людей.

Например, в одном случае двое путешественников с положительным результатом теста на COVID-19 решили поехать на остров в провинции Чеджу в Южной Корее. «Несмотря на наличие симптомов с первого дня (их пятидневной поездки сюда), они продолжили (по своему маршруту)», — сказал губернатор провинции Чеджу Вон Хи Рён, и «в результате более 20 предприятий были вынуждены временно закрыть, и более 90 жителей помещены на карантин ».

В другом случае пациент из Нью-Гэмпшира с COVID-19, который был сотрудником больницы, пошел на мероприятие, несмотря на то, что ему сказали оставаться в изоляции.

Наконец, в ходе так называемого «полета коронавируса» группа из 114 членов хасидской группы Хабад-Любавич вылетела из Нью-Йорка в Израиль, несмотря на то, что были серьезные опасения по поводу этих пассажиров после массового распространения COVID- 19 в районе Краун-Хайтс. По прибытии в Израиль по крайней мере 65 из этих пассажиров дали положительный результат на COVID-19, а 200 других пассажиров и членов экипажа, которые находились в самолете, были отправлены на карантин на 14 дней.

Это всего лишь несколько примеров передачи COVID-19.Можно было бы подумать о нескольких других возможных сценариях, в которых люди, инфицированные COVID-19, могут передавать болезнь другим; когда эти люди ходят в супермаркет, занимаются спортом в парке или не следуют рекомендациям держаться на безопасном расстоянии от других и избегать мест для собраний.

Хотя еще предстоит определить, существует ли причина действий для небрежного распространения COVID-19, похоже, что по крайней мере лица в случаях, описанных выше (т.е., двое путешественников в провинцию Чеджу, пациент из Нью-Гэмпшира и группа хасидов) должны быть привлечены к ответственности, поскольку они знали или разумно должны были знать, что являются носителями вируса; Эти люди должны были предотвратить передачу COVID-19.

Элементы халатности различаются в разных штатах США, но, как правило, для того, чтобы установить основание для иска за халатное поведение, истец должен установить, что (1) ответчик должен ему или ей по долгу; (2) имело место нарушение этой обязанности; (3) существует причинно-следственная связь между поведением ответчика и ущербом, причиненным истцу; и (4) возмещение убытков истцу.

Обязанность предотвратить передачу COVID-19

Если бы мы обратились к потенциальным фигурантам упомянутых выше дел, они, вероятно, заявили бы, что у них есть «право на поездку» или «право на посещение мероприятия». С точки зрения Хохфельда, они предполагают, что обладают «привилегированным правом» и, таким образом, не имеют никаких обязательств перед другими. Такие аргументы следует отвергнуть.

Чтобы определить, существует ли обязанность, суды обычно рассматривают различные факторы, среди которых «предсказуемость ущерба, причиненного истцу, степень уверенности в том, что истцу был причинен вред, тесная связь между поведением ответчика и понесенным ущербом». моральная вина, возложенная на поведение ответчика, политика предотвращения будущего ущерба, размер бремени для ответчика и последствия для общества, связанные с возложением обязанности проявлять осторожность с вытекающей из этого ответственностью за нарушение, а также доступность, стоимость и распространенность страхования связанного с этим риска »( см. Rowland v.Кристиан (1968) 69 Cal. 2д 108).

Прецедентное право

еще не дало ответа на вопрос, является ли заражение COVID-19 во время полета, частного мероприятия, тренировки в парке или продуктового магазина вредом. Однако суды давно признали поводом для возбуждения дела передачу других заболеваний по неосторожности. «Заболевание из-за халатности другого человека рассматривается с юридической точки зрения, как часто бывает с серьезностью последствий, ничем не отличающихся от удара автомобилем по неосторожности» ( см. Billo v.Allegheny Steel Co. (Пенсильвания, 1937 г.) 195 A. 110).

В нескольких штатах суды разрешили подавать иски о передаче болезней по неосторожности на основании как фактических , так и конструктивных знаний и наложили ответственность на лиц, причинивших вред другим (см., Например, Earle v. Kuklo, 26 NJ Super. 471 , 475, 98 A.2d 107 (1953); Mussivand v. David, 45 Ohio St. 3d 314, 544 NE2d 265 (1989); Berner v. Caldwell, 543 So. 2d 686 (1989)). В деле «Джон Б. против Верховного суда» (2006) 38 Cal.4-й 117, например, Верховный суд Калифорнии постановил, что бремя обязанности проявлять заботу «на обвиняемых, которые знают или имеют основания знать о своей ВИЧ-инфекции, минимально, а последствия для общества будут благотворными». Суд утверждал, что «правонарушение, связанное с передачей ВИЧ по неосторожности, зависит не только от фактического знания о ВИЧ-инфекции, и будет распространяться, по крайней мере, на те ситуации, когда субъект, в совокупности обстоятельств, имеет основание знать о заражении».”

Поскольку вероятность передачи COVID-19 и серьезность риска и заболевания, связанного с ним, высоки, а также существует государственная политика по предотвращению его распространения, носители SARS-CoV-2 несут ответственность перед другими людьми, особенно тем, кто находится в непосредственной близости. Как показывают различные ранее описанные случаи, инфицированные люди либо знали, либо имели основания знать, что они являются носителями SARS-CoV-2 — у них развились симптомы или они имели тесный контакт с другими инфицированными людьми.Несмотря на это, они решили действовать таким образом, чтобы подвергать опасности других.

Нарушение служебных обязанностей

После установления наличия обязанности мы должны показать, что она была нарушена. Нарушение обязанности предотвратить передачу заболевания, и в данном случае COVID-19, происходит, когда человек с положительным результатом на COVID-19 или человек, у которого были симптомы COVID-19, покидает свой дом и посещает в общественных местах или пользуется общественными услугами. Из-за легкости распространения SARS-CoV-2 весьма вероятно, что инфицированный человек передаст его другим людям.Следовательно, если инфицированный человек покидает дом, зная или подозревая, что он или она инфицированы COVID-19, то он или она нарушает обязанность по предотвращению его передачи. Кроме того, учитывая широкое освещение в средствах массовой информации и то, что люди имеют доступ к информации о COVID-19, кажется трудным спорить с тем, что человек, который знал или подозревал, что он или она был инфицирован COVID-19 и покинул свой дом, принял разумные меры предосторожности. .

Причинно-следственная связь

После установления нарушения служебных обязанностей необходимо продемонстрировать, что нарушение явилось непосредственной причиной причинения ущерба истцу.Как обсуждалось ранее, из-за легкости распространения SARS-CoV-2 присутствие инфицированного человека в общественных местах подвергает других необоснованному риску заразиться им. Однако кажется, что могут возникнуть некоторые трудности при доказательстве того, что инфицированный человек был непосредственной причиной заболевания у других людей, особенно когда SARS-CoV-2 может оставаться на поверхности в течение нескольких дней. Однако более сильное утверждение было бы, если бы инфицированный человек также имел некоторый тесный контакт с другими людьми.

Повреждения

Последний элемент, который необходимо доказать, — это повреждения.В случае COVID-19 истец может понести материальный ущерб из-за высоких медицинских расходов и сильной физической боли и страданий, которые в конечном итоге могут привести к смерти.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты:
<a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>